home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 20

Перепуганные Дабумбалы убрались из Малого Кхагхоста в тот же день. Их корабль отчалил от пристани, загруженный едва ли на четверть. Колобков радостно потирал руки, мысленно подсчитывая барыши.

Однако уже через два дня выяснилось, что радоваться рано. Дабумбалы уплыли недалеко. Они перебрались через пролив, отделяющий Малый Кхагхост от одной из провинций Ара-ми-Ллаада, и тут же бросились с жалобой к губернатору. Тот выслушал кваканье почтенных купцов со всем вниманием…

Об этом землянам рассказал рыбак, привезший в Древоград свежую рыбу. Такой же Дабумбал, как и остальные ара-ми-ллаадцы. Тоже обеспокоенный по поводу того, что хумахи неожиданно задрали цены. Он с большим злорадством поведал, что разъяренный губернатор решил как следует наказать обнаглевших грызунов. Через несколько дней здесь будет пятитысячное войско – и тогда уж мало никому не покажется. Хумахи узнают, как издеваться над добрыми ара-ми-ллаадскими купцами.

Судя по рассказу рыбака, о «Чайке» и ее участии в произошедшем Дабумбалы почти не обмолвились. Так, упомянули вскользь о каких-то иноземцах, но не более того. И у губернатора сложилось впечатление, что это именно хумахи наслали на бедных купцов проклятие кваканья. И цены, конечно, они задрали тоже по собственной инициативе.

– Не очень хорошо получилось, – невозмутимо произнес Лайан Кграшан, узнав эти новости.

– Да уж… – не мог не согласиться Колобков. – Что думаете с этим делать, хуймяки? Нычиться будете?

– Свод Тарэшатт учит нас тщетности попыток избегнуть опасностей. Заройся от проблем хоть на стохматомовую[1] глубину – они именно там и будут тебя подстерегать.

– Глубоко. Значит, оборону организуете?

– Да. И мы будем очень благодарны тебе, капитан, если ты сочтешь возможным оказать нам посильную помощь.

Колобков задумчиво выпятил подбородок. В нем начали борьбу два противоположных чувства. С одной стороны, ввязываться в конфликт неохота. У него тут жена, дети и Чертанов… впрочем, его не жалко. Не сняться ли, пока есть возможность, с якоря, да не убраться ли подобру-поздорову? Благо все дела здесь уже закончены, трюм загружен атоланом под завязку, ничего интересного у хумахов больше нет…

А с другой стороны – приятно же, когда целый народ в тебе нуждается. И совесть слегка подвякивает – по сути, сам ведь всю эту кашу и заварил. Не приди сюда «Чайка», не начни Колобков платить вдвое больше нормальных цен – ничего бы и не случилось.

Кстати, когда Колобков узнал, что все это время мог платить вдвое меньше, его тут же принялась душить жаба. Сгоряча он даже хотел пересмотреть все заключенные сделки и потребовать новых условий, но этот порыв мгновенно прошел. Сделка есть сделка. Сам лоханулся, сам и виноват.

– А у вас оружие-то хоть какое-нибудь есть? – с сомнением осмотрел невысокого грызуна Колобков. – Вы как отбиваться-то хоть планируете?

– У нас есть свои способы, – спокойно ответил Лайан Кграшан.

– Ладно, тогда давайте организовывать бригаду самообороны… Геныч, Валерыч, геть со мной! Надо пособить мужикам, а то некрасиво получается…

Древоград – ворота Малого Кхагхоста. Приграничная зона. Восемьдесят процентов общения со внешним миром идет именно через эту по сути большую деревню. И теперь из Древограда слышен непрекращающийся барабанный бой.

Земляне и до этого замечали то тут, то там полые древесные стволы, аккуратно уложенные на круглые катки, но до этого не обращали на них внимания. А сейчас у каждого ствола стоит хумах, размеренно постукивая по нему легкими деревянными колотушками. Гудящие звуки исходят от барабанов, сливаются воедино и уносятся вдаль. А где-то в степи им отвечают другие барабаны, передавая весть все дальше и дальше, разнося ее по всему Малому Кхагхосту.

