home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Воскресенье, 15е. 10 утра в Венесуэле

– Ну, как спалось, команданте? – Осторожно тронула гостя за плечо сеньора Вероника. – Бороться и искать, найти и не сдаваться?.. Вроде так ведь когдато собирались жить? Как чувствуем себя после пластики? А рёбрышки ноютплачут?.. Ну, ничего, надо терпеть. Родригес вчера полдня возился с вами. Говорит, что через пару недель сможете в футбол играть.

Пришелец пошевелился и попробовал самостоятельно приподняться в постели, но только смял простыню, укрывавшую его от лёгкого ветерка, продувавшего веранду, где в подходящей по размеру нише стояла старинная кровать с медными, по два, шарами в изголовье и в ногах, затянутая капроновым пологом с мелкой ячеёй от всякой летающей нечисти.

Он был тщательно забинтован в области грудной клетки. Не менее старательно бинты скрывали и лицо, и голову, так что видны остались лишь глаза и место, предназначенное рту.

Вероника привезла на сервировочном столике завтрак, но пока не представляла себе, как будет кормить гостя.

Вчера день прошёл в невообразимой суете. Пока Хуан съездил за доктором, объяснил ему, уговорил приехать и помочь, Вероника утешала гостя, как могла, говорила с ним, а он, видимо, не мог толком и языком повернуть и больше молчал, часто впадая в забытье. Какое там есть! Чем? Лицо представляло кровавое месиво кожи и мышц, коекак заклеенное Вероникой пластырем, накрученными наскоро бинтами, пропитанными спёкшейся кровью.

Единственное, что она смогла организовать – поить его соками и холодным зелёным чаем через коктейльную соломинку.

Родригес работал не меньше трёх часов. Он вообще классный, универсальный врач, да и просто надёжный, порядочный человек.

Просьбу сохранить визит в тайне и забыть об этом пациенте до следующего вызова Родригес понял без подробных пояснений. У каждого в этой стране своя жизнь, и чем меньше соседи и знакомые знают о ваших проблемах, тем лучше.

– Дмитрий Анатольевич! – Спросила Вероника. – Пить будете?..

В ответ раненый только простонал и утвердительно моргнул ресницами. Несколько минут бестолковой возни, и ДАМа удалось усадить в постели более или менее устойчиво.

Вероника приноровилась поить страдальца из пластиковой бутылки с вставленной вместо пробки пластмассовой трубочкой для коктейлей. В этот раз хозяйка предложила апельсиновый сок.

Сделав несколько глотков, ДАМ тихо сказал:

– Спасибо, Вероника! Пока – всё!..

– Вы не против, если я буду на “ты”? – Спросила Вероника.

– Естественно… Мы же на краю света… Даже, похоже, в джунглях… Скажи… Вероника… что там в мире говорят о России, чем закончилась катастрофа на Волге?..

– Ой, Дмитрий! Не забивал бы ты пока голову негативом. Никуда твоя Россия не денется и с последствиями взрыва там, похоже, справляются. Обама помог, Штаты распылили над очагом заражения какойто особый дуст, и пока основная угроза миновала…

– Да, чтото такое вчера вечером, когда очнулся от операции… вроде слышал… Твой муж говорил комуто…

– Да уже не муж, слава богу. Вернее, бывший. Развелись, наконец. Теперь вот осталось асьенду переоформить и джип. Ему достанется усадьба, а мне машина, коекакие деньжата и пропуск на выход… Ну, да не будем о грустном… Мне вот более важно, чтобы тебя хорошенько покормить. Ротто как? Ложку всунешь или вот так, через соломинку?..

– Попробую маленькими кусочками… Есть хочу…

– Ну и слава богу! Хочешь кушать, значит, самое страшное – позади… А что, давай попробуем!.. Я своим только что напекла ареп. Пока готовится обед, давай подкрепись арепами с соком. Что такое арепы? Арепа – это кукурузная лепешка… Очень вкусно, пока свежие, и не портят фигуру, поверь… Потерпи, пойду принесу…

Вероника ушла, такая простая и надёжная в джинсовых шортах и палевой шёлковой кофточке, прямо ангел из венесуэльской сельвы. Желтоватобелёсая расцветка кофточки напомнила Дмитрию непритязательный луг за дедушкиным домом в деревне, где он не раз проводил каникулы. Выйдешь за околицу, и ноги тонут в одуванчиках и клевере. Куртины тысячелистника и пижмы оживляют картину. А если не поленишься пробежать подальше, до речки, обязательно наткнёшься на полоску свежего покоса – дедова утренняя работа. Непременно притормозишь, очарованный запахом свежескошенной травы…

Попытка поесть оказалась сущим мучением. Израненые губы и отсутствие нескольких передних зубов не только усложняли простой, как крик младенца, процесс откусывания и жевания, но и причиняли адскую боль.

