home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


5

— Если собираетесь сбежать, то сейчас самое время. После танцев народ отдыхает, остывает. Я распорядился приготовить вам комнату, но вы наверное к себе домой сбежите? Только лучше пешком, а то карета слишком заметна и будут зеваки всю ночь у вас под окнами толкаться. Попрощаться то зайдешь завтра утром? Хотя конечно не зайдешь, у нас с тобой разные понятия "утро". Девчонку береги, если что, голову тебе за неё оторву, отцу с матерью от меня низкий поклон, да попеняй, что так и не собрались ко мне в гости, а ведь обещали, когда мы расставались. Ну все, идите, а то у Моли уже глаза на мокром месте.


Мы как мышки пробирались по стеночке в сторону сада, делая вид, что не видим двух стражников, что не скрываясь топали за нами. У калитки я обернулся:- Ну все ребята, дальше мы сами, не заблудимся. — Ваша милость, да мы не вас охраняем а от вас. Вдруг найдется какой дурак или сразу несколько дураков, вы их на кусочки, а нам потом прибирать и мыть плиты на площади. Уж лучше мы вас до дому проводим ваша милость. Для нас сотня шагов не в тягость, а вот если плиты мыть, то это часа два, не меньше на коленях ползать.


Так мы и шли: я и Изабелл не привлекая к себе внимания и наши стражники, которые делали вид, что идут сами по себе. В холле нас встретил молодой Иоган. — Терма готова, ужинать будете? Я посмотрел на леди. Она отрицательно покачала головой. Её глаза странно мерцали, словно приглашали меня окунуться в их бездну. Я с трудом оторвал свой взгляд:- Иоган, приготовь что нибудь легкое и фрукты. Все это в наши покои. Он поклонился и быстро ушел.


Взяв Изабелл за руку я повел её на второй этаж. Когда мы прошли наши покои, где она уже бывала, она поинтересовалась:- А мы куда? Разве не в спальню? Я только улыбался и не отвечал. Вот и терма. Я подхватил её на руки и внес в комнату для переодеваний. Там поставил на мраморную скамью и стал её раздевать. — Это что, такой ритуал? — Да, - ответил я. "Мы смоем с себя всю грязь и отряхнем всю пыль с наших ног и выйдем из термы чистыми и заново родившимися", — процитировал я мерсисайский текст. — А потом я тебя буду раздевать? Ну что бы все было по честному. " Очистим тела и души наши от скверны, омоем их водой и выйдем чистыми и заново родившимися" процитировала она. Я рассмеялся, — Ну вот и имей умную жену. Нет, разденусь я сам, а тебя раздеваю по тому, что сам хочу увидеть все изгибы твоего тела и насладиться красотой твоей. "Леди не бойся, я не груб, я не стал развратником вдали, дай коснуться запылавших губ, дай прижаться к девичьей груди"


— Красивые стихи, а продолжение у них есть? — Не знаю, мне не попадалось. — Ну и что ты стоишь? — Любуюсь тобой. — И все? А где коснуться "запылавших губ" и как насчет "прижаться к девичьей груди?" Я счастливо рассмеялся и быстро скинув с себя одежду подхватил её на руки.

— Ты что так смотришь на меня? — А я раньше ни разу не видела обнаженного мужчину. — А фрески в тоннеле? — То не считается, а здесь ты, рядом, настоящий. Я целовал её, ласкал её тело, она смешно вздрагивала от каждого моего прикосновения и страшно смущалась, даже пыталась отодвинуться от меня.


— Ну хватит, ну пожалуйста, я стесняюсь при свете. Вот придем в спальню, потушим светильники и можно будет делать все что угодно… Арт, хватит, я и так вся горю и не целуй мою грудь, не трогай соски, от этого я становлюсь все слабее и слабее. Она уже не пыталась отбиваться от меня, а только тихонько просила, — ну давай сделаем это в спальне. А я уже не мог остановиться и она кажется это тоже поняла, а может быть и сдалась под моим бешенным напором. Изабелл мелко задрожала и стала буквально затаскивать меня на себя, раздвигая ноги. — Скорей, я вся горю, я уже не могу себя сдерживать. Не мог себя сдерживать и я…


