home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Как сделать миф живучим

Полки в библиотеке нашего университета заставлены книгами с названиями: «Понять японцев», «Взаимопонимание культур», «Переосмысление Японии», «Язык-ключ к пониманию японцев» и т. д., список можно продолжать до бесконечности. А сколько существует таких книг по бизнесу, о том, как вести дела с японцами, как постигнуть их намерения! Почему немцы, русские, бразильцы и другие народы не нуждаются в подобных изданиях?

Первая реакция при ознакомлении с подобной литературой – это ощущение того, что вам непременно следует овладеть искусством чтения между строк и тонкостями субординации по-японски, понять, что скрывается за вычурными фразами и уважительной лексикой, научиться правильно дарить правильные подарки в правильное время, кланяться под нужным углом и делать еще миллион правильных вещей…

Нам внушается мысль, что, только понимая устройство японского общества и особенности поведения японцев, мы сможем правильно интерпретировать их действия. Поддержка живучести мифа о загадочности своей культуры на деле оказывается довольно выгодной штукой. Этот миф ставит перед внешним миром задачу понять японцев и подстроиться под их таинственный менталитет. Ведь для японца главное, чтобы его не ставили в затруднительное положение, а ему не пришлось бы ставить в затруднительное положение кого-то другого. И если выпустить много книг о том, как следует вести себя в Японии, то мир не будет ставить японцев в эти самые затруднительные положения.

Но, как это ни парадоксально, одновременно японцы уверены в том, что ни один гайдзин, то есть иностранец, не способен понять Японию просто потому, что иностранцам не положено понимать Японию.

А вот и анекдот по этому поводу. Японец очень долго объясняет иностранцу в деталях наиболее важные аспекты японской жизни, особенностей бизнеса и принятия решений. Под конец, затратив много времени и усилий, японец спрашивает:

– Ну как, вы поняли?

– Да, всё понял, – отвечает ему иностранец.

– Хм… ну что же, в таком случае я, видимо, неправильно вам объяснил, – разочарованно восклицает абориген.

При этом сами японцы в большинстве своем практически не предпринимают никаких усилий для понимания других культур. Однако бывают исключения из этого правила. Чтобы не показаться односторонней в своих оценках, я в качестве примера с удовольствием опишу мою встречу с профессором музыки и исполнителем романсов Сугита-саном из Национального университета Йокогамы. Для подготовки к очень важному концерту в Токио, где он должен был исполнять русские романсы на нашем языке, которого не знал, профессор попросил меня за вознаграждение помочь ему разобраться с подстрочником романсов и отработать с ним произношение. К этому моменту он уже знал все тексты наизусть, и мне оставалось только отшлифовать то, над чем Сугитасан уже изрядно потрудился сам. Мы занимались неделю, и вот концерт состоялся!

В первом отделении симфонический оркестр исполнял произведения П.И. Чайковского. Играть Чайковского японцы не умеют. Видимо, правильно читать его партитуру им не позволяет разница мировоззрений, хотя и принято говорить, что искусство не знает границ. Несмотря на то что ноты одни и те же, свойственные музыке Чайковского поэтичность и внутренняя мощь, порождающая ощущение шири и приволья, в японской интерпретации бесследно исчезают. Второе отделение было целиком посвящено выступлению Сугита-сан, и оно меня потрясло. Японец, которому культурный код априори запрещает открытое проявление чувств, исполнял романсы на русском языке, помогая себе мимикой и страстно жестикулируя. Он искренне старался передать суть русского романса. Выглядело это немного странно, но я почувствовала, что безгранично уважаю его за то, что он так добросовестно работал над собой и вообще решился выступать перед публикой с романсами Чайковского!


Японская культура | Наблюдая за японцами. Скрытые правила поведения | Миф о богатых японцах