home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 11 Игра ва-банк

Утро выдалось тихим. "Косатка" по-прежнему стояла у причала рядом с "Енисеем", как будто никуда и не уходила. В связи с бессонной ночью Михаил освободил на сегодня экипаж от всех работ, чтобы дать людям выспаться, поэтому кроме вахтенных на лодке никого не было. Сам же решил отстаться в каюте и привести в порядок бумаги. А то, вдруг неожиданно придет приказ сдать лодку старшему офицеру и отбыть в Петербург. А вечером, если ничего непредвиденного не случится, можно опять устроить посиделки в "Саратове" со своим неожиданным "другом" мистером Смитом. Версию о ночном происшествии для английской "прессы" он уже продумал и согласовал с Макаровым. Предположения о дальнейших планах японцев полностью подтвердились. С рассветом на виду у Порт-Артура появился японский крейсер в сопровождении четырех миноносцев. "Боярин" ушел еще ночью для связи с отрядом Рейценштейна, а обе "богини" – "Паллада" и "Диана", заранее выбрались на внешний рейд и ждали там появления японцев. Чем закончилась охота, пока неизвестно, надо подождать возвращения крейсеров. Поэтому Михаил с головой зарылся в бумаги, чертыхась от требований российской бюрократии. Вот за этой нудной работой его и застал Черемисов.

– Михаил Рудольфович, доброе утро! А что это Вы не отдыхаете?

– Доброе утро, Алексей Петрович. Бумаги надо разгрести. Не все же с японцами воевать. Иногда и со своими бюрократами приходится.

– Сочувствую. С японцами, наверное, проще. Ну, раз Вы все равно не спите, спасу Вас от этого муторного бумажного занятия. Есть более важные и интересные вещи.

– Что-то случилось?

– Случилось. Только что получена телеграмма из Петербурга от моего коллеги – начальника контрразведки Балтийского флота полковника Воронова. Достоверно установлено, что одна из английских подводных лодок в сопровождении английского грузового судна направляется сейчас в сторону Балтики. Вот он и спрашивает у Вас, как у всеми признанного авторитета в области подводных лодок, каких пакостей можно ожидать? Ведь ясно, что англичане не на рыбалку собрались.

– Я в этом не сомневаюсь. Если бы это был обычный учебный выход Ройял Нэви, лодка шла бы в сопровождении крейсера, а не грузового судна. Значит, не хотят привлекать к этому внимание. И английской лодке просто нечего делать в Балтике. Для тренировок им и своего Северного моря хватит. Если бы англичане захотели побряцать оружием, послали бы мощную эскадру, как в Крымскую войну. Значит, намечена какая-то диверсия. Причем такая, чтобы не удалось обвинить в этом англичан. По другому поводу посылать небольшую лодку на такое расстояние нет смысла, да еще и с соблюдением мер секретности.

– Но чего Англия добьется этим? Даже если предположить худшее, и лодке удастся утопить наш новый броненосец? Не перетопит же она весь Балтийский флот?

– Весь флот не перетопит. Думаю, он ее и не интересует. Тут, скорее всего, замешана большая политика, а не банальная жажда мести за утопленные английские корабли. Поэтому, у меня вырисовывается пока только две версии. Либо эту лодку специально нам подставили, чтобы отвлечь внимание от чего-то более важного, либо цель у лодки – отнюдь не простое уничтожение какого-то корабля. А что-то такое, что получит громкий политический резонанс во всем мире, причем не в пользу России.

– Но что же такое можно сделать подводной лодке на Балтике, чтобы навредить России в мировом масштабе?

– Можно утопить пассажирский пароход. Можно утопить немецкий, датский, или шведский военный корабль. Можно создать еще более крупный международный скандал, атаковав яхту короля Швеции, или Дании, или кайзера Германии. И во всем этом обвинить Россию.

– Свят свят, Михаил Рудольфович… Яхту кайзера Германии, говорите?

– Запросто. Причем, даже не обязательно ее топить. Важен сам факт атаки подводной лодки. Ведь кто сейчас ведет ускоренными темпами строительство подводных лодок на Балтике? Россия! Значит, ее рук дело. Зачем – это второй вопрос.

– Хм-м… Ох, Михаил Рудольфович… Вы у нас, как оракул. Все Ваши предсказания сбываются. Не приведи господь, и сейчас… А что бы Вы могли посоветовать, дабы избежать этого?

– Привлечь к этому вопросу Министерство иностранных дел. Пусть оповестит своих коллег в Германии, Дании и Швеции о том, что Англия послала свою подводную лодку в Балтийское море и всячески старается это скрыть. Чем больше шума возникнет вокруг этого, тем лучше. К пассажирским пароходам, конечно, охрану не приставишь. К иностранным военным кораблям тоже. Но вот наши крейсера и броненосцы должны в обязательном порядке выходить в море только в сопровождении миноносцев, которые могут помешать лодке атаковать. Предупредить Германию, Данию и Швецию, чтобы яхты монархов ни в коем случае не ходили в одиночку, или в сопровождении одного – двух крейсеров. Обязателен эскорт из миноносцев. В случае обнаружения перископа – дать полный ход и резко изменить курс, повернувшись к лодке кормой, стараясь уйти от нее. Нашего государя предупредить в первую очередь. Пока не разрешится ситуация с этой лодкой, лучше бы ему вообще не выходить в море.

– А если все же придется выйти?

– Пусть яхта идет в сопровождении двух крейсеров и нескольких миноносцев. Причем, по информации для всех, государь должен быть на яхте. Но буквально в последний момент он должен сказать, что пойдет на крейсере. И крейсер должен идти без императорского штандарта, его нужно поднять на яхте. Если лодке все же удастся атаковать, то она атакует яхту, будучи введенной в заблуждение поднятым штандартом.

– Да, необычно… Михаил Рудольфович, и откуда у Вас такие познания?

– Извечная борьба меча и брони, Алексей Петрович. Сейчас у "Косатки" нет серьезных противников в море. Но ведь это не может продолжаться до бесконечности. Поэтому, я стараюсь сам разрабатывать меры противодействия подводным лодкам. А потом смотрю, как их можно нейтрализовать…

Командир четвертого отряда истребителей, капитан второго ранга Нагай, стоял на мостике миноносца "Хаядори" и ничего не понимал. Почему так тихо? Его отряд был придан крейсеру "Акаси" для выполнения очень важной миссии. Наконец-то прибыли из американских штатов первые две подводные лодки. Сколько на них возлагалось надежд… Но когда он увидел их своими глазами, то сказать, что был разочарован, это было бы очень слабым выражением. Тем более, когда их увидели те, кто повстречался с "Косаткой" и благополучно ушел после этого, то они искренне недоумевали.

– Э т о – подводные лодки?! И на э т о м собираются воевать с русскими?! И э т о сравнивают с "Косаткой"?!

Но как бы то ни было, другого ничего не было. И лодки, получившие при поступлении на службу в Императорский флот простые обозначения – номер 1 и номер 2 требовалось как можно скорее доставить к Порт-Артуру для нанесения сокрушительного удара по русской эскадре. Во всяком случае, так им говорили. Но Нагай и все офицеры четвертого отряда прекрасно понимали – это попытка оттянуть конец. Эти две консервные банки, доставленные на буксире американских судов через Тихий океан, в лучшем случае могут напугать русских, подорвав один – два корабля. Говорить о каком-то сокрушительном ударе просто глупо. Но его дело – выполнять приказ. Поэтому ночью "Акаси" вышел из Сасебо, ведя на буксире эти два недомерка, которые у многих язык не поворачивался назвать подводными лодками. Его отряд истребителей должен был сопровождать крейсер до самого Порт-Артура. Хорошо, что удалось проскочить через Корейский пролив незамеченными, не попавшись русским крейсерам. Уйти бы они ушли, но "Акаси" пришлось бы срочно отдавать буксир, оставляя лодки. А потом долго искать их, следуя в условленные точки рандеву, а это большая потеря времени. К тому же, нет гарантии, что снова не наткнешься на русских. Но, повезло. Видно, русские были заняты в другом месте. Как удалось преодолеть Желтое море, тоже ведомо одним богам. С этими-то консервными банками на буксире. И вот, когда до Порт-Артура оставалось совсем немного, все же наткнулись на русских. Помня о главной задаче – ни в коем случае не дать русским заподозрить о наличии подводных лодок, командующий отрядом, командир "Акаси" капитан второго ранга Миядзи приказал срочно отходить. "Акаси" отдал буксирный трос и лодки погрузились. Русские, правда, преследовали их недолго, и вскоре развернулись и исчезли за горизонтом. Надежды всех на то, что лодки смогут атаковать и уничтожить кого-то из русских, не оправдались. Ночь прошла спокойно, и вот перед рассветом крейсер и четыре истребителя появились перед Порт-Артуром. Расстояние для береговых батарей большое, поэтому можно дефилировать на виду у противника. А если выйдут крейсера из бухты, то можно и удрать. Тем более, у русских один лишь "Аскольд" представляет опасность для "Акаси", превосходя его как в вооружении, так и в скорости.