– Что телеграфируете? – осведомился Колобков.

– «Большая проблема у всех хумахов; нужны вооруженные мужчины», – перевел Лайан Кграшан. – Это сигнал общего военного сбора, капитан.

– Ну у вас тут прямо как в генштабе. И когда ждать подкрепление?

– Хумахи из ближайших поселений появятся здесь уже завтра или послезавтра. Другим идти дольше, они могут задержаться на три, четыре или даже пять дней. Если люди Ара-ми-Ллаада придут скоро, некоторые из наших могут не успеть вовремя.

– Слушайте, так ведь это же уже настоящая война… – вдруг дошло до Чертанова.

– Ага, – кивнул Колобков. – Война негров и хуймяков. Ты на кого ставишь, Серега?

– Я в этом участвовать не собираюсь!

– В чем? В войне или в споре?

– И в том, и в другом!

– Ссыкло ты, Серега, – разочарованно махнул рукой Колобков. – По жизни ссыклом был. Ну и иди на «Чайку», в каюте запрись и музычку включи колыбельную, чтоб не бояться. Я Василь Василичу приказал, чтоб он, если чего не так пойдет, сразу детей и женщин эвакуировал. Ты кем хочешь считаться – дитем или женщиной?

– Кем угодно, лишь бы не трупом.

Колобков досадливо махнул рукой и направился к собравшимся у гигантского дерева хумахам. Почтенные старейшины встали кругом, двигая хвостами так синхронно, что в пыли нарисовался красивый орнамент. К ним присоединился и Лайан Кграшан – бывалый путешественник пользовался немалым уважением среди сородичей.

– Ну так каков план? – деловито спросил Колобков.

– Мы решили принять вызов, – степенно ответил длинноусый старейшина Кетшан. – Мы дождемся родню и встанем стеной вон на том ровном месте.

– Начало есть. А дальше что?

– Дальше мы дождемся прихода ара-ми-ллаадцев и будем медленно отступать, пока они осыпают нас стрелами.

– А вот это меня что-то не вдохновляет, – заявил Колобков. – Пораженческая какая-то тактика. Медленно отступать, стоять столбом, пока в тебя стреляют… где смысл? Я его в упор не наблюдаю.

– Не волнуйся, капитан, – мягко произнес Кетшан. – Это хорошая тактика для хумахов. У нас есть два важных преимущества, позволяющие победить, исходя из данных условий.

– Какие преимущества?

– Первое – в том, что мы норные. Мы можем успешно вести подземную войну. И пока часть нас будет отвлекать и заманивать людей, остальные подземными ходами выйдут им в тыл, а потом в ключевой момент пророются на поверхность. Враг будет взят в плотное кольцо и будет вынужден сдаться.

– О-о… Это неплохо, – был вынужден признать Колобков. – Но как насчет тех, кто будет отвлекать? Их что – в жертву?

– Нет. Здесь сыграет наше второе преимущество. Самый большой секрет Малого Кхагхоста.

– Что за секрет?

– Покажи капитану маджи-маджи, Селаур.

Пожилой хумах с обрубленным хвостом с улыбкой поднес Колобкову глиняную плошку, наполненную желтоватой кашицей.

– Это что? – машинально сунул туда палец Колобков.

– Маджи-маджи. Скромная магия хумахов. Волшебная мазь, которую мы делаем из растертых зерен кукурузы, проса и священной воды из реки Руфихгья. Очень хорошая мазь.

– На вкус ничего, – облизнул палец Колобков. – На перловку похоже. А в чем фишка? Я типа сейчас сильным стану, или что?

– Нет, капитан. Ты неправильно употребляешь маджи-маджи. Это мазь, ее не нужно принимать внутрь. Ей нужно мазаться. Намажься ей с головы до ног – и в течение следующего промежутка от еды до еды камни и стрелы не причинят тебе вред.

Колобков промычал что-то невнятное, со все возрастающим интересом разглядывая желтоватую кашу. Задумчиво обмакнул туда палец еще раз – и снова его облизал.