– Всё! Не могу больше… Дай запить!.. – Взмолился раненый, не доев вторую арепу.

Он устало завалился на спину и прикрыл глаза.

Вероника убрала полотенце и посуду на сервировочный столик и присела у изголовья ДАМа.

– Молодец! Начало положено. Мужику еда – главное лекарство. На обед у меня тушится жаркое с картошечкой и фасолью, пальчики оближешь!.. Ну, и понятно, борщ. Сегодня борщ покиевски с пампушками… Постарайся подремать часок. Я буду выходить и снова приходить. Ладно?.. Ты только не отчаивайся, я тебя вытащу, я себя знаю… Главное, никакого пессимизма. Запомни, ты цел, а то, что помятый, для мужика дело естественнное…

– Вероника, вчера вроде говорили о телевизоре? Можно както организовать, а то я совсем одичаю здесь в лесу.

– Нет проблем. Я сейчас скажу Хуану, пусть всё подключит. Айнс момент!

Хозяйка мило улыбнулась ДАМу. Уходя, она открыла обе створки двери, ведущей в дом.

Вскоре появился Хуан, таща здоровенный “Панасоник” дюймов за 50. Следом в дверях показался хозяйский сын Роналдо с подставкой и кабелями в руках.

Не прошло и пяти минут, как телевизор ожил и на экране возник популярный здесь телеканал Radio Caracas Television (RCTV). Диктор, конечно, поиспански, вёл очередной выпуск новостей.

В Либерии упал едва взлетевший с аэродрома близ Монровии Боинг747…

Последние заключённые Гуантанамо, наконец, покинули тюрьму и переданы властям Йемена…

Огромный айсберг, площадью со Швейцарию, дрейфует в сторону Кейптауна…

США помогли России дезактивировать ядовитое облако после терракта восточнее Москвы. Президент Медведев поблагодарил президента Обаму…

Лондон вновь повысил уровень террористической угрозы с «существенного» до «серьезного»…

Поиски русского самолёта, которым летел Путин, до сих пор не увенчались успехом. Колумбия не подтвердила посадку этого Блэкджека на своей территории…

Вероника вернулась и подала ДАМу телевизионный пульт.

– Ну как, ни фига не понимаешь? Испанский не китайский, за пару недель я тебя научу…

Гость пытался повыше устроить голову на подушке, и хозяйка помогла ему устроиться поудобнее.

– Вероника, что они говорили о Москве? Я не понял, кто там теперь за президента?..

– Я политикой особенно не интересуюсь. Смотри сам и соображай. Погуляй по программам, найдешь и несколько русскоязычных.

– А сколько у вас каналов?.. У вас, вижу, цифровое уже…

– Да этих каналов не пересчитать, через спутник же. То ли 500, то ли 600. Никак не разберусь, некогда. Это вот Роналдо, сыночка, так он у меня и в компьютерах, и в телевизорах академик, а я старая глупая баба, не петрю и всё, хоть плачь… Он меня полгода к монитору приучал, пока я освоилась в Одноклассниках, Фэйсбуке и Скайпе… Зато теперь у меня весь мир по вечерам и все друзья… Фантастика!..

Дмитрий застонал, пытаясь лечь удобнее. Не сказал, а почти прошептал:

– А наши каналы есть?..

– Наших два, киевский 24й канал, но он на украинском, ты не поймёшь ничего… А ещё московский Россия… Хочешь, поищу?

– Ладно, попробуй Вести…

Вероника забрала у Дмитрия пульт и принялась искать каналы.

– Вот, кажется, российский Россия24. Смотри, только спокойно, не трепли нервы, если что…

На экране мелькнули знакомые заставки, и молодая женщина продолжила какойто новостной сюжет.

В соответствии с указанием президента Медведева эМЧеэС приступило к завершению дегазации района Кизнерской катастрофы.

В район бедствия направляются также подразделения химзащиты. Необходимое количество строевых воинских частей приступает к обеспечению порядка и безопасности граждан…

– Вероника, ты слышала? “В соответствии с указанием президента Медведева…” Какой президент, какой Медведев, если я здесь?..