И вот теперь командир отряда истребителей сжимал в руках бинокль, недоуменно разглядывая внешний ред Порт-Артура, на котором спокойно стояли на якорях и лениво дымили "Паллада" и "Диана". Здесь же крутилась старая канонерка "Маньчжур" и четыре миноносца. Все остальные корабли очевидно стояли на внутреннем рейде и выходить в море не собирались. Точно так же, как и "Паллада" с "Дианой". Не было никаких сомнений, что русские уже давно обнаружили противника, но почему-то полностью его игнорировали. Неужели, догадались?!

Нагай был один во всем отряде истребителей, который знал весь план почти полностью. Их задача – не только доставить подводные лодки, но также и поработать в качестве приманки. Весь расчет был на то, что русские, обнаружив "Акаси", примут его за обычную разведку и постараются уничтожить. Внешний рейд Порт-Артура окружен минными полями, через которые ведет один единственный фарватер. И лодки могут занять позицию возле выхода с этого фарватера, поджидая того, кто бросится на такую лакомую добычу. Конечно, рассчитвать на броненосцы не стоит, их не пошлют ловить бронепалубный крейсер. Но вот "Баян" и "Аскольд" – тоже вполне достойные цели. Интересно, вернулись ли они этой ночью в Порт-Артур? Если нет, то сойдут на худой конец и эти два тихоходных корыта – "Паллада" и "Диана". Судя по времени, лодки уже давно должны быть на позиции. Но… Проклятые гайдзины почему-то совершенно не реагируют на их появление. Похоже, точно догадались. Но откуда?! Ведь "Акаси" расстался с лодками на большом расстоянии от русских, старательно имитируя паническое бегство. Заметить что-либо с такого расстояния невозможно. Неужели, их кто-то сдал, когда они еще только собирались выходить из Сасебо? Ведь каким-то образом русские получали до этого своевременную оперативную информацию, и их субмарина "Косатка" с блеском ее использовала, что вообще уже граничило с мистикой… А что, в свете этих событий, вполне может быть…

"Акаси" уже больше часа дефилировал малым ходом на виду у береговых батарей, оставаясь вне зоны поражения, а также на виду у "Дианы" и "Паллады", которые не обращали на него никакого внимания. И Нагай все больше и больше убеждался, что их план известен противнику. Что же предпримут подводные лодки? Возможно, попытаются пройти по фарватеру через минное поле и атаковать "Диану" и "Палладу" на внешнем рейде? Пожалуй, это единственное разумное решение, если только не плюнуть на все и уходить. Но в Японии этого не поймут. Прийти к самому логову врага, посмотреть на него, а потом развернуться и уйти, даже не попытавшись ничего предпринять?!

– Простите, господин капитан второго ранга. Но русские, похоже, нас совершенно игнорируют. Почему?

Голос командира миноносца, капитан-лейтенанта Такеноучи, нарушил тишину на мостике. Нагай прекрасно понимал, что вся секретность операции для экипажей кораблей уже давно секретом не является. Все видели, куда они направлялись и тащили с собой эти две жестянки. Поэтому, выводы сделать нетрудно…

– Возможно, они узнали об этой операции раньше нас… Я уже ничему не удивляюсь…

– Дымы слева по корме!!!

Доклад сигнальщика ударил по нервам и командир отряда с командиром миноносца посмотрели в указанном направлении. Над горизонтом появился дым. Вскоре стало ясно, что идут четыре корабля строем фронта, и приближаются очень быстро. Одновременно усиленно задымили "Паллада" и "Диана", начав выборку якорей. Очень скоро удалось опознать тех, кто приближался со стороны моря. Весь русский крейсерский отряд в полном составе – "Баян", "Аскольд", "Новик" и "Боярин". А с внешнего рейда собирались выходить "Паллада" и "Диана". Шесть русских крейсеров взяли в кольцо японский отряд, добровольно сунувшийся в ловушку.

Нагай с беспокойством поглядывал то на приближающегося с моря противника, то на "Акаси", то на медленно разворачивающиеся на внешнем рейде "Палладу" и "Диану". Кольцо сжималось и вскоре им из него не вырваться. Пока еще остается слабая надежда проскочить между русскими крейсерами и берегом в сторону Дальнего, насколько можно прижавшись к кромке минного поля. Но это значит попасть под огонь береговых батарей и рисковать подорваться на минах.

Но "Акаси" медлил. Очевидно, Миядзи до последнего надеялся выманить "Палладу" и "Диану" в море, заманив их под удар подводных лодок. Если попытаться удрать сейчас, то "Аскольд", "Новик" и "Боярин" бросятся следом. "Баян" их не догонит, а "Паллада" и "Диана", увидев такое дело, тоже могут остаться на месте, так как тягаться в скорости с другими русскими крейсерами не могут. И "Баян" может не пойти в порт, а остаться в море. А долго находиться на позиции лодки не могут. И тогда им придется заходить на внутренний рейд, чтобы атаковать "Диану" с "Палладой". Но неизвестно, смогут ли они пройти по фарватеру в минном заграждении. Придется все время контролировать место с помощью перископа. А русские, похоже, их давно ждут. Недаром на рейде крутятся "Маньчжур" и миноносцы. И очень может быть, что до "Паллады" с "Дианой" лодки просто не смогут добраться. "Маньчжур" с миноносцами обнаружат их перископы гораздо раньше и обстреляют, загнав в глубину. А без возможности ориентировки ходить под водой среди мин… В этом случае маловероятно, что эти жестянки вообще выберутся оттуда. Причем, так и не сумев нанести никакого вреда. Вся надежда была на внезапность. На то, что русские не ждут возле своей базы появления подводных лодок противника. Но все их поведение говорит об обратном. Ясно, что ждали, и давно подготовились.

А чтобы уничтожить "Акаси", и одного "Аскольда" хватит. Да и "Новик" с "Боярином" в стороне не останутся. Иными словами, шансов уйти у "Акаси" нет. Непонятно, о чем думали те, кто планировал операцию? Рассчитывали на то, что быстроходных русских крейсеров возле Порт-Артура не будет, а лишь "Паллада" с "Дианой", от которых он может уйти? Пожертвовать крейсером только ради хоть какого-то успеха, которым можно козырять на мирных переговорах? Так у русских таких козырей – устанешь перечислять. Или все это имеет какую-то другую цель? Ради которой гибель "Акаси", а то и всего их отряда, оправдана? Даже если это так, они об этом пока что все равно не узнают. Если узнают вообще. Потому, что русские приближаются очень быстро и скоро смогут открыть огонь. Сейчас еще можно попытаться уйти вдоль берега, почти рядом с кромкой минного заграждения, послужив непродолжительное время быстроходной мишенью для береговых батарей. Пусть русские поразвлекаются. Все равно, попасть по такой цели, как истребитель, несущийся на полном ходу, с дистанции в две – три мили можно только случайно. И у них будет шанс спастись. А вот "Акаси" обречен. И если прождать еще дольше, то эти два "суперистребителя" – "Новик" и "Боярин", будь они неладны, подойдут очень близко. И придется прорываться в море у них под огнем, имея преимущество в скорости всего в три-четыре узла, рискуя в любой момент поймать их 120-миллиметровый снаряд. А больше и не потребуется. Истребитель если и не утонет сразу, то потеряет ход и станет неподвижной мишенью. О чем же думает Миядзи? На что надеется? Или есть еще что-то, о чем знает только он, командующий отрядом? То, что может склонить чашу весов в их пользу?

