home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Беседы под местным наркозом

- Не понимаю, как соусом "Тысяча островов" можно поливать свиной шашлык, - не вытерпел Донцов, глядя на тарелку друга, заполненную горкой жареного на углях мяса, - Это не сочетается, на мой взгляд.

- Ты просто никогда не бывал на лазурном острове Таити, - пропыхтел Самохин, тщетно пытаясь поудобнее пристроить в пластмассовое кресло своё большое тулово. - А я вот бывал. Там обожают поливать свинину всякими сладкими, пряными и кислыми соусами, и получается вполне деликатесно. Кроме того, именно мясо жирного порося в тех весях контрасно готовят вместе с морепродуктами, ибо другого мяса на островах просто нет, свинина традиционна. Раньше еще человечина была, они её поливали… Может, и сейчас иногда поливают, для родных и близких… Это в тебе косность кулинарного мышления говорит. Ты костный, Донцов, - сделал вывод академик, в третий раз возвращая на место убегающий круглый столик. - Еще пивка возьмем?

- Ладно, не дуй щеки. Таити-маити… На Таити мы не бывали, но в подобных ярких краях доводилось попутешествовать, - хмуро отбился Андрей. А мебель действительно неудобная. Во всех летних кафе неудобная. Когда-то была гнутая железная, то ли дело! А сейчас везде тонкий хлипкий пластик, и традицию тому положила жена бывшего мэра Москвы.

- Как же, как же, наслышан, путешествовал ты… На ржавом тяжёлом крейсере.

- Не на ржавом, и не на крейсере… А на острова высаживаться приходилось.

- Вот и надо было пробовать деликатесные блюда, а не затвором лязгать. Пора уже приобщаться к мировой кухне, - беззлобно пожурил его Толик, протягивая Донцову для пробы кусок мяса, обильно политый спорным соусам. Тот с усмешкой покачал головой, кивнув на старую добрую аджику. Но сам снедать не торопился, - полковник был занят тем, что мысленно переваривал уже высказанное Анатолием по поводу нового феномена.

- Кстати, ты не первый, кто пришел ко мне с подобными вопросами. И даже не третий, - не переставая жевать, ошарашил Самохин Донцова.

- Да? И кто же в первых рядах запаренных? - Донцов быстро поднял на него глаза.

- Может быть, ты и удивишься, но это были простые обыватели, - легко выложил инфу Самохин. - Это наш сосед, например, что живет за протокой, Николай, фамилий не помню, ты его знаешь… Еще один мой знакомый, работник мерзлотной лаборатории, заядлый снегоходчик. Информация, она как настоящий башкирский мёд, продукт сладкий, липкий, имеющий высочайшую степень текучести. Ты удивлен?

- Не особенно, - признался Донцов, - мы обязаны этого ожидать.

- Ожидайте. Но тщательней скрывайте, а то сочится. Скрывайте, это нормально для ГеПеУ. В мире нет ни одной страны, где бы власть ни стремилась скрывать информацию, а взамен вешать лапшу на уши добропорядочным бюргерам.

Они уже полчаса сидели в кафе-шашлычной "Синильга" (что свидетельствовало о похвальной начитанности владельцев), раскинувшей полиуретановый шатёр напротив старого городского стадиона "Заполярник".

Заслуженный стадион - носитель уникального северного термина - накрыли уже вторым гигантским куполом, после того, как выяснилось, что американские проектанты напортачили с первым. Вначале горожане здесь были недовольны, здесь все-таки сохранился главный в городе хорологический ресурс (это когда вы смотрите на панорамы или пейзажи и отдыхаете душой). Люди не хотели, что бы куполом-ангаром портили кругозор. Но вскоре общественное мнение признало, что бесхозный стадион с просевшим полем и позорными трибунами, полностью оккупированный пивными группировками, засравшими (во всех смыслах) всю площадь - никакая не хорология и вообще есть большее из зол… Но мнение учли и второй купол сделали прозрачным. Появился хозяин, существенно облагородивший территорию, и затеявший пять лет назад массированные лесопосадки. Большинство невысоких деревцев прижилось, получился скромный, но милый северный городской парк.

