home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 9


Джози с усилием встала на ноги.

— Что ты здесь делаешь, мама? — спросила она.

Неужели этот хриплый, дрожащий шепот был ее голосом?

Ног под собой она почти не чувствовала. Они были словно ватные. Сердце билось так гулко, что практически заглушало все остальное.

Что это сотворил с ней Гарри? Он заставил ее почувствовать себя так, как будто она, утратив земное притяжение и пребывая в состоянии невесомости, летит на Луну, оборвав связь со всем миром и всем, что в нем существует, кроме Гарри.

Что с ней произошло?

Гарри, ответила она на свой собственный вопрос. Гарри — вот что с ней произошло.

Ей хотелось, чтобы он исчез, перестал искушать ее, перестал заставлять ее хотеть его.

Но она тут же похолодела от страха, потому что меньше всего на свете хотела, чтобы он исчез. Ох, ну и в историю она вляпалась!

Ларк смотрела на нее со странной смесью любопытства и радости.

—Дорогая, ты не собираешься познакомить меня со своим другом? — спросила она, оставив без внимания вопрос Джози.

Джози судорожно глотнула воздух. Она знала, что это в конце концов непременно произойдет, что ее мать обязательно наткнется на Гарри.

Просто она не ожидала, что в этот момент будет целоваться с Гарри — тем более одетая в купальный халатик. Ситуация походила на ночной кошмар. Одного взгляда на лицо матери было достаточно, чтобы догадаться, что Ларк все неправильно поняла.

— Это Гарри, мама, — сказала Джози, заставляя свой голос звучать невозмутимо и по-деловому. — Я говорила тебе о нем. Он помогает мне привести в порядок бар. Гарри, познакомься с моей мамой, Ларк Райли.

Оглянувшись, она обнаружила, что Гарри стоит у нее за спиной. Он надел очки в проволочной оправе и улыбался маме дружелюбной улыбкой. Ее мама, не скрывая интереса, улыбалась в ответ. Похоже, она его не узнала.

— Рад познакомиться с вами, миссис Райли, — сказал Гарри, делая шаг вперед и протягивая ей руку. Ларк обменялась с ним рукопожатием. — Теперь я вижу, откуда у Джози ее несравненная красота.

Глаза Гарри были устремлена на нее, а не на мать. У Джози участился пульс. Она чувствовала себя опустошенной и мучительно хотела, чтобы он продолжил целовать ее.

Она заставила себя выбросить из головы эти мысли.

— Правда? Спасибо. — На лице Ларк появилась блаженная улыбка.

— Мама, что ты здесь делаешь? — снова спросила Джози.

— Я пришла, чтобы напомнить тебе насчет базара, — сказала Ларк, не сводя глаз с Гарри. — Но теперь это не имеет значения.

Джози совершенно забыла о базаре. И о сыне Эмми Скотт, ветеринаре с ямочками на щеках.

Мать продолжала что-то говорить. И все было бы хорошо, если бы Джози не заметила, как она улыбается Гарри. Она без труда могла прочесть мысли Ларк: «Синица в руках лучше журавля в небе».

— Джози говорила мне, что вы гостите на Кристал-Ки. — Ларк явно пыталась разведать обстановку. — Как вам здесь нравится?

— Красиво, — сказал Гарри. — Мне здесь очень нравится.

— Ну что ж, мы очень благодарны за вашу помощь в «Голубой рыбе», — продолжала Ларк. — Я уверена, что мы все очень хотели бы поближе познакомиться с вами. Вижу, что вы с Джози близко знакомы друг с другом.

Она смотрела на них обоих так, как будто ждала, что кто-нибудь объяснит ей, что происходит.

— Мама, можно мне поговорить с тобой внизу? — Джози чувствовала, что мать необходимо вернуть с небес на землю, пока она не поставила всех в действительно затруднительное положение. Не дожидаясь ответа, она быстро спустилась по лестнице.

Мать нагнала ее уже, внизу. Как только они остались вдвоем, Ларк одарила Джози таким понимающим взглядом, что той захотелось завизжать.

— Мама, я знаю, о чем ты подумала, но этот поцелуй означал совсем не то, что ты думаешь. Мы с Гарри всего лишь друзья.

