home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 29

В одном из лесов королевства поселились два великана; они причиняют огромные бедствия.

Братья Гримм. Храбрый портняжка

— Вы думаете, я в это поверю? — говорит Вэнделл, когда я заканчиваю.

— Я знаю, это похоже на бред — волшебство и все такое прочее, — вздыхаю я.

— О, проблема как раз не в волшебстве. Я верю в волшебство.

— Правда?

— Раньше — нет. Но сейчас я не могу не поверить в волшебство. Меня самого атакуют волшебные существа.

Я вспоминаю мертвого оленя. Лесничий хочет сказать, что их убивает волшебная сила?

— А не верю я в то, что принцесса выбрала для этих поисков такого сопляка, как ты.

— Простите?

— О, только не изображай мне тут, что ты так уж шокирован. Я учился в старших классах и знаю, каково это. Там всегда есть качки и богатенькие детки. И вся власть у них. А внизу лестницы такие, как мы, — лузеры.

Лузер. Именно так я всегда и думал, к тому же подозревал, что и другие обо мне того же мнения. Но когда подобный тип называет меня лузером, это уже слишком.

— Он не лузер, — говорит Мэг. — Он в школьной команде по реслингу.

— По реслингу? — Я думаю о тех парнях из пятничного реслинг-шоу по ТВ, но в этот момент ловлю неодобрительный взгляд Мэг. — Да-а… по реслингу. Чемпион штата в весовой категории до шестидесяти килограммов.

Я понятия не имею, существует ли такая категория. О чем я говорю?

— В категории до шестидесяти килограммов, да? — уточняет Вэнделл.

— Его называют Давидом, потому что он борется с парнями гораздо крупнее себя, как Давид и Голиаф в Библии, — говорит Мэг. — Однажды он остановил футбольную команду, когда они избивали первокурсника.

— Футбольную команду? — Вэнделл смотрит на меня с уважением. — Он сражался с целой футбольной командой? С полузащитником и всеми остальными?

— Да! — Мне это уже начинает нравиться. Покажу этому типу, как называть меня лузером. Я герой библейских масштабов! — Один парень весил больше ста десяти килограммов. И я заставил его просить пощады.

— Так ты можешь сражаться с гигантами?

Вэнделл уже практически подпрыгивает.

— С гигантами? Конечно, все, что угодно.

Если бы существовали гиганты, я, наверное, мог бы с ними сразиться. Я же герой, в конце концов.

— Так мы можем теперь получить лягушку? — говорит Мэг.

— У меня есть деньги, — добавляю я, — так что называйте свою цену.

Вэнделл внимательно смотрит в окно.

— Вэнделл? — повторяет Мэг. — Ваша цена?

— Да. — Я тянусь за рюкзаком. — Штука за лягушку — это по-честному.

Тишина.

— Вэнделл? — Мэг машет рукой у него перед носом. — Джонни хочет дать вам деньги за лягушку.

— Деньги? А… мне не нужны деньги.

Он снова поворачивается к окну.

Что случилось с этим типом? Но потом я, кажется, понимаю.

— Мы обещаем, что не станем ее здесь выпускать. Нет, сэр. Лягушка сразу же вернется в Алорию. На самом деле это принц. А человек же не может быть не аборигенным видом?

— Дело не в этом.

Вэнделл отходит от окна и начинает рыться в своем столе.

Мне нужна эта лягушка. Кто знает, правильно ли он вообще ее кормит, достаточно ли у нее воздуха. Может, принц Филипп голодает, потому что отказывается есть насекомых.

Вэнделл достает из стола бинокль и, вернувшись к окну, подносит его к глазам. Он будто пытается определить чье-то местонахождение. Потом жестом подзывает меня и протягивает мне бинокль.

— Погляди.

Я смотрю. Трава. Высокая трава. И песок. В песке большое углубление. Его обнюхивает олень в поисках воды.

— Так что? Это углубление?

— Посмотри на его края, — говорит лесничий.

Теперь я вижу, что углубление имеет вытянутую форму, как ступня. А в конце этой ступни… пальцы! Это след. След величиной почти с целого оленя. У кого могут быть такие большие ноги?

