home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


1

Чем дальше я удалялся о Венсуса, тем тоскливее и противнее мне становилось на сердце. Возникла даже мысль вернуться, проникнуть во дворец и выкрасть Глорию, а потом убежать куда нибудь. Но подобные мысли удел слабых, и я её быстро отогнал. Если я действительно люблю Глорию, а я её люблю, то её безопасность должна быть для меня на первом месте.


Через три дня моего неспешного путешествия на юг меня догнал королевский гонец и передал запечатанный пакет. Письмо было от его величества:-… Мой мальчик, я понимаю как тебе сейчас тяжело, но зачастую мы вынуждены жертвовать самым дорогим, что у нас есть… В пакете лежал документ, согласно которого мне разрешалось посещать и осуществлять поиски в руинах мерсисайских городов, куда доступ всем остальным был запрещен, так как они находились в собственности короны и любое нарушение каралось смертной казнью.


Там же в пакете лежала небольшая записка от барона Ирвина:- Попробуй разгадать загадку, — почему практически одномоментно империя погибла? Куда делись все её жители? По непроверенным данным, мы уже 4 цивилизация, которая возникла на этих землях, а все три предыдущие бесследно исчезли…


Барон знал чем меня заинтересовать и отвлечь от грустных дум. Я стал вспоминать все, что мне известно было о мерсисайцах и их империи. Империя существовала практически в тех же границах, в которых сейчас существует цивилизованный мир: Готия, Галия, Галисия, Султанат. Правда её границы простирались значительно дальше на север и достигали предгорий Крыши мира. По уровню своего развития мерсисайцы соответствовали нам, а в некоторых вопросах и превосходили. Я не исключаю, что те кольчуги и пистоли, что так неожиданно попали в мои руки от неизвестного доброжелателя, — не что иное как наследие имперских мастеров.


От мыслей о мерсисайцах я неожиданно для себя перешел к думам о старомерсайском языке, более древнем чем мерсисайский. А что если на месте империи, задолго до неё, действительно существовало другое государство, о котором нам почти ничего не известно и только разрозненные упоминания в летописях да несколько чудом сохранившихся книг и произведений искусств. Эти мысли все более и более занимали меня днем, а по ночам я думал о моей Глории.


На пятый день моего пути я заметил первые признаки, что за мной следят. Это произошло случайно. Я остановился, что бы поправить подпругу у Мары и заметил двух всадников вдалеке. Не придав этому внимания я продолжил путешествие. Но когда я остановился на опушке леса что бы пообедать, то те же всадники вновь привлекли мое внимание. Ехал я, можно сказать, очень неторопливо, так что догнать и перегнать они меня могли уже несколько раз. Но этого не произошло, а значит у них была другая цель. Можно конечно было бы предположить, что это люди барона Голубых озер, но во первых сэр Ирвин держал в своем штате только подготовленных профессионалов, а во вторых вот так явно вести за мной слежку, — не его подчерк, а значит это были те, кто охотился за мной и они наконец то напали на мой след.


Я проверил свое оружие:- надежные и проверенные временем пистоли, что хранились в кобурах на крупе Мары, свой новый двуствольный, что находился у меня за поясом, шпага Брисака на поясе и мой старый, проверенный клинок, что был под рукой, закрепленный на седле. В этот раз я впервые пожалел, что не приобрел себе фузею. С учетом того, что её можно было зарядить картечью, и учитывая её дальнобойность — это было страшное оружие


К вечеру я добрался до постоялого двора. Комнату себе выбрал угловую на втором этаже с одним окном, что выходило во двор и к тому же закрывалось на пару очень крепких крючков. На двери тоже был запор, осмотр пола и стены, что соединяла меня с соседней комнатой результатов не дал. Ни пустот, ни люков, даже под лежанкой и то было пусто. Небольшой лючок был только на потолке и вел по всей видимости на чердак.


Обедал я в общем зале. Мое внимание привлекла небольшая группа людей, что старательно стоили из себя простолюдинов и по моему переигрывали. Ну во первых у простолюдинов не может быть таких следов от колец на пальцах, во вторых они пили дорогое вино, и один из них расплачивался за него золотом, а в третьих они старательно не обращали на меня ни какого внимания, в то время как другие посетители пялились на меня во все глаза, так как я был единственным на половине для благородных гостей.


