home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 8

Отречение Николая II

Мне нет никакого смысла пересказывать историю Первой мировой войны. Об ней итак написано множество книг и снято немало фильмов. В любом случае это была совсем другая война. Хотя временами и ожесточённая, но всё же не такая кровопролитная. Для нас главным её итогом стало то, что практически весь мир узнал о том, кто они такие "Врачи без границ" и что такое настоящая гуманитарная помощь. Уже через полгода наши госпитали были расположены в глубине воюющих стран и больше всего работы было у психологов, ведь война это прежде всего стресс. К исходу первого года войны в воюющих странах люди стали испытывать недостаток продовольствия и тогда весь мир узнал о том, что у Североамериканских и Южноамериканских штатов имеются гигантские воздушные суда — экранолёты.

Они действительно были гигантскими, целых триста метров в длину, тридцать пять в ширину и двадцать пять в высоту. Оснащённые двадцатью громадными электротурбовинтовыми двигателями, они могли, приняв в трёхпалубные трюмы пятьдесят тысяч тонн грузов, лететь как над океаном, так и над поверхностью земли на высоте до двух километров со скоростью семьсот пятьдесят километров в час и приземляться на грунтовые аэродромы или приводняться везде, где глубина воды была не менее четырёх метров, а длина водного зеркала составляла хотя бы десять километров и не было гор, чтобы экранолёт мог снизиться и затем, разгрузившись, снова подняться вверх. Все тридцать семь машин были задействованы в самой широкомасштабной гуманитарной операции за все времена, которую мы назвали не без претензий — "Щедрость миротворцев".

Сначала в бой были брошены дипломаты, которые с цифрами в руках доказали правительствам воюющих государств, что уже через пару месяцев простым людям будет нечего есть. Ещё бы, ведь все силы, средства и людские ресурсы были брошены на войну. Требования дипломатов были не такие уж и страшные — выделить пустыри для строительства посадочных площадок и баз снабжения населения продовольственными товарами и товарами первой необходимости, а также разрешить международной организации "Волонтёры мира" развозить их и распределять среди гражданского населения. Первой, узнав о том, что мы согласны кормить даже жителей колоний, на это согласилась Великобритания, а затем все остальные страны.

Операция "Щедрость миротворцев" готовилась куда тщательнее, чем иные военные операции. Сначала на указанные плацдармы тяжелыми вертолётами была доставлена техника — бульдозеры, экскаваторы и подъёмные краны, а также отряды рабочих, которых сопровождал наш спецназ. Буквально за две недели, а во многих метах и раньше, были построены взлётно-посадочные полосы, тридцать семь штук по всему миру, и в воздух сразу же поднялись "Благовесты". На военных они произвели неизгладимое впечатление, ещё бы, ведь они имели размеры авианосцев. При строительстве эранолётов наши учёные уже вовсю применяли технологии валаров и потому не удивительно, что эти гигантские воздушные суда летают до сих пор.

Первым делом "Благовесты" доставили на будущие базы технику. Затем ещё технику и людей, всего свыше девяноста тысяч человек, затем оборудование и строительные конструкции и элементы, из которых сразу же стали собирать складские корпуса и жилые дома для персонала. График был очень плотный, ведь на разгрузку одного борта отводилось всего шесть часов, после чего "Благовест" взлетал и брал курс на Южную или Северную Америку. Вот тут-то генералы всех воюющих сторон и призадумались впервые. Уже летом семнадцатого года очень многим из них стало ясно, что эта война может выйти им боком и они стали отказываться выполнять те приказы Генерального штаба и верховного главнокомандующего, которые явно противоречили здравому смыслу и были направлены против гражданского населения страны противника.

Отдавать под трибунал генералов и адмиралов? К такому не был готов даже Безумный Вилли, но он отважился на это и первым, кого отдали под суд военного трибунала, стал командующий люфтваффе, тридцативосьмилетний генеральлойтнант Вильгельм фон Лееб. Его приговорили к расстрелу за то, что он отказался отдать приказ о бомбардировке Парижа. В знак протеста командиры пяти полков бомбардировочной авиации поднялись в небо на совершенно безоружных самолётах и перелетели в Россию. Их так никто и не стал расстреливать в воздухе, хотя Безумный Вилли потребовал сделать это немедленно. Шестичасовой полёт над Германией завершился приземлением на военной авиабазе в Радоме. В числе этих пяти командиров полков были Герман Геринг и Улыбчивый Альберт — Альберт Кессельринг. И они не были первыми перебежчиками.