– Слышала, не глухая. Значит, в Москве есть другой Медведев, только и всего. Или ты – не Медведев и твоё удостоверение – липа из подземного перехода…

– Какой ужас! Я ранен, обезображен и не могу показаться на людях до прибытия аварийноспасательной группы. Путин неизвестно где и жив ли. В Москве, выходит, творится хаос, а в Кремле объявился ЛжеДмитрий… Вот это завал так завал!

– Дмитрий, не накачивай адреналин! Тебе сейчас надо лежать и лежать. Пожалуй, я выключу телик. Отдохни, подремай немного. Скоро подъедет доктор Родригес, осмотрит и, если понадобится, сделает чистку ран…

ДАМ молчал, отвернувшись от экрана и отрешённо глядя в потолок.

По мере того, как организм понемногу отходил и от перенесённого стресса и от многочисленных травм и разрегулирования функций, он постепенно всё больше времени отдавал анализу ситуации, в которую его ввергла спешка в принятии судьбоносного решения и напор соратника по управлению Россией, его извечная непоколебимость в богоданной правоте.

И всё чётче вырисовывалась ошибочность и даже трагикомизм атавистического детского испуга, приведшие к необъяснимому порыву – бежать из страны без всякой подготовки, бежать как можно скорее и как можно дальше. Бежать, закрывши глаза и уши. Бежать без оглядки.

Он в который уже раз прокручивал мысленно детали самого начала паники. Вспоминал, как 13го, в пятницу, около 9ти утра, сидя после завтрака в своём кабинете в Горках9 за компом и просматривая мировые новости, вдруг наткнулся на эксклюзив:

“Чудовищный взрыв химического оружия в России. Москва и Урал обречены на гибель. Европе угрожает мучительная смерть от химического Чернобыля.”

Дмитрий тогда крикнул Светлане, наставлявшей Петровну насчёт неотложных дел по даче, не забыть накормить Илюшку, когда его привезут после школы, затем проконтролировать занятия сына с преподавателем английского, а к вечеру, когда подъедет тренер по плаванию, не забыть переодеть мальчика в свежее бельё:

– Света, бегом, всё бросай, ко мне!.. Вот!..

Она прибежала, увидела, что он по плечи воткнут в комп, взглянула на экран через плечо мужа и сдавленно крикнула:

– Боже, только не это! Звони, проверь, бывают провокации, дэзы всякие…

Он быстро и решительно встал, крепко обнял Светлану:

– Если это так, надо банально драпать. Спасаться. Когда отбежим подальше, можно будет разобраться. Бери машину, заезжай в школу за Илюшей, затем прямо в аэропорт и на самолёт, ФСО знает, как и что в случае экстрима. Вы летите в Лондон, сидите там до моего звонка. Я не сам по себе, ты же знаешь. Еду в Кремль, там определимся… Ну, храни вас Господь!

Через час, уже в Кремле, когда подъехал ВВП, они переговорили. Конечно, “переговорили” это будет громко сказано. Было проще.

ВВП, бледный, с непривычно белым, без кровиночки, лицом стремительно вошёл, крепко пожал руку, спросил:

– Ты в курсе?..

– Ещё бы!..

– Меня Сергей утром обрадовал. Я как раз брился. Конечно, терракт. Там ведь не могло само по себе рвануть. Взрыватели к этим снарядам и бомбам, насколько я знаю, хранятся отдельно. Значит, подрыв склада с начинёнными газом боеголовками – следствие организованной диверсии. И где была охрана? А профилактика? Сплошное блядство! Стрелять и вешать! Но пока не до этого. Если выкрутимся, я контору перетрясу и лично выбью дурь!.. Пора менять тяжеловесов, зажрались!..

– Быть может, нам туда слетать? Шойгу в экскурсоводы возьмём?..

– Ты что, Дмитрий, охренел? Страну загубим! Если ещё и мы гдето там сгинем, России полный абзац будет. И не думай! Надо задний ход сделать, чтобы сгруппироваться. Своего рода ход конём. Понял?

Сейчас пусть семьи летят, как намечено для таких случаев, подальше и ждут развития событий. Твои где?

– Светлана заберёт Илью и дальше – в Шереметьево. Я вызвал ФСО и поручил отправить в Лондон, как предусмотрено по плану чрезвычайных ситуаций.

– Молодец! Моих я уже отправил. Пока что на Сардинию. Сильвио обещал, если что, помочь. Уверен, что не подведёт… Ну, а мы с тобой… Давай на дальние рубежи. К другу Уго. Там всё проанализируем и через недельку, если обстановка позволит, вернёмся.