После ужина я в своей комнате соорудил муляж спящего человека и уложил его на лежанку, а себе приготовил лежбище в углу, затушил свечу и приготовился ждать. Однако ничего не происходило, я даже стал дремать, как вдруг всю дрему как рукой сняло:- по потолку кто то шел, доски поскрипывали в такт шагам. Однако этот кто то или был очень худым человеком, или подростком. Вскоре шум затих. Я осторожно спустил курки пистоля. До утра уже ничто не нарушало моего покоя. Как только внизу стали раздаваться голоса первых, самых ранних посетителей, я спустился в зал. Оказалась, что мои "приятели" съехали ещё затемно. Это мне совсем не понравилось. Аж дрожь по телу, вдруг засада. Одно дело, когда встречаешь врага лицом к лицу и совсем другое дело выстрел из кустов или с дерева.


Решение пришло быстро. Ждёте? Ждите, а мы торопиться не будем. Нервишки то у вас не выдержат, кто нибудь да приедет проверить, что и как тут и куда я делся. Заполнив седельные сумки, оседлав Мару и проверив свое оружие, я удобно расположился на охапке сена в конюшне, дав конюху серебряную монетку, что бы он меня не замечал. Ждать мне пришлось не очень долго. Во двор въехал один из тех, кого я приметил ещё вчера, только в этот раз свою серую шляпу и потертый камзол он сменил на богатую одежду. Под ним был породистый скакун, а его шпагу и пистоли украшали золотые насечки. Даже на кирасе были золотые вензеля. Только кираса была больше парадной а не защитной. Да, богатый лорд. Он соскочил с коня, бросив его на дворе и быстро пошел в помещение. Я тут же вывел Мару из конюшни и прихватив повод гордого скакуна вывел обоих лошадей за пределы постоялого двора.


Привязав их к какому то кусту и пока коняки знакомились, я приготовился к встрече. Ошибка моего "доброго знакомого" заключалась в том, что он оставил свои пистоли на коне, а со шпагой я не очень его опасался. Вскоре во дворе раздались рев разъяренного человека и отборное ругательство. — Не меня ли ищете сударь, не знаю как вас там? А где оставили своих друзей? Не ужели вы опустились до такой низости, что собрались стрелять мне в спину? Незнакомец ничего не ответил, а обнажил шпагу и бросился на меня. " Никогда не бросайся на противника сломя голову, — учил меня сэр Труор, — внимательно посмотри, а вдруг это красивая женщина…,такой можно и в плен сдаться."


Фехтовальщик из него был слабенький, да и шпагу, судя по всему, он давно не держал в руках. Через несколько минут мне удалось ранить его в запястье и его клинок выпал из руки. По правде говоря рана была пустяковой и с ней можно было продолжать поединок, но вид своей крови настолько повлиял на моего визави, что он побледнел и чуть было не упал без чувств. — А вы, что думали сударь, что я вот так просто подставлю свою грудь под вашу шпагу? Надо быть готовым, что и ваша грудь может попробовать вкус моего клинка. — Ты, ты, молокосос, все равно наша месть тебя достанет, не я так сэр Траверс, не он так кто другой, ты покойник… — Ну это мы ещё посмотрим, — я поднял с земли его шпагу и нанес резкий удар в область сердца. Со скрежетом пробив кирасу клинок вошел в его тело и он как мешок рухнул к моим ногам. — Не всегда жертва ждет, когда её убьют, иногда она не только сопротивляется, но и кусается, вот так то. Я не стал вытаскивать его шпагу из груди. Пусть это будет предостережением остальным.