Ломая голову все нелегкие последние дни, Донцов так и не смог выстроить цельный и обоснованный план действий. Ситуационных аналогов не было, подсмотреть не у кого… За все годы службы в КГБ он привык защищать заполярную Родину от самых разных напастей. От шпионажа и от терактов, от возможных диверсий или вторжений сил недружелюбных соседей, от разборок криминальных группировок, от опасных сект и ненормальных одиночек. От техногенных катастроф, наконец. И даже от океанских пиратов.

Но никогда Донцов не думал, что ему предстоит греть нейроны, разрабатывая противоядие от мифических чудовищ, столь чуждых и противоестественных этому миру, будто они были порождены каким-то бешеным неземным селекционером!

Инициатором сегодняшней встречи был сам Андрей, узнавший, что Самохин находится в городе. А за городом академика фиг достанешь - там он весь в делах. Можно сказать, уже бывшего академика, хотя высокого звания у Анатолия пока никто не отнимал. В последние два года Самохин окончательно отошёл от академической науки, основав какую-то свою "академию" с мистико-трансцендентальным уклоном. Таких мутных организаций немало, так вот и еще одна появилась.

Учёное сообщество давно уже воспринимало участившиеся склонения Самохина в сторону всевластия Всевышнего вполне традиционно - в мире классического познания излишне частые апелляции к Богу считаются прямым предательством Науки.

Процесс начался не сегодня: он тянулся еще с тех времён, когда Самохин на свои деньги построил неподалёку от особняка часовню и учредил воскресную школу для детей. Одни обыватели поступком восхищались, другие недоумевали, а то и фыркали, - это уж кто по какую сторону религиозного забора стоит.

Православной церкви помощи и подкрепления от этого не вышло, Самохин никакую традиционную мировую религию не признавал и не одобрял, громогласно заявляя, что вся его Академия занята поисками нового (сугубо научного!) подхода к некой Новой Религии XXI века. Не секту он создавал, а Веру нового типа. И тут, похоже, ему Эммануил Кант был куда ближе, чем библейские сказания. Академик Самохин, как говаривали едкие комментаторы, захотел стать единственным человеком на Земле, правильно ответившим на вопрос: "Что же в действительности кроется там - н а в е р х у?"

Друзья расценили всё случившееся по-разному. Достаточно смиренный адепт Русской православной церкви, Игорь Лапин расстроился, посчитал трансформацию ученого интеллектуальным злокачественным образованием мозга. Даже свечку ставил. Атеист Сержант временно объявил себя агностиком и плотно заинтересовался поисками Самохина. Чаще всего встречающийся с Анатолием для банальных загородных пьянок, Димка Квест главную проблему видел совсем в другом: слишком умный Самохин до сих пор не женат. Через что свободен, но чудит.

Плевать Донцову было на все эти перипетии! Сейчас Андрей мыслил сугубо как работник госбезопасности. Секта, религия, вера, наука… Главное для него было в другом: уникальный мозг физика-теоретика Анатолия Самохина с годами ничуть не ослаб, а в связи с новыми интеллектуально-духовными исканиями ныне являл собой универсальный аналитический центр, работающий без всяких шор и тормозов. Даже хорошо. Теперь можно задавать совсем уж глупые вопросы. Кто же еще, как не Самохин, мог проветрить особисту мозги относительно творящегося на Таймыре безобразия?

Разговор продолжался.

- Знаешь одну из наиболее распространённых киношных фраз голливудских фильмов? "Не знаю что это, но оно надвигается на нас!" Вот увидишь, пройдет совсем немного времени и ты эту фразу будешь слышать чуть ли не каждый день, по рации, по сотовому и по спутнику, - уже без улыбки заявил ему Самохин, открывая очередную бутылку темного пива и переливая его в кружку. - Дети эсэмэсками завалят.

- Фраза знатная, - недобро усмехнулся Донцов. - А еще в блокбастерах часто повторяется такая: "Соедините меня с президентом!"

- Не волнуйся, и эта пригодится, - невозмутимо заверил академик.