— А меня пугали, что первый раз будет очень больно и очень неприятно. А я боли почти не почувствовала. И ничего неприятного не было, на оборот было странно ощущать внутри себя что то такое, что не принадлежит тебе. Но честно говоря я почти ничего не почувствовала. это со мной что то не так? Я не отвечал, а продолжал целовать её тело, губы, шею, грудь. Постепенно она опять стала мелко дрожать, все сильнее и сильнее прижиматься ко мне… — Ну что же ты, давай, я уже хочу, не тяни, ну давай скорее, а то меня уже всю трясет…


А вот сейчас мне понравилось, особенно когда ты мне в ухо стал шептать ласковые слова. Только вот плиты жесткие, а ты тяжелый… Она выскользнула из моих объятий: — Все, здесь хватит, а то у меня скоро синяки будут и на спине и на, — она похлопала себя по упругой попке. — Пошли одеваться, а то наверное скоро утро, а ты говорил, что нам утром уезжать, а мы ещё даже не собирались.

Естественно, что ни о каких сборах в спальне мы и не заикались. Безумство продолжалось до того момента, пока солнечные лучи не заглянули к нам в окно. — Ого, скоро полдень, — вскрикнул я, — пора собираться. Изабелл ни как не отреагировала на мои слова, она спала крепким сном здоровой красивой девушки, у которой впервые в жизни произошла страстная ночь любви.


Я осторожно погладил её по щеке, она улыбнулась во сне, а через некоторое время открыла глаза. — Арт, а может ни куда не поедем? Нам и тут хорошо. Или поедем, но попозже. — Любовь моя, я тороплюсь поскорее провести обряд, а без знакомства с моими родителями это невозможно. Кстати, эта дверь ведет в твои личные покои, где наверняка уже все готово, что бы тебя умыть и приодеть. Хотя как говорил его величество, — самое лучшее платье, это когда на любимой вообще ничего не надето. Она потянулась, легко вскочила с кровати, быстро натянула на себя ночную сорочку, в которой она якобы спала и неумело покачивая бедрами пошла в дамскую комнату, что служила буфером между нашими покоями.


Из за двери послышался её голос: — А через сколько мы выезжаем? — Сразу же после завтрака, а он уже ждет нас. — И что, даже во дворец не заедем? — Нет, иначе нас оттуда сегодня не выпустят. Все, что тебе надо будет забрать из своей комнаты, скажи служанке, Они потом все это отправят нарочным и он нас догонит. Только я надеюсь, что это будет не очень большой тюк или сундук. Изабелл мне не ответила.


Пока она приводила себя в порядок, я спустился в оружейную, которая стала теперь и казнохранилищем и отобрал подарки, а так же камни и золото, так как предполагал, что наша свадьба потребует значительных расходов. Ведь по традиции на неё может придти любой житель королевства. Иза была готова где то через полчаса. Дорожный костюм чем то напоминал мне её одежды для походов в подземелья. Я встретил её уже за столом, проводил к своему месту, не удержался и поцеловал в щечку: — Миледи, а вам говорили, что вы очень красивая? — Ну что вы милорд, кто бы мне это говорил? Я порядочная девушка… Была… И вела замкнутый образ жизни, пока не появился один очень нагло настырный молодой человек и не соблазнил меня…


Наша дорожная карета представляла собой нечто среднее между мезондором и простой каретой. То есть при желании в ней можно было даже спать, так как сидения чудесным образом раскладывались и превращались в ложе. Багажа у нас было немного: 2 шкатулки с подарками и деньгами, два дорожных сундучка со сменой белья и необходимыми в дороге мелочами, дорожные приборы и ещё что то, что укладывали слуги в багажный отсек. До границы с Удачей нас сопровождала ещё одна карета, в которой ехали две служанки и двое слуг. От границы они должны будут повернуть назад по причине своего неблагородного происхождения, дорога в наше королевство им была заказана.


Мягкие рессоры кареты плавно покачивали нас и вскоре мы заснули. Проснулись уже почти под вечер, когда въезжали на постоялый двор. Мы сняли целое крыло, дабы нам не мешали постояльцы, благо, что народу было мало. По просьбе Изабелл мы ужинали в общем зале на половине для благородных. Она с любопытством все осматривала и постоянно меня расспрашивала. Оказывается, она ни разу не ночевала на постоялых дворах или в гостиницах и теперь ей все было в новинку.