Ларк как будто не слышала ни слова из того, что сказала Джози.

— Мне действительно понравился твой молодой человек, дорогая. По-моему, он очень милый.

— Мама, ты слышала, что я сказала? — спросила Джози, пытаясь завладеть вниманием матери.

— Я слышала тебя, Джози, — сказала мать, продолжая улыбаться.

Джози упрямо продолжала гнуть свою линию:

— Этот поцелуй ровно ничего не значит. Мы с Гарри не подходим друг другу.

— Ты это уже знаешь? — с сомнением спросила Ларк. — Я тоже так говорила, когда познакомилась со Скипом.

— Это не имеет ничего общего с тем, что было у вас со Скипом.

— Дорогая, до того как я встретила Скипа, меня обидели. Ты тоже была обижена. Именно поэтому я так тревожилась за тебя. Я знаю, что это заставляет человека отгородиться стеной от всего мира, в том числе и от настоящей любви.

— Я не отгораживалась стеной, — возразила Джози, но, уже произнося эти слова, понимала, что мать права.

Стену она действительно воздвигла.

Но было ли разумно? Она изо всех сил пыталась принимать разумные решения. Пусть даже ее сейчас влекло к этому мужчине, было бы глупо надеяться, что самый завидный холостяк Америки отнесется серьезно к ней, простой девчонке из захолустного городишка. Очень, очень глупо, потому что ей никогда его не заполучить.

Множество самых изысканных красавиц пытались это сделать — и потерпели поражение.

Когда к нему вернется память и он возвратится к своей обычной жизни, ей меньше всего хотелось бы остаться с разбитым сердцем. Надо было брать под контроль ситуацию, пока еще не поздно.

Ей не следует поддаваться искушению его поцелуев, потому что можно влюбиться.

Подумав это, она вспомнила еще кое о чем, сказанном матерью.

— И он вовсе не моя настоящая любовь! — твердо заявила она.

Мать на эти слова лишь возмутительно улыбнулась.

— Давайте начнем с внутренних работ, потому что сегодня снаружи сыро, — сказала час спустя Джози, обращаясь к Гарри, когда они стояли рядом посередине бара. Она приняла душ и переоделась, надев маечку с эмблемой гриль-бара «Голубая рыба» и джинсовые шорты.

Ларк ушла на благотворительный базар. Гарри приколачивал на крыльце расшатавшиеся доски, пока за ним не пришла Джози.

Она принесла из булочной коробочку пончиков и сварила кофе.

Он критически осмотрел интерьер бара. Джози была права. Помещение нуждалось в косметическом ремонте. На стенах было беспорядочно развешано слишком много сделанных под старину тарелок с эмблемами сортов пива. Стены были скучного серовато-коричневого цвета. Поцарапанный пол тоже было бы неплохо освежить.

Стойка бара длиной около двадцати футов сверкала новенькой полировкой и выглядела неуместно в столь жалком интерьере.

— Крышку стойки сменили только на прошлой неделе, — объяснила Джози, подходя ближе и проводя кончиками пальцев по сверкающей поверхности. — Это единственное, что я смогла себе позволить сделать силами наемных профессионалов. Это самая главная часть всего помещения, и ее следовало сделать как следует. К счастью, столы и стулья еще не слишком старые. Скип заменил их лет пять назад. Так что это единственное, что не требует замены.

Во время этой экскурсии по бару Джози ни разу не встретилась взглядом с Гарри.

Что-то произошло на чердаке. И прошлой ночью тоже что-то произошло.

Он понимал ее опасения, он и сам испытывал смутную тревогу. Раньше он имел множество мимолетных любовных связей, но сердце подсказывало ему, что с Джози все будет по-другому.

Она продолжала говорить о проблемах косметического ремонта.

— Я не хочу, чтобы делали ремонт, когда открыт бар, поэтому для работы остается всего несколько часов по утрам.

— Мы сможем управиться, — заверил ее он. — Вместе.

Он импульсивно взял ее за руку.

Она высвободила руку. Расстроившись, он положил руку на стойку с обеих сторон от нее, как бы заключив ее в клетку.

— Джози. — Он помедлил минуту. — Джози, — повторил он совсем тихо.

