home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


МАЛКОЛМ И ЛАТОНА

Иви, Алиса, Франц Леопольд и Лучиано подождали, пока Пирас не скрылись в проходе, опорная стена которого преграждала им прямой путь на юг. Они должны были обойти препятствие с востока. Вооруженные топорами и тяжелыми ломами, они были серьезно настроены разрушить смертоносное человеческое творение. Эта машина больше не будет производить яд. И эти трубы больше не выпустят в их пещеру ртутные пары.

— Пойдем, — предложил Лучиано, когда отряд рассерженных Пирас исчез.

Наследникам приказано было оставаться в главном зале, хотя Алиса и доказывала возмущенно, что это благодаря им была разгадана страшная тайна.

— Это не для детей, — проворчал господин Люсьен.

— Детей! — фыркнул Лучиано. — А кто в Риме раскрыл заговор людей в красных масках? А Ирландия? Что было в Ирландии?

Франц Леопольд указал ему на то, сколь бессмысленно было задавать вопросы в опустевшей пещере.

Лучиано с упрямым видом скрестил на груди руки.

— Мы не станем сидеть без дела, пока они не вернутся!

— Нет, этого мы делать не станем, — согласилась Иви. — Мы осмотрим госпиталь и выясним, можно ли еще помочь господину Тибо.

— Идем, — сказал Лучиано, но Иви удержала его.

— Не в этом направлении. Мы сможем обогнать их незамеченными. А если они как раз будут заняты разрушением вентиляционного отверстия, мы пойдем в подвальное помещение госпиталя по другому пути.

— А если мы воспользуемся узким отверстием, которое люди проделали в стене, когда строили трубопровод? — предложила Алиса. — Это короткий путь, который приведет нас прямо к южной части стены. Тогда мы окажемся там раньше их. Мы сможем проникнуть туда в облике крыс. Франц Леопольд и я сможем превратиться, если объединим наши силы. И если ты поможешь Лучиано...

Иви покачала головой.

— Это не проблема, но как быть с Сеймоуром? Я не хочу еще раз бросать его.

Франц Леопольд что-то недовольно пробормотал. Алиса вздохнула, но возражать не стала.

— Ладно, тогда мы пойдем по дороге, пролегающей под обсерваторией, — сказала она и устремилась к выходу, который вел в западном направлении в обход стены.

Как только друзья оказались за пределами видимости, они бросились бежать. Сеймоур вырвался вперед. Он знал дорогу. За ним следовали Иви и пристегнувший к поясу шпагу Франц Леопольд, а на некотором расстоянии от них — Лучиано. Алиса немного притормозила. Когда все остальные завернули за угол, она остановилась, а затем вновь последовала за друзьями, задумчиво наморщив лоб.

— Алиса, где ты? — нетерпеливо закричал Франц Леопольд.

Голос Иви прозвучал обеспокоенно:

— Ты себя нехорошо чувствуешь? Ты вдохнула ртуть? Нам бежать медленнее?

— Не нужно, — ответила Алиса, быстро догнав их.

Ее лоб все еще был нахмурен.

— Что такое? — спросила Иви, от которой, как всегда, ничего не ускользнуло.

— Мне показалось, что я услышала позади нас шаги, но, похоже, ошиблась, — солгала Алиса.

Наследники быстрее, чем рассчитывали, достигли глубокой шахты, которая под обсерваторией ныряла в почти бесконечную глубину. Франц Леопольд обошел кругом, пересек галерею и достиг прохода, который должен был привести их на восток к госпиталю. Вдруг он остановился и втянул воздух носом.

— Что случилось? — поинтересовалась Алиса и в свою очередь принюхалась.

Иви произнесла имя:

— Латона!

— И она не одна! — добавил Франц Леопольд. — С ней был Пирас, запах которого напоминает запах господина Люсьена.

— Как такое возможно?

— Она раньше нас нашла того, кого мы искали! — воскликнула Иви.

— Ты думаешь, она освободила господина Тибо? — спросила Алиса.

— В это я мало верю, — ответил Франц Леопольд. — Идите сюда и скажите мне, не кажется ли вам этот запах чертовски знакомым?

Трое друзей откликнулись на его призыв и в свою очередь втянули носами воздух. Они серьезно посмотрели друг на друга.