Так как мы выспались днем в карете, то ночью занимались более приятными делами, чем просто и банально спать. Так и повелось. Все четверо суток что мы ехали до Удачи, днем мы отсыпались в карете, а по ночам занимались любовью. Причем я уже перестал поражаться той страсти и ненасытности Изабелл, которая поразила меня в первую ночь. Как она мне призналась, она старалась наверстать все радости жизни, которых я её так долго лишал, развлекаясь в своем замке целых два года.


На границе с Удачей мы тепло распрощались с нашими слугами, мне тут же удалось нанять какого то благородного сборщика хвороста, который согласился управлять нашей каретой до моего родового гнезда, но с условием, что мы завезем его хворост, и только потом поедем в замок к графу Спешащему на помощь. Я уж было хотел сам сесть на облучок, но увидев умоляющий взгляд Изабелл, вынужден был согласиться с предложением нашего новоявленного кучера. Изабелл отчаянно трусила и по этому все оставшееся время не выпускала мою руку из своей.


Вот и наш замок. Как только мы подъехали, так сразу же возникла суматоха. Ну во первых нас не ждали, во вторых в замке продолжался ремонт и доделка всяких недоделок. Интересно, этот ремонт когда нибудь прекратиться, или это хроническое заболевание и наша семейная традиция?

Мы вышли из кареты, я кинул возчику монетку, он сдержано поклонился и был таков. Иза испугано осматривалась. А народ все прибывал и прибывал. Вот и новоявленные гении кисточки и мастерка появились, среди них я заметил даже несколько старичков, которые были в замке ещё тогда, когда я уезжал из него. Вскоре на крыльцо вышли мой отец и мать. Я взял трясущуюся Изабелл за руку и подвел к ним. — Сэр Влад, леди Мила, позвольте представить вам леди Изабелл, графиню Дор Нуар и будущую герцогиню Дальних рубежей. Обряд помолвки и обручения мы уже провели в Венсусе.


Матушка всплеснула руками: — Бедная девочка, да на тебе лица нет. Вон синяки под глазами. Это великовозрастное дитя наверное тебе по ночам и спать не давал. Она осуждающе посмотрела на меня, покачала головой, обхватила молодую леди за плечи и повела в замок. Только после этого мы смогли обняться с отцом. Его левая рука была к счастью целой, но почти не двигалась. — Во время нападения мне зацепили какие то сухожилия и рука теперь действует очень плохо. Красивая девушка, где нашел? — Лет пять назад, когда она ещё была почти ребенком, в Скимере, это развалины мерсисайского города, её отец там был начальником гарнизона, а сейчас он начальник королевской стражи. Уже тогда я провозгласил ей своей дамой сердца, а она меня своим рыцарем.


Отец тоже покачал головой и пригласил меня следовать за ним. Не оборачиваясь он бросил через плечо: Распорядитесь насчет пира, все вещи герцога в его покои. Мы прошли в рабочий кабинет и сели друг возле друга. — Сначала я коротко расскажу тебе о наших новостях, их меньше. Элиза вышла замуж два года назад. Живет у мужа в Галисии. Помнишь у нас тут был один из её постоянных вздыхателей неплохой художник и поэт сэр Олаф? Так вот он добился своего и завоевал её сердце. Так что с её отъездом замок как бы немного опустел и вдохновение покинуло нашу золотую молодежь. Сэр Вопед и леди Фелия поженились. Теперь она герцогиня Трех озер, у них родилась дочка.


Сейчас у нас дела идут не сказать что очень хорошо, но и не плохо. Я перебил его: — Отец, я привез в нашу казну около пяти тысяч золотых монет и несколько сотен драгоценных камней, а также подарки. Прошу распределите их среди тех, кого сочтете достойными. Он довольный кивнул головой, и спросил: — Когда свадьба? — Мне не хотелось бы откладывать все это в долгий ящик, через месяц я вынужден буду уехать по весьма важным делам и скорее всего надолго. Думаю, что сегодня на пиру составим свадебный уговор, а через два дня совершим обряд создания семьи. Родители Изабелл нам уже дали добро. — Тогда надо уже начать подготовку немедленно…


Вечерний пир получился несколько скомканный. все уже знали, что через два дня свадьба и что молодая герцогиня останется погостить в замке. Непризнанные гении, по всей видимости обрели утраченное вдохновение, так как некоторые явились на пир с мольбертами и кусками картона. Изабелл мило краснела под их взглядами, смущалась, пыталась спрятаться за мое плечо, но разве от этих монстров изящного искусства можно скрыться? — Привыкай, — шепнул я ей, — теперь ты их муза. Готовься принимать кучу картин, статуэток и выслушивать стихи, песни и поэмы.