Наконец она взглянула ему прямо в глаза. Если раньше он мог читать ее мысли как раскрытую книгу, то теперь ее взгляд не выдавал ничего.

— Долго ли вы намерены игнорировать то, что произошло на чердаке? — спросил он.

— Я ничего не игнорирую, — сказала Джози. — Я не отрицаю, что целоваться с вами было... приятно. Но меня не интересует ничего, кроме дружбы. Вы это знаете.

Гарри с тревогой смотрел на нее, и она заставила себя тоже посмотреть ему в глаза.

— Что страшного в том, что нам нравится целовать друг друга?

— Это такой пустяк, — сказала она. — Незачем делать из мухи слона.

— Значит, вы страстно целуетесь на чердаке каждый день? — сказал он.

— Каждый день, — сказала в ответ Джози, вздернув подбородок.

Она понимала, что Гарри не вполне поверил ей, и он был прав. Но что еще могла она сказать?

Не могла же она сказать ему правду? Сказать, что ее никто никогда не целовал так, как целовал Гарри? Что прикосновение ни одного мужчины не действовало на нее так, как действовало прикосновение Гарри?

Она ничуть не сомневалась в том, что получила бы наслаждение от физической близости, которую обещали поцелуи и прикосновения Гарри. И она испытывала большой соблазн поддаться искушению.

Именно поэтому приходилось отталкивать его.

— Каждый день? — скептически повторил он. — Ну и ну!

— А по воскресеньям дважды в день, — уточнила она.

— Жаль, что сегодня не воскресенье, — сказал Гарри.

 Он сказал это весело, поддразнивая ее, но она даже не улыбнулась.

Она вообще никак не реагировала.

Она выскользнула из-под его руки, и он ее отпустил .

— Никому из нас не нужны серьезные отношения, — сказала она. — Поэтому будет, мне кажется, разумнее, если мы останемся друзьями. Я была бы очень признательна, если бы вы в этом поддержали меня. Тогда мы смогли бы сосредоточить внимание на более важных делах.

Услышав ее слова, Гарри растерялся. Он не мог возразить ей. Она говорила разумные вещи.

Он решил временно отступить и сменить тактику. Сдаваться он был не намерен, но ей не обязательно об этом знать.

— Ладно, — мрачно сказал он, — друзьями так друзьями.

Он протянул ей руку, и она осторожно ее пожала. Входная дверь бара распахнулась, пропустив яркий дневной свет в темноватое помещение.

— Бекки! — с облегчением воскликнула Джози.

Она не понимала, почему Бекки явилась сюда задолго до начала своей смены, но была рада ее видеть.

Она больше не хотела оставаться наедине с Гарри. Может быть, если рядом будет находиться кто-нибудь еще, она не будет так остро ощущать присутствие Гарри каждым дюймом своего тела.

— Привет! — сказала Бекки и прошла за стойку бара, чтобы положить свою сумочку. — Мэг и Фредди придут с минуты на минуту, — добавила она, имея в виду кухарку и бармена. — Я Бекки Пурдью, — сказала она Гарри и протянула ему руку. Джози представила его ей.

— Бекки, это Гарри. — Она вдруг встревожилась, опасаясь, что Бекки может его узнать. Бекки с ее любовью к бульварной прессе могла скорее узнать в нем Джона Гарримана, чем ее мать.

Она с облегчением заметила, что Бекки, кажется, поверила, что он друг Джози. Правда, то, как Бекки одобрительно ей подмигнула, заставило ее поежиться, хотя и совсем подругой причине.

— Гарри помогает мне привести в порядок бар, — пояснила она, надеясь предупредить неправильное истолкование ее отношений с Гарри.

— Ну что ж, давно пора, чтобы тебе кто-нибудь помог, — сказала Бекки.

— Что ты имела в виду, сказав, что Мэг и Фредди будут здесь с минуты на минуту? — спросила Джози.

— Они придут помочь привести в порядок бар, — усмехнувшись, сказала Бекки. — Мы все решили помочь.

Джози была так тронута, что чуть не расплакалась.

— Ах, Бекки, я сама никогда не решилась бы просить вас о помощи.

