home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


10. Пираты Северного моря

Задача перед Олафом Абдельфаридом стояла более сложная, чем перед Геллуэем, и в то же время более простая. Он должен был отвлечь внимание от второго «Гепарда», принять на себя главный огонь, однако его действия никак не сковывала необходимость находиться в зоне прямой видимости с крейсера…

И швед выбрал для первой фазы боя среднюю дистанцию. Его «Гепард» маневрировал на полуторакилометровом расстоянии от крейсера, используя как защиту складки местности, время от времени выскакивая на вершины холмов, чтобы выпустить два-три снаряда из безоткатки.

По крейсеру Олаф не стрелял, выполняя приказ Геллуэя. Три первых снаряда подожгли ангар и вдребезги разнесли стоявшую неподалеку водометную установку (наверняка именно с ее помощью с «Истанбула» смыли толстый слой ила, покрывавший крейсер). Сам по себе водомет шведа не интересовал, но позади него укрылись несколько чужаков и азартно палили по второму «Гепарду» из личного стрелкового.

В ангаре, судя по всему, среди прочего хранилось немало топлива для «грязеходов», оно тут же полыхнуло жарко и чадно.

Вторая вылазка, второй залп, – и сами «грязеходы» превратились в металлолом, неспособный к самостоятельному передвижению. Конструкция у них оказалась любопытная: под днищем не колеса, не гусеницы, а два продольных цилиндрических баллона-поплавка с добрую цистерну объемом, – вокруг них спиралью завивался шнек, образуя некое подобие архимедова винта. Поплавки сообщали «грязеходу» положительную плавучесть, не позволяя погрузиться в воду или болотную топь, а вращаясь – заставляли двигаться вперед. В скорости и маневренности такая машина далеко уступала «Гепарду», но мощностью и грузоподъемностью превосходила, да и топлива наверняка сжигала в разы меньше. Абдельфарид расстрелял оригинальные аппараты без малейшего сожаления.

Во время третьей вылазки швед намеревался ударить по оторвавшейся корме крейсера, откуда тоже шла активная стрельба. Но вместо этого сам угодил под залп из реактивной установки. Три снаряда, оставляя за собой хвосты белого дыма, понеслись к «Гепарду», Абдельфарид резко ушел влево, выполнил стандартный противоракетный маневр, подсказанный «балалайкой», и тут же еще один – нестандартный, собственного изобретения, затем отстрелил два пиропатрона, призванные обмануть тепловые датчики УРСов.

Помогло лишь отчасти – один снаряд ударился в склон и взорвался, второй обманулся, сработал на пиропатроне, но третий после промаха вычертил в отдалении дымную петлю и вновь нацелился на «Гепард». Олаф дернул рычажок и над кабиной заработал «ревун». Швед в стрельбе участия не принимал – не дано человеческому глазу целиться в предметы, летящие с околозвуковыми скоростями. Оставалось лишь надеяться на автоматику и скороговоркой пробормотать самую короткую из молитв – вероятность сбить УРС из «ревуна» – приблизительно сорок процентов.

Молитва помогла, или теория вероятности оказалась благосклонна, – неизвестно, но УРС взорвался метрах в восьмидесяти, и хотя пара осколков все же в «Гепард» угодила, серьезных повреждений он не получил.

Уф… швед смахнул холодный пот, выступивший на лбу. Мерзкая штука эти корабельные УРСы – когда направлены на тебя… Небольшие, чуть больше метра длиной, и одинаково хорошо работают по любым мелким и увертливым целям: по наземным, по надводным, по низколетящим воздушным. Лет сто назад на боевых кораблях использовались лишь ПКР, противокорабельные ракеты, предназначенные для борьбы с крупными и хорошо бронированными целями. Но разгул берегового пиратства заставил довооружать крейсера, фрегаты и сторожевики «мухобойками», как прозвали УРСы моряки – тяжелые дальнобойные ракеты оказались бессильными перед легкими и скоростными пиратскими моторками… Однако повезло, что «Гепард» не превратился в прихлопнутую муху…

Бортовой компьютер докладывал о полученных повреждениях – ничего серьезного, можно отложить осмотр и ремонт на потом. А сейчас надо разобраться с расчетом установки, потому что второй раз может и не повезти.

Абдельфарид отстрелил дымовой патрон, на всякий случай решив продемонстрировать, что «Гепард» подбит и загорелся, – если в носовой части УРСа стояла видеокамера, противника этим не обманешь, но встречаются и безкамерные модели…

К «Истанбулу» он двигался по широкой дуге, скрытно, решив подойти под прикрытием кормы почти вплотную и расстрелять из пулемета всех, кто обнаружится на палубе, а затем высадить десант и выковырять тех, кто засел в надстройках, или по крайней мере в боевой рубке…

Высаживать десант не пришлось. И открывать огонь из «ревуна» Абдельфарид не стал. На крейсере и без его участия начались очень интересные события…

На «Истанбуле» взревели сирены. Взревели так, что Олаф испытал крайне болезненный акустический удар – хотя вдобавок к звукоизоляции «Гепарда» его уши прикрывали наушники. В помещениях же крейсера звук был попросту убийственным – в прямом смысле слова, без всяких преувеличений. Швед увидел, как из левого крыла мостика выскочили двое – один рухнул на палубу, скорчился, другой, ни на что вокруг не обращая внимания, сорвал шлем, зажал уши руками… Абдельфарид расстрелял обоих одной короткой очередью «ревуна».

Из отдраенных иллюминаторов спардека повалила пена, она расползалась по палубе неаккуратными сугробами, – внутри явно сработала система пожаротушения. 37-миллиметровая автоматическая пушка, столь досаждавшая Геллуэю, неожиданно развернулась и почти в упор ударила по стрелкам, засевшим на оторванной корме крейсера.

У Апача все получилось! Системы «Истанбула» под его контролем!


9.  Мир без названия | Пылающий лед | 11.  Высшие сферы