home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


«Березино»

Во время операций «Монастырь» и «Курьеры» агентуре чекистов не удалось проникнуть в Берлин, о чем самокритично доложил Сталину и Молотову нарком госбезопасности Меркулов. На приеме Сталин предложил Судоплатову и Эйтингону расширить рамки радиоигры. Чекисты думали вновь направить «Гейне» к сотрудникам абвера. Сам «Гейне» в рапорте-предложении на имя начальника 3-го отдела 4-го управления НКВД полковника госбезопасности Михаила Маклярского предложил направить «члена организации „Престол“» (агента-переводчика Красной Армии) в лагерь немецких военнопленных.

Организованный «побег» участника церковно-монархической организации и группы военнопленных предполагал последующую связь «Гейне» с абвером. В очередной радиограмме для немецкой разведки Демьянов сообщил о своем «переводе» из группы связи Генштаба РККА в технические части в звании инженер-капитана.

Летом 1944 года Демьянов был командирован в освобожденный от оккупантов Минск. Вскоре он сообщил в Москву о предположениях немецкого командования, считавшего, что в белорусских лесах скрываются попавшие в окружение группы немецких солдат и офицеров.

Во время операции «Багратион» руководство госбезопасности решило «создать» для немецкого командования якобы скрывающуюся крупную немецкую воинскую часть, с двумя сотнями больных и раненых, испытывающую нехватку оружия, боеприпасов, обмундирования, продовольствия и медикаментов. Вскоре в органы германской разведки поступило сообщение от «Гейне». 18 августа 1944 года через радиостанцию «Престол» агент информировал о нахождении в белорусских лесах разрозненных групп немецких солдат и офицеров, стремящихся прорваться за линию фронта. Командование вермахта решило помочь этим группам выйти из советского тыла, одновременно используя их для проведения диверсий.

О плане оперативной игры с верховным командованием вермахта Меркулов доложил в Государственный Комитет Обороны и лично Сталину, Молотову, Берия. Получив их согласие, чекисты сформировали группу из 20 человек во главе с майором Борисовым, которую забросили в район Березино (Белоруссия). Этот отряд состоял из сотрудников советской контрразведки и завербованных ими немецких военнопленных (в том числе подполковника Шерхорна). Подполковник Генрих Шерхорн командовал 36-м охранным полком 286-й охранной дивизии, входившей в состав группы армий «Центр». Он попал в советский плен под Минском 9 июля 1944 года. Шерхорн устраивал чекистов тем, что 36-й охранный полк плохо знали в вермахте, как и самого командира.

Большие планы относительно отряда Шерхориа строил известный нацистский диверсант Отто Скорцени. Он хотел под видом рабочего батальона военнопленных передислоцировать отряд к линии фронта и ударить в тыл частям Красной Армии. 25 августа Демьянов получил ответ:

«Благодарим вас за ваше сообщение. Просим помочь нам связаться с этой немецкой частью».

В тот же день на озеро Песчаное выехала оперативная группа во главе с комиссаром госбезопасности Эйтингоном. В состав группы входили шестнадцать опытных чекистов, которые непосредственно руководили операцией на месте в Белоруссии, в том числе Маклярский, исполнявший роль «Шерхорна», полковник госбезопасности Георгий Мордвинов, руководитель группы 4-го Управления полковник госбезопасности Яков Серебрянский, майор госбезопасности Вильям Фишер.

В ночь на 15 сентября 1944 года чекисты на подступах к базе задержали двух немецких парашютистов (одному удалось бежать, он был задержан позднее). Второй курьер Воробьев показал на допросе, что они были сброшены по приказу штаба группы армий «Центр» для установления связи с окруженной немецкой воинской частью.

Немецкой разведке «Гейне» передал радиограмму об установлении контакта с воинской частью под командованием подполковника Шерхорна (в оперативной переписке именовавшегося «Шубиным»), Абвер проверил биографические данные подполковника, доложил Гитлеру и Герингу о необходимости оказания помощи отряду. Для принятия направляемых агентов, продуктов питания, техники и боеприпасов чекисты установили «место дислокации» отряда Шерхорна в районе озера Песчаное в Минской области. С сентября 1944 года группы армии «Центр» (под командованием генерал-полковника Рейнгардта) и «Абверкоманда-103» неоднократно забрасывали своих сотрудников в советский тыл и оказывали материальную поддержку «немецкой группе» в Белоруссии.