— Я знаю, знаю. Я ведь видела, как ты работаешь по утрам: то за компьютером, то обдираешь отшелушивающуюся краску на стенах снаружи здания. И все одна, все сама. — Она взглянула на Гарри: — Встречали ли вы когда-нибудь более независимого человека, чем она? Все хочет сделать сама, но ведь нельзя объять необъятное.

Гарри заметил, что у Джози слегка зарделись щеки, и понимал, что официантка, видимо, довольно хорошо знает Джози. Уж не потому ли Джози не любит полагаться на других людей, что ее не раз обманывали — сначала ее биологический отец, потом двое женихов?

Может быть, она отталкивала его, потому что считала очередным мужчиной, который обманет ее ожидания?

От этой мысли ему стало не по себе. Он не хотел обманывать Джози и не хотел, чтобы она так о нем думала. Не этого ли она боялась? Не этим ли объяснялось то, что она от него отстранялась?

Ему хотелось сказать ей, что она не права, но как это сделать?

Когда за работу взялись пять человек, окраска стен пошла быстро.

Гарри не мог не подивиться отзывчивости друзей Джози. Закрыв столы и стулья специальной тканью, они быстро окрасили стены белой, как яичная скорлупа, краской, которую купила Джози.

Гарри умышленно избегал Джози, желая дать им возможность побыть на некотором отдалении друг от друга. Ему казалось, что ей это нужно, да и сам он не доверял себе, находясь рядом с ней.

Он обещал быть ее другом и не собирался ее обманывать. Пусть даже это убьет его.

Бар открывался в полдень. К тому времени как появились первые посетители, они уже покрасили офис Скипа и заканчивали окраску коридорчика у черного входа, а помещение бара тем временем проветривалось.

Без десяти минут час зазвонил телефон.

— Это твоя приходящая нянюшка, Мэг, — сказала Джози, выходя в коридор из бара.

Мэг подошла к телефону.

— Это Кристин, — пояснила она, кладя на место телефонную трубку. Она имела в виду свою четырехлетнюю дочь. — Она заболела. Мне придется уйти. Извини, Джози, я не смогу сегодня работать.

— Не беспокойся, Мэг, — сказала Джози. — Главное, чтобы с дочерью все было в порядке. Грилем я сегодня займусь сама.

— Спасибо, — поблагодарила Мэг.

Собрав свои вещи, она ушла. Джози сделала несколько звонков, пытаясь найти еще одну официантку, поскольку сама была намерена заняться грилем вместо обслуживания столиков, но никого не смогла застать.

— Извини, Бекки, — сказала она наконец. — Придется тебе одной крутиться здесь сегодня.

Гарри сложил чехлы, предохранявшие мебель, и убрал стремянку и банки с краской в дальний конец коридора. К тому времени как он возвратился в бар, они уже открылись и приветствовали первых посетителей.

Он взял фартук с полки за баром.

Джози, выходившая из кухни, чуть не столкнулась с ним. Увидев, что он завязывает вокруг талии тесемки фартука, она в изумлении остановилась:

— Что вы делаете?

Он усмехнулся:

— Обслуживаю столики. Для того и существуют друзья.

Джози внимательно посмотрела на него, не зная, как понимать его слова.

— Спасибо, — сказала она.

Тут примчалась Бекки с первым заказом на гриль, и разговаривать было некогда. Во время ленча в «Голубой рыбе» было множество народу, и Гарри в течение добрых двух часов работал без передышки, принимая заказы и разнося на столики рыбу и чипсы, прохладительные напитки и фирменное блюдо гриль-бара — лимонный пирог «Кристал-Ки». Джози глазам своим не верила. Пусть даже Гарри не помнил, чем он занимался в сфере бизнеса, но она была уверена, что это было никак не связано с обслуживанием столиков в самом заурядном пабе для трудяг.

Однако он — полюбуйтесь! — принимает заказы, убирает со столов грязную посуду, подтирает грязь на полу.

Он, похоже, всем нравился и сам получал удовольствие от работы. Было очень приятно наблюдать, как его атлетическая фигура грациозно движется между столиками.

Он заметил, что она за ним наблюдает. Она быстро отвернулась. Однако видимо, недостаточно быстро, чтобы остановить нарастающее томление в ее груди.