— С какой стати ей спасать его? — сказал Франц Леопольд презрительно. — Она с самого начала знала, где они его держат. Латона снова работает вместе с охотником, и сейчас они, должно быть, испугались, что мы напали на след, и пытаются перепрятать его в другое место.

Иви сердито покачала головой.

— Это не имеет смысла. Откуда им знать, что мы разгадали их интригу, и почему они избрали именно вотчину вампиров, чтобы перевести его? Они должны были понять, что здесь внизу их обнаружат быстрее всего.

Лучиано передернул плечами.

— А чего ты ждешь? Они всего лишь наивные люди. Тебе не стоит ожидать от них высоких умственных достижений.

Иви снова покачала головой.

— Кармело неглуп, он доказал это еще в Риме. Нет, мы что-то упустили.

— Что бы это ни было, но мы не выясним это, оставаясь на месте. Посмотрим, догоним ли мы их!

Вампиры и оборотень последовали совету Франца Леопольда, обогнули галерею и свернули в проход, который вел сначала на юг, а затем на север.

— Я знаю, куда ведет этот путь, — выдохнул Лучиано. — Мы были здесь во время нашей первой экскурсии с Джоанн и Фернандом.

— Это так, — согласилась Алиса. — Отсюда дорога ведет в катакомбы.

Иви ничего не сказала и последовала за Сеймоуром, который уже достиг ворот, ведущих в катакомбы. Раздался крик. Высокий, протяжный, полный страха. Все четверо отпрянули.

— Что это? — выдохнул Лучиано, у которого вновь перехватило дыхание. — Сегодня ночью снова экскурсия?

— Не похоже, что кто-то просто испугался черепа, — возразила Алиса. — Это крик смертельного ужаса.

Она встретила взгляд Иви, и обе побежали, словно получив неслышную команду. Женский голос умолк, и вместо этого зарычал мужчина. Не на шутку разгневанный мужчина, который был хорошо знаком юным вампирам: охотник Кармело.

— На этот раз он не уйдет! — воскликнул Лучиано и сжал кулаки. — Он нарушил свою клятву и не имеет права на жизнь.

Франц Леопольд на бегу показал ему свою шпагу.

— А его племянница тем более. Лживая змея, опутавшая Малколма!

Сеймоур взвыл. Обе вампирши промолчали, но побежали быстрее. Отдаленный свет лампы указывал им путь.

— Не двигайся, — сказал Кармело спокойно. — Теперь ты в безопасности.

Только прерывающийся голос указывал на то, что он несся за ними по темным коридорам. Кармело поставил свою лампу рядом со стеной черепов, так чтобы она освещала мрачные декорации, а заодно Латону и господина Тибо. Не выпуская вампира из вида, Кармело переложил один из железных прутьев в левую руку и медленно подошел ближе. Господин Тибо все еще прислонялся к стене из черепов, а несколько крыс жались к его ногам. Его лицо искажала гримаса. Было не похоже, что он в состоянии бежать или оказывать сопротивление. Нет, он выглядел так, словно его ноги в любую минуту откажут ему и его дрожащее тело рухнет на пол.

— Да, посмотри на меня, вампир, — прошипел Кармело. — Ты сам вынес себе приговор! Ты не должен был прикасаться к моей племяннице!

Тибо едва заметно усмехнулся.

— Что всегда удивляло меня в людях, так это то, насколько вы слепы. И не только ваши глаза.

Кармело поднял оба прута и направил их в грудь вампиру.

— Нет! — завизжала Латона. — Ты не можешь. Он ничего тебе не сделал.

— Стой там, где стоишь! — закричал Кармело, но все же на мгновение замер и бросил на племянницу обеспокоенный взгляд.

— Оставь его в покое! — воскликнула Латона.

На лице Кармело отразился гнев.

— Что он с тобой сделал?

Латона наконец пришла в себя и бросилась вперед, между вампиром и направленными на него для решающего удара серебряными прутами.

— Что он со мной сделал? Ничего! Спроси лучше, что вы с ним сделали! — Слезы текли у нее по щекам.

Кармело растерянно смотрел на племянницу.

— Латона, он вампир! — Его голос прозвучал мягко. — Ночь за ночью он пил кровь невинных людей. Он коварный убийца. Он — зло, которое мы должны уничтожить. Отойди в сторону!