Седельные сумки на скакуне были почти пустыми, а значит засада была где то недалеко, вполне возможно даже за околицей селения. Мое внимание привлекла небольшая сафьяновая сумка. В ней лежало несколько кошельков с золотыми монетами и несколько свернутых в свитки бумаг. Я мельком просмотрел их и улыбнулся. Это была переписка заговорщиков. В своих письмах они обсуждали планы, как и где убить меня. Высокопарные слова о священной мести соседствовали с рассуждениями о том, кого и за сколько можно будет подкупить на моем пути…


Отвязав скакуна, я хлопнул его по крупу, — Ступай дружок к своим, а я посмотрю, куда ты пойдешь. Конь потоптался немного на месте, подошел обнюхал своего бывшего всадника и не спеша затрусил по дороге. На некотором удалении мы с Марой стали его сопровождать. Как я и ожидал, скакун напрямую направился к небольшой рощице, что была видна с околицы и через которую проходила дорога. Он исчез там, но из рощи с другой стороны не появился. — Ну вот, а ты Мара беспокоилась, что мы их не найдем. Теперь бы определиться что делать. Можно конечно самим на них напасть, но во первых они нас увидят заранее, не смотря даже на твою скорость, а во вторых я не знаю сколько их там и как они вооружены, так что давай объедем.


Мы выбрали менее накатанную дорогу которая тоже вела на юг. Я рассуждал так: — Пока они будут думать и рядиться, что стало с их товарищем, пока съездят или пошлют кого постороннего к постоялому двору и обнаружат там труп, пока поймут по какой дороге я поехал и бросятся в погоню, пройдет не менее трех часов, так что у меня будет время самому подготовиться к достойной встрече. Я внимательно осматривал окрестности в надежде на какое нибудь укрытие, уж больно не хотелось встречаться с ними в чистом поле. К тому же и Мара у меня к конному бою не приучена. Наконец мне повезло и я увидел заброшенную воздушную мельницу.


Дверь сорвана с петель, полотна на крыльях отсутствуют, жернова вросли в землю у самого входа. Я соскочил и заглянул во внутрь. Пахло мышами и трухлявым деревом. Осторожно топнул ногой по остаткам деревянного пола. Раздался треск. Как вы сами понимаете деревянный пол на первом этаже мельницы говорит только о том, что под ним или что то спрятано, или вырыт глубокий подвал или колодец. Скорее всего нечистоплотный на руки мельник умудрялся часть помола прятать в подполье. А если так, то было бы неплохо заманить моих преследователей в эту халупу, да так, что бы под ними рухнул ненадежный пол. У меня было достаточно времени, что бы все осмотреть и прикинуть план своих действий.


Мара мирно паслась за мельницей, с удовольствием поедая красный и белый трехлистник. Я расположился на обед у входа в мельницу, как будто прятался от "палящих" осенних лучей. Я был готов к встрече, а что бы время не пропадало зря, я действительно подкрепился. Видимо меня заметили заранее и попытались приблизиться скрытно. Вы не пробовали на открытой местности приблизиться скрытно? Правильно, это не возможно, если только не ползти по земле. Я встал, как будто только заметил небольшой отряд и с показным напряжением стал всматриваться, я даже ладонь приложил ко лбу. 7-10 всадников уже не скрываясь с радостными криками неслись в мою сторону. Милости просим господа. Я нырнул в мельницу, осторожно прошел по шатким доскам и встал за ступой так, что бы она почти полностью закрывала меня от огня из пистолей. Мои же пистоли уже лежали там.


Раздался топот, шум спешивающихся всадников, звон железа. Чей то властный голос приказал двоим обойти мельницу с другой стороны и поймать мою лошадь. Ага, щас, так Мара вам и пойдет в руки… В проеме мелькнула тень, затем в мельницу ворвалось сразу же несколько человек. Увидев мой камзол в углу, который повешенный на какой то штырь изображал меня, раздались несколько выстрелов из пистолей и помещение заволокло дымом. Я тоже выстрелил из своих пистолей, а двуствольный приберег на потом. Раздался шум падающих тел, треск ломающихся досок и грохот обвалившегося пола. Передо мной зияла внушительная дыра, в которой копошился только один человек, а ещё трое или четверо лежали без признаков жизни. Ну ладно, двоих я поразил из пистолей, а остальные что шеи себе сломали? Скорее всего нет, просто или ноги или руки, или испуг.