В самом конце пира в зал вошел… раскрасневшийся сэр де При. Сердце у меня тревожно екнуло. Я быстро встал: — Что то случилось, мне надо срочно во дворец? — Все в порядке ваша светлость, просто его величество как бы случайно вспомнил, что не передал вам свадебных подарков, вот я и устраняю эту досадную королевскую оплошность. Когда у вас намечена свадьба? — Через два дня. — Вот и прекрасно, там и вручу. А теперь что нибудь поесть и попить. — Господа, позвольте представить вам, — сказал я ни к кому не обращаясь, — лейтенанта королевской гвардии короля Фредерика, сэра де При. Кто нибудь позаботьтесь о нем.


Сразу несколько представителей "золотой и очень талантливой молодежи" буквально под руки подхватили де При и отвели за свой стол. Что там происходило я в начале не обращал внимания, но по мере того, как там все чаще и чаще стал раздаваться восторженный гул, и все больше и больше пирующих перемещалось за тот стол, а вокруг нас образовалась пустота, я понял, что де При рассказывает или о моих приключениях или очередную легенду о неземной любви прекрасной девы и отважного воина. В любом случае следовало бежать, пока эта орава не набросилась на меня с расспросами, да и молодую леди следовало оградить от дотошных "гениев и мастеров своего дела".


Испросив разрешения и сославшись на дорожную усталость, мы отправились в отведенные нам покои. По дороге я заранее предупредил Изабелл, что все, даже последние и самые бедные жители нашего королевства являются людьми благородного происхождения, по этому к служанкам надо обращаться как леди…, а к слугам как господин… Она округлила глаза:- Что, ни одного простолюдина нет? — Нет, — подтвердил я.


То ли действительно накопилась дорожная усталость, то ли смена впечатлений и обстановки сделали свое дело, но заснули мы довольно таки быстро и спали крепко. А утром началась суматоха. Меня сразу же вытолкали взашей, когда я попытался принять участие в обсуждении свадебного платья молодой леди. В зал, где продолжалась пирушка мне посоветовали не ходить, так как уже охрипший де При в который раз рассказывал о моих подвигах и о верности леди Изабелл своему рыцарю чуть ли не с младенческих лет.


По поручению отца я стал разъезжать по усадьбам и имениям закупая продукты и нанимая дополнительную прислугу, а заодно приглашая всех соседей на торжество. За шумихой я как то забыл о свадебном уговоре, благо сэр Влад мне передал для подписи уже исполненный документ, который содержал стандартный набор положений.

Вместе с отцом мы отправились в королевский дворец, где лично пригласили королевскую чету на свадьбу. Его величество обещал быть непременно, а её высочество пообещало быть, если недомогание дофина позволит ей отлучиться из дворца.


С молодой леди в течении всего дня мы виделись только урывками, а вечером, когда я уже собирался просто сесть в кресло и вытянуть ноги, меня взяли в плен "кудесники ниток и иголок". Оказывается мои камзолы никуда не годятся, я отстал от моды по крайней мере лет на десять, а тем более свадебный наряд должен быть праздничным и запоминающимся. Прерывая их словоблудие я рявкнул: — Мне плевать на фасоне ваших тряпок, но камзол должен быть темного цвета с серебряными галунами и позументом. Самый лучший вариант, — черный с серебром. Это мой фамильный цвет. Справитесь, получите по золотому, не справитесь, на месяц в конюшни убирать навоз.


Только вечером в нашей спальне мы смогли встретиться в спокойной обстановке. Глаза Изабелл светились радостью:- Я так много узнала, мне так интересно разговаривать с леди Милой, она такая внимательная собеседница. Я даже перестала её побаиваться. — Иза, моя матушка, это мама всех находящихся в замке. Она привыкла обо всех заботиться, знает всех по именам, привычки, слабости, наклонности. Наши великовозрастные оболтусы её боготворят…

— А ещё она сказала, что не смотря на мою молодость, я не должна затягивать с рождением первенца. А сколько она знает лекарственных трав. О некоторых я даже никогда не слышала.