Между тем, "Паллада" и "Диана" уже снялись с якорей, развернулись и продвигались к выходу с внешнего рейда. Еще немного, и кольцо вокруг японских кораблей будет замкнуто. Почему же русские так безбоязненно идут к месту засады подводных лодок, если знают о них? Надеются на то, что лодки промахнутся? Или, не уверены в их точном местонахождении? А может, все это – обычное разгильдяйство, и "Диана" с "Палладой" оказались просто не готовы к выходу в море, вот поэтому и стояли так долго?! И русские ничего не знают?! Если так, то не все потеряно. И если хоть один из этих крейсеров будет подорван, то это вызовет панику среди остальных. И они побоятся подходить близко… Но толку-то с этого? "Акаси" это все равно не спасет. Русские не выпустят его из поля зрения, и постараются поймать в море, вдали от Порт-Артура. Если только не торчать здесь до темноты и надеяться на то, что русские так и не рискнут подойти близко. Но смогут ли лодки находиться столько времени под водой? Едва они всплывут, как русские их тут же обнаружат и пойдут на все, чтобы уничтожить. Слава богам, хоть этого подводного демона "Косатки" можно сейчас не опасаться. Из надежных источников известно, что двигаться под водой она не в состоянии, какая-то авария лишила ее такой возможности.

Наконец-то "Акаси" делает вид, что собирается уходить в сторону Дальнего, направляясь ближе к берегу. "Паллада" и "Диана", усиленно дымя, спешат к фарватеру через мины, чтобы поскорее выбраться в море и тоже поучаствовать в охоте на зарвавшийся японский крейсер. Русские крейсера, идущие с моря, поняли маневр "Акаси" и изменили курс, стараясь прижать его ближе к берегу, под огонь береговых батарей. Если он повернет назад, то попадет в объятия "Паллады" и "Дианы", которые хоть и уступают ему в скорости, но значительно превосходят в вооружении. Мышеловка захлопнулась. Во всяком случае, так считают русские…

Между тем, "Акаси" не торопясь двигался к берегу. Очевидно, Миядзи надеется на то, что после атаки подводных лодок русские не рискнут приближаться. Вот "Паллада" и "Диана" заходят на фарватер. Еще немного, и они окажутся прямо перед двумя японскими субмаринами…

Но оба крейсера, как ни в чем не бывало, проскакивают фарватер, поворачивают и бросаются вдогонку за "Акаси". Нагай и Такеноучи удивленно смотрят в бинокли. Нет никаких сомнений, что к "Палладе" и "Диане" сейчас прикованы взоры всех, кто находится на палубах японских кораблей. Но н и ч е г о не происходит!!! Два крейсера прошли опасное место совершенно беспрепятственно и было хорошо видно, что они даже не предпринимали никаких мер, характерных при обнаружении подводной лодки. Не стреляли по воде и даже не пытались маневрировать, уклоняясь от выпущенных торпед! Ведь не может такого быть, что на обеих лодках одновременно отказали торпедные аппараты!!! А это значит только одно. Что лодок там нет…

Значит, либо они не дошли до Порт-Артура по каким-то причинам, либо русские их обнаружили и уничтожили. А теперь очень тонко разыграли настоящее представление, грамотно заманив их в ловушку. И очень может быть, что им удалось взять кого-то в плен из экипажей лодок и узнать все подробности операции. Нет, зря все же связались с американцами. Что с того, что они лучше могут управляться с этими жестянками? Думали купить этих продажных типов за деньги? Да только русские могут предложить им гораздо больше – сохранить их поганые жизни. И даже отпустить обратно в штаты после войны. Нет, надо было комплектовать экипажи из одних японцев. Уж они бы точно не сдали лодки врагу, погибнув вместе с ними. А эти… Очень может быть, что русским даже удалось захватить одну из лодок. А может, и обе. И эти торгаши из-за океана просто совершили очередную коммерческую сделку – продали русским весь план этой операции. Торгаш всегда останется торгашом, и никогда не станет воином, кто бы и сколько ему не платил. Поэтому, русские их просто перекупили, поставив в безвыходное положение. Как говорят сами торгаши-американцы: "Бизнес. Ничего личного"…

На "Акаси", похоже, пришли к тем же выводам, так как крейсер резко увеличил ход. Больше здесь нечего делать и надо уносить ноги, пока не поздно. Хотя, уже поздно. С со стороны моря идут "Баян" и "Аскольд", закрывая выход. Быстроходные "Новик" и "Боярин" проскочили вперед и отрезают возможность отхода в сторону Дальнего, на восток. С запада путь закрывают "Паллада" и "Диана", мимо них не прорваться. Остается единственный путь к берегу, прямо под огонь береговых батарей. И постараться прорваться мимо "Новика" и "Боярина". Но это только в том случае, если удастся избавится от "Аскольда", всадив в него хотя бы одну торпеду…

Нагай окинул взглядом приближающиеся русские крейсера. Они еще не стреляли, не растрачивая впустую снаряды на большой дистанции, но все теснее сжимали кольцо вокруг японского отряда. "Акаси" мчался полным ходом, слева от него дымили "Хаядори" и "Харусаме", а справа, ближе к противнику, "Мурасаме" и "Асагири".

– Господин капитан второго ранга, сигнал с "Акаси". Приказано атаковать торпедами "Аскольд" и "Баян".

– Право на борт. Приготовиться к торпедной атаке…

Четыре истребителя выполнили поворот и устремились в безнадежную атаку. Никто из командиров истребителей не строил иллюзий. Торпедная атака крейсера днем мало отличается от самоубийства. Но ушедшие было вперед "Новик" и "Боярин", увидев развернувшиеся и несущиеся навстречу "Аскольду" и "Баяну" истребители, тоже повернули и пошли наперехват. И очень скоро столбы воды от падений их 120-миллиметровых снарядов взлетели неподалеку. Вскоре открыли стрельбу "Аскольд" и "Баян", взяв истребители под перекрестный огонь. И это сразу дало результат. Идущий головным "Мурасаме" получил попадание в корпус и окутался паром, резко сбавив ход. Очевидно, снаряд повредил машину, или котел, но не взорвался. Понимая, что его участь решена, корабль выпустил торпеды с большой дистанции. Вырвавшийся вперед "Асагири" попытался маневрировать, но частокол от падений снарядов вынудил его отвернуть в сторону. В итоге, выпустив также торпеды с большой дистанции, он развернулся и помчался назад, за "Акаси". Такеноучи покосился на Нагая. Командир четвертого отряда истребителей все прекрасно понимал. У них нет ни единого шанса на успех. Даже если бы "Аскольд" был один, и то дневная атака против него двух миноносцев – дорогостоящее самоубийство. А сейчас рядом с ним еще и "Баян". А сбоку на тебя несутся "Новик" и "Боярин"… Еще немного, и их расстреляют, как во время учебных стрельб…

Столб воды от падения снаряда взлетел недалеко от борта "Хаядори" и Ногай принял решение. Если они бесцельно погибнут, это никому не принесет пользы. Ни "Акаси", ни Японии. Истребитель развернулся и дал залп из торпедных аппаратов. Может, какая торпеда случайно и попадет. Но никто на это всерьез не рассчитывал. Видя такой маневр флагмана четвертого отряда, оставшийся истребитель "Харусаме" тоже выпустил все торпеды в сторону "Баяна" и "Аскольда", развернулся и стал уходить.