Ну, а если не позволит, то я вот в этом кейсе везу всё, что нам понадобится в мире чистогана…

Сейчас давай собирай манатки – минимум документов и вещей, и через час вырулим в Шереметьево. Я дал команду перегнать туда два ТУ160, на них и полетим с ветерком.

А чтобы самолёты ровнее летели, возьмём мне на борт Сердюкова, а тебе – Бортникова… Каламбур – Бортникова на борт, Бортникова за борт!..

Кого здесь оставим на разгребание? Думаю, Зубкова. Виктор Алексеевич вполне надёжный мужик, кого надо – похоронит, кого не надо – к орденам представит… Почему не смеёшься?..

Дмитрий устал вспоминать. Отвернулся к стене. На несколько минут забылся в дрёме.

День уже разгулялся вовсю. На веранде стало жарко. Определённо выше тридцати градусов. Хорошо что хоть мухи и прочая летающая братия надёжно отсекались капроновым пологом.

Но покой длился недолго. Пришла Вероника с доктором Родригесом. Он сумел приехать пораньше.

Осмотр и перебинтовка тянулись длинные полчаса. Состояние больного удовлетворило Родригеса. Единственное, что он поправил, так это рваную рану на правой скуле. Под местным наркозом, пофронтовому. Он иначе, чем вчера, спрофилировал края раны и старательно зашил её.

– Что болит? – Спросил доктор через Веронику.

– Рёбра на правом боку… – Пожаловался Дмитрий.

– Что же вы хотите! Если рёбра сломаны, то это больно. Раньше не догадывались?.. Но у мужчин такие моменты в жизни не редкость. Заживают и срастаются рёбра в вашем возрасте ещё неплохо, так что через месяц забудете о печальном приключении… Тактак! Посмотрим! Бинты не ослабели, а в данном случае очень важно зафиксировать область сломанных рёбер. Порфа, пожалуйста, не делайте резких поворотов влевовправо… Садитесь и ложитесь очень медленно и осторожно. В остальном положитесь на природу, она всё сделает, как надо. Буквально пары недель вполне достаточно. Адъйос! До свидания!..

Рутина выздоровления уже успела вполне сложиться. Уехал доктор, но пришлось звать Веронику, а через неё Роналдо, чтобы с ним добраться до туалета и обратно. Вставать трудно, ещё труднее лечь в кровать, испытывая мучительные боли в побитых и покалеченных мышцах и костях.

Наконец, удалось более или менее удобно устроить бренное тело и попытаться вновь заняться анализом событий последних дней.

Но Вероника не дала Дмитрию задуматься. Она объявила обед, и пришлось вновь подниматься, чтобы принять сидячую позу на краю кровати.

У кровати установили оригинальный журнальный столик из палисандрового дерева, тёмнокоричневый, с удивительным фиолетовосиреневым оттенком и с отдельными хаотичными включениями розового, жёлтого и даже зеленоватого цветов. И эту мебельную красоту Вероника безжалостно покрыла обыкновенным белым синтетическим полотенцем с аляповатыми краснозелёными попугаями. Гигиена – наш принцип!

Зато на полотенце опустилась миска с ароматным борщом покиевски, затем тарелка с пампушками, соусничек с чесночным соусом для макания в него пампушек…

На второе появилось обещанное утром жаркое с картошечкой и фасолью. Аромат этого блюда мог расшевелить даже умирающего. А уж выздоравливающего и подавно!..

Вся эта сногсшибающая снедь была запита компотом из тропических фруктов типа манго и ананасов.

– Спасибо, Вероника, ты великолепная мастерица готовить и откармливать неудачливых мужчин. Когда я вернусь в Москву и всё у меня наладится, я приглашу тебя в Кремль и поручу готовить для меня и моего друга ВэВэПэ.

– Ладно уж мне зубы заговаривать, не маленькая. Выберись сначала из наших джунглей…

Но, главное, не хнычь. Завтра я обещаю порадовать больного инопланетянина рассольничком поленинградски… К нему вполне подойдут емпанадас – пирожки из кукурузной муки. Я люблю их готовить с начинкой из мяса, сыра или бобов. Завтра сделаю с сыром… Пальчики оближешь!

На второе предполагаю пабелльон криолло – очень сытное национальное блюдо из рубленой говядины, риса, чёрных бобов, сыра и, не поверишь, жареного подорожника. Понашему сказать, рагу… А ты хоть слышал в своей хвалёной Московии, что такое узвар?.. Тото! Завтра узнаешь…


Суббота, 14е. Москва, Кремль. После полудня | Кремляндия | Понедельник, 16е. Москва