home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


23.00 того же дня

Тамара Васильевна взглянула на часы и взяла лежавший рядом телефон. Пустота в жизненном пространстве всегда рождает тревожные мысли, даже если для тревоги, вроде, и нет причин. Набрала Дашу, но абонент оказался недоступен.

– Просила ж как людей! – поделилась Тамара Васильевна с Басковым, сладко певшим с экрана, – ох, я им вставлю обеим!

Катя ответила сразу. Ее запыхавшийся голос еле звучал на фоне громкой музыки.

– Мам, я тебя очень плохо слышу! У нас все нормально!..

– Выйди туда, где слышишь, и перезвони!

Катя съежилась, затравленно оглядывая дергающийся, прыгающий и визжащий зал. Кому тут нужны ее проблемы – Максу только…

– Похоже, фокус не прошел, – пояснила она, – я ее не устраиваю – сейчас Дашку, небось, попросит позвать.

– Значит, отрабатываем вариант номер два. Кать, хватит тебе переживать, – Максим ласково погладил ее по голове, – сюда же она не попрется?

Они вышли на крыльцо, и Катя глубоко вздохнула, собираясь с духом.

– Ну, господи, пронеси!.. – ткнула нужную кнопку, – мам, что случилось?

– Где Даша? Почему она вне зоны действия?

– Мам, перестань – у нее деньги на телефоне кончились. Вероника не пришла, так они целый час болтали, а сейчас с Максом пошли в салон. Ты не волнуйся – что мы, маленькие?.. – Катя скорчила такую гримасу, что Максим засмеялся.

– Не маленькие, – согласилась мать, – но еще глупые, – правда, голос ее сделался менее грозным, и закончила она совсем мирно, – появится – пусть позвонит.

Вытерев несуществующий пот, Катя обмякла и повисла на руке Максима.

– А Полина – молодец, все просчитала, – уважительно заметил тот, понимая, что гроза миновала, – теперь бы вернулись они побыстрее, авантюристы хреновы.

– Дай, я Дашку предупрежу, – Катя по привычке чуть не набрала номер старого аппарата, но вовремя вспомнила, что включен другой, новый, – Даш, вы где?

– Не знаю, но Леха говорит, что уже подъезжаем.

– Мамка звонила; я ей сказала, что ты деньги пошла класть – небось, еще звонить будет. Вы не задерживайтесь – мы ж, типа, должны быть вместе. Если чай будут предлагать…

– Да ну тебя, какой чай?.. – Даша вздохнула.

Уже минут десять их окружало темное пространство, в котором редкие, но яркие фонари лишь указывали путь в бесконечность. Полина дремала в обнимку с недопитой бутылкой, а Леха, сидевший рядом водителем, курил одну сигарету за другой – Даша сделала вывод, что он тоже с удовольствием вернулся б в клуб, но тогда, скорее всего, сегодня их последняя с Полиной встреча.

…И куда я еду?.. – обреченно подумала Даша, увидев справа россыпь огоньков. Она еще не знала, что Бахус – трус и очень быстро покидает своего подопечного в критических ситуациях. Идея, час назад подсказанная им же самим – ворваться в дом и громко крикнуть: «Миша, я тебя люблю!», теперь не выдерживала никакой критики. Ее идиотизм заключался даже не в том, что нельзя просто проникнуть в замок за высоким забором; и не в том, что там может оказаться Мишина жена, а в самом Мише – такой спонтанный визит, возможно, понравился бы какому-нибудь пацану, но взрослый и разумный мужчина будет обязан вызвать психушку! …Все не так! Надо было найти его сайт, а когда завяжутся отношения, можно и встречаться – нормальные люди во всем мире так делают!..

– Лех, – тихонько позвала она, – давай, поедем обратно, а?..

– Только попробуй… – пробормотала Полина, не открывая глаз, и Даша поняла, что эти слова для Лехи важнее любых разумных аргументов.

– Теперь направо, и к тем воротам, – скомандовал он. Даша замерла от страха, потому что ничего не могла изменить; ей даже не убежать, ведь до города неизвестно сколько километров!..

– Лех, ну поехали обратно… пожалуйста, – от собственного бессилия она шмыгнула носом.

– Сначала расплатитесь, – таксист заглушил двигатель, освещая фарами наглухо закрытые ворота в высоком кирпичном заборе, – а то накатаете – туда, сюда…

Его голос разбудил Полину. Она потянулась и молча вылезла из машины.