— Нас окружили гиганты.

Вэнделл читает мои мысли.

— Э-э… гиганты?

— Да, гиганты. Нас осаждают гиганты, их двое, но двое таких — это более чем достаточно. Вот кто съел того оленя. И никто — ни Управление по охране окружающей среды, ни полиция округа Монро, ни клуб «Сьерра», ни национальная гвардия — никто мне не верит!

Я снова смотрю на след. Гиганты. Их не бывает. И тут я вспоминаю, что мама рассказывала мне легенду о великане, живущем на Флорида-Кис, как люди травят байки о снежном человеке или лох-несском чудовище. Я никогда во все это не верил, конечно. Но тогда я не верил и в ведьм, и в говорящих животных, и в волшебные мантии.

— Ты же веришь мне? — говорит Вэнделл.

Я киваю.

— И я знаю, что ты можешь мне помочь. Ты можешь убить их.

— Конечно могу… что?

Я опускаю бинокль и в изумлении смотрю на него.

— Что? — одновременно говорит Мэг.

— Ты можешь убить гигантов. — Вэнделл уже улыбается, абсолютно счастливый. — Ты молод. Силен. Тебя выбрала принцесса для поисков своего брата. Ты уже побеждал силачей, так что я знаю, что ты сможешь решить мою небольшую… э-э… гигантскую проблему.

— Но…

— Убей великанов — и получишь лягушку. Иначе я продам ее на сайте eBay.

— Но это может противоречить правилам на eBay, и вас могут забанить.

— Думаешь, я буду очень переживать, если меня забанят на eBay?

И тут он снова начинает плакать.

— Если я не сделаю что-нибудь с этими гигантами, — говорит Вэнделл в промежутках между всхлипываниями, — все олени погибнут и я буду за это отвечать.

Мэг протягивает руку и похлопывает его по спине. Я смотрю на нее скептически.

— А вы не пытались показать Управлению по охране окружающей среды фотографии этих следов? — спрашивает она. — Или фотографии самих гигантов?

Он кивает.

— Все думают, что они поддельные, как снимки лох-несского чудовища. — Лесничий открывает ящик стола и вынимает две фотографии. Большую часть великанов закрывают деревья, изображение размыто, и действительно кажется, что это подделка. — Люди уже много лет распространяют слухи о гигантах во Флориде. Их называют скунсовыми обезьянами. И никто в них не верит. А если я буду настаивать, то могу потерять работу.

Говорят, нельзя судить человека, если не прошел в его обуви хотя бы пару километров. Я смотрю на обувь Вэнделла — это настолько поношенные нефирменные туристические ботинки, что я не хотел бы в них сделать и шагу. У него действительно гигантские проблемы.

— Мы даже и рассматривать не будем возможность сражения с великанами, если сначала не увидим лягушку, — слышу я голос Мэг.

Лесничий поднимает свое залитое слезами лицо.

— Она у меня прямо здесь, — Вэнделл подходит к аквариуму с жабами и лягушками. Опускает туда руку и достает мокрую квакающую лягушку, гораздо меньше той, которую я видел на Ки-Ларго. — Познакомьтесь с Alorius marinus.

Лягушка писает ему на руку. Он не реагирует.

У нее красно-оранжевое пятнышко и семейная родинка. Это принц. Без вариантов. Но лесничий держит лягушку на расстоянии. Если бы я мог просто схватить ее… Я снимаю со спины рюкзак, собираясь надеть мантию. Если бы получилось достать мантию, дотянуться до лягушки и…

Мэг. Мне нужно еще забрать Мэг.

За одну эту секунду моих сомнений Вэнделл понимает, о чем я думаю.

— О нет, не получится, — Он отдергивает руку с лягушкой, — Ты ведь пытался ее взять?

— Он просто пытался достать вот это, — Мэг показывает ему наушники.

— Наушники? — Лесничий так крепко сжимает принца, что я боюсь, как бы он его не раздавил, — Не похоже.

— Они специальные, должны помочь мне с ней поговорить — если это, конечно, правильная лягушка. Попробуйте сами.