— Ты поклялся в Риме! — закричала она, не сдвинувшись с места.

Теперь ее дядя выглядел раздраженным.

— Разве можно исполнить клятву, данную немертвому существу? Это ничего не значит! А теперь позволь мне довести дело до конца.

Прежде чем Латона сообразила, что он намеревается сделать, Кармело прыгнул вперед и грубо оттолкнул ее в сторону, так, что она покачнулась и упала на пирамиду бедренных костей. Они превратились в хаотическое нагромождение, и Латона снова оказалась под грудой костей. Девушка закричала и попыталась освободиться. Когда Кармело понял, что с ней ничего не случилось, он вновь устремился к вампиру, который по-прежнему не двигался с места.

— Все кончено! — сказал Кармело и поднял прут для удара.

— Вопрос только, для кого!

Прежде чем Кармело успел спросить себя, откуда раздался этот голос, что-то тяжелое ударило его и отбросило к стене. Один из прутьев выпал у него из руки и с грохотом откатился. Краем глаза Кармело разглядел большого белого зверя. Волк? Затем он увидел похожие на тени силуэты, которые приблизились к нему так быстро, что он смог разглядеть их, лишь когда они очутились между ним и рухнувшим на пол вампиром. Кармело знал их. Два юных вампира и две девушки. Белый волк. Рим!

Кармело молча раскрыл рот. Латона умолкла.

Франц Леопольд вытащил свою шпагу еще прежде, чем они очутились в луче света, озарявшем катакомбы. Он увидел Пирас, опустившегося на корточки, и девушку, наполовину погребенную под грудой костей. Охотник держал в руках два серебряных прута, поднятых для решающего удара. С Латоной можно было разобраться позже. Непосредственную опасность представлял Кармело.

Франц Леопольд прыжком преодолел разделявшее их расстояние и одним ударом отвел в сторону серебряные прутья. Один прут выпал из руки Кармело и откатился в сторону. Дракас закружился возле охотника на вампиров, пытаясь полностью обезоружить противника, но, к его удивлению, тот уже восстановил равновесие. Острие шпаги встретилось с серебряным прутом. В ушах венца раздался звон. Франц Леопольд отпрыгнул назад и атаковал во второй раз. Охотник на вампиров снова парировал его удар. Как для человека Кармело фехтовал на удивление хорошо. Франц Леопольд попытался достать его, но противник вовремя отразил его нападение.

Ах, это будет напряженный бой! Почему бы и нет? Нет ничего дурного в том, чтобы, занимаясь делом, получить немного удовольствия. Франц Леопольд танцевал вокруг противника и обменивался с ним все более быстрыми ударами.

— Латона, кинь мне второй прут! — закричал Кармело.

Его племянница между тем уже освободилась из-под груды костей и прыгнула к серебряному оружию, которое упало всего в нескольких шагах от нее.

Девушка подняла его и нерешительно посмотрела на дядю.

— Брось прут мне. Исполняй!

Латона не пошевелилась.

И тут две руки опустились на ее горло.

— Я не стал бы этого делать, — прошептал чей-то голос по-итальянски.

Латона так удивилась, что не оказала сопротивления, когда Лучиано отобрал у нее оружие. Руки на ее шее разомкнулись, но тут Носферас встал перед ней с поднятым прутом. Серебряное острие уперлось ей в грудь.

— Ты заслужила свою смерть, — заявил Лучиано. — Мы, Носферас, дали вам второй шанс, хотя ваши преступления в Риме требовали крови. Но мы были великодушны. А что сделали вы? Вы нарушили клятву и приехали в Париж, чтобы вновь начать охоту на вампиров! Скажи сама, чем еще, кроме смерти, ты сможешь искупить свою вину?

Латона только беззвучно открывала и закрывала рот. Лучиано усилил нажим на ее грудь. Маленькое красное пятно окрасило ее платье и начало расползаться по светлой ткани.

— Говори! Ты признаешь свою вину?

Но девушка молча наблюдала за поединком между ее дядей и Францем Леопольдом. Дыхание охотника на вампиров участилось. Он начал задыхаться. Его движения стали более медленными, и все видели, что фехтование подходит к концу. К концу, который, вероятно, Кармело и сам мог предопределить.

