home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


II

Теплый летний дождь сеялся с темного неба, когда Бертран отодвинул тяжелую чугунную крышку люка и, подтянувшись на руках, вылез на поверхность. Встав на колени, он помог выбраться Энцо. Кирсти до сих пор не вполне очнулась, но Маклеод настоял, что понесет ее сам. Он осторожно уложил дочь на мокрые камни мостовой, освободив давно нывшее плечо, и буквально упал рядом, совершенно вымотанный. В окне пивной «Факультеты» светились неоновые лампы. На углу улицы Жозефа Бара горел зеленый свет, но машин не было. Повернув голову, Энцо увидел дальше по улице здание факультета права и экономических наук института д’Асса, который когда-то окончил Жак Гейяр.

Чьи-то руки помогли ему сесть. Обернувшись, он увидел темные глаза-озера, полные заботы, тревоги и чего-то еще, чему не мог подобрать названия. Шарлотта улыбнулась и поцеловала его в лоб.

— Больше никаких секретов, — шепотом пообещала она.

Самю и Бертран вдвоем оттащили Энцо на тротуар и прислонили спиной к стене дома, под чередой рекламных щитов. Кирсти положили рядом, головой на грудь отцу. Она медленно подтянула ноги, словно дитя в утробе матери. Маклеод обнял ее за плечи и обессиленно откинул голову на стену сзади. Его взгляд упал на Бертрана. Энцо несколько секунд смотрел ему в глаза, затем, собравшись с силами, протянул руку.

— Спасибо тебе, парень, — прошептал он.

Затем все как-то поплыло, и Маклеод уже смутно сознавал, что Бертран с кем-то говорит по сотовому. Он не мог бы сказать, сколько времени прошло, когда у бровки тротуара остановилась машина, а вдали послышался пронзительный вой сирен. Вокруг собрались люди, слышались голоса. Он видел, как Николь с напряженным обеспокоенным лицом появляется и исчезает из поля его зрения, слышал, как Раффин упомянул о полиции. Подняв глаза, он увидел заплаканную Софи.

— Я же обещал, что вернусь, — выдавил он.

Она кивнула:

— Все равно я ее ненавижу.

Кирсти медленно повернула голову на голос, выведший ее из полузабытья, нежный девичий голос с шотландским акцентом, от которого в парижском воздухе словно повеяло виски:

— Кого? Кого она ненавидит?

— Тебя, — не задумываясь ответила Софи.

Кирсти посмотрела на отца, с трудом приоткрыв глаза:

— Кто это?

— Твоя сестра, — чуть улыбнулся Энцо. — Она шутит. Да, Софи?

Кирсти повернула голову и вновь посмотрела на девушку.

— Шучу, шучу, — согласилась Софи. Опустившись на колени, она обняла их обоих и зарылась лицом в папину шею.


предыдущая глава | Опасная тайна Зала фресок | ГЛАВА 26