- Типун тебе на язык! - Донцов чуть не перекрестился.

Рядом на детской площадке возились несколько ребятишек, нарядных и разноцветных, как попугаи. Их родители, так же как и собеседники, сидели-гуляли в чреве жёлтого шатрового сооружения, тонкие стенки которого, казалось, чуть трепещут от низких частот музыкального центра. Родителям было вполне вольготно, детям тоже. И полковнику Донцову совершенно не улыбалось загнать всех этих хороших людей в унизительное положение скрывающихся за охранным периметром беженцев. Скрывающихся от какой-то бесовщины! Нелепо, но именно так и может быть. Еще немного, и вся эта выверенная культура повседневности нарушится. Если дело пойдет такими темпами.

- А пантелеймоновцы на тебя не выходили?

- О чём мне с неучами говорить? - искренне удивился Самохин. - Примитивисты. А ты их в чём-то подозреваешь?

- Возможно, - не стал врать полковник, - кстати, а как они тебе вообще? Ну там, цели, идеи…

- Забавная старина, патина. Трижды прожёванное, - коротко ответил Самохин.

- Осторожная оценка.

- А ты чего ожидал? Обычная шайка-секта, в которой теологических исканий столько же, сколько их есть в футбольном фан-клубе. Ничего экстраординарного, всё те же "дома солнца", амулеты, "вождь Пуп Земли", ньюхиппианство и, в то же время, серьезные материальные и финансовые взносы… а! еще вялые обличения всей цивилизации. Главный прокол в этом деле - неумение излагать свои идеи по-настоящему публично в сочетании со слабой теоретической базой. Вот отсюда и проистекает типичная для подобных мафиозных образований закрытость. Ты когда-нибудь в СМИ их материалы читал?

- Было пару раз. Хрень типа лекарской рекламы.

- Почвенники они, - отрезал Анатолий. - К тому же, этот банальный культ самородного золота… Почему? Что им золото сдалось? Нет, ну действительно… - он замолчал, а чём-то подумав.

- А ведь им бы нужен культ серебра, согласись… Они ведь рядом. Нет, здесь скорей что-то другое, то, что действительно по твоей п р и в ы ч н о й части, - тут академик возмутился, или же просто разыграл возмущение, - Но для чего ты, скажи на милость, уводишь нашу чудесную импровизацию в сторону? Или Комитет, на самом деле, совершенно другое интересует?

- Что ты, Толик! И не думал, - торопливо поднял ладони Андрей, - я не докладчик, всё что мог, уже сказал. Я вообще сюда слушать пришел, если откровенно.

Лучше молчать.

Народ к вечеру прибывал, хорошо, что они заняли дальний столик на открытой площадке заранее. Люди шли после работы голодные и шашлыки уходили на ура. Позднее подтянется другая публика, не особо любимая официантами: на еду прижимистая, шашлыки им побоку, этим дай лишь дешевого пива, пепельницу и "посидеть до упора".

Музыка зазвучала громче.

А Самохин тем временем продолжал неспешно и последовательно отвечать на весь "список" актуальных вопросов, озвученный Андреем ещё в самом начале беседы. Некоторые из вопросов Донцов смог выговорить не без внутренних моральных усилий над собой, настолько диковато они прозвучали. Никогда еще матёрый оперативник полковник Донцов не чувствовал себя столь глупо. Молодой академик, однако, не высказал и тени насмешки и скоро включился в тему полностью. Хорошо, что за многие годы их общения Анатолий Самохин приучился в разговорах с обыкновенными людьми говорить просто и доходчиво, толковый словарь почти не требовался.

- Теперь так, Андрей… Это было вступление, а теперь по вопросу номер один, если только я правильно понял приоритеты. Запоминай, - он усмехнулся.

- Все возможные попытки объяснить происходящее рационально заранее обречены на провал. Более того, они контрпродуктивны. Сейчас для мало-мальски приемлемого анализа критически мало данных. Да их практически нет. Пока нет, не так ли? - Самохин замолчал, внимательно поглядывая на собеседника.

Тот тоже молчал.