Охотник на вампиров отшатнулся назад. Франц Леопольд прыгнул к нему и ударил в тот момент, когда сапог Кармело наступил на одну из бедренных костей. Чтобы не потерять равновесия, охотник на вампиров бросился вперед и замер. Почти с недоверием он посмотрел на шпагу, вонзившуюся ему в грудь так глубоко, что острие вышло наружу из спины. Кармело не издал ни звука и упал на колени. Тут к Латоне наконец снова вернулся голос, и она с ужасом закричала. Франц Леопольд посмотрел на охотника с невозмутимым выражением лица, затем быстрым движением вытащил шпагу. Кровь фонтаном брызнула из раны и окрасила сюртук Кармело в красный цвет. Охотник на вампиров повернул голову и посмотрел на племянницу.

— Мне жаль, — с усилием проговорил он. — Я пообещал твоим родителям оберегать тебя и обеспечить тебе достойную жизнь. Я не справился. Мне жаль.

Затем он повалился на бок. Крики Латоны сменились всхлипыванием.

— Так, а теперь твоя очередь, — в голосе Лучиано прозвучала свирепая решимость.

Иви и Алиса примиряюще подняли руки, но прежде чем они успели его остановить, в проходе, через который они проникли внутрь, появилась тень и толкнула Лучиано вместе с его оружием на пол.

— Малколм! — воскликнула Латона.

— Ты не имеешь права ее убивать! — закричал Лучиано Малколм. — Она ни о чем не знала. Она не несет ответственности за то, что ее дядя нарушил свое слово.

Лучиано встал на ноги, но, прежде чем он успел снова схватиться за прут, Малколм притянул Латону к себе.

— Держись крепче!

Она обхватила его руками за шею, и вот он уже исчез вместе с ней в следующем проходе.

— За ними! — закричал Лучиано и взмахнул серебряным прутом.

— Да, мы не позволим им так легко уйти, — согласился Франц Леопольд.

Иви схватила его за руку.

— Слышите это?

Алиса, которая опустилась на колени рядом с предводителем клана, подняла голову и прислушалась.

— Что это?

— Это, должно быть, Пирас, которые разрушили вентиляционное отверстие, — предположила Иви и послала Сеймоура встретить их.

— Надеюсь только, что для господина Тибо еще не слишком поздно, — сказала Алиса. — Он потерял сознание.

— Ему срочно нужна свежая кровь, не зараженная ртутью, — сказала Иви, поспешив к ней.

— Тогда мы вернем назад охотницу, — предложил Лучиано с жестокой усмешкой.

— Нет, это слишком долго. Кровь Кармело тоже подойдет, — возразил Франц Леопольд. — Быстро! Он еще не умер.

Дракас приволок умирающего к господину Тибо и стал трясти предводителя клана Пирас, пока тот не вздрогнул и не застонал.

— Вы должны набраться сил, — сказала ему Иви.

Запах текущей крови был достаточно сильным, чтобы пробудить его инстинкты, даже если он еще не до конца пришел в себя. Господин Тибо впился зубами в шею охотника и выпил его кровь жадными глотками. Иви отодвинула от него тело прежде, чем Кармело испустил последний вздох.

Теперь он был мертв — охотник, который уничтожил так много вампиров. Господин Тибо открыл глаза и с помощью Алисы поднялся.

Так он и встретил своих Пирас, которые ворвались в пещеру минуту спустя следом за Сеймоуром и окружили своего вожака. Господин Люсьен выступил вперед и положил руку брату на плечо.

— Добро пожаловать обратно, — сказал он с торжественной серьезностью. И затем обнял господина Тибо так, что у того даже хрустнули ребра.

Брэм Стокер остановился и повернулся вокруг своей оси. Он огорченно поднял руки и снова опустил их. Конечно, оба вампира давно исчезли к тому времени, как он покинул отель. И он поспешил к госпиталю Кошен.

Сторож у входа в госпиталь не захотел его впускать и становился тем более недоверчивым, чем больше вопросов о таинственной медсестре и о странных опытах задавал ему Брэм.

Стокер повел себя неправильно. Если бы он пришел и представился пациентом, сторож, возможно, пустил бы его в ворота. Понимание этого пришло слишком поздно. Недоверие сторожа возросло до предела, и теперь его ничто уже не смогло бы переубедить. Нет, Брэм даже испугался, что если и дальше продолжит свои увещевания, то ему придется иметь дело с жандармами.

