home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


 Глава III

                 Влас

Кремень озадаченно рассматривал карту Московской области сорокалетней давности. Он повертел ее в руках, старательно в нее всматривался, пару раз буквально уткнулся в нее и, наконец, сказал:

  -Хм… люди, тут у нас казус вышел. Мы в восточное Подмосковье уехали.

Алексей, баюкавший собственную руку, огрызнулся:

  -А то мы не поняли! И что теперь делать?

  Кремень некоторое время еще всматривался в карту. А я тем временем осматривал окрестности вокруг остатков автобуса. Результатов это особых не принесло, так как все укутывал белесый туман, да и света с переменой обстановки не прибавилось.

  Да и ничего примечательного я так и не обнаружил. Штук пять-шесть пепелищ вокруг стелы, видимо – остатки деревянных домов. На дороге машин так и не обнаружилось, хоть дорога и должна была быть вполне оживленной.

  Костер тем временем старательно покрывал матом сталкеров Ганзы, саму Ганзу, торговцев Ганзы, шут-знает-что-еще Ганзы, поверхность, автобус, меня, Кремня и вообще все, до чего добиралась его память в глубинах сознания.

  Наконец Кремню надоело и он молча залепил Алексею затрещину. Парня мотнуло вперед, он не удержался, грохнулся на землю, чуть не напоровшись на обломок автобуса. Костер понял, что перегнул палку, а потому просто встал с земли, отряхнул от пыли химзу и отошел с таким видом, будто ничего и не произошло.

  Терминатор подал голос:

  -Значит так. Вот это самое место – въезд в город Богородск… или Ногинск, первое название тут в скобочках написано. Скоро светает, так что нужно заночевать где-нибудь в городе. Наверняка здесь есть достаточно глубокий подвал неподалеку, чтобы можно было спрятаться от тварей днем. И мне абсолютно не нравится этот хренов туман… - Буркнул Кремень напоследок.

  Костер, устроившийся на вылетевшем из салона кресле, спросил:

  -А в метро мы когда попадем, а?

  Глаза Кремня под противогазом недовольно сощурились.

  -Ну… можно будет попытаться пешком дойти на следующую ночь. Уж денек по-любому придется без еды перетерпеть, но это ничего, это не в первой. Мы пойдем в сторону Москвы, а там, глядишь, напоремся на броневик тех сталкеров, заведем да и доедем до Полиса.

  Внезапно в разговор включился Кукуцапль, который, казалось, потерял сознание во время аварии:

  -А… молодые… вам не кажется, что деревья… де-кхе… ревья странные? Они… не мутировали.

  Мы огляделись. И правда. Еще недавно деревья были уродливыми толстыми мутантами, а сгоревшие деревья попадались только совсем уж изредка. Здесь ситуация была с точностью до наоборот. Не было видно ни одного дерева-мутанта, зато вся территория вокруг стелы была завалена какими-то бело-черными сгоревшими поленьями. Именно тем, что осталось от лесочка.

  Я повернулся к Кремню. Но того, кажется, совсем не интересовала местная флора. Он посмотрел на темное ночное небо.

  -Отряд, если мы хотим вообще добраться до метро, нам нужно не бревна рассматривать, а искать подходящий подвал. – С этими словами он пошел куда-то в сторону. Именно к одному из пепелищ. Осмотрел, разгреб руками (дозиметр у него на поясе защелкал быстрее) золу и пепел, отвернулся и пошел к соседнему. Так он проделал со всеми остатками домов. А затем снова обратился к нам:

  -Народ, погребов не наблюдается. Федька! – Я поднял голову. – Ты только что тут носился. Это все дома?

  Я, немного подумав, кивнул. В конце концов, больше я не видел.

  -Что ж, тогда идем за мной, в город.

  И Кремень снова пошел, как тогда – еще в Москве. Казалось, прошла целая вечность, хотя на самом деле всего два или три часа. По крайней мере, так сказал Костер.

  Мы шли довольно быстрым шагом по дороге, которая, если верить нашему руководителю, вела в город. Вокруг было все больше пепелищ и все меньше сгоревших деревьев. В конце концов мы увидели первый многоэтажный дом, пять этажей.

  Он очень отличался от тех, что я видел в Москве. Он весь был как будто оплавлен, будто его долго и настойчиво держали в огне гигантской зажигалки. Все стены были покрыты копотью, а вместо оконных рам были только кучки мусора. Создавалось по-настоящему пугающее впечатление.

  Но через некоторое время я привык к подобным постройкам, выплывающим из тумана. Насколько можно сказать «привык» про остатки сгинувшей цивилизации. Их было немного, в основном по обе стороны от дороги стояли пепелища. Стали снова появлятся полена сгоревших деревьев.

