home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


ГЛАВА 7

Лейба Зоренсон не любил эти сеансы связи. Да и людей этих, с которыми во время данных сеансов приходилось общаться, тоже не очень-то жаловал, хоть и не показывал вида. Однако приходилось терпеть. Дело в том, что данное общение было своеобразным ритуалом, принятым в тайном обществе 'золотой элиты'. Антураж зала, в котором все происходило, был подстать самой атмосфере всего тайного и сверхсекретного и, к тому же, здесь угадывалось влияние некоторых старинных фантастических эпосов и саг, многие стилистические решения которых стали в свое время настолько нарицательными, что воплощались в реальной жизни с каждым годом все больше и больше.

В зале царили мрачные темно бурые и пурпурные цвета фосфорированного бархата, которым были занавешены стены помещения. Фосфорный свет, испускаемый бархатом, был слишком слабым, чтобы помещение можно было назвать освещенным, но достаточным, чтобы виден был большой дубовый стол, покрытый темно-красным лаком и восседающая на трех креслах с высокими треугольными спинками тройка людей в бордовых накидках с натянутыми на головы и скрывающими даже лица капюшонами.

Троица сидела рядом друг с другом по одну сторону стола. Перед ними стоял Лейба Зоренсон. Вообще-то все было не совсем так. Зоренсон находился в комнате голографических проекций, что была за потайной дверью, ведущей из его рабочего кабинета. Все кроме самого Зоренсона здесь было не настоящим. И зал собраний, и бархат, и большой дубовый стол с сидящими за ним тремя верховными мудрецами, и даже треугольные узоры на полу были спроецированы специальным голографическим проектором. Где-то далеко на Земле, где в действительности находился этот зал, точно также был спроецирован стоящий перед мудрецами Лейба Зоренсон. Таким образом, происходили собрания между членами 'золотой элиты', находящимися в разных уголках Контактики. Возможно, эти трое были не на Земле. Возможно, все они были в данный момент на разных планетах.

Колебания волн гиперпространственной связи происходили вне фактора времени нашего измерения, а значит, эти волны распространялись по вселенной мгновенно. Именно поэтому общение происходило в реальном времени. Так, словно все и вправду находились в одном зале. Конечно и у гиперпространственной связи были свои нюансы. Для того, чтобы охватить как можно больший сектор галактики и обеспечить все планеты и звездолеты в этом секторе быстрой и качественной связью, необходимо было разместить в определенных зонах космоса большое количество автономных приемо-передающих станций. Однако и здесь не все было так просто. Между системой, к которой принадлежала планета Зети и основной частью контактики находилась аномальная зона известная больше как 'Черный пульсар' или 'Объект ПЧД-01'. Пульсирующая черная дыра, был одним из самых загадочных объектов во вселенной, известных человеку и этот объект создавал весьма ощутимые проблемы для гиперпространственной связи Зети с остальным миром. Основное время, этого объекта словно вообще не существовало, но время от времени в точке космического пространства, отмеченной на картах как 'Объект ПЧД-01' происходил, словно взрыв сверхновой, но только с обратным эффектом. Черный пульсар 'съедал' приличный 'кусок' пространства вокруг себя, кометы, болиды, а заодно и все виды излучения, имевшие несчастье попасть в зону его могучего притяжения. Видимо поэтому в радиусе многих световых лет вокруг не было ни одной солнечной системы. Наверное, он все 'съел'. Ученые по сей день ломают голову над загадкой 'Черного пульсара'. Одни предполагают, что это врата в параллельную вселенную. Иные говорят, что в конце концов ПЧД-01 поглотит нашу вселенную, превратив ее в точку сингулярности. Весьма мрачный прогноз.

Хозяева канцлера Зети решали проблему связи с планетой довольно-таки просто. В определенную зону космического пространства, неподалеку от области 'Черного пульсара', пребывал специальный звездолет, оборудованный станцией кратковременной гиперпространственной связи и соединял абонентов, позволяя им общаться в реальном времени. Мощности станции хватало на четыре часа непрерывной связи, а этого было более чем достаточно.

Тот из покровителей Зоренсона, что сидел посередине, медленно встал из-за стола и стал неспеша расхаживать за спинами своих соратников. Через полминуты он стал говорить. Галапроектор умышленно искажал звук голоса, делая его таким, словно говоривший страдал особой формой дизлексии.

– Мы разочарованы, Лейба. Мы не видим результатов, Лейба. А они должны быть. Давно уже должны быть, Лейба.

– Не все так просто, Мудрейший Даган. – Обратился Зоренсон к человеку, применив его тайное имя. – Вы вероятно не в полном объеме владеете всей ситуацией. Мне на месте…

– Не морочь нам голову и не смей дерзить нам, Лейба! – зашипел тот. – Это ты ни на грош не владеешь ситуацией! Ты и Виктор начинали практически одновременно! Но он заполучил Атлантию еще семь лет назад, а ты до сих пор ничего не можешь добиться, Лейба! Более того, ты настолько запустил доверенное тебе дело, что у тебя под носом появился и окреп Рейнхард, ставший серьезной угрозой нашему делу на вверенной тебе планете! Я и мои мудрейшие братья, Мудрейший Кунох и Мудрейший Дюзз, весьма раздосадованы, Лейба. Времени мало. Глобальные события, имеющие цель привести нас к необходимому знаменателю должны иметь крепкую почву под собой. А для этого необходимо провернуть дела сугубо локальные. Но ты не просто не справляешься с поставленной задачей, Лейба, мы склонны теперь считать тебя опасным для нашего дела. Понимаешь, Лейба?