Зато они стали едва ли не первыми, вслед за Манфредом фон Рихтгофеном, кто добровольно записался в международную, неправительственную военную организацию "Миротворцы", которая была создана на Кубе с целью проведения всемирной полицейской акции по принуждению к миру. Поначалу на "Миротворцев" смотрели чуть ли не с презрением, хотя провести параллель между широко разрекламированной операцией, проводящейся по всему миру — "Щедрость миротворцев" и этой военной организацией было легко. Она заявила о себе очень громко и сразу же объявила о том, что все её солдаты и офицеры будут приносить присягу всему миру в целом, а не какой-то отдельной стране, после чего их посвятят в рыцари мира.

Думаю не стоит удивляться тому, что я сразу же стал верховным командором ордена рыцарей мира или попросту миротворцев. На первых порах только в ЮАСШ был принят закон, который позволял солдатам и офицерам вооруженных сил этой страны подписывать трёхлетний контракт с "Орденом миротворцев" и становиться его рыцарями. Вскоре точно такие же законы были приняты в САСШ, Испании, Италии и в конце семнадцатого года в России. В это время накал боевых действий на Аллее Войны малость поутих, зато началась война за Малую Азию и Суэцкий канал. Туда были переброшены экспедиционные корпуса из Германии и Австро-Венгрии, а также французские подразделения зуавов и английские — гуркхов, имевших огромный опыт войны в горах, а также британское новшество — полки зулусов, которым были обещаны равные с колонизаторами права на их собственной земле и те на это повелись.

Император Австро-Венгрии Карл I бросил на Турецкий фронт более половины всех своих бронетанковых дивизий и потому первые два месяца военные действия велись довольно активно и австрийцы, вышибли англичан из большей части Ирака, но к февралю восемнадцатого года война приняла позиционный характер. Главной особенностью Турецкого фронта стало то, что он не имел сплошной линии обороны и был разбит на отдельные фрагменты. Войска спешно закреплялись на захваченных плацдармах и стремились превратить их в мощные укрепрайоны. Врачи без границ и там разбивали свои госпитали везде, где только имелись для этого условия. Ареной же боевых действия стал весь Ближний Восток, но самой запутанной ситуация была на Аравийском полуострове. В аравийских песках было создано несколько десятков фортов армиями обеих сторон.

С первого же дня войны что Антанта, что Союз Империи пытались всячески вовлечь в войну Россию, но активнее всех в этом направлении работала Великобритания. Естественно через Среднюю Азию и своих главных ставленников — Мохаммеда Алим-хана и Джунаид-Хана. Бухара и Хива стали для англичан чуть ли не направлениями главного удара, хотя на самом деле они были нацелены на то, чтобы отстранить от власти Николая II, передать её в руки своих ставленников, которых у них имелось немало, и тем самым спасти свой статус колониальной супердержавы. Потеря Канады, которая была фактически аннексирована Соединёнными Штатами, была очень болезненной оплеухой для правящей верхушки Великобритании.

Британская пропагандистская машина работала на полную мощность уже добрых пять лет, вопя о том, что Юнион Джек всегда будет развеваться над всем миром, а британский лев всем львам лев и так далее. Ещё до начала войны английские спецслужбы нацелили своих агентов на вербовку наёмников с целью укрепления своих экспедиционных корпусов. Из одной только Канады в Великобританию их прибыло свыше трёхсот тысяч человек и это ещё до шестнадцатого года. Все они были отправлены в Африку и Индию. Из самой же Англии ещё с начала двенадцатого года в африканские колонии и Индию ежедневно отправлялись тысячи человек — мужчин и женщин, которым был обещан очень высокий заработок на строительстве железных дорог, заводов, преимущественно военных, и фабрик.