…Может, она забыла, где мы и зачем?.. Даша сунула таксисту тысячную купюру.

– Подождите, мы быстро. Лех, посиди, – хлопнув дверью, она подошла к подруге, внимательно изучавшей видневшуюся крышу дома, – поехали обратно. Я не хочу, понимаешь?

– Не пойму, ты – дура, или я? – Полина пожала плечами и направилась к воротам, рядом с которыми, прилепился домик; в его окне уютно светился экран телевизора.

– Полин, – Даша схватила ее за руку, – не надо. Я прошу!

– Чего ты ссышь? Если за тобой реально стоит твой призрак, то все склеится. Ты ж веришь, что он существует?

Это был очень сложный вопрос, и Даша растерялась. Ведь, одно дело, холить и лелеять веру внутри себя, сдувая с нее пылинки несбывшихся желаний, и совсем другое, озвучить вслух, бросив в жестокий мир, где любой способен растоптать ее своим неверием. Пока Даша думала над ответом, тоненько и совсем не злобно залаяла собака. Дверь домика открылась, и возникший на пороге темный силуэт, грубо спросил:

– Вам чего?

– Мы к Михаилу. Он нас ждет, – нагло соврала Полина.

– Никто вас не ждет, – усмехнулся охранник, – Михаила Михайловича нету.

– Брешет, – прошептала Полина и громко спросила, – а чего ж свет везде горит?

– Послушайте, девчонки, – охранник закурил, вальяжно опершись о косяк, – чего вы хотите? Я ж вам по-русски сказал – Михаила Михайловича нет. Езжайте отсюда, – видя, что гости не представляют опасности, он вернулся в сторожку и закрыл дверь.

– Полин, ну, правда, поехали… – Даша потянула подругу к машине, но та уперлась, широко расставив ноги; достав из-за спины бутылку, сделала большой глоток.

– Значит, так! Если чудеса бывают, то ты войдешь туда, и вы будете кувыркаться до утра – без разницы, есть там у него жена или нет! А если мы сейчас уедем, значит, ты придумала всю эту фигню, чтоб мастурбировать по ночам!..

– Полин!.. – взмолилась Даша. …А вдруг Юля – это все-таки моя фантазия, или чья-то злая шутка, или стечение обстоятельств, или неважно что?.. Но любой из вариантов показался страшнее забора, охранника и Мишиной жены, вместе взятых. Даше очень хотелось верить в Юлино могущество и… и это все – она не представляла, ни как попасть в дом, ни как они встретятся, ни что скажут друг другу, а, тем более, его жене. …Но на то ведь сила и «сверхъестественная», чтоб решать неразрешимые задачи!..

– А как я туда попаду? – и Даша поняла, что сделала выбор.

– Я уже все придумала, – обрадовалась Полина, – Леха, иди сюда! Чего ты там сидишь?

Втроем они свернули за угол и Полина вытянула руку.

– Вон, бугор – там не очень высоко получается. Мы подсадим тебя, а там спрыгнешь.

– Ты с ума сошла!.. – Даша испуганно замотала головой, но Полина грубо поймала ее подбородок и уставилась прямо в глаза. Писатели называют подобные сцены кульминационными, но Леха не знал таких умных терминов – ему показалось, что сейчас девчонки подерутся.

– Даш, – вкрадчиво произнес он, – ну, купи билет.

Секунд пять обе смотрели на него, как на инопланетянина, и вдруг, вспомнив анекдот, принялись хохотать. Это была та самая разрядка, которую писатели игнорируют, чтоб сохранить напряженность сюжета.

– Даш, – Полина обняла подругу, – сделай это. Для себя. Для меня. Для Лехи, блин! Мы тоже хотим верить в силу, которая нам помогает!.. – ее глаза излучали такой восторг и надежду, каких Даша не видела за все годы их дружбы, и поняла, что должна перелететь эту чертову стену, иначе любовь останется пустым звуком, и ни у кого никогда не будет счастья – а у нее самой, в первую очередь!..

– Давайте, – Даша подошла к стене.

– Туфли сними, – посоветовал Леха, – а то ноги поломаешь, когда будешь прыгать… Давай, Полин… Дашка, сколько в тебе?

– Да я, пушинка, – Даша засмеялась и почувствовала, как, действительно, обретает удивительную легкость.


22.00 того же дня | Египтянка (сборник) | 23.40 того же дня