Например, в ночь на 9 октября была сброшена группа из пяти человек во главе с прибалтийским немцем унтер-офицером СС Пандерсом из 501-го десантно-штурмового батальона («замок Фриденталь»), В этот же день была задержана еще одна группа из того же батальона СС. Также были посланы специалисты по диверсиям из дивизии СС «Бранденбург» и группа боевиков-эсэсовцев. Прибывавшие сотрудники абвера вербовались советской контрразведкой. От их имени под контролем руководителей операции «Березино» направлялись дезинформационные радиограммы в Германию.

Скорцени, пославший Шерхориу четыре группы, потерял связь с двумя, но от двух стал получать «данные». Регулярно сбрасывались продовольствие и боеприпасы. Планировалось вблизи лагеря Шерхорна сооружение посадочной площадки. Сначала должны были вывезти больных и раненых, а затем остальных солдат. Был назначен срок — конец октября 1944 года.

В конце сентября Рейнгардту было доложено о численности «группы Шерхорна»: 1500 человек, включающей в себя 200 русских — бывших полицейских, скрывающихся от НКВД. Этот отряд якобы был разделен на три части в целях мобильности и скрытности действий. Группы под предводительством майора Диттмана, подполковников Михаэлиса и Эрккардта (завербованных советской контрразведкой военнопленных) «продвигались» к линии фронта для соединения с частями вермахта. С декабря 1944 года связь с абвером осуществлялась уже по трем каналам. Чтобы не допустить посадки немецких самолетов для эвакуации «раненых», в разведцентр противника поступали сообщения о боевых столкновениях отряда Шерхорна с частями Красной Армии. Параллельно сотрудники 4-го управления провели вспомогательную радиоигру по дезинформации абвера о шпионаже в советском тылу. В конце января 1944 года по рации «Зюбина» в фашистский разведцентр было передано донесение об установлении связи с действующей в Смоленской области группой дезертиров-красноармейцев. Эта дезинформация использовалась в целях контакта с создаваемой в Германии по указанию Гиммлера «Русской освободительной армией» во главе с бывшим советским генералом Власовым. Немецкая разведка материально помогала «группе дезертиров», в состав которой входили 15 бойцов НКВД. Получив сообщение об «освобождении» дезертирами военнопленного германской армии капитана фон Ганшта, абвер отправил в советский тыл двух курьеров. В апреле 1945 года прибывшие немецкие агенты были арестованы чекистами, а в берлинский разведцентр передана информация об их передвижении с фон Ганштом на запад.

В начале марта 1945 года абвер информировали о подходе легендируемых передовых групп Шерхорна к границам Литвы. Для обеспечения продвижения «своих соотечественников» в Восточную Пруссию командование вермахта направило поляков — агентов немецкой разведки, которые по прибытии в СССР были арестованы сотрудниками НКГБ. 28 марта 1945 года Шерхорн получил телеграмму за подписью начальника Генштаба сухопутных войск Германии генерал-полковника Гейнца Гудериана о присвоении ему звания полковника и награждения, вместе с другими офицерами, «находящимися на советской территории», Железными крестами по приказу Гитлера. Вплоть до окончания войны немецкая разведка поддерживала фуппу «Шубина». 5 мая 1945 года от абвера пришла последняя телеграмма, извещавшая о прекращении оказания помощи в связи со сложившейся обстановкой. В действительности отряд Шерхорна в это время находился под Москвой. Знаменитый Скорцени, вывезший из-под ареста Муссолини, похитивший попытавшегося отколоться от Гитлера венгерского диктатора адмирала Хорти, так и не дождался Шерхорна.

В конце операции «Березино» в советский тыл было заброшено 25 агентов абвера, прислано свыше 2 млн. рублей, много оружия, боеприпасов, обмундирования, продовольствия, 13 радиостанций (7 из которых были включены в игру).

Из материалов немецких архивов известно, что командование вермахта совершило несколько роковых ошибок отчасти из-за того, что целиком полагалось на информацию абвера, полученную от источников из Советского Верховного Главнокомандования. С другой стороны, важные операции Красной Армии осуществлялись в 1942–1943 годах именно там, где их «предсказывал» для немцев «Гейне-Макс», но они имели отвлекающее, вспомогательное значение.

Операция «Монастырь» оказалась на редкость удачной: советский разведчик Александр Демьянов стал «лучшим» информатором немецкой военной разведки абвера. Об этом свидетельствует награждение «Макса» «Железным крестом с мечами». Москва удостоила его ордена Красной Звезды.

Были отмечены и заслуги руководителей. 5 ноября 1944 года ордена Суворова 2-й степени были удостоены Судоплатов и Эйтингон. 9 июля 1945 года Указом Президиума Верховного Совета СССР Эйтингону было присвоено звание генерал-майора.


«Курьеры» | Наум Эйтингон – карающий меч Сталина | cледующая глава