С началом научно-технической революции, спровоцированной нами, к которой научный мир уже был готов, не хватало только прорыва в области прикладной науки и технологий, Виндзоры и британский истеблишмент первыми поняли, что грядут новые времена и, раскупорив свои кубышки, стали усиливать каре штыков вокруг себя. По типу Французского иностранного легиона они стали ещё в одна тысяча девятьсот двенадцатом году создавать Британский интернациональный легион для защиты своих колониальных владений и одновременно с этим принялись активно покупать и переманивать на свою сторону местные национальные элиты. К пятнадцатому году начала выкристаллизовываться новая модель колониальной политики, которая очень напомнила нам то, что творили валары.

Правда, англичане не уничтожали местное население своих колоний. Они пошли на хитрость. Отныне колонии принадлежали не короне, а всем англичанам и тем белым и цветным наёмникам, которые активно проявили себя в деле их защиты. Модель была проста до примитивности — все земли и средства в колониях принадлежали колонизаторам, мудрые белые сахибы возглавляли и руководили местным населением, а оно под их властью благоденствовало. Естественно самых умных, сильных и отважных брали на службу в армию и полицию, где они получали сказочно высокую зарплату. Не остались без своего куска и туземные царьки, но только в том случае, если они были согласны быть полностью интегрированы в новую политическую, экономическую и общественную систему.

В результате в самой Великобритании к началу второго года войны почти не осталось врачей, учителей, инженеров и просто образованных людей в возрасте до сорока пяти лет. Исключение составляли те из них, кто работал на военных заводах и фабриках, а также на тех предприятиях, которые, так сказать, изготавливали для папуасов стеклянные бусы, то есть товары народного потребления. Действуя таким образом, англичане действительно сумели очень сильно укрепить колонии и поднять в них уровень жизни. К тому же они без малейшего стеснения переселяли из Индии, Пакистана и Аравии в Африку буквально миллионы людей. В Аравии это аукнулось англичанам тем, что больше половины английских владений легко захватили для Турции австрийские танковые части, но они попросту говоря сдали эту страну, предварительно вывезя из неё всех тех мужчин и женщин, которые могли трудиться, строя новые города.

Для нас это было в какой-то мере неожиданностью в том числе и потому, что англичане "творчески" переосмыслили наш собственный опыт. Вместе с тем английская разведка нанесла нам очень болезненный удар. Как мы не стремились сохранить в тайне изобретение Николы Теслы, создавшего излучатель ужаса, оно всё же попало в руки английских военных учёных и те создали защитный шлем. Хотя и не долго, он мог защитить солдат даже от мощных излучателей, не говоря уже про ручные и те, которые мы устанавливали на вертолётах и это гарантировало нам множество неприятностей. Хотя мы начали готовиться к антиколониальной войне раньше, Великобритания успела создать в Африке, Австралии и Индии мощнейшие рубежи обороны и поставила под ружьё свыше пятнадцати миллионов человек.

Более того, она создала две весьма серьёзных группировки наёмников, нацеленных на Россию в обход Линии Горчакова в Швеции, на северо-востоке и на севере Афганистана. С Швецией у Великобритании был даже заключён тайный договор. Все военные заводы этого королевства работали на полную мощность и выполняли преимущественно английские заказы, хотя одновременно с этим поставляли военную технику ещё и Германии. Неподалёку от берега северной части Ботнического залива, в Швеции, севернее Будена, был создан большой испытательный танковый полигон и именно его англичане использовали для создания мощного бронированного кулака, которым они хотели нанести удар по береговым батареям в Пори, Турку и Карьяа. Это могло бы представить для нас опасность, не знай мы об истинной цели создания как этого полигона, так и нескольких учебных центров, размещенных вокруг него.

Однако, куда большую угрозу для России представляли бы предатели, хорошо оплачиваемые английскими спецслужбами. И вот ведь парадокс — их имена нам были известны ещё со школьной скамьи. Во главе этих господ стоял завзятый политикан Гучков, к которому примыкали такие деятели, как Милюков, Родзянко, Керенский, Дмитрюков, Львов и ещё несколько десятков человек, окопавшихся в Санкт-Петербурге. Все они крутились при дворе и всячески лебезили перед Николаем II, называя его самым великим русским царём. Тому нравилась их грубая лесть и подобострастие. С некоторыми из этих господ он даже встречался приватно. К восемнадцатому году царю явно стала надоедать двойственность его положения в государстве. С одной стороны он вроде бы был самодержцем, а с другой у Петра Аркадьевича уже опустились от бессилия руки.

