home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 24

Я слушал речь нового помощника директора, вещающего о своем видении будущего Биокина, одновременно пытаясь понять, что же в моей жизни опять пошло не так. У меня была работа и доходы, сумму которых дядя Гордон мог увидеть только во сне, собственный угол, уважение коллег, масса свободного времени, полный развлечений город под рукой и никаких обременительных обязанностей, даже в НЗАМИПС обо мне пусть временно, но забыли.

Что же мне, собаке краухардской, еще не хватает?

Я чувствовал себя… клерком. Это чувство мне не нравилось. Что хуже – я и был клерком, если посмотреть правде в глаза. Разве такой должна быть жизнь настоящего алхимика, приобщенного к тайнам бытия, почти всемогущего Мастера? Даже нищенское существование дяди Гордона было ближе к моему идеалу – в нашей долине он был ЕДИНСТВЕННЫМ, а я в Редстоне – всего лишь лучшим.

В качестве поощрения сотрудникам фирма предлагала бесплатный кофе, в любых количествах, естественно, без бренди. Я прихлебывал мутную конторскую бурду и с тоской вспоминал о секретаршах Полака.

– Томас, ты сегодня вечером свободен?

Как говорится, помяни Шороха, он и появится. Вдохновитель Биокина попрежнему был бодр и полон энтузиазма, вот только теперь на нем был деловой костюм, ни в чем не уступающий моему, да и стиль прически, скажем так, сильно изменился.

О наступающем вечере я даже не думал, поэтому, не колеблясь, ответил:

– Да!

– Это замечательно, – заулыбался он, – мы тут хотим организовать чтото вроде вечеринки для старых сотрудников. Придешь?

– Непременно! – вытащить в пивную Рона мне никак не удавалось, а трезвое существование начинало немного напрягать.

Я по быстрому раскидал накопившиеся бумажки (новый алхимик нарисовал газогенератор без клапана аварийного сброса давления, мелочь мелочью, а как дерьмо в морду ударит, так смешно не будет) и ровно в пять нольноль выкатился из офиса, предвкушая пусть излишне скромную, но вечеринку.

Старыми сотрудниками на поверку оказались я, Полак и Йохан, Карла бортанули и скоро стало ясно – почему. Намечался бунт на корабле.

– К сожалению, вкладчики Биокина не заинтересованы в новых разработках, – вздыхал Полак, подвигая ко мне кружку пива и тарелку свиных ушек. Йохан, целыми днями рывшийся в бесконечных отчетах, отчаянно кивал, – фирма была задумана как инновационный проект, но теперь она вырождается в бригаду чертежников.

Я сделал большой глоток. Хорошо! Но черного такой фигней не купишь.

– Испытываете проблемы с поиском нового места работы?

А может, инвесторы стали хоть чуточку умней (для него это было бы катастрофой).

Полак покачал головой, таким серьезным я его еще никогда не видел.

– Нет. Мы хотим все начать поновому, с нуля. Суть в том, что интересующая нас тема у большинства экспертов считается провальной. Деньгито я найду, но без твоей помощи решить задачу мы все равно не сможем, – в глазах Полака появился фанатический блеск. – Зато в случае удачи это будет прорыв!

Я задумчиво похрустел хрящиком. Не пытаются ли эти халявщики сеть мне на шею? За экспертные заключения, вообщето, принято платить. Или они предлагают мне войти в долю?

– И что же это за дело?

Йохан выложил на стол пухлую папку, а Полак передвинул ее ко мне:

– Будет лучше, если ты сам составишь впечатление о проблеме. Решение о том, стоит ли нам всем ввязываться в авантюру, зависит только от тебя.

Я повертел в руках сверток, перекрученный шпагатом крестнакрест и завязанный мертвым узлом (они бы его еще сургучом опечатали). Такая таинственность меня интриговала.

– Ладно, я посмотрю, но позже.

Полак вздохнул.

– Времени сколько угодно. По моим сведениям, конкурентов у нас нет.

Домой я возвращался почти трезвый, с увесистой папкой подмышкой. В прежние времена халявная выпивка привела бы меня в чудесное расположение духа, а теперь даже скуку не рассеяла. Ну, подумаешь, пиво. Как это банально! В конце концов, я и сам мог его себе купить. У консьержа меня ожидал еще один «подарочек», конверт с отпечатанным типографским способом адресом – редстонский комиссар фонда Роланда Светлого приглашал меня на собеседование.