- Вижу, что я прав… - радостно догадался Самохин, - сам я мало что слышал, но узнанного хватит, что бы сделать именно такой вывод. Да и твое зловещее ведомство, Андрей, судя по всему, знает весьма немного и имеет лишь минимум фактического материала, иначе бы вы продвигались традиционным апробированным путем - пересылкой всех накопленных материалов по служебной вертикали после их примитивной, и даже наивной, обработки на каждой стадии движения. Но тогда ты бы со мной не сидел, получив на язык штемпель "совсекретно".

- Чёрт… Ты, в общем-то прав, но лишь отчасти, - начал было Донцов.

- Да нет тут, Андрюша, никаких "но", - мягко перебил его академик. - Зачем тебе вообще нужно версифицирование на этой мутной стадии? Вероятность ошибки колоссальна, а что это даст?

- Начальство спросит, - честно ответил Андрей.

- Вот пусть столь любопытное начальство и выдвигает гипотезы, хотя до них никто и ничего не смог "выдвинуть", - ничуть не смутился академик, тыкая вилкой мясо, - шашлык-то уже остывает, надо бы еще заказать.

- Гипотезы появления чудовищ из-под земли? - поднял брови полковник.

- Совершенно верно. Ты уже понимаешь, насколько смешно строить версии! Ты слышал так называемые "хюнсэрэ дюрумэ" аборигенов Севера? Ну. их "старые предания"… Подобное наблюдалось и раньше. Очень редко, но вы там поройтесь в старой милицейской статистике, да и в своей тоже. Хотя у ментов статистика всегда врала… Нынешние появления, по твоим словам, территориально хоть и обозначены, но пока непредсказуемо дискретны. Пока что никто из очевидцев не смог задокументировать происходящее видеорядом или фотоснимком, никакие научные организации или даже единичные ученые к работе над темой не привлекались. Биологического материала у тебя имеются лишь крохи и они никак не привязаны надёжно к конкретному объекту.

- Я так не считаю! Есть у нас и документы, и протоколы, и схемы, - неискренне возмутился Донцов.

- И все это даёт тебе возможность… что там у вас? Начать привычное следствие, возбудить д е л о, всё, что там у вас, чекистов положено, я не силен в оперативной работе… Но пойми, всё это "богатство" - ваши бюрократические пасквили - ты на конференцию или симпозиум не вынесешь. А без строгого научного заключения никакие официальные органы и рубля тебе не выделят. А это главное. Это штаты и оборудование, а, значит, реальные действия… Образцов нет, отчётов о системных наблюдениях нет, генетики тоже нет. Ничего материального у вас нет!

И тут Самохин был прав. Видео и фото нет. Образцы? В Норильске подобную экспертизу провести невозможно, комитет по своим каналам отправил образцы тканей в Москву, но когда оттуда придет непредсказуемый результат - неизвестно… Если вожди не засекретят материал, что до сих пор творится по вопросу НЛО.

- Но ведь хоть какие-то версии должны же быть? - понимая, что это звучит, как дурацкое наивное мечтание, вопросил Андрей.

- Версии никому и ничего не должны, - Самохин нахмурил мохнатые брови, - их могут выдвигать торопливые дилетанты и отчаявшиеся кагэбэшники… Впрочем, выбирай любою, реферативного материала по этим темам предостаточно.

- Так какие, например? - быстро спросил его Донцов.

- А-а, почуял слабину! Вот ты откуда решил зайти! - усмехнулся Анатолий, умело парируя вопрос вопросом, - вижу, мы играем вариант: "Абстрактный разговор об актуальной проблеме"?

- Считай так, - безнадёжно махнул рукой Донцов. - Мне сейчас всё пригодится.

- Первым делом сетевые тексты расскажут тебе про межпланетную инвазию, - начал перечислять Толик, ничуть не смущаясь новой ролью просветителя по паранормальному. Ему этот разговор, в общем-то обывательский, явно нравился. Это было заметно.

Донцов думал.

