home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 15

Паровоз мог позволить себе посмеиваться над любовью начальства к совещаниям, потому что ни разу в них не участвовал и не представлял, как сложно организовать нечто подобное. Полный министерский Круг собирал пятьдесят восемь участников, семеро из которых были черными, восемнадцать – белыми, а остальные тридцать три желали быть защищенными при принятии решений и от тех, и от других. Зал собраний был единственным в Ингернике местом, полностью блокированным от проявлений любой магии, а делегаты традиционно являлись на заседания в масках и одинаковых синих балахонах.

Внутренний Круг министерства Общественной Безопасности был намного скромнее и гораздо реже собирался в полном составе. А, в сущности, какое дело жандармам до проблем алхимического шпионажа? Равно как и боевым магам НЗАМИПС до боеготовности кантональных сил самообороны. Сегодняшний случай был исключением: попытка переворота в столице требовала принятия жестких мер, хотя, надо признать, сбор был объявлен задолго до того, как о заговоре стало известно.

Чиновники собирались в холле конференцзала, расположенного на минус втором ярусе замка Деренкорф (очертания башен и ломаной линии стены этой крепости давно стали визитной карточкой министерства). Зачарованные светильники удачно имитировали дневной свет, но настоящих окон в помещении не было. Каменные стены ненавязчиво прикрывали гобелены в синесеребряных тонах, какие Знаки за ними скрывались, никто выяснять не пытался – министерство Безопасности было, пожалуй, единственной организацией, для которой человеческие злодеи несли большую угрозу, чем потусторонние феномены. Участники совещания потихоньку просачивались через многочисленную охрану, здоровались со знакомыми и разбивались на группки для неформального общения. При необходимости, архитектура вестибюля, с колоннами и альковами, позволяла найти уединение, но вот спрятаться тут было решительно негде.

– Здравствуйте, уважаемый! Чтото вас у нас давно не видно. С глаз долой, из сердца – вон?

– Не знал, что у вас такие серьезные проблемы, что требуется мое вмешательство.

– Спасибо, чем ваше, лучше вообще никакого. Думаете, чье наследство я разгребаю до сих пор? А вот вы, похоже, забыли, что сменили место службы.

– Откуда такие выводы?

– Оттуда, что вы до сих пор пытаетесь командовать моими сотрудниками! Может, вам еще и вашу должность на бумажке написать? Чисто для памяти.

Маг с аккуратным бейджиком «Рем Ларкес», определенно, начинал кипятиться:

– Я пытался передать юноше опыт и знания, пока общение с вами его окончательно не испортило. Какой пример может подать «чистильщик» некроманту?!

Заслышав разговор на повышенных тонах, присутствующие среагировали поразному: большинство поспешило отойти в противоположенный конец вестибюля, а трое – подтянулись ближе. Черные любят скандалить и драться, а еще больше любят смотреть, как дерутся другие.

– Да вы представить себе не можете, на что способен некромант с хорошо поставленным ударом!

От перехода на физические аргументы спорщиков спасло появление министра. Господин Михельсон был обычным человеком, но от настоящих черных отличался только мастью, шумных разборок не терпел и от неуправляемых сотрудников избавлялся безжалостно. Маги мгновенно превратились в миролюбиво беседующих коллег.

Зрители дружно вздохнули (ктото облегченно, ктото – разочарованно) и потянулись к дверям, за которыми скрылось руководство. В скромном зале собрались все пять региональных координаторов, начальники различных служб (общим количеством семь штук), сам министр со своим первым замом и двое приглашенных гостей (следует ли рассматривать Ларкеса как гостя, было непонятно – его новой должности никто не знал). Черные, как ни в чем ни бывало, рассаживались вокруг стола, и только хороший эмпат мог бы определить, что, скажем, Главный цензор готов был поддержать прежнего хозяина Редстона, координатор Аксель – нынешнего, а шефу жандармов было глубоко плевать и на того, и на другого. Сатал посылал Ларкесу многообещающие взгляды.