– Прикажите старшему механику поднять давление в котлах до предела. Скорость сейчас наше единственное спасение…

Нагай отдал распоряжение командиру и стал наблюдать за противником. Его предположения оправдались, ни одна из выпущенных торпед не попала. Впрочем, трудно было ждать другого результата. "Мурасаме", между тем, окончательно лишился хода и стал неподвижной мишенью. Но русские его проигнорировали и не стали добивать, сосредоточившись на погоне за ускользающим "Акаси". "Новик" и "Боярин" снова ушли вперед, не давая возможности крейсеру отвернуть от берега. И тут грянул залп береговой батареи. Похоже, русские не спешили открывать огонь раньше времени и ждали, когда противник подойдет как можно ближе. И они дождались. Очевидно, стреляла самая мощная пятнадцатая батарея, находящаяся на Электрическом Утесе, как его называли все в Порт-Артуре. И ее десятидюймовые орудия с первого же залпа накрыли цель, подошедшую слишком близко. Огромные столбы воды взлетели возле бортов, а один снаряд все же угодил в цель. Было хорошо видно, как вздрогнул крейсер и вильнул в сторону, начав терять ход. Через полминуты открыли огонь "Баян" и "Аскольд", подойдя на дистанцию эффективной стрельбы. "Акаси" открыл ответный огонь, но всем было ясно, что долго он не продержится. Ход уменьшился еще больше и появился крен на левый борт. Он слишком близко подошел к берегу. И если совсем лишится хода, то "Баяну" и "Аскольду" даже не понадобится его добивать, десятидюймовки Электрического Утеса сделают это и без их помощи…

За всем этим Нагай наблюдал в бинокль, стоя на мостике истребителя. "Хаядори" пока не получил повреждений и мчался, выжимая из своих котлов и машин все возможное и невозможное. Позади остался "Акаси". Они уже ничем не смогут помочь своему флагману. Видно, как "Баян" и "Аскольд" подошли на дистанцию не больше мили и расстреливают его, как на полигоне. К ним подключилась то ли "Паллада", то ли "Диана", наконец-то догнав "Акаси". Второй вышедший из Порт-Артура крейсер прекратил преследование и направился к потерявшему ход "Мурасаме". Уцелевшие же истребители пытались всеми силами вырваться из-под обстрела преследующих их "Новика" и "Боярина", но преимущество в скорости было не очень большим и на это требовалось много времени. Если бы можно было сразу отвернуть от крейсеров, приведя их за корму и воспользоваться незначительным преимуществом в скорости, было бы гораздо проще. Но поворачивать некуда, вылетишь на берег. Надо отдать должное русским, они очень грамотно загнали их в ловушку. И теперь приходится уходить на параллельных курсах, идя вдоль берега, долго выигрывая каждый кабельтов, рискуя каждую секунду поймать 120-миллиметровый снаряд, которые сыпались дождем. И "Харусаме" не повезло. Очередной залп "Новика" накрыл его. Миноносец окутался паром и стал терять ход. "Хаядори" и "Асагири", непрерывно меняя курс под огнем, чтобы затруднить противнику прицеливание, очень медленно увеличивали дистанцию. "Боярин" уменьшил ход и пошел на сближение с потерявшим ход "Харусаме", а "Новик" продолжил преследование, не прекращая огонь. В конце концов, "Хаядори" и "Асагири" вырвались вперед настолько, что можно было несколько изменить курс, отвернув в море и разделиться, чтобы не дать возможность русским преследовать оба корабля одновременно. В итоге, "Новик" погнался за "Асагири", посылая ему вдогонку снаряд за снарядом, махнув рукой на "Хаядори", резонно рассудив, что два корабля одновременно он преследовать не сможет.

"Хаядори" уходил небывалым ходом, какого не давал даже на сдаточных испытаниях. Старший механик приказал зажать предохранительные клапана на котлах и не отходил от машин. Истребитель мчался, как ветер, оставляя за собой длинный шлейф дыма. Вокруг больше никого не было. Далеко за кормой остался "Акаси", окруженный русскими крейсерами. В стороне дымили "Асагири" и мчавшийся за ним по пятам "Новик". "Боярин" подошел к тонущему "Харусаме" и снимал с него экипаж…

Нагай и Такеноучи смотрели на все это в бинокли и молчали. Говорить было не о чем. Рискованная операция Императорского флота, на которую возлагались такие большие надежды, закончилась полным разгромом…


Когда громыхнула пятнадцатая батарея на Электрическом Утесе, Михаил с Черемисовым прекратили разговор и посмотрели друг на друга.

– Похоже, наша мышеловка сработала… Михаил Рудольфович, вынужден Вас оставить. Сейчас и моя работа начнется. Думаю, будет много пленных. Может, что интересное узнаем.

– То, что мы обсудили, срочно передайте в Петербург, Алексей Петрович. Дело очень серьезное. Кстати, не знаете этого Воронова? Почему именно он стал начальником контрразвеки Балтийского флота? И почему обратился именно ко мне за помощью?

– Нет, никогда раньше в Артуре о нем не слышали. Скорее всего, из приближенных ко двору. Так просто подобный пост в Петербурге не занимают. Но по отзывам из Петербурга – очень толковый жандарм и уже хорошо прищемил хвост многим любителям совать нос в чужие дела. Поддержка у него, похоже, на самом верху, так как ему сходит с рук даже то, что он ставит на место зарвавшихся высокопоставленных особ, пытающихся ему помешать. А то, что обратился к Вам, так ведь больше не к кому. Михаил Рудольфович, Вы для всех и в России, и в Европе, и в Америке – Великий Корсар, русский капитан Немо. К кому же еще обращаться? Не к Холланду же с Лэком, в самом деле? Даже Бубнов с Беклемишевым сами себя считают Вашими учениками. Лучшего специалиста по подводным лодкам во всем мире нет. А Ваши соображения по поводу англичан сегодня же сообщу, не волнуйтесь…

Когда Черемисов ушел, Михаил призадумался. Похоже, отдельных корпус жандармов Российской империи заинтересовался им всерьез. Впрочем, было бы странно, если бы этого не было. И теперь он будет под неусыпным контролем этого серьезного ведомства. Не как потенциально опасная личность, а именно как носитель очень важных государственных и военных секретов. А если ему суждено стать "русским Деницем", как подшучивает над ним Василий, то с этим полковником Вороновым надо налаживать хорошие отношения. Ничего, уж если он с ищейками из гестапо находил общий язык, то с русским жандармом как-нибудь поладит…

Покопавшись еще в бумагах, Михаил понял, что толку все равно не будет. В голове крутились совершенно другие мысли. Что-то непонятна такая активность англичан. С чего бы они полезли на Балтику, да еще всячески стараясь это скрыть? Ох, что-то тут дело нечисто… Но пока данных все равно маловато. Интересно, как там ловля японской приманки прошла? Раз на Электрическом Утесе начали стрелять, значит все же загнали японцев в ловушку. Ладно, ждать все равно недолго осталось. Можно, пожалуй, и вздремнуть. А то, если вечером идти в "Саратов", надо иметь соответствующий довольный и респектабельный вид. Хоть и случилась недавно авария на "Косатке", но она снова показала себя в лучшем свете, угробив японскую подводную лодку. Правда, случайно, но все-таки!

Проснулся Михаил от стука в дверь. Стук повторился, и в каюте возник старший офицер с довольным выражением на физиономии.

– Прошу прощения, можно?

– Заходи, друг Василий свет Иванович. Что это ты такой довольный? Сияешь, как новый пятиалтынный?

– Ваша светлость, хватит дрыхнуть. Пойдем, глянешь, что ты своей ночной охотой натворил!

– Что стряслось?!

– Да не бойся, все нормально! А только, разделали японцев под орех. Угодили они все же в нашу ловушку. Крейсер и миноносец утопили, а один захватили и в Артур приволокли! А все твоя задумка. Пойдем, посмотрим!

– Ну?! Интересно. Только, моего в этой задумке ничего нет, все Макаров придумал.

– Придумал бы он, если бы мы с твоей подачи эти лодки не нашли и не утопили. Если бы все получилось, как японцы задумали, запросто могли бы кого-то из наших подловить…

Поднявшись на мостки "Косатки", Михаил окинул взглядом панораму военного порта и сразу обнаружил японский миноносец, стоявший неподалеку. Флаг на нем уже развевался Андреевский, но иероглифы на борту говорили сами за себя. Пройдя по причалу, офицеры остановились возле вражеского корабля, на котором уже вовсю хозяйничали мастеровые из судоремонтных мастерских. В борту и дымовых трубах зияло несколько свежих пробоин, мостик разрушен, а носового 76-миллиметрового орудия не было вообще. Неожиданно на палубе оказался Черемисов. Увидев командира и старшего офицера "Косатки", пригласил их на борт.

– Михаил Рудольфович, Василий Иванович, прошу! Полюбуйтесь, какой трофей нам достался! Истребитель "Мурасаме", построен в прошлом году в Йокосуке.

– А как же удалось его захватиь?!

– Получил сто двадцатимиллиметровый снаряд в борт, в машинное отделение. Снаряд вывел из строя обе машины, но не взорвался, его там сейчас пытаются убрать. Машинное отделение наполнилась паром, машинисты с механиком еле успели выскочить на палубу. Корабль потерял ход, и его взяла на буксир "Диана", сняв людей. Остальные наши крейсера погнались за японцами.

– Похоже, не все захотели переходить на "Диану"?