— Что там у вас Инкварт? — раздался все тот же властный голос. Ответом ему была тишина, и предводитель отряда сам вошел в помещение. Не удержавшись на краю пола он рухнул в яму. За ним в мельницу вошли ещё двое. Эти были более осторожными. В яму они не попали, вернее попали но только после того, как я выстрелил из пистоля. С такого расстояния промахнуться было невозможно. Я стал перезаряжать пистоли, памятуя о том, что пара, тройка преследователей могли остаться наружи. Ну вот я готов к очередной встрече.


Осторожно заглянув в яму, что бы не нарваться на пулю, я увидел интересную картину: — пять человек лежали без признаков жизни в самых нелепых позах. Ещё двое пытались отползти к стенке. Один из них волочил ногу, а второй придерживал руку, которая висела у него как плеть и жалобно стонал. Только один человек стоял на ногах и держал в руках пистоль. Судя по виду это был предводитель. Что то в его лице мне показалось знакомым, но что, думать и разглядывать мне было некогда. — Сударь, бросьте пистоль, и я вам обещаю честный поединок на шпагах. Ответом мне был выстрел и пуля просвистела у меня возле уха, содрав кусок кожи с щеки. Я не такой благородный, как это может показаться с первого взгляда, — мой выстрел был точен.


Мы сдаемся, — раздался плачущий голос того, который держал свою сломанную руку. — Быстро говорите, кто вас послал, сколько вас и где остальные. Скажите правду, останетесь жить, нет, — я стреляю без промаха. — Мы отряд барона Траверса, нас было 12 человек, мы должны были убить белоголового дворянина, что путешествует один на юг. Ещё два отряда по пять — семь человек перехватывают этого господина на других дорогах. Приказ о нападении на вас отдавала женщина, лица я её не видел, так как она была в маске, но судя по одежде и манере держаться, — это молодая девушка. — Диана? — мелькнуло в голове. Хорошо, сейчас я позову ваших оставшихся в живых товарищей и они помогут вам выбраться из каменной западни. И передайте своей хозяйке, если увидите, и всем остальным, я больше никого щадить не буду. Сквозь вторую дверь я вышел наружу, держа в руках заряженные пистоли. Двое оставшихся в живых всадника стояли возле своих лошадей, показывая мне, что у них в руках нет ничего. Я внимательно осмотрел их- действительно простые слуги, которые обычно прислуживают знатным господам во время охоты или необременительного похода.


Оружие есть? — Оба отрицательно замотали головами. Действительно, даже ножи валялись у их ног. Хорошо, зайдите внутрь и помогите раненым. Я вас не трону. Свистнув Маре я обошел мельницу и подошел к небольшому табунку лошадей, поводья от которых держал молодой мальчишка лет десяти. Увидев меня, он побледнел и даже зажмурил глаза, но поводья не бросил. — Вот так и стой, пока я не разрешу открыть глаза. Первым делом я осмотрел боковые и седельные сумки барона Траверс, а потом и всех остальных. Собрал все бумаги, забрал приглянувшиеся мне незаряженные пистоли, а также красивый кинжал. И опять что то мне подсказало, что этот клинок я уже где то видел. Но вспомнить где, — я не смог.


Взобравшись на Мару, я разрешил открыть парню глаза и поскакал в сторону селения. Надо было прислать повозку, что бы могли забрать трупы и помогли этим олухам поднять раненых и перевезти их на постоялый двор.

Хозяин довольно равнодушно выслушал меня и посетовал, что эту проклятую мельницу, где жил мельник колдун давно пора сжечь, что он и сделает, как только они вызволят раненых и зашибленных. Естественно я сказал, что люди просто провалились в подпол. Кинув ему золотую монету в качестве предоплаты, я повернул Мару и мы продолжили свое путешествие по наторенной дороге, не особо прячась. И хотя нас ждал ночлег под чистым небом, настроение у меня поднялось.