– На вкус, кстати, тоже вполне ничего, – повторил он. – А бронежилетный эффект точно присутствует?

– Мы можем показать, если ты не веришь, капитан, – продемонстрировал удлиненные резцы Кетшан.

И они показали. Прямо на глазах у землян молодой хумах тщательно намазался маджи-маджи, отчего коричневая шерсть стала сально поблескивать. Другие хумахи обступили его кольцом и принялись бросаться камнями и ветками.

Во взгляде Колобкова постепенно начал проявляться скептицизм. Он ожидал, что снаряды будут отскакивать от хумаха. Однако они словно… не попадают. Создается впечатление, что бросающие специально целятся мимо.

– Лажа какая-то, – наконец высказался Колобков. – Что вы мне тут втюхиваете?

– Попробуй сам, капитан, – с легкой насмешкой произнес обстреливаемый. – Кинь в меня чем хочешь.

– А из волыны шмальнуть можно?

Хумахи его не поняли. Колобков продемонстрировал свои револьверы и вкратце объяснил принцип действия. Показал патроны. Тогда грызуны синхронно закивали, разрешая стрельбу.

– Ладно, сами вызвались… – вздохнул Колобков, прищуривая правый глаз. – Светулик, там Ольки поблизости нет?

– Нет, пап, она Рикардо кормит, – ответила старшая дочь, стоящая у отцовского плеча.

– Тогда разойдитесь-ка подальше, а то еще срикошетит…

Очень медленно Колобков поднял револьвер на уровень глаз. Прицелился в стоящего столбиком хумаха. Цель мелковата, конечно, но с пяти шагов и слепой не промахнется.

– Точно можно? – в последний раз уточнил Колобков.

– Стреляй, капитан.

И Колобков спустил курок. Револьверы, невесть откуда притащенные тремя мудрецами, оказались доброкачественными – ни сбоя, ни осечки. Пуля с положенным ей грохотом покинула ствол и устремилась точно в усатую морду хумаха.

Но тот так и остался стоять, как стоял. Пуля не отскочила, нет. Она просто ушла в «молоко». Колобков тупо моргнул, не веря, что промахнулся с такого малого расстояния.

– Не расстраивайся, капитан, – мягко произнес Кетшан. – Ты не промахнулся, ты стрелял верно. Но маджи-маджи – очень хорошая мазь. Маленькие летучие штуки боятся трогать тех, кто ей намазан.

– Так это и от комаров же, наверное, помогает… – задумался Колобков. – Никакого «Фумитокса» не нужно… Хотя «Фумитокс» и так ни хрена не помогает. Вообще дерьмовый аэрозоль.

– От комаров не помогает. Они для этого слишком умные.

– Комары?.. Умные?..

– Я неточно выразился. Они, конечно же, не умные. Но они все-таки умнее, чем камни, стрелы и твои маленькие свинцовые штучки.

– Пули?

– Да. Комары умнее, чем пули.

– Ну, что пуля – дура, это нам еще Александр Васильевич говорил… – пробормотал Колобков. – Но я не думал, что у них настолько все запущено… Серега! Серега, подь сюды, погляди, какая тут у хуймяков мазь звездатая! Можешь больше под диван не прятаться!

Чертанов, который никуда и не уходил, смерил шефа угрюмым взглядом. Хотя демонстрация возможностей маджи-маджи действительно прибавила сисадмину уверенности. Если эта мазь и на людей действует так же, как на хумахов, можно и в самом деле несколько расслабиться.

И она подействовала. Загоревшийся Колобков немедленно испытал маджи-маджи – сначала на Чертанове, а потом и на самом себе. Глядя на то, как эти двое стоят невредимыми под градом камней, к развлечению присоединился и весь экипаж «Чайки». Вадик и Гешка увлеченно принялись швыряться друг в друга всем подряд, не прекращая вопить от восторга.

– Ну звездатая мазь! – восхищенно помотал головой Колобков. – А долго действует?

– Промежуток от еды до еды, капитан, – ответил старейшина Кетшан. – Пока не испарится с меха… или с кожи. В жаркую погоду испаряется быстрее.