Министр дал подчиненным ровно минуту на то, чтобы занять свои места.

– Господа! – господа приняли деловой вид. – Я думаю, никому из вас не надо объяснять, что ситуация в стране критическая, и от того, что неизбежность кризиса была предсказана много лет назад, никому не легче. Сразу оговорюсь: меры по предотвращению теологической угрозы предлагались нашим министерством регулярно, но коекого в правительстве опыт Нинтарка ничему не научил. К счастью, ротация кадров, вызванная последними выборами и ситуацией вокруг Арангена, привела к власти более решительных людей.

Коекто из присутствующих понимающе закивал: министр юстиции, последний ставленник арангенских землевладельцев, полгода назад покончил с собой (он был одним из идеологов «нового уклада», позволившего кантональным властям экономить на службе «очистки»), а провести в правительство нового лоббиста деморализованная и обнищавшая восточная фракция не смогла.

Министр не позволил себе поминать дурным словом всегдашнего оппонента.

– Мы получили картбланш. От нас требуется в кратчайшие сроки ликвидировать угрозу государству, – на этом месте многие погрустнели, – но ситуация не так уж безнадежна, – тонко усмехнулся министр. – В свое время группа экспертов изучила проблему всесторонне и выработала ряд рекомендаций, о которых лучше расскажет человек, непосредственно занимавшийся их реализацией – мой первый помощник. Прошу!

Ларкес бросил на своих недоброжелателей многозначительный взгляд и вышел к демонстрационной доске, на которой уже висело несколько плакатов. На лице бывшего координатора не было привычного многим «кукольного» выражения и это само по себе привлекало внимание. Вновь представленный помощник министра немного театрально закусил губу, словно вспоминая чтото, а потом обратился к собравшимся:

– Господа! Сказать, что проблема стара, значит – ничего не сказать. Люди систематически пытаются заменить собой господа бога и переделать этот мир в соответствии со своими представлениями о добре и зле. Первые сохранившиеся в архивах упоминания об организации, ставящей себе целью привести человеческое общество в соответствие с божественным замыслом, относятся ко временам Белого Халака. Тщательный анализ истории показывает, что реализация этого учения всегда осуществлялась через гонения на носителей черного Источника и массированное применение запрещенных магических практик, а результатом всегда (я подчеркиваю, господа, всегда!) становилось катастрофическое падение уровня жизни, уничтожение государственности и жертвы среди гражданского населения. Поэтому я хочу, чтобы все присутствующие осознали: альтернативой борьбе с Искусниками является превращение Ингерники в такую же поучительную сказку, какой стал Ингерланд короля Гирейна.

Бывший координатор с некоторой гордостью посмотрел на Сатала, потрясенного такой длинной и прочувствованной речью, и счел возможным перейти к делу. Слушателям сразу стало не до мимики черных магов. Нет, наивных обывателей среди руководства Общественной Безопасности не было, но одно дело – понимать, что перед тобой отнюдь не безобидные чудаки, а другое – осознать, какими силами они располагают. Тем более – магия. Белые маги в силовых ведомствах не приживались, черные своими секретами делиться не спешили, обычные же люди были склонны волшебство недооценивать.

– Их основная цель – ритуал, относящийся к разряду смертного колдовства. Суть его нам доподлинно не известна, но сами Искусники уверенны, что изгоняют при помощи него некое мировое зло. Реально это приводит к временному снижению частоты регистрации потусторонних феноменов с последующим резким возрастанием ее до значений заметно выше исходных. Поскольку между первой стадией и второй может пройти несколько десятков лет, неизбежный коллапс сектанты объясняют «происками злых сил», а уцелевшие посвященные начинают готовиться к проведению следующего ритуала. Все прочие действия Искусников имеют второстепенное и тактическое значение. Так, например, заговорщикам из ХоКарга была обещана помощь в истреблении боевых магов, которые ненавистны сектантам сами по себе, конечный результат переворота посвященных не интересовал.