  И так бы и бежал вокруг нас этот угрюмый пейзаж, если бы мы не наткнулись на нечто необычное.

  Труп.

  Он лежал посреди дороги, на спине, широко распластав руки и ноги по растрескавшемуся и обугленному асфальту. Мы все подбежали к нему.

  Зрелище было совсем не для слабонервных. Одежды на трупе не было, лишь прилипшие к нему остатки будто расплавленного пластикового комбинезона, Руки сливались с черным асфальтом, вся кожа на них и вообще везде была покрыта пузырями наподобие огромных волдырей. Лицо его вообще поражало. Такое же черное, кое-где будто порванное, обнажало до странности желтые зубы и череп. Причем под кожей не было ни намека на кровь или мышцы. Просто один пласт угля. Глаз у трупа не было, лишь какая-то желто-белая субстанция застыла в глубине глазниц.

  На некоторое время все опять замолчали, а потом я присвистнул, чтобы хоть как-то разрядить обстановку:

  -Нехило парень позагорал.

  На меня посмотрели как на ненормального. Кремень нагнулся над трупом и принялся обхлопывать его. Чего там искать то можно?

  Вдруг над нами раздался пронзительный клекот, как будто кто-то прочищает горло. Нечто черно-красное метнулось на нас из ниоткуда, шваркнуло по асфальту и вновь взмыло ввысь. На дороге осталось восемь глубоких борозд.

  -В круг, живо! – Заорал Кремень и выхватил автомат. Очередь распорола воздух, пули просвистели мимо пятна. Тем временем, неизвестный враг снова извернулся в воздухе и спикировал на тачку с дедом. Тот выпустил в птицу очередь. Я бросился к тележке, но нет, не успею… Костер буквально из-под размазанного пятна вытолкнул тачку всем телом и вместе с Кукуцаплем грохнулся неподалеку.

  От падения монстра асфальт вздыбился кругом, его куски разлетелись вокруг. Я уже попытался рассмотреть нашего противника, как вдруг он снова молниеносно рванул в ночное небо. Схватка продолжалась. Кремень пинком подогнал под себя полено, упал на живот и уложил калаш на импровизированную подставку. Хорошая доза свинца снова улетела в пустоту, в то время как тварь (а это, несомненно, был именно монстр) с оглушительным визгом снова бросился на нас. На меня. От неожиданности я успел лишь выпустить очередь, а затем меня накрыла огромная тень.

  «Это конец» - Пронеслась в голове предательская мысль, но случилось что-то странное. Тень будто снесло в сторону, тварь куда-то делась. Я резко вскочил (когда я только успел упасть?) подобрал валяющийся рядом автомат и развернулся в сторону, куда снесло монстра.

  Но его уже убили. Мутант лежал, придавленный поленом Кремня, из-под него растекалась лужа черной крови. Я подошел поближе и посмотрел на того, кто нас атаковал. Это была какая-то очень и очень уродливая птица. Вместо нормальных крыльев с перьями у нее было две непонятных пластины, как будто туго натянутая кожа. Тело было довольно короткое, но обтекаемое, как гоночный болид времен до Катаклизма. А голова заслуживала особого внимания. Вместо обычного клюва – короткая, собачья пасть, ощерившаяся зубами, как у хищной рыбы, похожими на иголки. Глаза будто остекленели или даже окаменели – я ради интереса постучал по ним. Раздался звук, как если бы я постучал по мелкому камешку.

  Впечатляли и когти твари – у нее была всего одна пара ног, зато какая! На каждой было по четыре загнутых когтя впереди и еще один сзади. И выглядела вся эта конструкция более чем внушительно. Сам монстр был чуть больше меня, вопреки всем ожиданиям.

  Кремень снова глянул на небо:

  -Так, а мы ведь забыли нашу основную цель. Рассвет уже довольно скоро и если мы не поторопимся, наткнемся и не на такое. Идем к ближайшему дому, там наверняка есть нормальный подвал или хотя бы подсобка.

  Терминатор подошел к соседнему дому и заглянул в дверной проем рядом со входом в подъезд.

  -Не, все завалено. Идем дальше.

  Он снова принялся методично осматривать дома. А я между тем следил за крышами. Мне там померещилось какое-то движение.

  Нет, и правда померещилось. Я пошел за Кремнем, а сам на ходу собирал воедино все, что накопилось за эту ночь.