– Вот именно. Насколько удалось выяснить, японцы открыли огонь из носового орудия, когда "Диана" приблизилась. Вот она и пальнула по ним несколько раз. Причем так, что носовое орудие вместе с прислугой и частью мостика снесло за борт. После этого японцы прекратили сопротивление. Тем более, командир и офицеры погибли.

– А как с остальными?

– Японский крейсер потерял ход после того, как получил снаряд с Электрического Утеса и его добили подошедшие "Баян", "Аскольд" и "Паллада". "Новик" и "Боярин" погнались за удирающими истребителями и подбили еще одного. Правда, он утонул и "Боярин" снял с него команду. А "Новик" погнался за оставшимися двумя, и еще не вернулся…

В процессе разговора все трое с огромным интересом осмотрели трофей. Здесь же находился и инженер Кутейников, определяя возможность и примерные сроки ремонта корабля. Уж очень заманчиво было бы ввести его в строй под русским флагом. Правда, Черемисов поживиться на борту ничем так и не не смог. Японцы успели уничтожить все документы, какие были. Но сам факт захвата вражеского корабля имел огромное значение. Интересно, как отнесутся к этому в Японии? И какая реакция будет на провал этой операции, от которой, несомненно, ждали очень многого?

Когда Михаил пришел в ресторан, Смита еще не было. Очевидно, у "корреспондента" оказались более важные дела, чем встреча со своим "другом". Оно и неудивительно. Такой провал японцев. Насколько удалось выяснить, слухи об уничтожении двух японских лодок все равно просочились. Конечно, по дороге они обросли всякими домыслами, но соблюсти полную секретность не удалось. А вот то, как в бухту заводили на буксире японский миноносец, видел весь город, такое не спрячешь. И результат боя уже известен, что усиленно и обсуждалось в данный момент в зале ресторана. Моряков в зале не было, Михаила сразу узнали и армейские офицеры обратились к нему за разъяснениями, но он ушел от прямого ответа, сказав, что участия в этом бою не принимал и знает не больше присутствующих, так как его "Косатка" весь день простояла у стенки военного порта. Вот японский миноносец видел и даже побывал на нем. Поэтому, весь последующий разговор вращался исключительно вокруг неожиданного трофея. Михаил специально увел разговор в сторону, сведя его к обсуждению японской техники. Сухопутным интересно, а про японские лодки можно и не упоминать…

В самый разгар обсуждения в зале ресторана неожиданно появился Смит. Хоть он и был сама любезность и имел довольный вид, но Михаил сразу понял, его "друг" сильно обеспокоен. Поздоровавшись и сев за стол, он извинился.

– Извините меня, пожалуйста, срочные редакционные дела задержали. Такие события, мои коллеги позеленеют от зависти. Хорошо, хоть снова разрешили пользоваться телеграфом, хоть и с большими ограничениями. Такой материал ушел в газету!

– Поздравляю Вас! Думаю, в редакции это оценят. Да только, что особого-то случилось? Появились японцы, мы их отсюда наладили. Правда, захватили поврежденный миноносец.

– И Вы об этом так спокойно говорите?! Захватить корабль противника и привести его в свой порт – это ничего особенного?

– Чтобы захватить миноносец, потерявший ход, много доблести не нужно. Он бы все равно не смог противостоять крейсеру. И японцы просто не успели его затопить.

– А как там все было, Михаил Рудольфович? Вы можете рассказать подробнее? И что такого произошло ночью? Говорят, что утопили две японских подводных лодки, намеревавшиеся подкараулить русские корабли на выходе?

– Насчет дневного боя не знаю, сам слышал только с чужих слов. А вот по части ночных приключений – да, получилось очень интересно! Вышли в море на патрулирование и буквально нос к носу столкнулись с японцами. Причем, в буквальном смысле! Миноносец "Страшный" даже форштевень о японскую лодку погнул. Но если миноносец отделался помятым носом, то для лодки столкновение оказалось фатальным – из нее никто не успел выбраться, так быстро она затонула. А вторая очень удачно оказалась неподалеку от нас, и сразу попала в луч прожектора. Вот мои комендоры и всадили в нее пару снарядов, как на учебных стрельбах. Тоже никому спастись не удалось…

Михаил перешел к описанию захватывающих приключений, в которые вылилось обычное патрулирование подходов к базе, предназначенных для широкой публики. Но чем дальше, тем все больше и больше они смахивали на "пиратские рассказы" в духе Стивенсона. Если бы этот разговор услышал Черемисов, то высоко оценил бы талант Михаила как в части лицедейства, так и литературного таланта. Таких "морских саг" мистеру Смиту выслушивать еще не приходилось…

Когда они рассатлись и Михаил возвращался на "Енисей", то в который раз проигрывал в уме различные варианты дальнейших событий. Япония получила очередную оплеуху и вряд ли предпримет сейчас что-то серьезное. Другое дело – англичане. Ох, неспроста это затишье… Ни одного английского военного корабля, или торгового судна поблизости от Корейских берегов не наблюдалось с самого разгрома Вейхайвэйской эскадры. На что же они рассчитывают, если не получится навязать России невыгодный мирный договор, как в 1878 году? Для чего послана подводная лодка на Балтику? Что конкретно они хотят там предпринять? И что предпримут здесь, если все старания по навязыванию мира на их условиях не увенчаются успехом? Ведь если существующая ситуация продлится еще хотя бы месяц, то русская армия накопит резервы и погонит японцев обратно к Чемульпо. А Япония не сможет даже эвакуировать свои войска. Англия не может этого не понимать. Значит, надо ждать какого-то хода с ее стороны. Не захотят англичане отказываться от этой авантюры, когда дело пахнет уже не только потерей вложенных денег (хотя, Формоза все компенсирует), но и потерей престижа Британской империи в глазах ведущих стран мира. А также ее колоний, которые вполне могут посчитать – Британия уже не та, что была раньше…

Следующий день начался, как обычно. Михаил курсировал между "Енисеем", "Косаткой" и судоремнотными мастерскими, как неожиданно прибежал матрос и сообщил о срочном вызове к Макарову. Понимая, что случилось что-то неординарное, он отправился на "Петропавловск". На подходе к флагманскому броненосцу, увидел возле его борта катер Черемисова. Значит, "начальник Тайной канцелярии" тоже здесь. Скорее всего, он и получил какую-то важную информацию, требуюшую вмешательства "Косатки".

Зайдя в адмиральский салон, Михаил увидел там Макарова и Черемисова, склонившихся над картой и что-то обсуждавших. Его доклад о прибытии оторвал их от этого занятия и Макаров сразу перешел к делу.

– Доброе утро, Михаил Рудольфович, Вы как раз вовремя. Алексей Петрович сейчас очень интересные вещи расскажет. Послушайте и выскажите свое мнение. Алексей Петрович, прошу Вас.

– Слушаюсь, Ваше превосходительство. Михаил Рудольфович, только что получены важные новости из Кореи и Шанхая. Японцы начинают проявлять активность на побережье в районе нахождения своих войск, восточнее устья реки Ялу. Стягиваются корейцы-носильщики, повозки, лошади. Из Шанхая наконец-то вышла английская эскадра. То ли пять, то ли шесть броненосцев, несколько крейсеров и самое непонятное и неприятное – двенадцать грузовых судов. Ряд фактов говорит за то, что на этих судах оружие и боеприпасы.

– Известно место, куда они направляются и каковы их намерения?

– Увы, больше ничего узнать не удалось. Похоже, "Косатке" придется срочно "исправлять повреждения". Как Вы думаете?

– Господа, у меня следующие соображения. Во-первых, англичане поверили в наш блеф с аварией на "Косатке". А во-вторых, в связи с этим предприняли шаг, который, как им кажется, заставит Россию пойти на попятную и согласиться с навязываемыми нам условиями мира.

– Это как?

– Если "Косатка" небоеспособна, то опасаться английскому флоту нечего. Наши три броненосца не выстоят против пяти, или шести броненосцев, к которым обязательно присоединится недомерок-"Центурион" и два крейсера из Вэйхайвэя. Надо приплюсовать и их тоже. Наши "Пересвет" и "Победа" еще не готовы. В итоге, англичане будут иметь шесть, или семь броненосцев против наших трех. Причем, уступающих англичанам в скорости хода. Плюс пять – семь крейсеров, если учитывать два из Вэйхайвэя. Даже если мы соединимся с Владивостокским отрядом, у англичан будет как минимум двукратный перевес в силах. А может и больше. В итоге, они под прикрытием флота могут доставить в Корею большую партию оружия и боеприпасов, которая обеспечит потребности японской армии на несколько месяцев. И японцы смогут перейти в наступление, потеснив наши войска. Ведь у них до сих пор численное преимущество. Конечно, на победу в таких условиях рассчитывать не стоит. Но вот вынудить Россию пойти на невыгодные ей условия мира – вполне.