Что теперь? Он угрюмо осмотрел пустынную улицу, которая простиралась под ночным небом. Ни следа Латоны или вампиров.

Брэм обогнул здание, стены которого отделяли госпиталь от внешнего мира, не оставляя ни малейшего просвета. Однажды ему показалось, что он услышал отдаленный крик и торопливые шаги, но затем все снова стихло и погрузилось во тьму. Брэм посмотрел вверх на купол обсерватории, который выделялся на фоне ночного неба. С проклятьем Брэм воткнул трость в трещину на мостовой. Он все провалил! Был ли у него еще один шанс? Он разочарованно пожал плечами. Что ему теперь делать?

Брэм решил вернуться обратно в отель к Латоне и подождать ее. Он поговорит с ней и объяснит, что подобные предприятия могут быть опасными для одинокой девушки и ей лучше находиться в его сопровождении. Если для этого еще было не слишком поздно. Если она вообще переживет эту ночь и останется целой и невредимой. Брэм снова выругал себя за то, что так долго ждал.

Однако ни упреки, ни раскаянье не изменят того факта, что он стоит здесь, один на ночной улице перед госпиталем, и не имеет ни малейшего понятия, где сейчас находятся Латона и вампир и что с ними происходит.

Несколько часов назад, когда он спешил к госпиталю, его шаги были уверенными и торопливыми, но теперь они стали нерешительными, когда он обходил стену, окружающую парк, в центре которого располагалась обсерватория. Брэм чувствовал себя словно старик, часто останавливался, смотрел сквозь решетчатые ворота на усеянный коричневыми листьями газон и почти голые деревья и шел дальше.

Он как раз приблизился к перекрестку трех южных бульваров, как вдруг неожиданно остановился и смущенно моргнул.

Брэм услышал шум, который раздался под новым бронзовым львом, поставленным в честь полковника Данфер-Рошро, геройски защищавшего от немцев город Бельфор. Два силуэта, казалось, выросли прямо из-под земли.

Может, его чувства сыграли с ним злую шутку? Может, ему померещилось в неясном свете мерцающих газовых фонарей? Затем Брэм услышал голос и нервный смех. Другой, более глубокий голос, что-то ответил. Большая тень взяла другую за руку, и они скользнули в пустынную улицу в направлении Сен-Жермен де Пресс.

Брэм Стокер не мог поверить своим глазам, но, если чувства не обманывали его, это именно Малколм и Латона вынырнули перед ним из небытия ночи. Или, лучше сказать, из темноты подземного Парижа, который располагался внизу под городом.

Брэм Стокер, не колеблясь, последовал за ними. Это было несложно. Малколм, разумеется, передвигался очень быстро, но Латона все время спотыкалась и оступалась. Брэм услышал, как Малколм попросил ее поторопиться.

— Я не могу быстрее! — простонала Латона и опять споткнулась.

Их преследовали? Брэм посмотрел назад на перекресток, но ничего не смог разглядеть. Очевидно, Малколм опасался погони, так как тоже внезапно обернулся. Брэм прижался к крыльцу дома, но не был уверен, что вампир не заметил его. Когда он снова посмотрел за угол, то увидел, как Малколм наклонился и, словно ребенка, поднял Латону на руки. И они исчезли. Брэм с недоверием покачал головой. Это было словно внезапный ливень, тень, которая исчезла подобно листу, унесенному ветром. Перед ним простиралась пустая улица. Он не стал тратить сил, пытаясь догнать их. Откуда он мог знать, куда вампир понес девушку? Брэм медленно пошел дальше.

Только когда он свернул на следующем повороте, он сообразил, что по-прежнему идет по дороге к отелю Латоны. Брэм резко остановился.

А если он и был целью их обоих? Почему бы нет? У него возникло впечатление, что Малколм убегал от преследования.

Не было бы тогда естественным вернуться в номер Латоны? А может, вообще покинуть город?

Брэм бросился бежать. Внезапно он понял, что не может больше терять ни минуты. Его кожаные подошвы быстро стучали по мостовой, трость покачивалась в руке. Его дыхание участилось, и он ощутил, как сердце сильнее забилось в груди, но не остановился, пока не увидел ярко освещенные окна отеля.

Только достигнув черного хода в отель, Малколм замедлил шаг, а затем остановился.

