home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Шернер

Тем временем один из лучших германских военачальников — генерал-полковник Шернер объяснил Гитлеру, что собранные в Кюстрине русские части — это прикрытие. На самом деле Жуков ударит в южном направлении — на Прагу. «Мой фюрер, вспомните слова Бисмарка: Кто владеет Прагой, владеет всей Европой». Шернер давно был фаворитом Гитлера; за последнее «провидение» он получил звание фельдмаршала.

5 апреля Гитлер перевел на южный фланг взятые у Хейнрици четыре дивизии танкистов-ветеранов.

На пути к заседанию у Гитлера Хейнрици сказал своему подчиненному Айсману: «Итак, вот к чему мы в конце концов пришли — море развалин». Рейхсканцелярия стояла, охраняемая безупречно одетыми войсками СС. В Главном зале офицер СС в белом кителе встретил Хейнрици и сказал, что совещание состоится в бункере Гитлера в 3 часа дня. Хейнрици обернулся к Айсману: «Три года назад Гитлер владел Европой от Волги до Атлантики. Сейчас он сидит в дыре под землей». Тыльная сторона Рейхсканцелярии была разбита — кратеры, вывернутые деревья, разбитые статуи. Спустились вниз, где портфель Айсмана подвергся тщательному осмотру. Хейнрици думал о том, что Гитлер и его окружение живут в собственном мире грез.

Гитлер сел в голове стола, окруженный Борманом и Кребсом, который представил Хейнрици и Айсмана. Помещение было небольшим и прибывшие стояли, а Кейтель, Гимлер и Дениц сидели. Новый начштаба Кребс начал заседание. Гитлер предложил Хейнрици дать оценку сложившейся ситуации. Тот начал: «Мой фюрер, я обязан сказать вам, что противник готовит наступление необычайной силы. В данный момент русские занимаются приготовлениями — южнее Шведта и до южных пригородов Франкфурта» Хейнрици пальцем провел линию приготовлений Жукова. «Главный удар падет на Девятую армию Бюссе, удерживающую центральный участок и на южный фланг Третьей танковой группы фон Мантейфеля в районе Шведта».

Так прямо с Гитлером уже давно никто не говорил со времен ухода Гудериана. Но командующему группой армий «Висла» уже нечего было терять. Реакцию Гитлера можно было предсказать: «Я отказываюсь верить в это!» — и начал задавать вопросы о воинских частях, стоящих на пути советского наступления. Хейнрици брал у Айсмана таблицы и раскладывал их перед фюрером. Хейнрици считал бессмысленной защиту Франкфурта и, неожиданно для всех, Гитлер отдал соответствующий приказ Кребсу.

В этот момент в бункер ввалился рейхсмаршал Геринг со свитой, что прервало Хейнрици, и Гитлер «начал изливать вулканическую ярость» в адрес всех советников и генералов, не желающих воспринять ценность фортов. «Франкфурт должен стать таким фортом». На что Хейнрици ответил: «Я не верю в то, что германские части на Одере могут сдержать армию Жукова». Замолчавший Гитлер дрожал — это видели все. Затем Хейнрици выразил сомнение в 150 тысячах передаваемых ему новобранцах. Гитлер закричал, что «вера в успех покрывает все недостатки», на что генерал-полковник Хейнрици ответил, что «надежда и вера, находясь в одиночестве, не могут выиграть битвы».

Побелевший Хейнрици собрал бумаги, передал их Айсману и в полном молчании покинул помещение. В коридоре им сказали, что над городом висят самолеты союзников и в этой бомбардировке их выезд исключен. Было 6 апреля 1945 года. Через несколько минут налет окончился и генералы вышли наверх. Молчавший Хейнрици впервые сказал, глядя на объятый черным дымом город: «Все бессмысленно». Хейнрици можно было понять.

На центральном направлении германскую столицу, чье четырехмиллионное население к данному времени сократилось вдвое, защищала миллионная армия, две трети которой были опытными ветеранами. Многочисленные каналы и укрепленные пункты делали весь регион Большого Берлина огромной крепостью. В руках германских войск было 9303 орудия и 1519 танков. Правда, авиация была уже незначительной силой. Немцы полагались на восемь линий весьма крепкой обороны прикрывавших германскую столицу с ее пригородами и Одером. И фанатизм высокопрофессиональной армии, ее готовность стоять до крайних сил были ощутимы.

Хейнрици приказал создать за пределами главной линии обороны (Hauptkampflinie) дополнительную передовую линию обороны. Как только наступит час русского артиллерийского обстрела, войска должны покинуть первую линию и укрыться за второй. Начиная с Москвы Хейнрици поступал именно так: пусть снаряды падают на пустые окопы.


Апрель | Русские во Второй мировой войне | Планы