Ночевали мы на берегу небольшого ручейка. Правда огонь я развел в ямке, немного подогрел мяса и поужинал в сухомятку, запивая мясо и сыр водой из ручья. Утром я проснулся от дробного топота копыт. По дороге, что я оставил чуть в стороне, быстро проскакал одинокий всадник в плаще и накинутом капюшоне, а ещё через некоторое время я услышал выстрел, сначала один, а потом и ещё один. Веселое утро намечается, — подумалось мне и я стал собираться. Наполнив фляги свежей водой и наскоро перекусив, дождавшись попутчиков, я пристроился в хвост колоне. Вскоре нам попалось место, где произошла трагедия. Два коня мирно щипали траву на обочине, а прямо посредине дороги широко разбросав руки лежали два человека. Я предположил, что всадника ждали и стреляли в него с нескольких шагов. А когда он упал, то подошли удостовериться в его смерти и получили пулю в через чур любопытного. Судя по натоптанным следам здесь было несколько человек. Странно, что они бросили своего товарища и ускакали, не обыскав даже убитого.


На теле одного из убитых был найдена записка в которой указывалось, что птичка выпорхнула и все, больше ни слова. Хотя приглядевшись я заметил, что вторая часть записки была оторвана, а значит самая важная информация ушла. А значит все таки убитого обыскали…


Все так же не торопясь мы трусили по дорогам Готии, останавливаясь на ночлег в тех местах, которые нам нравились. На постоялых дворах мы старались не ночевать, ехали как правило не по основным, а второстепенным дорогам, в замки и имения не заезжали. Продукты покупали в деревнях и селах прямо у крестьян. Вскоре стала меняться природа, небольшие леса и рощи стали сменяться безбрежными степями. Уменьшилось количество маленьких рек и ручейков, а те которые попадались нам стали более полноводными и глубокими.


На одной из остановок я стал внимательно рассматривать трофейный кинжал. В голове все крутились какие то воспоминания, что то смутное, знакомое. И вдруг меня бросило в холодный пот. Я вспомнил. Точно такой же был направлен мне в живот рукой маркиза. Мне тогда повезло, в последний момент рука у маркиза дрогнула и я получил удар по касательной в бок. Так кто стоит за попытками убить меня — Диана или вдова? А может быть сынок?


Некстати захромала Мара и мне волей неволей пришлось искать какое нибудь селение с кузнецом. Подкову надо было менять. На второй день после того, как Мара захромала мы выехали на хорошо накатанную дорогу, а вскоре нам попалось имение какого то знатного лорда. Громада дома высилась на небольшом холме. Дом был трехэтажный, каменный, хотя пригодного для строительства материала я во время своего путешествия не встречал. Может быть конечно не там смотрел, но все равно, что бы построить такой дом в степи, требовались не малые средства.


Последнюю часть пути я прошел пешком, ведя свою кобылу в поводу. Небо затянуло тучами и начался мелкий противный дождь, что и не дождь вовсе, а какое то мокрое царство. Сырость забиралась под одежду, буквально за полчаса все промокло, дорога стала раскисать. К счастью мы добрались ещё до того, как на землю обрушился ливень.

Слуги Мару сразу же повели в конюшню, заверив меня, что с ней все будет в порядке. Сбив грязь и вымыв сапоги я вошел в холл. Меня встретил дворецкий, поклонившись он сразу же ошарашил меня: — Я имею честь разговаривать с сэром Артом, бароном Дальних рубежей? — Да, это я. Вы меня знаете? — Нет, но мы вас ждали. Комнаты для вас готовы, вода нагрета. Фриц!- громко крикнул он, — немедленно отправить гонца к господину и сообщить, что сэр Арт прибыл.


Я был заинтригован. Меня оказывается здесь ждали, даже приготовили комнаты и нагрели воды. Чудны дела твои серый. — А позвольте спросить у вас, милейший, а чьим гостеприимством я воспользовался? — Это имение принадлежит лорду Варту. Становилось все интереснее и интереснее. Уж не в ловушку ли я попал? С сэром Вартом у меня было довольно странное и непродолжительное знакомство во время посещения авгура. В Венсусе я о нем ничего не слышал и имя его ни разу не всплывало в разговорах, хотя он как то обмолвился, что в столице у него есть дом и даже приглашал меня его навестить…