Царь откровенно начал дурить. Честно говоря, мы не горели желанием отстранить его от власти. Наоборот, делали всё, чтобы он хотя бы казался мудрым государем-императором. Ему понравилось выступать по телевидению перед народом и это сделалось самой настоящей головной болью для спичрайтеров Столыпина, так как царь постоянно капризничал, когда перед ним клали на стол текст его очередного выступления. По нашей настоятельной просьбе Пётр Аркадьевич делал всё возможное, чтобы сблизиться с царём, но это удалось лишь наполовину. Он подружился только с Аликс и его детьми. Александра Фёдоровна, надо сказать, которая сблизилась с Ольгой и Ириной, женами двух бравых каперангов — Игоря Трунова и Вячеслава Реброва, которых она называла ангелами-хранителями сына, тоже частенько была недовольна своим венценосным супругом.

Вот ей почему-то "ученье" пошло на пользу. Она с большим интересом слушала всё, о чём говорил ей Пётр Аркадьевич, а тот по большей части пытался довести до сведения царя информацию о том, что происходит в России и во всём мире. Императрица живо интересовалась экономикой и общественной жизнью, зато её венценосный супруг только кривился, когда об этом заходила речь. Хотя поначалу царь и противился этому, сначала сама императрица, а затем Ольга и Татьяна всё чаще и чаще присутствовали на разных мероприятиях в честь пуска заводов, открытия дорог и спуска на воду судов. В общем делали всё, что и полагается семье самодержца, радеющего о благе своего народа. Сам Николай считал это моветоном, но боялся перечить жене в такого рода мелочах.

Ещё больше он боялся Столыпина и его ближайших помощников и в порядке мелочной мести постоянно изводил их своими капризами. Совсем другим был его сын — цесаревич Алексей. Он был полной противоположностью своему отцу, который хотя и обладал недюжинной силой воли и даже был неплохим спортсменом, всё же не отличался целеустремлённостью, образованностью, большим умом и постоянством взглядов. В отличие от царя цесаревич был куда более цельной личностью. Он мечтал не царствовать, а править великой страной и прекрасно понимал, что для этого нужно быть очень эрудированным человеком. Алёша ещё в десять лет попросил Петра Аркадьевича составить для него список тех книг, которые он, чтобы стать мудрым правителем, должен не просто прочитать, а пропитаться ими. Такой список из более, чем семисот наименований был для него составлен и к четырнадцати годам этот юноша их все прочитал.

Уже в возрасте двенадцати лет Алёша свободно изъяснялся на пяти языках, а в четырнадцать лет сдал экзамены, пройдя полный курс обучения в гимназии, с блеском сдал сначала выпускные экзамены, а затем и вступительные в Санкт-Петербургский университет, поступив на факультет экономики и права, так как считал, что государь-император просто обязан в совершенстве изучить две эти дисциплины. Впрочем, круг его интересов был гораздо шире. Прекрасный кавалерист, он отлично водил автомобиль и хорошо умел ездить на мотоцикле. Его мечтой было научиться пилотировать вертолёты и самолёты, хотя он и понимал, что никогда не сможет летать на них самостоятельно, без опытного пилота, сидящего рядом.

В свои неполные четырнадцать лет этот мальчик уже вполне мог постоять за себя. Наши специалисты поспособствовали тому, чтобы Алёша смог полностью раскрыть весь свой биологический потенциал и благодаря им в четырнадцать лет он даже перегнал в росте отца и имел рост метр семьдесят два, отчего казался старше возрастом. Игорь и Слава, которые опекали его с младенчества, привили ему не только любовь к спорту, но и сделали настоящим атлетом, прекрасным рукопашным бойцом, научили метко стрелять из пистолета и автомата, метать нож и даже фехтовать. Хотя они оба были великанами, это ничуть не помешало им стать ещё и прекрасными наездниками. Так же хорошо держался в седле и их воспитанник. Он очень любил, надев наряд гаучо, состязаться в ловкости с казаками, но в то же время бывая в Аргентине, обязательно показывался в казачьей форме.