– Вы не даете мне времени для маневра, – развел руками канцлер.

– Что-о-о!!! – Мудрейший Даган был в ярости, – Сколько тебе времени еще нужно?! Сто лет? Однажды некие силы, подобные нашему тайному обществу допустили роковую ошибку, решив, что их план окончательно воплощен, а остальное лишь дело времени. Они просто стали ждать, считая, что держава, веками мешавшая воплощению наших планов наконец-то и вовеки веков опутана сетью нашей силы. Но эта бестия, за агонией которой 'Они' решили понаблюдать, вырвалась и нанесла такой страшный удар… – Мудрец закашлял, от переизбытка нахлынувших эмоций подавившись своими словами. – Мы до сих пор не можем оправиться от той катастрофы, которую потерпели тогда, Лейба. А ты говоришь о времени. Нет его у нас, – прохрипел он.

– Я жду направленных вами профессионалов по манипуляции общественным сознанием. С ними дело ускориться. Результаты будут. – произнес Зоренсон, про себя думая – 'а не пошли бы вы…'.

– События необходимо форсировать. Избавься от Рейнхарда. Возьми под контроль независимые общины. Человеческий мозг, сознание людей способны к изменению. Так воспользуйся этим, Лейба. Подмени их ценности на фальшивые и заставь их в эти фальшивые ценности верить. Больше безнравственности на телевидении. Те двое, о которых ты только что упомянул, тебе помогут. Утопи популяцию в дешевом пиве. Нам нужен рабочий скот, сидящий на допинге различных телешоу и дурманящего зелья. Устрой в обществе вверенной тебе планеты гениальную по своей простоте игру созданной самой вселенной, – естественный отбор. Разумеется, будут такие, на которых это воздействие не подействует. Среди остального стада деградирующих, они явно будут выделяться. Это как раз тот человеческий материал, который необходим для воссоздания основания нашей иерархической пирамиды. И уже среди них мы проведем новый естественный отбор, для продвижения по этой пирамиде вверх. К вершине. Таков закон первопричины жизни во вселенной. Лучшего достойны только избранные. Золотая Элита!

– А если кто-то из них не захочет присоединяться ко мне? – спросил Зоренсон.

– Но таких людей мы поставим в беспомощное положение, превратив в посмешище. А в случае необходимости – ликвидируй их, Лейба.

– Понимаю, Мудрейший Даган, – кивнул канцлер.

– Вот еще что. Помимо двух профессионалов по манипуляции общественным сознанием, к тебе, Лейба, прибудет в ближайшее время еще один наш тайный эмиссар. И не с пустыми руками он будет. У него для тебя подарок. Ты сразу все поймешь, Лейба. А теперь ступай. Мы прощаемся не надолго. События теперь будут развиваться динамичнее, по сему связываться будем чаще. И постарайся влиться в новый ритм динамики этих событий. Не огорчай нас более, Лейба.

Связь прервалась. Зоренсон стоял в пустой комнате и смотрел в пустоту. Туда, где только что был закутавшийся в накидку Мудрейший Даган.

– Свинья паршивая, – произнес канцлер, обращаясь к воображаемому собеседнику. Он уже не помнил, как оказался вовлеченным в тайную организацию, именуемую как 'Золотая Элита', но жалел об этом все больше и больше. Он иногда ловил себя на мысли, что все это абсолютно ему чуждо. Что он всего-навсего хочет создать свое планетарное государство со своим укладом жизни. Экспериментировать с альтернативной экономической моделью и созданием новых формул государственной инфраструктуры. Он мечтал создать свой, отличный от других мир, где мог бы воплощать многие свои идеи, а затем передать все это по наследству своему преемнику. Зоренсон видел в этом некий ключ к бессмертию и славе. Он, конечно, не подавал вида, но испытывал настоящий восторг оттого, что произошло с человеческим прогрессом со дня его, Зоренсона, рождения и до настоящего момента. За каких-то пятьдесят два года. Тот колоссальный, если не сказать больше, рывок в космос, открытие десятков пригодных для жизнедеятельности человека планет, раскрывали неограниченные возможности для развития самых различных концепций дальнейшего пути общества. Человечество походило на выпустившегося из колледжа студента, перед которым предстало все разнообразие самостоятельной взрослой жизни. Каждую человеческую колонию можно было превратить в настоящий оазис самобытности, со своим укладом жизни. Своими законами, экономикой и многим другим. Потенциальный колонист мог бы выбирать себе мир по своему вкусу. Отвечающий его капризам. Пусть был бы мир художников. Планета любителей цветов. Планеты католиков и протестантов. Мир шариата или законов торы. Цивилизация мормонов или сплошных буддистских монастырей. Даже пусть будет планета натуристов, чтоб они могли там ходить голышом и не кто не называл бы их бесстыжими извращенцами. Космос велик, а вселенной хватит на всех. Так в идеале виделся Зоренсону новый мир большого космоса…

Он вышел из потайной комнаты. Прошел через свой кабинет и вышел в приемную. Там, в большом латексном кресле сидел темно-бурый фенфириец и смотрел телевизор. Завидя канцлера он оскалил зубы. Фенфирийцы так улыбались.



предыдущая глава | Завтра Млечного Пути | cледующая глава