Получение повестки меня ничуть не обеспокоило – я искренне полагал, что объясняться с фондом будет Сатал. В крайнем случае, можно было обсудить возврат денег за обучение (обычно они идут навстречу стипендиатам). На следующий день я взял выходной (в счет отпуска, обалдеть!) и отправился в управление, капать на мозги альтернативному начальству.

В маленьком кабинете Бера гоняла чаи святая троица – координатор, капитан, Кевинахари, и все дружно уставились на меня.

– Ну, что я говорил, – буркнул Паровоз.

Я нахмурился.

– Ты сегодняшние газеты читал? – поинтересовалась эмпатка.

Они что, издеваются?

– Нет!

– Тогда чего приперся? – высказался Сатал.

Я рассвирепел.

– Того! Я вчера повестку из фонда Роланда получил. И что мне с ней делать?

Сатал равнодушно пожал плечами. Надо сказать, что выглядел он паршиво – краше в гроб кладут, то есть, очень знакомо както выглядел.

– Этот вопрос можешь адресовать моему преемнику.

– Временно исполняющему обязанности, – поправила эмпатка.

– Оставим это словоблудие, Рона! В нашем деле ошибок не прощают.

– Какие еще ошибки? – возмутился Паровоз. – Операция проведена почти идеально. А то, что амулеты пока не нашли…

Раньше Сатал начал бы кричать и материться, а сейчас только глаза закатил:

– Пофиг амулеты, с ними как раз все удачно вышло. Даже если целители будут ко мне благосклонны, никто не позволит руководить регионом магу с Шорохом в голове. Так что, готовьтесь – через сорок дней временный исполняющий станет постоянным.

Ах, вот оно что! И здесь тварь поганая отметилась. Не прощу, уничтожу!! Мне только смены руководства сейчас и не хватает.

– И кто же будет нашим новым вождем?

– Это сюрприз.

Я вышел, громко хлопнув дверью. Козлы! А обо мне ктонибудь подумал?

Но паника излишня. Ничего особо страшного в фонде Роланда нет, максимум, что они могут потребовать согласно договору – несколько лет работы на средней ставке, я даже на Аранген согласен. И пусть капитан Бер (мой официальный начальник) думает, как это будет сочетаться с внештатными обязанностями.

Уже на ступеньках управления мне пришла в голову забавная мысль: Сатал ведь, кажется, женат. Сказать ему, что ли, о странных интересах Шороха или пускай спит спокойно? Ха! А вот это ему будет сюрприз.

Комиссар фонда Роланда отнесся к моему внезапному визиту философски, вероятно, к нему систематически ходят и чтото требуют. Я, для разнообразия, просто хотел навести коекакие справки.

– Сэр, есть некоторые моменты, которые из текста договора не вполне ясны…

– Спрашивайте, я буду рад разъяснить любые неясности, – чиновник кисло улыбнулся (надо так понимать, что его совсем не радовала необходимость с кемто объясняться).

– Договор вступает в силу через сорок дней. Считая от получения повестки?

– Нет, от вручения диплома.

То есть, мне вотвот надо будет кудато ехать.

– Я слышал, что иногда фонд соглашается на денежную компенсацию.

– В качестве исключительной меры для узких специалистов, в этом случае вся сумма займа выплачивается единовременно с учетом процентов.

То есть, это для тех, кого решили купить крупные фирмы. Моих сбережений до полной суммы контракта чутьчуть не хватало (два года назад я даже думать про такое не смел!).

– Хорошо, значит, я должен два года…

– Три, – аккуратно поправил чиновник, – за дополнительные занятия тоже платил фонд.

Офигеть… Изза этой гадской черной магии, которой я совсем не хотел, на меня навесили целый год! Где мой волшебный посох?!

– Пусть – три, – не время спорить о мелочах, – как будет определяться указанная в договоре «средняя ставка»?

– Как средняя для специалистов данного уровня.

– Я имею в виду, если работа оплачивается повременно, то исходя из скольких часов, а если сдельно, то кто обеспечит мне объем заказов?

А это актуальный вопрос – их «среднее по отрасли» может вычисляться по окладам государственных алхимиков, которые работают в двухтрех местах одновременно. Или, как вариант, меня ушлют на дикую ферму, где из алхимии есть только колесо. Вдруг заказчикам захочется сэкономить? А мне так три года жить.

Комиссар посмотрел на меня с некоторым интересом:

– Не беспокойтесь, фонд соблюдает интересы своих стипендиатов. Ваша заработная плата не будет ниже прожиточного минимума.

– Рассчитанного для какой местности?

Чтото он темнит. Ясно, что алхимик с устоявшейся клиентурой может работать за меньшую ставку – доход стабилен, возможности подработки известны, а я там буду на новенького.