"Полковник, ты всё правильно сделал? Глядишь, он еще использует тему в своих скандальных разработках, может, подписку о неразглашении у него взять? - прокручивал он в голове. - Ведь все яйцеголовые ненормальны, слишком глобально мыслят. Потому Самохин и не женат, ему быт мешает, семейные обязанности мешают… С Майером всё по-другому, тот просто старый невоспитуемый бабник".

Отвлекшись лишь на секунду, он продолжал внимательно слушать Толика, записывая всё услышанное в смартфон, невинно лежавший на столе.

- Безусловно, про параллельные миры надо вспомнить, - продолжал тот, - про эксперименты чокнутых учёных на задворках. Что еще? В старом стиле допотопной фантастики - про подземный мир со злобными реликтовыми жителями… Еще можно выдать на гора что-то действительно сильнодействующееое - про спавшую до сей поры первичную земную цивилизацию "истинных хозяев планеты", но этот посыл наиболее опасен для христианской веры, кстати.

- Почему?

- Потому, что сим напрочь опровергается основополагающий приоритет человека, как Венца Творения Божьего, - любезно пояснил рассказчик.

- Ага… Вот как?

- Ну, вот тебе и "ага", и "вот как", - довольно оглядев его, заключил этот неунывающий учёный бородач и продолжил:

- Попробуй, расскажи такое каноническим церковникам… И как им объясняться после такого "открытия" с народом, с паствой? Как религии объяснять, что задолго до появления человека на Земле уже существовала цивилизация? А в святых книгах ничего про это и нет! Это же конец христианства! Что, кстати, нельзя допускать ни в каком случае! Будет хаос.

Донцов тихо присвистнул.

- Теперь, как я вижу, друг мой Андрюша, тебе в ускоренном порядке становится понятна роль появления правильной современной религии в целях сохранения стабильности существующего мира.

- Да уж… Что еще? - Донцов не отвлекался и не терял хватки.

- Прямые религиозные мотивы: мол, настало время Великого Наказанья Господнего.

- Апокалипсис now?

- Что-то вроде того, - поморщился Анатолий. - Конечно, можно загнуть про испытание человечества неким Разумом, стоящим выше. Но это, как ты понимаешь, примитивизм, Мегаразум априори не мыслит по-человечески линейно, ему нет никакого дела до нравственных уравнений и слезливых "испытаний" таких недомерков, как мы. Слышь, камрад, ну так шашлык-то мы берем, или ты голодом решил меня уморить?

- Подожди ты… Хорошо, а сопутствующие, хотя бы сопутствующие причины? - чуть не умоляюще произнес Андрей.

- Причины нужны? - понял его Самохин. - Что же, иногда полезно наложить повязку, даже не зная истинных масштабов и последствий ранения.

- Не тяни!

- Допусти, что в грядущем нашествии "иных" виноваты мы сами, - не очень, но всё же театрально возгласил Самохин из тесного корсета потрескивающего кресла. Алкоголь, как известно, располагает к сценичности.

- Допусти, что замшелые и весьма общие разговоры об экологии принимают ныне совсем иной смысл и содержание. Сернистые газы над планетой - это ведь далеко не всё. Ты представляешь, каков объем, истинная суммарная протяжённость совокупных норильских подземных выработок?

- Десятки километров, наверное, - неуверенно предположил слушатель.

- А многие сотни не хочешь? - академик масштабно взмахнул рукой. - Некоторые выработки находятся на огромных глубинах, где всевластвует горное давление и непредсказуемая тектоника. А что творится на соседнем Ямале, на тюменском Севере, в васюганских болотах? Сколько там нефтяных и газовых полостей выбрано? Какого они объема? Чем они сейчас заполнены и заполнены ли вообще? Как они сообщаются между собой и чем это грозит? Вот и на Таймыре начали качать нефть и высасывать газ, и процесс необратим. Заметь, речь идет о среде, про которую мы знаем меньше, чем про дно Мирового океана, и, тем более, про ближний космос.

- Недосуг людям было…

- Вот именно, недосуг! - Анатолий хлопнул по белому пластику так, что пустые бутылки подпрыгнули. - Ничего, скоро будет "досуг".

- Но только ли это?