– Час от часу не легче… Но ведь это оружие и боеприпасы надо еще доставить на фронт. А перед этим выгрузить на берег. Это тоже займет время. И где это делать? Чемульпо до сих пор заблокирован. Цинампо тоже. Остальные порты еще дальше от фронта.

– Ваше превосходительство, я с большой долей вероятности могу п р е д с к а з а т ь, что задумали англичане и японцы.

– Ну-ка, ну-ка, Михаил Рудольфович?! Мы в н и м а т е л ь н о слушаем!

– Ни к Чемульпо, ни к Цинампо англичане не пойдут. Воспользовавшись небоеспособностью "Косатки" и своим превосходством в силе, они доставят грузы прямо к расположению войск на побережье. Именно для этого стягиваются туда сейчас все их транспортные силы. И если бы действительно "Косатка" была выведена из строя, то эта смелая операция имела бы все шансы на успех.

– М-м-да… Михаил Рудольфович, оракул Вы наш… А ведь действительно, если исключить из боевых действий "Косатку", то такой план вполне реален. И похоже, англичане сделали на это ставку.

– Ваше превосходительство, достаем туза из рукава?

– Достаем, Михаил Рудольфович! Еще как достаем! Но не сегодня. Вас я затем срочно и вызвал, чтобы определить нужный момент для извлечения нашего "туза". Все равно, Вы лучше всех нас знаете, как наиболее эффективно распорядиться таким козырем, как "Косатка". Хотелось бы сначала выслушать Ваши соображения. А потом уже будем доводить весь план до зеркального блеска.

– Я предлагаю следующее. Наш быстроходный крейсерский отряд – "Аскольд", "Новик" и "Боярин" должен отслеживать положение английской эскадры. Ни один из английских крейсеров не может сравниться в скорости с "Новиком", вот пусть он и держит их все время в поле зрения, не приближаясь близко. Сначала англичанам это будет действовать на нервы, но потом привыкнут. В конце концов, опасаться им нечего. "Аскольд" и "Боярин" должны находиться дальше и использоваться в качестве ретрансляторов для передачи информации. Будет мало, послать заодно и "богини" с "Баяном". Все равно, они будут далеко от англичан. Начинать отслеживать их надо еще до того, как они обогнут Шандунский полуостров. Сразу после обнаружения "Новик" остается мозолить глаза англичанам, а "Аскольд" и "Боярин" уходят, обеспечив цепочку станций для ретрансляции. Если нам очень повезет, и англичане решат завернуть в Вэйхайвэй перед тем, как идти к берегам Кореи, достанем их там. Скорее всего, они станут на якорь на внешнем рейде и не станут заходить в бухту. Там все-таки тесновато. Если же заходить в Вэйхайвэй они не станут, нам надо перехватить их до берегов Кореи. Но и не слишком близко к Вэйхайвэю, чтобы не дать возможности сбежать поврежденным кораблям. Наша эскадра выдвигается в море еще до того, как англичане пройдут Шандунский полуостров. Мы остаемся в Артуре и продолжаем "ремонт". Пусть все видят, что эскадра ушла, а "Косатка" никуда уходить не собирается. Когда окончательно станет ясно, идут ли англичане в Вэйхайвэй, или сразу к корейскому побережью, или еще куда, сообщаете нам по радио, и мы направляемся полным ходом на перехват английской эскадре. По мере сближения наши крейсера либо соединятся с главными силами, а за англичанами будет присматривать "Новик", либо присоединятся к "Новику". Главное – ни на секунду не выпускать англичан из поля зрения. Получая регулярные сообщения с "Новика", перехватим их. Наши главные силы не должны показываться до того момента, пока "Косатка" не нанесет удар. Постараемся нанести максимально возможный урон броненосцам, применив мины с неконтакными взрывателями с носовых курсовых углов. В результате внезапного нападения подводной лодки, броненосцы и крейсера могут запаниковать и удрать. "Обоз" из грузовых судов удрать не сможет и наши крейсера смогут спокойно им заняться. Если же англичане не запаникуют и будут продолжать следовать вместе с транспортами, будем выбивать их по очереди. Хотя бы по одной мине на каждого. Эскадренный ход у них будет не более десяти – двенадцати узлов из-за транспортов. А если в результате первой атаки удастся повредить хотя бы один броненосец, то вообще упадет до пяти – шести. Топить его сразу я не хочу. Пусть будет тормозом всей английской эскадре, а мы будем атаковать каждый следующий раз неповрежденные корабли. После этого они уже никуда не уйдут, добьем их при повторных атаках. Именно поэтому я предлагаю нанести удар вдали от берегов. Как от Кореи, так и от Вэйхайвэя. В этом случае поврежденные корабли не смогут ускользнуть. Если после первой атаки не получится по каким-то причинам атаковать остальные броненосцы, займемся транспортами. Без них вся эта затея теряет смысл. Если же атака будет ночью и англичане запаникуют до такой степени, что бросятся врассыпную, пусть в дело вступают наши миноносцы, охотясь именно на транспорты, а не на боевые корабли. Досмотрами себя не утруждать, топить минами всех. Никто англичан сюда не звал, предупреждение по дипломатическим каналам они получили.

– Интересно… Очень интересно… Как говорится, ни убавить, ни прибавить… Жаль, что не успеем связаться с Владивостокским отрядом, он сейчас в море. Значит, будем готовиться встретить "просвещенных мореплавателей". Надо им наконец-то уяснить, что сейчас не семьдесят восьмой год.

– Ваше превосходительство, а как там у "Новика" все прошло? Догнал он японцев?

– Одного догнал. Уже на пределе дальности стрельбы зацепил все же снарядом миноносец так, что он сбавил ход. А после этого догнал и добил. В итоге, из всего отряда удалось ускользнуть лишь одному миноносцу. И теперь японцам надо хорошенько подумать, прежде чем снова лезть к Артуру…

Когда все вопросы были решены и Черемисов ушел, Макаров задержал Михаила. Было ясно, что адмирал хочет поговорить без свидетелей. Так оно и оказалось.

– Что, Михаил Рудольфович, так уже было?

– Да, японцы выгружали грузы прямо на необорудованный берег поблизости от расположения своих войск. Но тогда у них было фактическое господство на море и наш флот ничем не мог им помешать. Сейчас англичане решили сыграть ва-банк, задавив нас численностью. Определенный резон в их действиях есть.

– Хватит вам одного боекомплекта?

– Сделаем временные стеллажи в отсеках. Еще торпед шесть разместить сможем. Плюс наш основной боезапас двадцать четыре штуки. Хватит. Главное, что все торпеды снабжены неконтактными взрывателями.

– На "Косатку" вся надежда, Михаил Рудольфович. Вы правильно сказали, противник играет ва-банк. И сейчас все решится…

Когда Михаил вернулся на "Косатку" и озвучил предстоящую задачу старшему офицеру, он сначала воспринял ее скептически.

– Михель, я согласен, что ты Великий Корсар и все такое. Но как мы сможем отправить на дно шесть, или семь броненосецев на ходу?! Ведь они разбегутся после первого же взрыва!

– Пока будут разбегаться, мы можем еще в кого-нибудь достать. И далеко не разбегутся, им конвой сопровождать надо. Ибо, если запаникуют и сбегут, наши крейсера наведут там порядок очень быстро. Именно поэтому я не хочу топить первые цели. Пусть они тормозят всех. А поврежденные броненосцы англичане ни за что не бросят. Ну, а если сбегут, то нам же лучше – хлопот меньше. Перетопим транспорты и японцы останутся без боеприпасов.

