home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 8


Джози села в постели и схватила свой халатик.

— Гарри? — позвала она.

Голос у нее был какой-то чужой, а сердце гулко бухало в груди.

Сквозь ставни проникал серенький рассвет, слышался равномерный шум дождя. Гарри нигде не было видно.

Дверь в ванную была открытой, и со своего места она могла видеть, что ее маленькая квартирка совершенно пуста.

Может быть, Гарри ей просто привиделся? Были ли на самом деле эти последние тридцать шесть часов, или все это случилось во сне?

В углу виднелась аккуратно сложенная кипа газет. Пакет с одеждой Гарри стоял за телевизором. Видимо, все-таки последние полтора дня были на самом деле.

Она была ошеломлена тем, что, поняв это, почувствовала облегчение.

Но чувство облегчения было недолгим. Где же он?

Что, если травма головы у него оказалась серьезнее, чем она предполагала? Что, если он совсем потерял память и ушел, сам не зная куда? У нее разыгралось воображение.

Вдев руки в рукава халатика, она завязала пояс и поднялась на ноги. Она заметила, что кто-то подставил в углу ведро под капающую сверху воду.

Прислушавшись, она различила за шумом дождя поскрипывание половиц. Шаги.

Она помчалась в коридор к узкой лесенке, которая вела на чердак. В обоих концах чердака было по круглому оконцу, пропускающему мутный свет в пыльное помещение, до потолка заполненное коробками, инструментами и самым разным хламом.

Взбежав по лестнице и тяжело отдуваясь, она огляделась вокруг и прислушалась. Может быть, шаги ей тоже послышались?

Она терпеть не могла этот чердак, а когда была маленькой, даже боялась его. Скрип поддразнивал ее, рассказывая, что там обитают призраки старых пиратов.

Она занервничала и чуть не вскрикнула, когда из-за сложенных друг на друга коробок появился Гарри. Он был все в той же простой майке, поверх которой была надета незастегнутая рубаха с голубым и желтым рисунком. Стройные бедра опоясывал принадлежащий Скипу пояс с инструментами.

— Доброе утро, — сказал он, одарив ее сногсшибательной улыбкой.

Его мужское обаяние достигло своей цели. По ее телу пробежала горячая волна, и она уже ни о чем не могла думать, кроме их потрясающего поцелуя среди ночи. Ей хотелось поцеловать его еще разок.

Какое же она ничтожество!

— Что вы делаете? — спросила она, все еще тяжело дыша.

А он выглядел так привлекательно.

— Я не мог спать, поэтому решил заняться чем-нибудь полезным, — сказал он. — Я поднялся сюда, чтобы установить, где протечка. Что-нибудь не так?

— Просто я не знала, куда вы исчезли.

— Вы спали, и я не хотел будить вас, чтобы сказать, куда ухожу, — разумно заметил он, подходя на шаг ближе. — Вы тревожились обо мне, Джози?

Она почувствовала себя дурочкой.

— Я... я просто не знала, куда вы могли уйти. Вот и все.

Не собиралась она говорить ему, как испугалась, что он может просто исчезнуть из ее жизни. Хотя, если рассуждать здраво, он и должен в конце концов исчезнуть и возвратиться к своей обычной жизни.

Но только не сегодня.

Пусть уж это будет завтра... или послезавтра.

К концу недели — наверняка. Это неизбежно. Она должна быть готова к этому.

— Ну что ж, вот вы меня и нашли, — сказал он, все еще пристально глядя на нее своими невероятно красивыми синими глазами.

Чтобы избежать его взгляда, Джози подошла к месту протечки. Вода проникала сквозь крышу в углу чердака, возле балки.

— Я поднималась сюда несколько дней назад, когда потолок впервые начал протекать, — сказала она. — Крыша здесь такая низкая. Я попыталась подставить ведро, но, как видите, пользы от этого мало. Вода просачивается в мое жилье.

— Как только дождь перестанет, я намерен залезть на крышу и посмотреть, в чем там дело, — сказал Гарри, подходя к ней сзади.

Джози поморгала глазами. Залезет на крышу? Гарри?

— Не надо этого делать. Я намерена позвать сюда рабочего, — сказала она и, круто повернувшись, обнаружила, что стоит в углу и путь ей преграждает великолепное мужское тело. — Что, если вы упадете с крыши?

Гарри склонил голову набок.

— Но это не пятидесятиэтажное здание, — сказал он. — И крыша совсем не крутая. Я справлюсь. Я хочу помочь.

— Я просто думаю, что вам следует быть осторожнее, — сказала она, снова почувствовав себя глупенькой.

Он прав. Гриль-бар «Голубая рыба» не сравнится с Эмпайр-Стейт-билдинг. — Вы уверены, что знаете, что надо делать?

Он пожал плечами.

— Мне доставляет удовольствие прикидывать, как это лучше сделать, — сказал он. — Кажется, мне нравится работать руками.

У Джози пересохло во рту, а соски затвердели. Ей даже не хотелось думать о том, какие чудеса умеет творить Гарри своими волшебными руками.

— Я буду осторожен, — серьезно сказал он. — А пока я займусь починкой ступеней лестницы, о которых вы упоминали. Прежде чем подняться сюда, я выходил прогуляться и осмотрел их. Вот кончится дождь, и я их приколочу.