- Нет конечно, - моментально перехватил мяч Самохин. - Беспрерывно занимаясь упорядочиванием одного, человек разумный невольно увеличивает энтропию другого. К примеру, раньше полиметаллические месторождения, как их называют, лежали областно, конгломерировано, уж как разбросала их природа. Но мы всё это богатство ищем, выкапываем, перерабатываем в меру цивилизационного соображения и… потихоньку распределяем, а точнее - распыляем тонкой плёнкой по всей поверхности планеты Земля. Там жестяная банка рассыпалась, а там целый рельс. Ветер разнес, вода растащила. Пока все это проходит, как математически ничтожная величина, скачка не происходит. Но по мере распределения и увеличения этой "плёнки" неизбежно должно что-то произойти. Появятся новые магнитные аномалии, локальные, а затем и глобальные изменения общей картины напряжённости магнитного поля. А теперь всё это просуммируй, наложи на уже очевидное изменение климата, на чудовищную энергонасыщенность радиоэфира, на дырявый космос, на ежедневно сгорающие обломки спутников чёрт знает с какой начинкой, на радиационные отходы (а это еще одна плёнка). Кумулятивный эффект неизбежен.

- Ты страшные вещи рассказываешь.

- Успокойся, мы до этого итога уже дожили… Допусти, полковник следующее: всё, что ты мне рассказал, так или иначе разбужено, спровоцировано, - заявил Анатолий Самохин и вдруг без всякой паузы предложил:

- Слушай, Андрюха, а поехали сейчас же ко мне! Коньяк есть, уют тоже. Сами сделаем шашлыки, еще лучше, больше и жирней!

- Да подожди же ты! Коньяк… А может, это действительно инопланетяне какие-нибудь? - безнадежно пробубнил Донцов, чувствуя, что уже слегка захмелел от частых и нервных глотков из кружки. Хотя… Может, стоит поехать? В контору в таком кислом виде все равно не пойдешь.

- Ага! Тебе так хочется увидеть зелёных человечков? Абсурд, - отрезал академик. - Это менее всего похоже не первый контакт. Причины будем искать хоть и позже, но зато ближе. Насколько я понял из твоих сжатых объяснений, подобные явления описаны исторически и встречаются в древних сказаниях и повествованиях практически всех северных народов?

- Точно не могу сказать, но, похоже, так, - подтвердил Андрей. - Ребята делали такой анализ, копались в библиотеках и музейных фондах.

- Но в далёкие времена такие факты являлись чрезвычайной редкостью, потому и легендировалось. Если так, то всё дело в силе звонка будильника, - после короткой паузы заключил Самохин. На этот раз совершенно серьезно.

- И вот он зазвенел во всю силу? Полезли табунами? - довершил мысль Андрей.

- Можно допустить и такой причинный момент.

Минуты три, не меньше, понадобилось Донцову, что бы переварить услышанное. Наконец он очнулся и решил подойти сугубо практически.

- А как же серебро? В чём загадка его воздействия на тварей? Его-то свойства отлично изучены, - усомнился он.

- Изучены? Откуда взялась такая вводная? - искренне изумился, если не возмутился Самохин, - эти свойства, как и многое другое, изучены лишь в частичной мере, то есть, если говорить в рамках нашей необычной темы, изучены практики воздействия серебра на человека и весь микромир, его окружающий. На человека, Донцов! Что выяснится завтра, не может сказать никто и в этом прелесть науки! К примеру, еще недавно никто и не подумал бы тонкой редкоземельной пленкой покрывать стекла дорогой оптики, предохраняя ее от замерзания или просветляя прицелы. Мембранные технологии приносят сюрпризы в известных, казалось бы, областях - почти каждый день! В Европе недавно построили еще один гигантский ускоритель, исследования на котором способны перевернуть все базовые представления о традиционной атомной физике.

- У меня такой бинокль есть, - невпопад брякнул Андрей.

- Да ты просто форейтор прогресса! - расхохотался опальный академик. И тут же сделал нарочито серьёзное лицо. Приблизив свою черную "челленджеровскую" бороду через стол, он тихо сказал низким голосом:

- А ты помнишь, что серебро убивает всякий микроб? Офицерские кружки, святая вода в храмах и всё такое…

- Перестань, Тол-ик! - неравно икнув, взмолился Донцов. - Ты же не хочешь сказать, что эти чудища - огромные "микробы"?!