Я нежился в горячей ванной, умелые служанки терли и скребли меня, смывая многодневную грязь. Воду уже меняли дважды, я разомлел и расслабился. Это конечно была не терма как в моем доме, но все же. Потом меня буквально под руки уложили на кушетку и стали смазывать какими то маслами, и только после того, как масло впиталось в кожу, мне позволили одеться. Как же приятно было вновь одеть свежее и новое белье. Все таки прачка из меня никудышная, а белье стиранное в деревнях приобрело какой то серый оттенок, да и по правде говоря нуждалось в замене. Камзол и брюки предложенные мне оказались почти в пору, а вот сапоги немного жали. Их быстро заменили, как заменили и пояс, на который крепилась моя шпага. Мне так же предложили новые позолоченные шпоры, но я отказался. Старые привычнее и у них такой мелодичный звон…


Потом меня проводили в отведенные мне покои. Три комнаты: В одной непосредственно спальня, во второй рабочий кабинет и третья комната для приемов. Из спальни вела ещё одна дверь, но она была закрыта. Обстановка роскоши и утонченного вкуса приятно поразили меня. Было много вещей, которые я отнес к мерсисайской эпохе и которые могли составить честь даже королевскому дворцу. Обильный ужин мне принесли прямо в покои, слуги были поражены тем, что я отказался от вина и попросил простого молока.


Во время ужина я имел приятную беседу с управителем имения, который не являясь человеком благородного происхождения тем не менее получил прекрасное воспитание, так как обучался вместе с нынешним хозяином и был его другом детства. От него я узнал, что земли лорда Варта простираются далеко на юг, и что он один из крупнейших и богатейших землевладельцев Готии, что у него таких домов несколько, а в столице есть целый дворец. Кроме того, на его территории находятся развалины двух крупных мерсисайских городов, которые сейчас принадлежат короне, а до этого были в собственности лорда и все эти изящные вещички именно от туда.


Мне так же доверительно было сообщено, что меня ждали, что лорд Варт предупредил всех управляющих имениями, что сэр Арт, барон Дальних рубежей, рыцарь Удачи может появиться в любой момент и что бы для него везде были готовы лучшие гостевые покои. — Думаю, что уже завтра господин сам прибудет сюда, благо он сейчас живет недалеко отсюда, в своей резиденции и мне, честно говоря, не очень понятно, как вы минули её, ведь его дворец находится на пересечении всех основных дорог. Пришлось сказать, что мы с некоторых пор не ездили по главным дорогам, а выбирали те, которые короче и безопаснее, в плане того, что там меньше встречается людей. Мой ответ полностью удовлетворил управляющего, который признался, что тоже не любит пыль и скученность основных королевских дорог, предпочитая передвигаться по проселочным.


Спал я спокойно, с пистолем под подушкой и шпагой в изголовье. Все таки в том приеме, что мне был оказан, таилась какая то странность, а это заставляло держаться настороженно и бдительность не терять. Проснулся я по обыкновению рано. Моя походная одежда была выстирана и высушена, вычищена и отремонтирована. Я с удовольствием одел свой проверенный камзол поверх кольчуги и отправился во внутренний дворик, где от души позанимался со шпагой, а вот сделать даже несколько выстрелов из пистолей не рискнул. В конюшне навестил Мару, которая осталась вполне довольной тем, как её здесь разместили и обиходили. Местный коновал посоветовал мне погостить несколько дней в имении, что бы лошадь немного оправилась. Ничего страшного не было, но бабка могла быть потянута, а подковы уже все поменяли.


Я и сам планировал, правда с разрешения хозяина, погостить пару, тройку дней, что бы отдохнуть от походного быта, и дать Маре отъесться, да и самому накопить немного жирку на домашней еде. Я не заметил, когда приехал сэр Варт и его жена — леди Мергарит, по этому встреча с ними на обеде для меня была полной неожиданностью. От внимательного взгляда сэра Варта не укрылось, что я при шпаге и пистоль за поясом. Они переглянулись с леди Мергарит, но вопросов мне, пока обед не был закончен, не задавали. Мы вели непринужденную светскую беседу о различных пустяках, при этом сэр Варт показал завидную осведомленность во всем, что касалось придворной жизни и около дворцовых интриг.