– Это часов шесть, значит… или даже меньше. Но все равно зашибись. Слышьте, хуймяки, а вы что ж раньше-то молчали? Вот этой мази я у вас точно куплю много-много!

– Прости, капитан, ничего не выйдет.

– Это почему? Жмешься? Не хочешь делиться стратегическим оружием? Это правильно, конечно, но я ж вам теперь друг, а?

– Не в этом дело, капитан. Просто мазь маджи-маджи не может долго храниться. Магическая сила очень быстро выветривается. Уже на третий день после приготовления мазь становится просто мазью.

– О-о… А если в холодильник положить?

– Не получится.

– Хреновенько… А может рецепт тогда дашь?

– И из этого тоже ничего не получится, капитан. Во-первых, для маджи-маджи годится только вода из священной реки Руфихгья. Во-вторых, приготовление мази должно сопровождаться особыми заклинаниями.

– Воды я с собой с запасом возьму. А заклинания ты мне на бумажке запишешь.

– Хумахи, готовящие маджи-маджи, учатся этому больше двух лет, – покачал головой Кетшан. – Заклинание – это не просто нужный порядок слов, капитан. Если бы его мог прочитать любой, волшебниками были бы все.

Колобков поскреб лысину, подыскивая новые аргументы. Но тут его отвлек мягкий шлепок и болезненный вопль. Один из близнецов повалился на землю и заверещал, как подстреленный заяц, держась за грудь. Второй замер с поднятой в замахе рукой.

– Эй, эй, что у вас там?! – недовольно нахмурился Колобков, ковыляя к сыновьям.

– Он в меня камнем швырнул! – плаксиво воскликнул Гешка.

– Так это… ты ж в меня тоже швырял… – озадаченно пробормотал Вадик. – И я в тебя тоже швырял…

– Но больно-то не было!

Зинаида Михайловна торопливо сдернула с сына майку и заахала, глядя на внушительный кровоподтек. Света пощупала брату грудь, вызвав душераздирающий вопль, и заявила:

– Ребро треснуло.

– Ты, паразит, ты что с братом сотворил?! – отвесил Вадику подзатыльник отец.

– Так мазь же… волшебная… – отупело заморгал тот.

– И то правда. Слышьте, хуймяки, это что за дела?! Уже испарилось?! А фигли так быстро?!

– Нет, еще не испарилось, – потрогал руку Гешки старый хумах. – Все в порядке.

– Тогда чего…

– Покажите мне тот камень, который это сделал.

Булыжник, использованный Вадиком, оказался здесь же. Увесистый, внушительный. Крохотный хумах с трудом приподнял его обеими лапками и с грустью произнес:

– Прости, капитан, мы забыли предупредить. Маджи-маджи не срабатывает, если снаряды слишком большие и тяжелые. У нас самих не хватает сил, чтобы метать такие тяжести, поэтому мы и упустили из виду, что люди на это способны.

– Ты, оболтус, ты за каким чертом в родного брата такую дуру швырнул?! – снова набросился на Вадика отец. – Ты глянь, какая глыба! А если б в голову попал?! Хана черепушке!

– Как он вообще смог его швырнуть с такой силой?.. – покачала головой Света, рассматривая камень и смущенно ковыряющего землю брата.

– Извините… – мрачно буркнул Вадик, не глядя на остальных.

По счастью, выбранный им камень действительно оказался слишком большим и тяжелым для пятнадцатилетнего подростка. Вадик не смог бросить его достаточно сильно, поэтому Гешка отделался относительно легко.

Но мать, разумеется, немедленно увела обоих близнецов на «Чайку». Гешку – намазать йодом, перебинтовать и дать обезболивающего. Вадика – намылить голову и посадить под арест.

– От детворы избавились, – заключил Колобков, глядя вслед унылым близнецам. – С игрульками покончено, начинаем серьезно. Тащите сюда все имеющееся оружие. И покажите мне, как вы умеете ходить строем.


Глава 19 | Тайна похищенной башни | Глава 21