- В принципе…

- Брось!

- А надо? Ладно, бросаю. Но и тут какое-то рациональное зерно может иметь место… Я тебе еще кое-что не сказал.

- Не сомневаюсь, - вздохнул Андрей.

- Во всех этих случаях вполне может присутствовать целенаправленное либо спонтанное воздействие на психику оказавшегося поблизости человека, вследствие чего субъект якобы "видит", чуть ли не материально моделируя… да что угодно моделируя, - непринужденно сказал Самохин.

- Кому это угодно? - Донцов спросил резко, в нем сразу проснулся профессионал.

- Я снова напоминаю, пока что у тебя мало фактов, - с мягкой улыбкой отстранился консультант. - Конечно, тут будет нужен некий "излучатель", индуктор, или целая система их. Либо галлюцинацогенная методика, какой-то наркотик, нейролептик… Но "фактор серебра" это предположение вполне способно объяснить. Люди с малолетства привыкли слышать, читать и почитать именно "спасительное серебро", как надёжное средство от нечистой силы. Вот и моделируют панацею… В виде серебра! Помнишь, в детстве мамы бросали монетку в банку с водой, что бы настаивалась? - он взял паузу для нескольких больших глотков. Поставил пустую кружку на стол и заявил:

- И тебе этого опыта на данном этапе вполне достаточно. Церковники издревле применяли… Действует серебро? Действует. Ну так и практикуйте, применяйте по проверенной сказочной схеме!

- Мать его… Так может еще и чеснок попробовать? - глядя на кетчуп, Андрей решил, что теперь уже можно нести всё, теперь ему не возбраняется любую ненаучную чушь. Ибо академик кругом прав, сегодня и завтра стройная теория не родится, так что пока излишне заморачиваться рано, - А что! Запихать чесночную вытяжку в спецбаллоны, в газовые патроны, - ехидно спросил полковник как бы сам у себя, но искоса все же фиксируя реакцию Самохина.

- Не глупи, - опять скривился Толик, - осознай, в данном случае, первичность опыта по отношению к теории. Ты же пользуешься наручными часами, хотя никто не знает точную природу времени. У тебя "брейтлинги", смотрю, механические, то есть гравитационные. Автоподзавод есть? Исправно работают, точно идут. Так вот, никто не знает и всей сути гравитации. Но разве тебе это мешает использовать в быту часовую практику? Нет, мой не очень юный друг, вы не собираетесь снимать их с руки! Кстати, ты на зарплату взял такую роскошь или взятка? Ха-ха!

- А что потом? - не дрогнул Андрей, честно получивший такой дорогой подарок от Дудинского бизнесмена, которому практически спас бизнес.

- А потом твои хлопцы прекратят манкировать своими обязанностями и займутся прямым своим делом - изловят пару живых образцов или притащат тебе в кабинет их трупы. Кабинет-то большой имеете, гражданин начальник? Или надежно зафиксируют объективными методами контроля, - Самохин выдавал практически готовый план действий.

- Вот тогда будет материал. Твое дело сейчас простое: локализовать участки, выявить все признаки, основные и сопутствующие и обязательно провести пару стопроцентных экспериментов по убиению, обездвиживанию, изгнанию, растворению вовне - как хочешь назови! Чрезвычайно важно найти л а з. Очень! А уж потом развернуто докладывать наверх. Вот тогда подключится наука, все подряд религии и я на белом коне, как сочетатель того и другого! Я и сам не знаю, как себя поведу и рад этому, ибо, как говорил Оскар Уайльд: "Только неглубокие люди знают себя до самых глубин".

Поглядывая через голову Донцова в сторону буфета, Самохин закурил, пыхнул пару раз и закончил мысль так:

- Но ученый, философ или теолог придут к тебе не гадать, а разбираться со вполне конкретными фактами, в систематизации и доказательстве существования которых ты пока преуспеть не можешь.