— Ты можешь отпустить меня, — пискнула Латона неестественно высоким голосом.

Малколм сдержанно улыбнулся.

— О да, конечно. — Он осторожно поставил ее на мостовую. — Ты должна пойти в свою комнату и упаковать вещи. Я отведу тебя на вокзал.

— И куда мне ехать? — растерянно спросила Латона. — Теперь, когда мой дядя мертв, у меня больше никого нет на этом свете.

Малколм мягко подтолкнул ее вперед к служебной лестнице. Он прислушался, но не услышал человеческих шагов.

— И, тем не менее, ты должна покинуть Париж так быстро, как только сможешь. Иначе они тебя убьют. Они уверены, что ты тоже виновата.

— Я ничего не сделала! — возмутилась Латона. — Я не знала, чем занимается мой дядя, а когда это выяснила, я освободила господина Тибо!

— Я тебе верю, но сомневаюсь, что остальные согласятся со мной. Господин Тибо выглядел так, словно уже не сможет подать голос в защиту своей спасительницы. Гнев вампиров будет страшным и неукротимым, если их вождь не сможет регенерировать. И я боюсь, месть для них окажется важнее правды.

Дрожащими пальцами Латона открыла дверь и вошла в номер, в котором жила вместе со своим дядей. Малколм почувствовал, как грусть и растерянность захлестнули ее, когда ее взгляд скользнул по небрежно разбросанной одежде и другим вещам ее дяди. Она, должно быть, любила его или, как минимум, зависела от него.

Латона сквозь слезы посмотрела на Малколма.

— Кармело был неплохим человеком. Он взял меня к себе, когда мои родители умерли от лихорадки, и благодаря ему я могла посещать хорошую школу. Он постоянно заботился обо мне и хотел обеспечить нам безбедное будущее. Кармело был небогат. Он должен был заработать деньги. Кармело был человеком с чувством долга и твердыми принципами, который привык тяжело работать.

— Да, жаль только, что свое призвание он видел в том, чтобы уничтожать вампиров всех стран, — ответил Малколм сухо.

Латона отвернулась и начала укладывать платья в дорожную сумку. Слезы текли по ее щекам, но она держалась на удивление сдержанно и не жаловалась. Малколм какое-то время смотрел на нее, затем подошел к ней и обнял за плечи. Он мягко повернул ее к себе, и она подняла на него глаза. На длинных темных ресницах, словно маленькие жемчужинки, блестели две слезинки. Вампир наклонился и слизнул их. Его губы скользили по ее щекам ко рту. Когда он поцеловал ее, Латона обвила его шею руками и прижалась к нему. Ее тело задрожало. Малколм запечатал ее уста поцелуем. В нос ему ударил ее запах и окутал клубящимся туманом, словно при превращении. Вероятно, это и было своего рода превращение. Засохшие капли крови на ее груди усиливали аромат, от которого Малколм терял рассудок. Этот запах шумел и бился в его голове, чтобы вырваться из бездны, угрожавшей поглотить его.

Латона посмотрела на вампира своими темными серьезными глазами.

— Я не хочу умирать, но не знаю, как мне жить дальше. Возьми меня с собой. Я хочу остаться с тобой. Куда еще я могу пойти? У меня никого больше нет.

Девушка подошла к нему, и теперь уже она прижала свои губы к его и укусила его. Последние искры самообладания угасли. Жажда в нем стала такой всеобъемлющей, что захватила контроль над его руками и пальцами и над его ртом. Малколм больше не мог противиться. Он прервал ее поцелуй, отклонил назад ее шею и так неистово впился зубами в ее плоть, что Латона вскрикнула от боли и страха. Но в данный момент это его совсем не волновало, потому что ее кровь, яркая, свежая, пряная, хлынула ему в горло. Экстаз, охвативший его, пересилил все, что он мог представить себе в самых смелых мечтах. Малколм пил и прижимал девушку к себе. Волны наслаждения уносили его прочь.

Латона смотрела на него широко раскрытыми глазами. Она больше не издала ни звука, лишь становилась все слабее и слабее. И хотя Малколм осознавал это краешком своего сознания, он не мог от нее оторваться. То чувство, которое раньше вовремя предупреждало его об опасности, погрузилось во мрак, что он осознал с болью, когда острие шпаги уперлось ему в спину.