Вэнделл пытается одной рукой вставить их в уши. Я не предлагаю помощи. Мантия уже у меня в руках, Мэг рядом со мной в полной готовности. Если он уронит лягушку — мы ее схватим.

Но он не роняет. А вставляет наушники и смотрит на меня.

— И что теперь?

— Скажите «Привет». Посмотрите, поймет ли он вас.

— Привет, малыш, — Вэнделл наклоняет голову к лягушке. — Как дела? Насекомые хорошие?

Она громко квакает, потом дует на волосы Вэнделла, так что они встают дыбом, в результате чего мы все подпрыгиваем. Лесничий вытаскивает наушники.

— Что он сказал? — спрашиваю я.

— Он назвал меня не очень хорошим словом.

— Ему не нравится быть в плену. Вы должны отдать его мне.

— Ему не нравится, как его здесь кормят, а тебе я его отдам, когда ты убьешь этих гигантов.

— Дайте мне поговорить с ним.

Я протягиваю руку.

Я надеюсь, что он даст мне лягушку или хотя бы опустит ее на пол. Но он дает мне только наушники. Я их вставляю и наклоняюсь очень близко к лягушке, все еще пытаясь найти хоть какую-нибудь возможность…

— Меня прислала Викториана, — шепчу я.

Секунду лягушка молчит, потом все-таки отвечает:

— Викториана? Что ти знаешь о Викториане?

— Она остановилась в отеле, где я работаю, в Саут-Бич. Она послала меня, чтобы…

— Моя сестра — бессердечная тусовщица, ждать от нее забота о своей семье так же бесполезно, как ждать, что она пойдет покупать одежду в секонд-хенде.

— Это неправда.

Я вспоминаю страдания Викторианы.

— Нет, это правда. Если ти говоришь, что тебя прислала Викториана, значит, ти обман. Тебя прислала ведьма, чтоби убить меня.

— Я здесь, чтобы спасти тебя. Сегодня ночью… — я не даю себе произнести, что сегодня ночью собираюсь вернуться и украсть его, — я должен убить одних великанов. После этого я вернусь.

Лягушонок практически выпрыгивает из руки Вэнделла.

— Я плюю тебе в лицо — тьфу! — Он выпускает фонтан лягушачьей слюны. — Я убегу. Я буду свободной лягушкой!

— Если убежишь, хм, упрыгаешь, то как ты тогда найдешь девушку, которая тебя поцелует?

— О, у меня есть свои способи. — Лягушонок закатывает свои выпученные глаза. — Даже в этой пупырчатой коже я не потерял своего обаяния. У меня есть план. Когда здесь появится какая-нибудь семья с дочкой-подростком, я уеду с ними.

— Ладно, в любом случае я приду за тобой позже… завтра, после того как убью гигантов.

— А меня тут уже не будет, понял, залкенбургская нехристь?!

Принц снова плюет, но на этот раз я успеваю увернуться.

— Хар-р-рашо, — говорю я.

— Что он тебе сказал? — спрашивает Мэг.

— Он довольно зол.

Вэнделл опускает лягушку обратно в аквариум, где она продолжает квакать в знак протеста.

Так как я все еще в наушниках, то понимаю, что принц выражает свое мнение о нас и наших матерях — вначале на английском с французским акцентом, потом уже на чистом французском. Я вынимаю наушники.

— Так что теперь? — волнуется Вэнделл.

— Думаю, мы переночуем здесь в палатке. Нам нужны подручные средства. — Я пытаюсь сообразить, что мне могло бы понадобиться, если бы я действительно собирался убить гиганта. — Этот бинокль — раз и э-э… что-нибудь для капкана.

— Как ты собираешься сооружать капкан на гигантов? Возьмешь коробку и палку и будешь надеяться, что они туда забредут? Это должна быть нема-а-аленькая коробка.

— Вас не касается, как я буду это делать. Вы этого не сделали.

— Не унижай Вэнделла. — Мэг треплет меня по плечу. — Он свое дело знает.

— Лучше скажите, где они чаще всего бывают, — прошу я.

Лесничий говорит нам, что великаны любят проводить время вблизи больших деревьев, так как их там почти не видно. И мы уходим.


Глава 28 | Зачарованный | Глава 30