Комиссар порылся в столе и вручил мне брошюрку.

– Методика расчета. Ознакомьтесь.

Я потратил минут десять на внимательное изучение текста. Подход оказался вполне разумным, с учетом районных коэффициентов, стоимости жилья, а так же того, что алхимиков в данной местности может вообще не быть.

– Отлично, сэр, – я вернул чиновнику брошюрку. – Не подскажите, а куда мне придется ехать?

– Место работы выпускника выбирается исходя из заявок, полученных фондом от государственных учреждений Ингерники.

Так, главное – не потерять настрой.

– Конечно, сэр, я уверен – это не только принесет пользу стране, но и поможет мне приобрести новые знания и навыки, – побольше энтузиазма. – Но во время прохождения практики я получил травму магического характера и сейчас прохожу курс лечения. Мне хотелось бы быть уверенным что там, куда меня пошлют, есть целители соответствующей квалификации.

Комиссар поджал губы, а я выложил на стол справку из НЗАМИПС, в которой неподражаемым лекарским жаргоном категорически требовалось, чтобы мне обеспечили соответствующий уход (штатный целитель отнесся к моим проблемам более чутко, чем непосредственное начальство).

– Гм. Еще месяц?

– Да.

– Мы можем отложить начало действия договора на это время, через месяц вы принесете мне официальное заключение.

– Договорились!

За месяц я сумею встретиться с новым начальством и урегулировать конфликт интересов. Может, мне даже удастся столкнуть их лбами.

Домой я возвращался, насвистывая и прикидывая, как распределить дела на ближайшие тридцать дней (вдруг ехать всетаки придется). Надо было решить вопросы с финансами и квартирой, избавиться от лишних вещей (да, появились и такие), еще раз обговорить дела с Четвертушкой. Но первым делом я ухватился за таинственную папку Полака (вчера до нее просто руки не дошли).

В папке лежали вырезки и конспекты статей, охватывающие последние двадцать лет, и даже небольшая монография на заданную тему. Половина текстов была на каштадарском, который я, скажем так, понимал три года назад в пределах краткого университетского курса, сейчас знакомыми казались только буквы. Ну, да, Каштадар – родина алхимии, они и теперь еще пытаются с нами ровняться. Я решительно отложил нафиг тарабарские свитки и принялся за монографию.

Рудные бактерии. Нус, посмотрим, чем же Полака не устраивает традиционная металлургия.

Казалось бы, чем можно удивить алхимика с пятилетним стажем? Экономическими расчетами. В Университете рентабельности производства внимания почти не уделяли, а дополнительные курсы на эту тему я не посещал (мне и так забот хватало). Оказалось – упустил много интересного. Пока поделки клепались из лома и мусорных остатков, это не имело значения, но, стоило поднятья на болееменее значимый уровень, впереди начинал маячить барьер, который могла одолеть далеко не всякая разработка – дороговизна цветных металлов. Медь, золото, серебро и свинец нужны всем, и магам, и алхимикам, при этом, если залежи железной руды еще худобедно разрабатывались, то месторождения меди, например, были близки к полному истощению. Именно дороговизна металлов тормозила развитие цивилизации – их попросту негде становилось брать.

Изучив проблему, я стал лучше понимать, почему дядя так трясся над каждым кусочком машинного лома.

Рудные бактерии могли помочь сконцентрировать нужные элементы и удешевить их добычу в десятки раз, естественно, если ктото придумает, как их использовать (пока законченный алхимический цикл – от руды до металла – был достаточно спорен). В подборке Полака присутствовали все бешеные идеи, опробованные нашими предшественниками с единственным выводом – этим путем идти не стоит. Очень увлекательно. В смысле, я, конечно, волшебник, но, помоему, они мои возможности переоценивают. Особая прелесть ситуации заключалась в том, что, если решение существовало, то целиком находилось в компетенции природников (тех самых ребят, которые, не глядя, вытурили меня из своего клуба).

Я честно рассмотрел возможность послать Полака к его любимым бактериям, в бродильный чан. Нашел себе, понимаешь, волшебную суму – вынь да положь! Но мельком оброненная фраза о блестящих перспективах уже проросла в душу видением великого меня, гениально решившего важнейшую проблему современности. Богатым буду… Знаменитым на весь мир… Статую себе сделаю из чистого серебра, башню построю четырехэтажную с лифтом и буду всех от нее гонять. Хорошо! Но сначала надо выяснить, действительно ли все так плохо с материалами – «ботва» любит истерику разводить на пустом месте.


Глава 23 | Алхимик с боевым дипломом | Глава 25