Цесаревич Алексей был к тому же ещё и очень отзывчивым, добрым и общительным пареньком. Александра Фёдоровна не могла нарадоваться на успехи сына и особенно её радовало то, что он полностью избавился от своего тяжелого недуга даже раньше, чем ей это было обещано. А ещё императрицу радовало то, что он живо интересуется государственными делами и куда чаще, чем сам государь, беседует с Петром Аркадьевичем и даже спорит с ним. Учили её сына самые лучшие специалисты и программа его обучения была гораздо шире, чем в обычной гимназии. Вот только Закон Божий его никто не заставлял зубрить наизусть, зато ему постоянно говорили, что в Российской империи есть много верований и к людям их исповедующим нужно относиться с точно такой же любовью, как и ко всем православным, не делая никаких исключения.

К августу одна тысяча девятьсот восемнадцатого года заговор против России созрел окончательно. Хотя Англия от имени Антанты и обещала заговорщикам золотые горы, они были трусами и потому долго не решались свершить то, о чём сами же мечтали. Чтобы хоть как-то поощрить их к этому, большая часть войск была выведена из Санкт-Петербурга на манёвры аж за Москву. К тому времени в столице уже собралось свыше девяти тысяч боевиков и четвёртого августа боевики стали сосредотачиваться во Втором городском районе. Они были хорошо вооружены и даже имели крупнокалиберные пулемёты и базуки английского и французского производства. Все поставки были осуществлены через посольства под видом дипломатических грузов. По городу они перемещались на автомобилях.

У петербуржцев в самом разгаре был сезон отпусков и потому большая часть жителей либо поехала в Крым и на Черноморское побережье Кавказа, либо загорало на дачах от Старой деревни до Териок. Питер за тринадцать лет преобразился и выглядел настоящей европейской столицей. От Автово до Лигово, а также от Новой деревни до Коломяги и дальше до Парголово, он был застроен небоскрёбами. В городе были реконструированы все улицы, возведены новые мосты и даже построена дамба, защищавшая Питер от нагонной волны, но куда более умно спроектированная. Вместе со столицей преобразилась и вся Россия, но это не интересовало заговорщиков.

В Санкт-Петербург приехали два азиатских сторонника Антанты и уговорили царя дать в их честь обед, на который и были приглашены все остальные заговорщики. Все явились в Зимний дворец к двенадцати часам, за два часа до назначенного времени, так как Сейид Мир Мохаммед Алим-хан хотел рассказать государю-императору и своим русским друзьям о своих новых инициативах. Тот пошел ему навстречу. Столыпин и большая часть его министров находились в отпуске и отдыхали неподалёку, в Териоках. Наши спецслужбы обо всём знали и были готовы к любым неожиданностям. Едва только "гости" вошли в один из залов, где им была назначена аудиенция с Николаем II, и к ним вышел государь, то сразу же выхватили пистолеты, а бухарский эмир даже не поленился обнажить саблю. Гучков решительно подступил к царю и, держа у его лица револьвер, слегка заикающимся от волнения голосом заявил:

— Государь, Петербург в наших руках. Если вы хотите сохранить жизнь себе и детям, то немедленно отречётесь от престола.

Николай улыбнулся и спросил:

— И что же вы будете делать после того, как я отрекусь?

Гучков запальчиво выкрикнул:

— Россия под нашим управлением немедленно сделает то, что она давно уже обязана сделать — вступит в войну на стороне Антанты!

Хотя мы и не были уверены в этом до конца, царь вместо того, чтобы позвать охрану, кивнул и с улыбкой сказал:

— Что же, если вы того так желаете, то я подпишу отречение. Надеюсь вы подготовили сей документ? С вашей стороны было бы неразумно, не заготовить его заранее.

Отречение, разумеется, было подготовлено и едва только царь Николай II подписал его, как дверь в зал распахнулась и звонкий, мальчишеский голос разорвал напряженную тишину:

— Государь, как вы могли? — Цесаревич, облачённый в уже потёртый боескафандр, вооруженный офицерским кольтом, подаренным ему Теодором Рузвельтом, быстро вошел в зал, вслед за ним через все двери и окна в него влетела группа захвата и громко сказал — Что же, государь, раз вы так решили, то я принимаю бремя власти на себя. Господа, вы все арестованы и будете преданы суду военного трибунала за государственную измену и организацию вооруженного мятежа.