Кто-то поднялся по лестнице, прошел по коридору, открыл дверь, вытащил шпагу и приставил ее к нему. Человек! Неосторожный, шумный человек. А он, Малколм, этого не заметил.

Тем не менее теперь острие проткнуло ему кожу, и болезненное прикосновение серебра вернуло его к действительности.

— Немедленно отпусти ее!

Ему был знаком этот голос. Разве не этот мужчина однажды уже осмелился помешать ему? Малколм вспомнил Иви. Что у нее с ним общего? В ушах вампира зазвучала музыка. Верди. «Аида». Оперный театр. Ложа номер пять.

— Отпусти Латону, или я воткну клинок тебе в спину. Он из серебра. Этот клинок принадлежит ее дяде, и клянусь, повторять я не буду. Отпусти ее и медленно отойди к двери.

Серебро в спине причиняло такую боль, что к вампиру неожиданно вновь вернулась ясность мысли. Малколм убрал клыки от ее горла. Латона! Черт побери, что он наделал? Она вяло обвисла в его руках, глаза были закрыты. Однако дыхание все еще оставалось ровным. Он мог уничтожить ее, и себя самого, вероятно, тоже. Или ему удалось бы оторваться от нее при последнем ударе сердца? Малколм не был в этом уверен. Впервые он понял — яснее, чем ему хотелось, — о чем предостерегали старшие вампиры и, почему они так строго следили за тем, чтобы юные наследники пили человеческую кровь, только достигнув определенной зрелости. Малколм еще не прошел ритуал, хотя он и был достаточно взрослым, и тут клинок у его спины предостерег его от самой большой ошибки.

— Положи ее на постель, — сказал мужчина и усилил давление на его спину. — Выполняй!

Малколм поцеловал Латону в холодную белую щеку и опустил на подушки. Кровь все еще сочилась из ран на ее шее и стекала на белую ткань ее платья.

— А теперь медленно отойди к двери и закрой ее за собой.

К Малколму наконец-то вернулся дар речи.

— Ты уничтожишь меня?

— Только если ты вынудишь меня к этому. Я легкомысленно поклялся Иви не причинять вреда никому из вашего рода. Я не хочу нарушать это обещание.

Малколм рискнул отойти на шаг от кровати и обернулся, чтобы увидеть этого необычного человека.

— Брэм Стокер, не так ли?

Мужчина кивнул. Он опустил шпагу, приблизился к кровати и осмотрел Латону, которая до сих пор не пришла в себя. Сейчас Малколм легко мог наброситься на него. Брэм Стокер ощутил бы на себе его зубы раньше, чем понял бы его намерения. Ни одного шанса на спасение! Но вместо этого Малколм стоял и наблюдал, как Брэм щупает пульс Латоны.

— Что с ней? — спросил он.

— Она слаба, но жива. Думаю, она придет в себя, — отозвался Брэм Стокер.

Малколм почувствовал, как его накрыла волна облегчения. Услышав слова Брэма Стокера, Латона пошевелилась и открыла глаза. Она растерянно огляделась вокруг. Ее взгляд остановился на Брэме Стокере и через мгновение на Малколме. Она все вспомнила, когда ее рука приблизилась к горлу. Латона испуганно посмотрела на кровь на своих пальцах.

— Ты не заберешь меня с собой, Малколм? — ее голос прозвучал растерянно.

Вампир покачал головой.

— Нет, твой защитник решил, что ты должна жить. Он позаботится о тебе, не так ли? Поклянись! Иначе я не уйду!

Брэм Стокер посмотрел на вампира изумленным взглядом.

— Мне еще многое нужно о вас узнать, — сказал он.

Латона всхлипнула.

— Я тебя больше не увижу?

Малколм улыбнулся ей.

— Думаю, для начала тебе придется покинуть Париж и снова набраться сил. Ты знаешь, где сможешь меня найти. В Лондоне! Если ты когда-нибудь решишься, то на этот раз тебе придется отказаться от сопровождения охотника на вампиров. Оставь мне сообщение возле мемориала принца Альберта[13], и я приду к тебе.

Он послал ей воздушный поцелуй. Девушка улыбнулась сквозь слезы. Затем Малколм покинул комнату, тихо затворив за собой дверь, и оставил Латону с ее спасителем.


БЕГСТВО | Власть тьмы | cледующая глава