- Какой-то ненаучный подход, не любопытствующий, - проворчал Донцов.

- Ну почему в этой стране всезнаек всяк неуч легко готов рассуждать о "научной сути"! - Самохин неожиданно резко вскочил с места. Донцов даже отодвинулся. Смотри, как взъерошился, просто лев!

- Да знаешь ли ты, что человечество в двадцать первом веке уже подошло к той критической стадии познания мира, когда мы полностью исчерпали возможность давать ответы на поставленные вопросы, используя для этого привычную нам материалистическую, то есть механистическую, методологию! Интеллектуалы, политики и весь по-настоящему ученый мир встал перед необходимостью обращения к такому мировоззрению и к такой методологии, которая могла бы дать целостное объяснение различных аспектов не только земного, но и вселенского существования!

- То есть, твое мировоззрение? - не выдержал Донцов.

- Но став на столь разумную позицию, - словно не услышав его, академик продолжал, правда, уже более спокойно, - было бы логичным признать и то, что человек, с его мозгом, работающим всего лишь на три процента от его и так ограниченных возможностей, не в состоянии дать целостное объяснение устройства мира и законов, действующих в нем. Человек в состоянии пытаться объяснить лишь то, что доступно его органам чувств, над чем он хоть в какой-то мере властен. А это есть лишь неизмеримо ничтожная часть беспредельного по размерам и качествам мироздания. И существование самого человека, являющегося частицей единого мира, как живого организма, без совершенного знания этих законов, превращается в ад. Так что, готовься к этому, чекист. К аду.

Так. Принимаем решение.

- Едем!

Покеда хватит.

Донцов внезапно осознал, что все-таки необходимо катить к Самохину и продолжать волнующие разговоры там, но уже с другой степенью глубины залегания вопросов. Только надо бы позвонить и предупредить Арину, а еще лучше взять её с собой, ведь она не видела Толика тысячу лет. Да и пусть жена отдохнет на свежем воздухе, благо, у академика есть где и как расслабиться усталому человеку. Заодно и свою заброшенную из-за бесконечной работы дачу можно будет проведать - уже месяца как два пора бы это сделать.

Глядя, как Самохин тщетно пытается дозваться официанта, Андрей взял смартфон.

- Такси зовёшь? - забеспокоился Толик. - Фирму хорошую дать?

- Не надо, сейчас жена с работы поедет, все вместе и двинем.

- Аринка сюда закатит? Отлично! А что у нее за машина, я туда влезу? - все еще волновался Самохин, никогда не отличавшийся терпимостью к автомобильным салонам, с его габаритами Анатолию удобнее всего было ездить в микроавтобусах.

- Тойота RAV-4 старенькая, 2007 года, но еще терпит. Не грейся, на заднее сидение вместишься со всем своим салом, - уверил его Донцов.

Теперь он еще больше уверился в правильности принятого решения. Хватит тут болтать, не та обстановка. Потеоретизировали, поглумились над материализмом и здравым смыслом, вот и славно. Будем считать, что прелюдия состоялась, непривычные всему жизненному опыту офицера Донцова дурацкие разговоры пока что закончились, теперь можно будет с помощью Самохина постараться выработать ту самую п р а к т и к у.

Андрей чувствовал, что академик еще многое чего рационального может подсказать спецслужбам. "Этот незаурядный человек знает и понимает так много, - подумал он, - что вполне может зарядить наши пушки".

Последним по делу, что они сказали друг другу в тот ответственный момент, когда академик, смачно поцеловав ухоженную миниатюрную женщину, осторожно загрузил пузо в серебристый кроссовер, было:

- Знаешь, что единственно хорошее есть во всём происходящем? Власти неизбежно поймут, что развивать базовые науки, труды которых и формируют представление общества о реальном мироустройстве, нужно "до", а не "после".

- То есть до того момента, покуда… - начал Андрей.

- Не раздастся крик "Я не знаю что это, но оно надвигается на нас!", - теперь почему-то уныло продолжил его мысль хмельной академик.


предыдущая глава | Оазис. Вторжение на Таймыр | У скалы