Из чувства приличия и такта тема её высочества принцессы Глории не затрагивалось за исключением констатации факта о том, что она чувствует себя хорошо, что избавилась от недавней депрессии и вновь участвует во всех дворцовых приемах. Я воспринял эту новость, надеюсь, внешне спокойно. А лорд Варт разительно изменился. Его дородность, я бы даже сказал тучность, куда то улетучилась, на холеном лице появился загар и вообще он стал как бы даже выше ростом и шире в плечах. Заметив, что я его внимательно рассматриваю, он усмехнулся:- Что, и вы сэр Арт заметили во мне изменения. Это все леди Мергарит, она ежедневно учит меня фехтованию, да и конные прогулки я полюбил. Так что мой жирок основательно под растрясся.


После обеда леди Мергарит, что не произнесла ни слова, нас покинула, а мы с лордом вышли прогуляться в сад. — Сэр Арт, мы ждали вас, как это не звучит парадоксально. И я прошу вас отнестись со всей серьезностью к этому разговору и предложению, что я вам сейчас сделаю. Как вы помните мы с вами встретились у храма авгура. Наш визит к нему был связан с тем, что моя жена леди Мергарит, которая мне вовсе не дочь, как вы сами прекрасно поняли, в течении длительного времени не могла забеременеть. А попросту говоря, не смотря на то, что мы уже более двух лет женаты, вместе мы не провели ни одной супружеской ночи. Я не способен на это, как ни прискорбно мне это говорить. Вот мы и отправились к авгуру, что бы просить совета, как нам дальше быть. Я последний из рода Вартов де Пуассе, и если у меня не будет наследника, то все мое имущество отойдет к моим ненавистным родственникам, этим Простам. Которые только ждут и видят как они разграбляют добро, что было нажито не одним поколением нашего славного рода.


Я уже был готов заключить контракт на ребенка со стороны, что бы потом его признать своим и усыновить, но узнал, что этот ребенок не сможет унаследовать мой титул, так было оговорено в завещании моего отца. Авгур дал нам совет и предсказал, что я должен развестись со своей женой, она должна выйти замуж за другого, а через три дня вновь развестись с ним, а я должен буду вновь жениться на ней. При этом он сказал, что мужем моей жены может стать только тот господин, который первым попадется нам на пути, и что он сам найдет нас по истечении полугода с момента предсказания.


Первым, кого мы встретили после визита к авгуру, были вы сэр Арт. Хотя не очень понятно, как мы могли заблудиться в коридорах и проплутать там более часа, прежде чем нашли выход. После того, как мы узнали все, что нам было надо, не заезжая в столицу, мы вернулись в свои владения, а пару месяцев назад, когда стал подходить срок определенный авгуром я распорядился, что бы ваш приезд ждали везде и немедленно сообщили мне, как только вы появитесь. Хотя признаюсь, я не очень верил в предсказания авгура о том, что вы появитесь.


— Знаете сэр Варт, кто бы мне сказал об этом несколько месяцев назад, я бы тоже поднял его на смех и не поверил. Как я понял, вы предлагаете мне жениться на вашей жене, сразу же после вашего развода, а через три дня развестись с ней. А вы уверены, что этого срока хватит для того, что бы она понесла от меня ребенка, которого вы потом признаете своим сыном? — Да, именно так и сказал авгур, а не доверять ему, в свете вашего приезда к нам, у меня нет оснований. Тем более, что как только мы получили известие о вас, мы оформили свой развод. Так что формально леди Мергарит свободна и в настоящий момент ждет вас в часовне серого бога, что бы совершить обряд создания семьи. Если вы согласны помочь нам в этом щекотливом деле, то я немедленно уезжаю, и вернусь только через три дня, что бы вновь сочетаться с леди Мергарит законным браком. В будущем, когда мой сын вступит в наследство, он от меня узнает, кто его настоящий отец, но не ранее. Я жду вашего ответа, сэр Арт.


предыдущая глава | Серый бог | cледующая глава