Она лежала на моей груди, удобно устроившись. — А у тебя сердце стало биться чаще. Это ты волнуешься перед свадьбой? — Это я чувствую в себе нарастающее желание подмять под себя некую молодую особу, — буркнул я, которая разлеглась на мне как на подушке ни мало не заботясь о том, что она во первых очень красивая и привлекательная леди, вол вторых лежит обнаженной, и в третьих я её люблю. Ну и на последок. Я всегда серьезно относился к словам своей матушки, так что она там сказала насчет нашего первенца? Нам надо поторопиться?


— Ну вот всегда так, только я с тобой собираюсь о чем нибудь поговорить, как в тебе просыпается "хош", а потом ты усталый и быстро засыпаешь. — А ты попробуй сама, сверху, а я просто полежу… — Нет, у меня ничего не получается и ноги сильно устают, так что давай по человечески, как все. А потом ты немного отдохнешь, и мы с тобой поговорим. Обещаешь?

Свое обещание надо держать. Отдышавшись и немного отдохнув я спросил: — Так о чем мы с тобой должны поговорить? Иза встала, одела на себя ночную сорочку:- Это что бы тебя не дразнить, — и опять устроилась у меня на груди. Ну вот, я и забыла о чем мы собирались поговорить. Ты это специально сделал, сначала отвлек меня своими поцелуями и "хошем", а теперь предлагаешь поговорить. Она так и заснула не вспомнив о чем же собиралась мне рассказать. А я лежал и думал, до моего отъезда осталось чуть меньше месяца. Сколько мне придется добираться до Крыши Мира, я понятия не имел. Мару я твердо решил с собой не брать, она заслужила хороший отдых, да и к Изабелл она уже успела привыкнуть, и позволяет себя гладить…


Утром я узнал, что ночь перед свадьбой мы проведем раздельно и что свою невесту до совершения обряда я больше не увижу. Весь день опять прошел в хлопотах. Расставляли мебель по залам, готовили бочки с вином, для не очень знатных гостей ставили столы прямо во дворе. Его королевское величество прислал своего феервейкера, что бы он подготовил все для запуска нескольких огненных ракет в честь такого события. В общем хлопот был полон рот. А тут ещё примерки и подгонки… Пару раз мельком видел де При. Он весь светился от радости и удовольствия. Ну ещё бы, попасть в такую компанию выпивох и балагуров…


Время пролетело так незаметно, что я даже удивился, когда сэр Влад потребовал от меня привести себя в порядок и подготовиться к совершению обряда создания семьи. Новый камзол сидел на мне как литой и портные честно заработали свою награду. Клинок, пистоль заняли свои места. Правда пистоль был не за поясом, как было принято, а в специальной кобуре у меня на поясе с правой стороны. Он как бы уравновешивал шпагу, очень удобно.

В связи с тем, что народу собралось великое множество, обряд решили проводить прямо во дворе. На специальный постамент установили фигуру серого, в которой я, к своему удивлению, узнал увеличенную фигуру хранителя. Мы появились с разных сторон и почти одновременно подошли к статуе. Меня сопровождал отец, а леди Изабелл матушка.


Изабелл была настолько восхитительна в своем воздушном платье, что не только я уставился на неё… К действительности меня вернул голос жреца серого. Это был его королевское величество король Кай 4: — Сэр Арт, берешь ли ты в жены леди Изабелл по доброй воле и без всякого принуждения? — Да беру! — Леди Изабелл берете ли вы в мужья сэра Арта по доброй воле и без всякого принуждения? — Да беру. — Да будет так, перед лицом серого бога объявляю вас мужем и женой. Пусть ваш брак будет крепким и нерушимым, как эти кольца, что вы носите на своих руках…


Раздались приветственные здравицы и крики. Нас осыпали зерном, мелкими серебряными и золотыми монетами (то то детворе радость), и мы прошли через ряды дворян, которые сомкнули над нашими головами свои шпаги. Свадебный пир начался…

Он продолжался три дня и три ночи. Мы уходили в свои покои только для того, что бы отдохнуть пару тройку часов и опять вернуться за стол. Наши обычаи и традиции требовали того, что мы, как молодожены обошли каждый зал и каждый стол, где сидели пирующиё, а так как они постоянно менялись за столами, — одни приходили, других уносили отдыхать, то этот ритуал обхода нам приходилось повторять почти каждые три часа.