— Знаешь, кого он мне напоминает? — спросила Бекки, которая подошла к окошечку, чтобы взять заказанную порцию рыбы с чипсами.

Джози сделала вид, что не понимает.

— Кто и кого напоминает тебе, Бекки?

— Гарри. Он напоминает мне Джона Гарримана. Тебе так не кажется? Но разумеется, Гарри красивее, — сказала Бекки. Она с любопытством взглянула на Джози. — Мне он нравится. Я рада за тебя, Джози.

— Не понимаю, о чем ты говоришь.

— Все ты понимаешь, — сказала Бекки. — Видела я, как он смотрит на тебя.

У Джози заколотилось сердце.

— Вот как? — пробормотала она.

Она мысленно отругала себя за то, что ведет себя крайне глупо.

— Видела я, как он при малейшей возможности смотрит на тебя, — рассмеялась Бекки. — И посмотри, как он старается, чтобы помочь тебе. Парень, который ради тебя надел фартук, — вот это настоящая романтика!

— Он помогает мне, потому что я оказала ему одну услугу. Он пытается расплатиться со мной — вот и все. В любом случае Гарри всего лишь гостит на Кристал-Ки. Он здесь недолго пробудет. — У нее образовался конок в горле и сжалось сердце. — Вступать с ним в серьезные отношения было бы непрактично, — завершила она.

Бекки неодобрительно взглянула на нее:

— Джози, надеюсь, что когда-нибудь ты перестанешь быть такой практичной и будешь обеими руками хвататься за то, что предлагает жизнь. — Она взяла заказ, получить который явилась к окошечку. — Я на это очень надеюсь, — добавила Бекки через плечо, отходя от окошечка.

Когда толпа посетителей, пришедших на ленч, поредела, Гарри вошел в кухню. У Джози екнуло сердце, когда она испытала на себе всю силу его притягательности с близкого расстояния.

Она моментально окунула руки в раковину, наполненную водой с моющим средством, как будто боялась, что если не сделает этого, то может броситься в объятия Гарри и сказать, что сожалеет обо всем, что наговорила ему, и что на самом деле ей хотелось бы целовать его весь день.

И всю ночь.

А возможно, всегда.

Несмотря на то что не было у них этого «всегда», а было самое большее еще пять дней. Не подумайте, что она считает дни.

— Я оставила для вас еду, — сказала она. — На столике возле служебного окошка.— Она приготовила для него большой сандвич с рыбой и чипсами. — Уверена, что вы очень проголодались.

Он ничего не сказал, но она ощущала его присутствие. Потом он оказался рядом с ней и принялся складывать, вымытую посуду в сушилку.

— Я в конце концов нашла вторую официантку, — сказала ему Джози. — Шарлотта отработает остальную часть дня. А вы теперь можете отдыхать.

— Хорошо, — согласился он. — Только помогу вам сначала с посудой.

— В этом нет необходимости, — сказала она.

Настоятельная потребность повернуться и броситься в его объятия испугала ее. Она все еще ощущала его нежные поцелуи на своих губах.

Он был словно наркотик, к которому она пристрастилась. Еще один поцелуй — и с ней все кончено.

Она может сделать что-нибудь противоречащее здравому смыслу. Например, последовать совету Бекки и схватиться обеими руками за то, что предлагает ей жизнь.

Нет, она не могла это сделать. Глядя на Гарри, она мечтала не просто о физической близости с ним.

Она мечтала о любовнике и поэтому чувствовала, будто стоит на краю опасного крутого обрыва.

Что, если она упадет? Что случится тогда?

В глубине души она понимала, что ей хочется узнать, что случится тогда. Ей хотелось узнать это больше всего на свете, и из-за этого она паниковала.

— Мне ничего не стоит помочь вам.

— Я не хочу, чтобы вы мне помогали, — сказала она более резким тоном, чем ей хотелось бы.

Гарри осторожно поставил на стол тарелку, которую держал в руках.

— Извините, тогда я больше не буду.

Не успела закрыться за ним кухонная дверь, как Джози опомнилась. Она хотела помчаться за ним, но не знала, что сказать. Она была в полном смятении.

Она была уверена лишь в одном: перед ним следует извиниться.



Глава 8 | Таинственный незнакомец | Глава 10