  Мы вышли со станции Партизанская и сразу напоролись на сталкеров Ганзы. Воистину, везение еще то. Дальше мы укрылись в автобусе, который чудом завели. А вот это уже на самом деле невероятное везение. Эти гады пригнали броневик, чтобы нас поймать, за сто пулек то! Мы смогли их же гранатой уничтожить машину, а затем навернулись об столб с иконой. А вот дальше начинается какой-то бред. Ни одного остова машин или хотя бы какой-то их части. Вместо деревьев-мутантов просто сгоревшие полена, причем все до единого. Дома не похожи на разрушенные ядерным взрывом, они скорее напоминают последствия огромного пожара. Потом мы находим непонятный сгоревший труп, и на нас нападает мутант с каменными глазами. Все это напоминало какой-то древний триллер-боевик.

  Мне снова привиделось движение на крыше. Я дернул Костра за рукав.

  -Че?! – Огрызнулся он. Видимо, парень на самом деле привык  к метро.

  -Ты никакого движения не видишь? Вон там? – Я показал рукой на крышу, где мне только что показалось это передвижение.

  Костер передернул затвор и через мушку автомата стал разглядывать крыши домов. Потом он развернулся ко мне и сказал с еще большим раздражением:

  -Какое нахрен, движение?! Давай лучше помоги Кремню, а от меня отссы, я итак не в духе.

  Я стал рассматривать крыши с новой силой. И не зря. За нами снова раздался клекот. Справа, слева, сзади, спереди, даже сверху…

  -Вперед, по улице, бежим!!! – Заорал Кремень и снова побежал образцовым спринтом. Что интересно, на нем ведь до сих пор висел мешок с фильтрами для противогаза.

  Мы все едва поспевали за ним, а сзади трескался асфальт, летели куски дороги и многоголосым хором верещали птицы-мутанты. Мы бежали мимо какого-то выгоревшего парка. Он весь был завален поленьями, чугунная ограда расплавилась и теперь будто застыла вокруг тротуара.

  А нас гнали вперед монстры. Я видел их и спереди, и сзади, по бокам. Они врезались в асфальт спереди нас и нам приходилось перепрыгивать через образовавшиеся кратеры.

  Я заметил, что под ногами у нас рельсы. Трамвай? И рельсы целы? Что за…

  Кремень булькнул, выронил автомат и мешок с фильтрами и обмяк в когтях уродца. Тот победно заклекотал и унесся вдаль. А за нами все еще гналась целая туева хуча этих долбанных птичек! Я схватил на бегу мешок с фильтрами, взвалил на плечо и, хоть и замедлился еще больше, припустил вдвойне быстрее.

Тут невдалеке забрезжил какой-то объект, совсем не вписывающийся в общую картину. Он был похож на большой купол. Мы подбежали еще ближе и я буквально присвистнул. В мыслях, естественно.

  Перед этим металлическим куполом на табуретке сидел человек! Причем довольно-таки спокойно сидел. Даже развязно. То, что здесь есть люди, придало мне и Костру новых сил и мы буквально рывком подбежали к человеку и заняли за его табуреткой оборонительную позицию.

  «Раз уж подыхать, так с честью, елки» - Подумалось мне. Я прицелился в ближайшего птаха.

  Человек безразличным взглядом глянул на меня.

  «А противогаза на нем нет!» - Ошарашено подумал я, тем не менее, не сводя глаз с приближающейся стаи «птичек».

  А человек спросил низким, прокуренным голосом:

  -Вы что, не умеете с летягами справляться?

  Костер нервно спросил:

  -С какими летягами?

  -Ну ты и тормоз… ладно, опустите свои пукалки и смотрите, как работает профессионал.

  Человек встал, отряхнул себе подол длинного кожаного плаща, встал в полный рост перед черной тучей мутантов и закричал.

  Это был не крик от страха или от одури. Это вообще мало походило на крик. Напоминало хриплый лай собаки с какими-то подвываниями. При этом он хлопал себя по коленям, отчего возникало совсем уж диковинное ощущение.

  И стая вздрогнула! Птицы испуганно заклекотали, туча монстров в воздухе пошла волной, а затем молниеносно разлетелась в разные стороны, вереща вразнобой. Человек прокашлялся и уселся обратно на табуретку.

  Я поднялся с земли, а вот Костер так и остался лежать. Ничего, щас в себя придет. Человек между тем спросил обыденном тоном:

  -Вы откуда такие взялись, белоручки? – Я чуть не подавился от слова «белоручки», все-таки я опытный боец. Но все равно ответил:

  -Откуда… не поверишь, конечно, из Московского метро.

  -Секундочку. – Сказал мне человек и развернулся куда-то назад. – Димон!