Приятной неожиданностью для нас стала королевская грамота от сэра Фредерика о пожаловании леди Изабелл титула маркизы де Сенси, с правом называться ваша светлость и дарственной грамотой на все земли маркизата за исключением имения Шато, которое принадлежало мне. В грамоте так же указывалось, что титул маркиза или маркизы наследует второй ребенок в семье, а титул графа или графини — третий, вне зависимости от пола ребенка и эти титулы являются потомственными…


Каждый вечер небо расчерчивали огненные ракеты. Его величество стойко держался все дни, то есть до спальни он добирался сам, её высочество с наследником прибыли на второй день, сначала буквально на несколько минут, что бы соблюсти приличия, но после того, как Изабелл дала дофину какой то порошок и ему стало значительно легче и он перестал плакать, королевская семья осталась до конца торжеств. Более того, даже после того, как свдебный пир закончился и его величество изволило убыть во дворец, её высочество с сыном остались и прошли "полный курс лечения от неприятностей связанных с неправильным питанием в деском возрасте и отсутствием чувства меры у некоторых детей, по причине слабой воли их родителей"


Через пять дней дофин уже во всю носился по двору с местными ребятишками и учился стрелять из рогатки по воронам. Кто дал ему рогатку, так и осталось тайной за семью печатями, но подозреваю, что постарались наши непризнанные гении. Наша спальня постепенно превращалась в картинную галерею. Портреты и статуэтки леди Изабелл, попадались даже мои изображения, стояли на всех мыслимых и немыслимых местах. Я объявил, что лучшие из лучших произведений будут отправлены в наш дворец в Венсус, а самые гениальные произведения искусств будут переданы в дар его королевскому величеству королю Готии, который относится к леди Изабелл как к своей дочери.


Тут же по замку поползли слухи, что оно так и есть и что леди Изабелл "тайная" дочь короля. А рассказы сэра де При обросли такими подробностями, что мы с Изабелл только диву давались, на что способна фантазия людей.

Молодая герцогиня полностью освоилась в замке и не отходила от леди Милы, учась у неё управлять таким большим и разношерстным хозяйством. А через пару дней в замок въехала незнакомая карета и из неё вылезла Элиза, которая тут же бросилась мне на шею. — Столько лет ни одного письма, ни весточки, только слухи, легенды и какие то сказки по всему королевству о твоих подвигах. Ревниво посмотрев в сторону Изабелл, которая стояла на крыльце и улыбаясь смотрела на нашу встречу, — И где ты её только откапал? Я думала что на свете только я одна такая дура, что столько лет ждала пока мой муженек наберется смелости и созреет — сделает мне предложение. А оказывается есть ещё дурнее, — она почти четыре года ждала тебя не имея возможности увидеть тебя. Или люди врут?


Я улыбался, время и замужество ни капли не изменило мою сестричку, все такая же колкая на язычок и врединка. — Нет не врут, она ждала моего предложения четыре с половиной года после нашей последней встречи. — А это правда, что ты уже тогда её избрал своей дамой сердца, а она тебя своим рыцарем? — Правда. — Значит легенды не врут.

К нам подола Изабелл. Элиза поклонилась:- Ваша светлость. Ответный поклон:- Леди Элиза, ваш брат так много о вас рассказывал, а вы действительно похожи на богиню Афру. — Представляю, что он вам герцогиня понарассказывал. Пойдемте, я вам тоже кое что о нем расскажу…


Я крепко пожал руку сэру Олафу:- Ну как она там? — Сначала скучала, теперь хозяйничает в замке, у нас уже появились свои первые художники и поэты. А скоро мы будем ждать прибавление в семействе, я по крайней мере на это надеюсь, первые признаки уже на лицо… Через три дня Элиза с мужем нагруженные подарками уехали. — Я бы погостила и больше, но боюсь оставлять без присмотра на долго замок и своих подопечных. Они же как малые дети, за ним глаз и глаз нужен. А сэр Олаф не без гордости добавил: — Наш замок пользуется большой популярностью при дворе. Королевская семья уже дважды гостила у нас по несколько дней, а все благодаря леди Элизе…


— Артур, нам надо серьезно поговорить. — Я весь во внимании матушка. — Пойдем ка прогуляемся, а то что то тут стало душно. Мы вышли в сад и стали медленно прогуливаться по аллеям. — Через две недели тебе убывать в неизведанные земли. — Я выеду через десять дне. Леди Мила кивнула головой. Было видно, что к этому разговору она готовилась давно, но вот как начать его она не знала

.