Дуэлянту и скандалисту Гучкову на всякий случай прострели руку и это был не единственный выстрел в этот день. В ту же минуту праздношатающаяся публика в центре города, а также неизвестно откуда взявшиеся спецназовцы немедленно принялись вязать боевиков. На один выстрел они отвечали сотней, но убитых было мало, зато ранено было не менее половины мятежников. Весть о том, что Великобритания пыталась организовать в России вооруженный мятеж и что царь Николай II под угрозой физического уничтожения отрёкся от престола, но цесаревич Алексей храбро выступил в защиту интересов Российской империи и её народов, немедленно облетела весь мир. Посольства Великобритании и Франции были взяты штурмом, а все агенты разведок этих стран арестованы. Почти все они находились в рядах боевиков. Так цесаревич Алексей стал государем-императором и население огромной страны об этом ни разу не пожалело.

За сутки до этого, когда нам стало окончательно ясно, что мятеж состоится, в море вышли сотни судов и направились частично в Россию, а частично курсом на британские и все прочие колонии. В четырнадцать часов по Гринвичу весь мир узнал, что началась операция "Гнев миротворцев". Хотя "Благовесты" поднялись в небо последними, а их число уже увеличилось до семидесяти двух, они долетели до важнейших точек первыми и на этот раз на их борту находилась военная техника и рыцари-миротворцы. Всему миру было сразу же объявлено, что это будет сугубо полицейская операция, направленная на прекращение войны и полную ликвидацию всех колоний. Жителям всех воюющих стран сразу же объяснили, что они будут оккупированы, причём на очень длительный срок.

Делать такое громкое заявление пришлось мне и оно вызвало во всём мире бурю эмоций. В том числе и в России, которая в отличие от стран Западной Европы не знала ни страхов, ни тягот войны. Мнения на этот счёт высказывались самые разные и в том числе совершенно противоположные. У нас уже была подготовлена крупномасштабная информационная атака и она началась сразу же. Газеты, радио и телевидение принялись извещать население империи о том, чего именно хотели добиться, где замышлялся этот заговор и кто за всё платил. Попутно было подробно рассказано о "Сыворотке правды" и о том, чего можно добиться с её помощью. Самым же шокирующим заявлением контрразведки было то, что на допросы ключевых фигур было решено пригласить представителей прессы.

Они начались уже на следующий день и посол Великобритании в России сэр Эрик Драммонд поведал миру о том, чего именно добивалась правящая верхушка Британской империи. Аппетиты у неё были, надо сказать, огромные. Русский Север и русский Дальний Восток, Средняя Азия, Украина, Крым и Юг России. При этом большую часть самих русских предполагалось "сжечь" в пламени Первой мировой и если повезёт, то ещё Гражданской войны и уморить голодом. Франция, Германия, Австро-Венгрия и Турция должны были истощить себя в этой Первой мировой войне до предела и тогда их колонии станут лёгкой добычей Великобритании. Соединённые Штаты англичане надеялись перевербовать, а Южную Америку, пользуясь своим тотальным превосходством в силе — завоевать по новой. Да, планы у Георга V были такими, что им мог бы позавидовать и Александр Македонский вместе с Чингисханом и Тамерланом.

Англичан этот деятель видел расой господ, некоторую часть европейских народов их слугами, а население всего остального мира никем иными, как безмолвными рабами. В наше время умами некоторых господ завладела идея золотого миллиарда, а ту речь шла о куда меньшем числе господ. И вот ведь что самое удивительное, такие мысли в голове этого типа, а вместе с ним в головах всех тех господ, которые относились не только к правящему, но и просто среднему классу Великобритании, укоренились благодаря нами же устроенной научно-технической революции. Англичане почему-то считали, что только они смогут воспользоваться её плодами с максимальной эффективностью. В том числе и в военных целях.