– Ох, мудрено что-то, герр фрегаттен-капитан… Ладно, ты этих англичан лучше знаешь. А за команду не бойся, не подведем…


Вице-адмирал Джеральд Ноэл в хорошем расположении духа поднялся на мостик флагманского броненосца "Принц Джордж" и окинул взглядом открывшуюся картину. Следом в кильватер шли остальные броненосцы эскадры – "Маджестик", "Магнифишн" и "Викториес", "Марс" и "Голиаф", а позади них – две колонны грузовых транспортов. Вдали дымили крейсера, обеспечивающие разведку. Более легкие "Блейк" и "Бленхейм" шли впереди, а крупные "Пауэрфул" и "Террибл" – на флангах. Замыкал процессию небольшой крейсер "Ифигения". Эскадра приближалась к восточной оконечности Шандунского полуострова и вскоре должна была подойти к Вэйхайвэю. Сэр Ноэл прекрасно понимал свою задачу. Сейчас главное – задавить противника превосходством в силах. Если русские не полные идиоты, то поостерегутся связываться. А возле Вэйхайвэя присоединятся те, кто уцелели в недавней бойне. Броненосец "Центурион" ("десятидюймовый" недомерок) и крейсера "Амфитрит" и "Пик". Вполне хватит для демонстрации силы. Брать оставшийся плавучий антиквариат, вроде "Аретьюзы", Ноэл не стал. Нельзя же полностью оголять Гонконг. И что же все-таки произошло возле Вэйхайвэя? И что случилось с отрядом коммодора Бригса? С отрядами Спенсера и Нортона понятно, а вот с этими? Если по поводу гибели крейсеров Бригса – вообще полный туман, то вот гибель эскадры возле Вэйхайвэя наводит на размышления. Нет никаких сомнений, что это работа "Косатки". Имбецилы из Форин Офиса сами дали хорошую подсказку русским о неизвестной подводной лодке и они этим умело воспользовались. Но почему же не сработала противолодочная оборона? Ведь противолодочные катера имели подготовленные команды и обязательно должны были поймать "Косатку"… Неужели, выдавали желаемое за действительное и на них собрали одних разгильдяев, от которых все командиры кораблей рады избавиться? Слава богу, что у него на эскадре все не так. Все броненосцы и крейсера несут мощные восемнадцатитонные катера, оборудованные сетями и прожекторами. В случае появления "Косатки" она будет быстро поймана, запутавшись в сетях. А чтобы у русских не было соблазнов стрелять, опытные ныряльщики разобьют ей кирками линзы перископов. А без них субмарина не может вести прицельную стрельбу. Насчет того, чтобы пробить корпус, Ноэл не строил иллюзий (предложил ярым сторонникам этого метода взять кирку и попробовать пробить корпус корабля), но вот повредить линзы перископов – вполне. Даже жалко в какой-то степени, что "Косатка" потерпела аварию и не удастся опробовать новинку в деле. Но с другой стороны – хлопот меньше…

После того, как его эскадра уже подходила к параллели Шанхая он был очень удивлен, получив приказ оставаться в Шанхае до следующих распоряжений. Но с начальством не спорят. И только в Шанхае узнал истинные причины такого странного приказа. Официально снова во всех документах фигурировала неизвестная субмарина, но абсолютно все понимали, кто стоит за этими событиями. Какое-то время все было тихо. Русские ограничивались патрулированием побережья Кореи и Японии и никаких враждебных акций против Вэйхайвэя не предпринимали. И вдруг – как гром среди ясного неба. На "Косатке" авария! Что-то там у нее случилось с электродвигателями, и ходить она теперь может только в надводном положении. А отремонтировать это в условиях Порт-Артура невозможно. Сразу же поднялась такая бешеная активность, какой не было с начала этой войны. Из Гонконга пришли двенадцать грузовых судов, груженных боеприпасами. Они были погружены уже давно, но не успели попасть в последний конвой, который захватили русские. Вот стояли и ждали, чем же закончится дело. А тут – грех упускать такую возможность! Приказ, полученный из Адмиралтейства, был предельно ясен. Доставить груз прямо к месту дислокации японских войск на побережье Кореи, обеспечив полавляющее преимущество в силах. Чтобы у русских даже мысли не возникло оказать сопротивление. В конце концов, что там у них осталось? Три тихододных броненосца и один броненосный крейсер? Все остальное – мелочь. Правда, есть еще Владивостокский отряд, так сильно потрепавший корабли Нортона. Но там всего два полноценных броненосных крейсера. А остальные – один древняя тихоходная рухлядь, а второй – легкий бронепалубный. Против его шести броненосцев и пяти крейсеров – не серьезно. А вскоре прибавятся "десятидюймовый" "Центурион" (или, как его важно именуют – броненосец второго класса!) и два крейсера из Вэйхайвэя. На месте адмирала Макарова надо спрятаться в Порт-Артур и не высовывать оттуда носа. Ну, а высунет – его проблемы…

– Дым справа двадцать!

Доклад сигнальщика отвлек сэра Ноэла от размышлений и он глянул в указанном направлении. Действительно, дым. Ну и что? Дымы встречались и раньше, места тут очень оживленные. Скоро обогнут Шандунский полуостров, а там и до Вэйхайвэя недалеко. Заберут по дороге "Центурион" с крейсерами и – на Корею! Что ни говори, а все-таки повезло. Вместо того, чтобы прозябать в Гонконге, неожиданно подвернулась настоящая боевая операция, которая может укрепить пошатнувшийся было престиж Ройял Нэви. Что с того, что противник располагает значительно меньшими силами и вряд ли рискнет ввязываться в бой? Важно, что операция боевая и проведена под его непосредственным командованием! И если после стольких неудач в дальневосточных водах придет наконец-то успех, то в Лондоне это оценят…

Решив, что вряд ли увидит что-то интересное, адмирал перешел на левое крыло мостика и стал рассматривать в бинокль побережье Шандунского полуострова. До поворота осталось не так уж много. И тем более его удивил следующий доклад.

– Крейсера справа двадцать!

Это еще что такое?! Какие крейсера? Неужели, "Амфитрит" и "Пик" вышли заранее навстречу? Но посмотрев в бинокль, адмирал понял, что приближающиеся корабли никак не могли быть крейсерами из Вэйхайвэя. Вскоре три из них повернули и стали удаляться, а один развернулся и лег на параллельный курс. Перед этим адмирал внимательно пролистал справочник, а подошедший вахтенный офицер лишь подтвердил его догадку.

– Сэр, появились русские крейсера. Судя по силуэтам – "Баян", "Аскольд", "Боярин" и "Новик". Именно он и остался, остальные уходят.

– Очевидно, русские все же что-то пронюхали… Впрочем, оно и неудивительно. В Шанхае ничего скрыть невозможно. Ладно, пусть смотрят. Все равно, догнать его мы не в силах. Эта жестянка хоть и имеет символическое вооружение, но бегает очень быстро.

– Но ведь он сможет постоянно отслеживать наше положение, сэр!

– А что Вы предлагаете? Ни один из наших крейсеров его все равно не догонит. Можем, конечно, послать двоих. Ну и что? Он их будет вести за собой, как двух собак на поводке, выдерживая безопасную дистанцию. И еще неизвестно, куда приведет. А мы лишимся двух крейсеров при эскадре. Русские после этого могут прислать "Аскольд", у него ход немногим меньше. Посылать за ним в погоню еще два крейсера и остаться с одной малышкой "Ифигенией"? Так у них еще и "Боярин" есть. Да и броненосный "Баян" будет крутиться где-то неподалеку. Поэтому, пусть лучше наблюдает, незачем раньше времени раскрывать наши намерения. Мало ли, куда мы идем. А когда поймут, будет уже поздно. Тем более, мы не находимся в состоянии войны с Россией и идем под британским флагом…


Рейд Порт-Артура опустел. Броненосцы, крейсера и почти все миноносцы вышли в море.

Накануне выхода у Михаила состоялся разговор с Макаровым. Командующий уже выслал вперед быстроходные крейсера, которые должны были обнаружить английскую эскадру и не выпускать ее из поля зрения. И то, что до сих пор было тихо, наводило на нехорошие мысли.

– Скоро придется выходить, Михаил Рудольфович. Даже если и не получим вестей от Рейценштейна. Примерный район высадки мы знаем.

– Да не волнуйтесь, Степан Осипович. Скорее всего, англичане не торопятся и подстраиваются под самый тихоходный транспорт в конвое. Ведь спешить им некуда, лишние день-другой ничего не решат. Переговоры в Петербурге зашли в тупик, но если их операция увенчается успехом, то разговор пойдет совсем в другом тоне. Поэтому, им и надо выжать максимум полезного из данной ситуации, одним махом обеспечив японцев боеприпасами на несколько месяцев, а не растянуть это на долгое время, чтобы мы могли предпринять какие-то меры. Я уверен, что ни англичане, ни японцы не предполагают о том, что мы разгадали их план – произвести доставку боеприпасов прямо на побережье, в место расположения японских войск. Так в этой войне они еще ни разу не поступали.