— Артур, ты любишь свою жену? — Это брак по расчету, матушка. Мне вполне хватает того, что она меня любит. К тому же я надеюсь, что она родит мне наследника и в случае моей гибели наш род не прервется. — Ты прошел посвящение в Дор Нуар? (Ого, а матушка то в курсе всех этих заморочек) Я сделал удивленный вид:- Да, Пам со мной. — Я рада этому, твои шансы остаться в живых значительно выросли. А теперь слушай и не перебивай. Судя по всему, с хранителем ты уже встречался. (Я кивнул головой.) Так что знаешь, что осталось совсем немного тех первых, что уцелели после всего того, что произошло на земле за многие десятки тысяч лет. Я одна из них. Я отказалась от своего бессмертия ради того, что бы дать жизнь новому поколению воинов, которым будет под силу справиться с сошедшей с ума железякой, очень умной и коварной, но все таки железякой, что угрожает всему живому на этой планете. Если погибнешь ты, то дело продолжит сын или Элизы или твой сын. В вас течет кровь первых. Это гарантия, что на тебя и твоих детей не будут действовать все известные нам болезни.


У тебя на стороне есть ещё где нибудь дети? — У сэра Варта растет мой сын, он об этом знает и воспитывает его как своего наследника, сам он к сожалению детей иметь не может. И возможно есть ребенок у леди Пет, это недалеко от маркизата, а может быть и в самом маркизате Изабелл. — Хорошо, мы это уточним. И это всё? Я кивнул головой. — Да, не густо за пять лет, мы надеялись на большее.


Мы шли по саду и я слушал невеселую историю постоянных жертв и самопожертвований в борьбе с так называемым серым богом. История была действительно трагической. Каждый из тех кто шел осознано на смерть, проходил свой путь все дальше и дальше. Последний дошел и вошел даже в модуль…

Сделай так Артур, что бы я кроме слез ещё могла и гордиться тобой. За свою девочку не беспокойся, она для меня как дочь, к тому же она очень талантливый человек и у неё склонность к медицине и лекарскому искусству. Я буду её обучать. И ещё, если случиться чудо, и тебе удастся не только победить машину, но и оживить Гип, ты обязан, слышишь обязан зачать с ней ребенка. Это вопрос выживания человечества, ведь серый перед своей гибелью может запустить программу очередного уничтожения всего живого…


Мы ещё долго беседовали, почти до самого вечера. Я увидел Изабелл, которая спустилась к нам в сад и шла улыбаясь к нам на встречу. — У неё есть шанс выжить, если серый запустит ту программу. — Боюсь что нет, в ней нет гена первых. Это касается только твоих детей, тебя, меня и Элизы. Все остальные предположительно погибнут. Так что ты должен представлять, какая ответственность ложиться на тебя…

— Вот вы где, а я вас обыскалась. Лели Мила, мы должны с вами сегодня немного позаниматься, вы обещали рассказать о некоторых особенностях борьбы с лихорадкой и её лечения. — Я помню дочка, пойдем, а твой муж пускай ещё немного погуляет перед ужином, а то у него в последнее время аппетит какой то не такой стал. — Да? А я этого не заметила…

Они удалились, а я сел на скамейку и стал размышлять… В голове возникла Пам:- А почему ты не сказал о Аньян? Ведь она пришла к тебе во плоти и тоже может иметь от тебя ребенка? — Я думаю, что первые сами могут общаться между собой и если что, моя матушка узнает все из первых уст. А ты хитрый, Арт. Я рада, что ты прошел посвящение и мы теперь вместе… До конца твоей жизни…


предыдущая глава | Серый бог | cледующая глава