Он потрепал рукой пояс с инструментами и вновь привлек ее внимание к своим мускулистым бедрам. Она перевела взгляд на его лицо.

— Вы гуляли под дождем?

— Мне нравится дождь. Не знаю почему, но нравится.

Снова одарив ее умопомрачительной улыбкой, он удивил ее, схватив за руку.

— Идите-ка сюда. — Он пересек с ней чердак и усадил ее на ящик. И сам сел на другой ящик, коснувшись бедром ее бедра. — А теперь закройте глаза и прислушайтесь.

Дождь отбивал барабанную дробь по крыше над их головами.

Джози закрыла глаза и попыталась прислушаться. Ее тронула мальчишеская радость в голосе Гарри. Трудно было представить себе, что такой человек, как Гарри, такой изысканный, такой пресыщенный, может находить радость в такой простой вещи, как утренний дождь.

Гарри был милый, внимательный... нежный. Он был совсем не таким, как можно было бы ожидать от Джона Гарримана.

Плохо, что он так сильно нравится ей.

— Слышите? — прошептал он.

— Что именно?

Интересно, сознавал ли он, что его большой палец рисует узор на ее руке, вызывая томление во всем теле? Хорошо еще, что она сидит, иначе у нее могли бы подкоситься ноги.

Он усмехнулся.

— Дождь, конечно, — сказал он. — Что же еще?

Джози открыла глаза. Ясные синие глаза Гарри поблескивали озорными искорками.

— Ну, я не знаю. Я ожидала, что вы скажете что-нибудь глубокомысленное.

Он обвел взглядом ее лицо, отчего у нее вспыхнули щеки. Глаза у него уже не были ясными, они затуманились.

Он их взгляда кружилась голова.

— Если пожелаете, я могу сказать что-нибудь глубокомысленное, — сказал он.

— Это не обязательно, — сказала она, чувствуя себя глубокомысленной за них обоих.

Он и внимания не обратил на ее слова.

— У вас самые красивые губы из всех, какие я видел, — сказал он. — Мне хочется поцеловать вас еще разок. Я пытаюсь сопротивляться этому желанию, но это трудно. Я понимаю, что нам следует забыть о поцелуях, но я не могу устоять. А вы, Джози?

Он хочет снова поцеловать ее. Это было выше ее сил.

Она совсем не хотела склоняться к нему. Она не знала, как это случилось, но расстояние между ними стало сокращаться. Причем быстро.

Пусть это будет неразумно, пусть будет неосторожно, но она была намерена поцеловаться с ним. Когда она смотрела в его глаза, она чувствовала непреодолимую связь между ними, причем более сильную, чем просто чувственное влечение.

Она не знала, что это такое, но ее это ощущение опьяняло.

Позабыв все свои благие намерения, не думая о последствиях, она наклонилась, преодолев последний разделявший их дюйм. В ответ его мускулистые руки приняли ее в объятия.

Джози вздрогнула и издала тихий стон, который сводил с ума Гарри. Он и без того после прошлой ночи наполовину обезумел. Стоит ему еще разок попробовать на вкус ее сладкие губки — и он окончательно потеряет голову.

Ей было так уютно в его объятиях, как будто она была предназначена для этого места. Он сразу же возбудился, аж пульсировал от желания.

Он и сам не знал, где нашел силу воли прошлой ночью, чтобы отпустить ее. И был совсем не уверен, что сможет продемонстрировать эту силу еще раз.

— Гарри, — выдохнула она, не отрываясь от его губ. — Ох, Гарри!

Она вцепилась в него, дрожа в его объятиях, и приоткрыла губы, сдаваясь на милость победителя, что лишило его последних крох самоконтроля. Где-то на задворках сознания у него была мысль о том, что он охвачен горячкой, но он не мог ничего сделать с этим. Не мог и не хотел. Держать Джози в объятиях было так правильно, хотя он не смог бы объяснить, почему это так.

Прижав ее к себе по возможности крепче, он запустил язык между ее раскрытыми губами. Ее губы ожили. Она еле слышно застонала.

Только этого ему и недоставало: уверенности в том, что она хочет его так же сильно, как он хочет ее. Прошлая ночь была не случайностью, не помутнением рассудка. Все это действительно было. И было правдой. И было правильно. Все остальное перестало существовать.

Джози сосредоточила в себе целый мир. Ее страстные постанывания заставляли его сердце учащенно биться. Все заслонила собой единственная мысль: он хочет большего.

Еще, еще и еще.

Он чувствовал, как она дрожит. Он хотел заняться с ней любовью, хотел укрепить еще сильнее невероятную связь, существующую между ними.

Он хотел выразить странные и загадочные чувства, бушевавшие в нем, единственным известным ему способом.

— Джози, дорогая, это ты там, на чердаке? О Господи...

Когда Гарри от неожиданности выпустил ее из рук, Джози чуть не упала навзничь, но он умудрился вовремя подхватить ее, понимая, что ее тело так обмякло, что без его поддержки она не смогла бы устоять на ногах. Повернувшись в его руках, она с открытым ртом уставилась на женщину, стоявшую на верхней ступеньке лестницы.

Гарри не узнал женщину, зато узнал ее голос.

— Мама, — с трудом переводя дыхание, произнесла Джози.



Глава 7 | Таинственный незнакомец | Глава 9