– Возможно, возможно… Ладно, будущее покажет. Завтра утром мы уходим, а ваша задача – по-прежнему изображать видимость ремонта. Чтобы ни у кого не возникло и тени сомнения в небоеспособности "Косатки".

– Так уже делаем. На причале возле "Косатки" не протолкнуться от разных запчастей, которые то грузятся на борт, то выгружаются обратно и отправляются в мастерские. Команда держит язык за зубами. Даже на "Енисее" ничего не знают…

Сейчас Михаил вспоминал этот разговор, сидя в "Саратове" в компании старшего офицера и старшего механика. Друзья веселились и всем присутствующим было ясно, что "Косатка" застряла в Порт-Артуре всерьез и надолго. Спустя некоторое время появился Смит. Михаил предупредил его заранее, и он не упустил возможность лишний раз встретиться. Корреспондента сразу же усадили за стол и засыпали вопросами. Особенно всех интересовали последние события в Петербурге – предложения английских посредников, прибывших с предложением мирных переговоров между Россией и Японией, все больше начинали напоминать ультиматум. Надо отдать должное Смиту, он применял все свое красноречие, чтобы сгладить ситуацию, пока старший офицер не пригвоздил его вопросом в лоб.

– Простите, мистер Смит. Но мы тоже получаем и читаем здесь английские газеты. В том числе и "Таймс". И там в открытую пишут – надо поставить Россию на место. Подразумеваются события на Дальнем Востоке. И чем же Россия так не угодила "Таймс"?

– Простите, Василий Иванович. Возможно, там говорится, что надо оказать помощь Японии?

– В том то и дело, что нет. Надо поставить русских варваров на место. Ведь Вы согласны, что Япония фактически проиграла войну? И теперь английский Форин Офис прилагает титанические усилия, чтобы навязать нам кабальный мирный договор, как после войны с Турцией, в семьдесят восьмом году?

– Ну, господа, я ведь не могу знать всего, что делает Форин Офис. Да, было напечатано, что предпринята попытка сесть за стол переговоров, чтобы прекратить эту войну. Но ведь достоянием широкой публики становится пока что далеко не все.

– Согласен. Но, мой дорогой Джеффри… Разрешите Вас так называть? Могу с большой долей вероятности пообещать, что подобная ситуация будет продолжаться и дальше. Причем, чем дальше, тем хуже.

– Но почему?

– А потому, что Лорды Адмиралтейства каждый день читают "Таймс"!

– Простите, не понял?

– А Вы откройте любой номер, найдите статьи, где освещаются дальневосточные события и посчитайте, сколько раз там русских называют варварами и дикарями. Раз пять будет, как минимум.

– Ну, что я могу сказать… Это личное мнение обозревателя и далеко не все с ним согласны. Конечно, сам я не одобряю этого. Но, свобода прессы, ничего не поделаешь…

– Дорогой мой Джеффри, если человеку каждый день говорить, что он дурак, то он поневоле начнет сомневаться в своих способностях. И Лорды Адмиралтейства, открывая каждое утро "Таймс" и читая, что русские дикари снова сделали то-то и то-то, поневоле начнут считать нас дикарями. И поступать будут соответсвенно. Ведь Британия никогда не отступит перед дикарями, верно? Сколько кораблей Ройял Нэви уже лежит на дне Желтого моря? Сколько британских моряков нашли там свою могилу? Причем, между нашими странами даже нет войны! Как это называется, дорогой мой Джеффри? Когда над британским боевым кораблем неожиданно появляется японский флаг и он превращается в японский? Причем, с английским экипажем? Разве это не попытка поставить на место зарвавшихся русских дикарей?

Все присутствующие поняли, что старшего офицера понесло. Поэтому, Михаил постарался сгладить ситуацию, переведя разговор на другую тему. В конце концов, страсти поутихли и перешли к обсуждению последних событий. Смита удивило, что вся эскадра вышла в море, а "Косатка" осталась. И он спросил об этом прямо.

– Простите, Михаил Рудольфович, если лезу не в свое дело. Но почему весь флот ушел, а вы остались? Разве "Косатка" не должна находиться рядом с главными силами флота?

– А что нам там делать, Джеффри? Ничего, заслуживающего внимания "Косатки", у японцев не осталось. Несколько старых бронепалубных крейсеров, которые боятся высунуть нос в море, да разная мелочь вроде канонерок и миноносцев. Это – не наши цели. Поэтому, нет смысла впустую жечь топливо. Вот нас и оставили, дабы не путались под ногами…

Смит сразу перевел разговор на другую тему. Коснулись событий в Южной Африке, охоты на черном континенте. Михаил провел аналогию с охотой в России, выдав серию "охотничьих рассказов". Да с такой достоверностью, что Смит поначалу все принимал за чистую монету. "Охотничьи рассказы" перемежались хохотом. Неожиданно веселье было прервано появлением подпоручика Емельянова. Едва войдя в зал, он сразу направился к веселящейся компании. Михаил в благодушном настроении представил гостя Смиту.

– Петр Ефимович, какими судьбами?! Присаживайтесь! Мистер Смит, разрешите Вам представить подпоручика Емельянова, моего третьего вахтенного офицера.

– Добрый вечер, господа! Михаил Рудольфович, извините, но я по делу. Инженер Кутейников просит Вас и Валерия Борисовича срочно прибыть на корабль. Извозчика я придержал.

– А что там у него стряслось на ночь глядя? Неужели, нельзя подождать до утра?

– Не знаю подробностей, но какие-то технические вопросы.

– Вот, усердие не по разуму… Ладно, идем. Дорогой Джеффри, вынужден Вас покинуть. Что-то у нашего "артурского кулибина" стряслось. Валерий Борисович, подъем! Валерий Борисович!!!

– А? Да, да, конечно…

– Петр Ефимович, Василий Иванович, проводите пожалуйста Валерия Борисовича до пролетки. Василий Иванович, а Вы потом можете остаться. Вас же срочно не требуют.

– Нет, Михаил Рудольфович, я пожалуй тоже пойду. Мало ли что…

– Ну, как хотите.

Когда порядком нагрузившегося старшего механика увели под белы ручки, Михаил позвал официанта и попросил счет, а потом извинился.

– Джеффри, прошу Вас извинить меня за несдержанность моих людей. Просто, у них накипело. Я-то понимаю, что какие к Вам лично могут быть претензии. Вы не виноваты в той грязной игре, какую ведет английское правительство. Давайте уж называть вещи своими именами.

– Увы, Михаил Рудольфович. Поверьте, мне самому не доставляет радости то, что сейчас творится в дальневосточных водах. И чем скорее этот кошмар закончится, тем будет лучше для всех.

– Вот и я о том же…

Когда Михаил покинул зал ресторана, Смит задумчиво смотрел ему вслед. Что же такого случилось, что командира и страшего механика выдернули вечером из-за стола и срочно вызвали на корабль? Неужели, на "Косатке" очередная авария? А может, появились непредвиденные нюансы в ремонтных работах? Ведь недаром субмарину оставили в порту…

В пролетке старший механик и старший офицер быстро "протрезвели". Все уставились на Емельянова, но он только улыбнулся и кивнул головой. Очередной спектакль удался великолепно…

Когда офицеры прибыли на "Енисей", их уже ждал Черемисов. И по его виду Михаил понял, что н а ч а л о с ь…

– Господа, извиняюсь, пришлось вас потревожить. Михаил Рудольфович, получена телеграмма с "Петропавловска". Английская эскадра в составе шести броненосцев, пяти крейсеров и двенадцати транспортов подходит к оконечности Шандунского полуострова. "Косатке" приказано выйти в море и следовать на перехват англичанам.

– Значит, н а ч а л о с ь… Господа, корабль к бою и походу приготовить. Алексей Петрович, предупредите "Скорый". Пусть выведет нас за минные заграждения. И заблокируйте телеграф.

– Уже сделано, Михаил Рудольфович. "Скорый" под парами, и ждет вас. А телеграф до условного сигнала с "Петропавловска" работать не будет…


Глава 10 Туз в рукаве | Поднять перископ! часть 5 | Глава 12 Игра сделана. Ставок больше нет…