  -Че?! – Донеслось с другой стороны купола.

  -В бункере чирик передашь!

  -А что, гориллы таки мутировали?

  -Не, в метро люди выжили!!!

  Дальше невидимый собеседник громко выругался. Человек довольно поскреб подбородок.

  -Значит так, крысы метрошные (Костер состроил гримасу). Меня звать Влас. Для друзей просто Влас. – Он ухмыльнулся. – А вы, значит…

  -Федор, Костер и Кукуцапль. – Ответил я.

  -Э-э-э… погоди. Как, еще раз?

  -Кукуцапль. Это старика так зовут.

  -А я думал, что тебя… да ладно, расслабься. Эй, дай-ка я тебя просканирую-с. – Влас выудил из-под табуретки странную коробку с несколькими торчащими антеннами и проводами. В переднюю часть коробки был привинчен циферблат от электронных часов. Он провел коробкой по нам и та сухо затрещала.

  «Счетчик Гейгера. Кустарный» - Понял я. А потом до меня дошло, что от нас, оказывается, фонит.

  -Оха, мать моя женщина… где вас носило, хлопцы? – Обалдело посмотрел на нас Влас.

  -Ну так… с Москвы до сюда добрались на автобусе, потом еще пешком от столба с иконой.

  -Наверное в вашей Москве нахватались. Ладно, стягивай ты свой противогаз, а то тебя хрен поймешь. – Увидев мой скептический взгляд, он похлопал меня по плечу. – Да не ссы, Маруся, здесь радиация очагами, стали бы мы в какой-то заднице базу устраивать?

  Я нерешительно сдернул противогаз и вдохнул воздух. Свежо, хоть и пахнет… не то серой, не то просто дымом. Непонятно.

  Между тем Кукуцапль и Алексей тоже стянули маски. Влас из-под той же табуретки выудил бутылки мутноватой серой жидкости и протянул ее мне.

  -Пей, потом своим дай.

  Я подозрительно осмотрел бутылку, а затем сделал глоток. Вкуса не было никакого, напоминало обычный безвкусный антибиотик.

  -Из чего это? – Спросил я, отхлебывая еще.

  -А хрен его знает. – Радостно признался Влас, и я чуть не подавился.

  -Это радиацию выводит. Передавай уже. Пойдем со мной, надо тебя переодеть.

  Я пошел за Власом, внимательно рассматривая его. У него не было на лице никакой растительности, кроме седеющих волос, одет он был в кожаный плащ до щиколоток, тренировочные штаны, расслоившиеся кроссовки и нечто желто-серое, некогда, наверное, бывшее рубашкой. Черты лица у него были прямые, точеные, что очень плохо сочеталось с таким голосом и манерой разговора, напоминающей Матроса с Партизанской.

  Он привел меня к большой круглой двери и постучал в нее. Дверь отъехала сама собой.

  -Механизм, понимашь. – Гордо сказал местный житель (как я уже окрестил Власа).

  Внутри все было довольно скромно. Видимо, большая часть внутреннего пространства уходила на купол. Внутри стояло три кровати, бочка с дурно пахнущей водой, обугленные стул и стол и… деревянная клетка с невообразимым уродцем. Я подошел поближе и посмотрел на него. Нечто вроде большого муравья, такой же черно-красной расцветки, как и птицы-мутанты. Усики у него были очень короткие, а голова непропорционально большой по сравнению с ними и телом. Тем не менее, эта тварюга держала равновесие и сейчас лежала, безразлично уткнувшись головой в миску с коркой хлеба.

  -Это чего такое?

  Влас оглянулся. До этого он рылся в тумбочке стола, где, как оказалось, лежало несколько стопок одежды.

  -А, это то… термит. Из-за них тут нифига машин и нету. Они, понимаешь, приспособились металлом питаться. Постоянно на наш бункер набрасываются, начинают грызть. А нам что остается? Дуплетом… а этот прямо перед рассветом у нас у двери уснул. Ну и Димон решил взять себе.

  Влас как-то странно выделил голосом слово рассвет, но я не стал расспрашивать его еще и про это. Я просто выбросил за дверь бункера свою химзу и оделся в предложенные местным жителем вещи. Старая водолазка, затертые до дыр джинсы, перчатки без пальцев, летние ботинки. Ничего примечательного. Я оделся и осмотрел себя, насколько мог.  И правда, обычный оборванец.

  Влас спросил:

  -Говоришь, из Москвы?

  Я кивнул.

  Он странно посмотрел на меня и хмыкнул:

  -Ну, значит, Москвич.


Глава II | Прятки с Солнцем |   Глава IV