Тут Ларкес сделал паузу, давая аудитории прочувствовать смысл сказанного. Обычные люди были в шоке – знать о существовании рвущихся к власти сумасшедших само по себе неприятно, а обнаружить, что безумцам даже власть не нужна – это уже удар. Черные напряженно соображали, каким образом их собирались подловить.

– Что представляет из себя их оружие, мы не знаем, – гадостно улыбнулся бывший координатор, – связной должен был передать его боевикам непосредственно перед акцией. Можно предположить, что его эффективность зависит от неожиданности применения, и иметь с ним дело нам всетаки придется.

Наконец, помощник министра перешел к практическим мерам, и доклад превратился в бурную перепалку – идея никому не нравилась. Искусников предлагалось ловить на живца, практически – во время самого разрушительного из известных ритуалов, при этом сказать, сколько он длится и где проводится, аналитики не могли.

– Полумеры бессмысленны! – горячился Ларкес. – Сколько мы с ними боремся, а толку нет. На ритуале подобного уровня обязательно будет присутствовать все руководство секты, это же смысл их жизни! В любом другом случае под удар попадет только часть посвященных. Тодер был уверен, что вычислил всех, и что? Нам лишь удалось выиграть немного времени.

Буря возмущения была ему ответом. Одиннадцать человек и пять магов азартно бранились четверть часа, когда все аргументы были предъявлены трижды, министр завершил дискуссию зычным окриком:

– Господа! Никто не мешает вам бороться с угрозой посвоему, все текущие распоряжения и циркуляры остаются в силе. Проектом «Город Короля» будет заниматься независимая группа. В вашу задачу входит сигнализировать ей о возможном начале подготовки ритуала и в этом (только в этом!) случае не проявлять инициативы.

– А как же Аранген? – спросил ктото с места.

– В Арангене проводится войсковая операция. Даже если Искусники сунутся туда, полагаю, генерал Зертак способен будет отследить магическую активность на вверенной ему территории.

Желающих спорить с министром не оказалось, обсуждение сместилось в сторону практических вопросов. Региональным координаторам НЗАМИПС предписали увеличить количество постов инструментального контроля и усилить магическое слежение за безлюдной местностью, жандармерии и кантональной полиции – установить негласный надзор за передвижением магов выше шестого уровня, могущих оказаться жертвами ритуала, и предельно жестко реагировать на исчезновение черных. Главный цензор торжественно обязался отслеживать попытки «удачных предсказаний», а также авторов, явно подготавливающих почву под последствия запрещенного волшебства.

Использовать собранный компромат Саталу так и не удалось – после трех часов дебатов даже черные потеряли привычный задор, и поддерживать его мстительное настроение не желали. Но уйти, не сказав последнего слова, он просто не мог:

– Так вот чему вы собираетесь учить моего некроманта, уважаемый! Я разгадал ваш маневр, вы решили из черных в белые переписаться. У меня даже штатный эмпат не умеет так мозги парить!

Чтобы черный сделал чтото и не похвалился? Не может такого быть! Ларкес конвульсивно поморщился, став похожим на себя прежнего.

– Да я эту речь неделю репетировал! С преподавателем актерского ремесла, между прочим. Это вам не проклятьями швыряться, молодой человек, учитесь серьезно подходить к делу.

От огорчения Сатал даже не обиделся, ему почемуто захотелось выпить чаю (зеленого, без молока и сахара). А что сделаешь? Даже настоящему боевому магу, крутому и черному, иногда надоедает собачиться со всеми подряд и хочется понимания, которое в кругу коллег, по определению, не достижимо. Поэтому самый молодой координатор Ингерники решительно выкинул из головы мелкого колдуна, выбившегося в начальство, и с чистым сердцем отправился домой, туда, где подчиненные его уважают, а в тюремной камере все еще содержится один живой Искусник, который чегото недоговаривает.


Глава 14 | Алхимик с боевым дипломом | Глава 16