Откровения сэра Эрика Драммонда, показанные по телевидению, произвели огромное впечатление на жителей обоих полушарий, в том числе и на граждан Российской империи, но куда большее впечатление на них произвело выступление цесаревича Алексея. Перед людьми предстал, как написали в газетах "не мальчик четырнадцати лет, а юный государь-император, преисполненный мужества и решимости повести Россию в светлое будущее". Да, ничего не скажешь, получасовое обращение к нации юного государя-императора произвело на всех граждан России, да и на нас всех, неизгладимое впечатление. С искренней скорбью он заявил о том, что Николай II под давлением врагов России отрёкся от престола и что он берёт всю ответственность за будущее страны на себя. Цесаревич Алексей выступил с заявлением о необходимости масштабных реформ в стране, которые должны пойти на благо её народам, а также заявил о том, что Россия, как и прежде, не будет участвовать ни в каких войнах и приложит все усилия к тому, чтобы братоубийственная война, развязанная в Европе, завершилась как можно скорее.

Коронация была назначена на двадцать пятое августа и до той поры вся власть временно переходила в руки премьер-министра. Так была перевёрнута последняя страница старой истории мира. Впрочем, она уже была совершенно иной. Пётр Аркадьевич также обратился к народу с воззванием и сказал о том, что солдатам и офицерам Российской империи, а также всем остальным гражданам отныне разрешено вступать ряды неправительственной международной организации "Миротворцы". Наши суда в это время уже выходили на позиции атаки сил противника, но пока что не были никем обнаружены. Мировой океан большой, а мы имели возможность видеть, как на ладони, каждый самолёт-разведчик. К тому же мы попросту глушили эфир и все те самолёты-разведчики, которые выходили на нас, сбивали, а их экипажи брали в плен и потому о нашем приближении так никто и ничего не узнал до того момента, пока мы не приблизились вплотную.

Попытка мятежа не вызвала в России никакой паники. Люди даже не прервали своих отпусков. Просто ко всем ранее запланированным государственным и общественным мероприятиям, добавилось ещё одно, коронация цесаревича Алексея. Николай II, став простым гражданином, даже не получил нагоняя от Столыпина за то, что отрёкся от престола с такой лёгкостью. Взбучку ему устроила Александра Фёдоровна, но она же его и утешила. Алёша, не смотря на свои юные годы, сразу же собрал Государственный совет и показал на нём всем, что он в курсе всего происходящего и в отличие от своего отца мыслит куда шире и масштабнее. На этом Государственном совете он заявил, что Российская империя и дальше будет прирастать территориями, но мирно, без захватнических войн.

Если до этого простые люди были поражены тем, насколько здраво рассуждает этот юноша, то члены Государственного совета пришли в полное изумления от того, как хорошо цесаревич Алексей знает текущее состояние дел в стране и мире. Цесаревич не призывал никого прийти к нему на помощь и не говорил никаких благоглупостей, как иногда делал его папенька. Он просто кратко, но ёмко охарактеризовал ситуацию и раздал всем поручения, велев Петру Аркадьевичу ежедневно докладывать о том, как они исполняются и строго спрашивать с каждого за их неисполнение. В общем все сразу же почувствовали, что юный государь-император не собирается стрелять ворон, как это частенько делал его предшественник. Да и на заседание Алёша прибыл не ряженым клоуном в черкеске или мундире кирасира, а надев строгий, чёрный костюм тройку.

На плечи этого мальчика был возложен очень тяжкий груз, но он именно к этому и готовился все последние годы. Пётр Аркадьевич, который владел всей информацией относительно заговора англичан, не раз и не два говорил Алёше, что как цесаревич он должен быть всегда готов к тому, чтобы принять на себя всё тяжкое бремя власти и что пути Господни неисповедимы, а потому хотя Зимний дворец и охраняется очень тщательно, произойти может всё, что угодно. Что же, самого худшего не произошло, все Романовы были живы, вот только Николашка опять дал слабину. Как вскоре выяснилось, Гучков и компания пошли на это преступление только под угрозой физического уничтожения агентами английской разведки. Это не было для нас неожиданностью, но впоследствии послужило для заговорщиков смягчающим обстоятельством и никого из них не расстреляли, а лишь посадили в тюрьму на срок от десяти до пятнадцати лет.


Глава 7 Стажировка на авианосце "Адмирал Нахимов" | Десант в прошлое | Глава 9 Начало операции "Гнев миротворцев"