home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


6

Все последние дни я был сама нежность и предупредительность. Изабелл отказалась от всех занятий, мы с ней практически не расставались, везде были вместе: на прогулках, в мастерских, в королевском дворце… Мы вместе с ней отобрали лучшие картины и скульптуры и отправили их к королевскому двору Готии. Я исподволь готовился к отъезду, подобрал себе коня, проверил надежность сбруи, заказал и примерил усиленные сапоги, мне пошили особо прочную и простую одежду. В седельные сумки были уложены два теплых одеяла, сделанные из легкого пуха каких то птиц. Изабелл повесила мне на шею небольшой медальон со своим изображением в свадебном платье. — Пусть мой портрет станет оберегать тебя от всех бед и невзгод…


Ранним утром, когда все ещё спали, я вывел под уздцы оседланного Ворона. Иза прильнула ко мне:- Я буду тебя ждать, даже если понадобиться, — всю жизнь, ты только возвращайся. — Я вернусь, обязательно вернусь, береги себя. Я тебя люблю.

Не оглядываясь я поскакал через сад в ту сторону, к дороге, что вела из нашего королевства на север. Мой путь лежал через небольшой кусочек Готии, потом по границе Галисии и Галии и потом по северным провинциям Галии. Я специально избрал такой путь, немного более длинный, чем если б я поехал через северные районы Готии, но менее оживленный и более спокойный.


Я изображал из себя как обычно не очень богатого мелкопоместного дворянина, что отправился на поиски лучшей доли в готовности предложить свою шпагу тому, кто больше заплатит. Единственное, что при внимательном взгляде могло выдать меня, это добротность и качество моей одежды. Но приглядываться ко мне было некому. Свою знаменитую косынку я сменил на шляпу, которая надежно скрывала и цвет моих волос и мое лицо. Чем дальше я удалялся от Удачи и Готии, тем меньше шансов было у меня быть кем нибудь узнанным.


Дорога шла вдоль границы между Галисией и Галией, причем где проходила граница, и как она проходила я так и не заметил. На этом участке впервые о себе напомнила Пам. — Здесь погиб один из воинов. Сработала ловушка для простаков. Он принял голограмму за реального человека и сгорел. — А что такое голограмма? — Это изображение в воздухе, по другому почти как мираж, только очень правдоподобное. Отличить можно если внимательно присмотреться. Изображение немного мерцает и слегка колеблется. — А на чем он попался? — Было изображение одного из первых с раной в груди. Он кинулся помогать… — А что не должен был? — Конечно нет. Ведь уже в эти времена люди не знали как одеты первые и это могло насторожить любого, а он отреагировал как будто знал эту одежду. Это его и сгубило.


— А ещё будут ловушки? — Будут, но я буду предупреждать о них. — Пам а поговорить с тобой можно? — Поговори, хуже не будет. — Ты только не обижайся, ты кто? Хранитель и Аньян призраки или как там у вас это называется, леди Мила живая, а ты кто? — Я тоже из первых, только я погибла очень давно ещё до того, как они научились создавать матрицы и сделались бессмертными и бесплотными. — Ты погибла? Как это произошло? — Очень просто. Я сопровождала своего любимого в поход. Он был семь тысяч триста четырнадцатым воином. В предгорьях Крыши Мира компьютер напал на нас посредством отраженного луча лазера. Первым погиб воин, я второй. Но моим друзьям удалось извлечь из меня мое сознание и сделать искусственный мозг, который настраивается только на того, кто получит посвящение, как у вас сейчас говорят, а просто говоря способность общаться со мной. Не думай, я не в твоей голове. Я сама по себе, но я настроена на твой мыслительный процесс и стоит тебе ощутить потребность во мне, как я тут как тут. Я не слишком заумно отвечаю?


— Да нет, в целом мне все понятно, только что такое лазер? — Пистоль стреляет свинцово — стальными пулями, а лазер солнечным лучом только в десятки тысяч раз мощнее чем те, которые достигают землю. Он просто прожигает тело человека насквозь. — А защита от него есть? — Конечно есть, но ты ею не обеспечен. Это равносильно тому, что бы сразу объявить, что ты готовишься напасть на компьютер и подписать себе смертный приговор. Его детекторы, то есть глаза, способны видеть очень далеко и различать из чего сделаны предметы. Вот например твой клинок или кольчуга, они имеют перестроенную структуру, но они сделаны из ваших обычных материалов, и его детекторы на них не отреагируют.


— А серый сейчас видит меня? — Вероятнее всего да. Ещё когда он был могущественным и сильным он запустил в небо огромное количество специальных стальных птиц, которые летаю так высоко, что их нельзя заметить без специальных приборов. Серый настроен на них, вот они то и ведут наблюдение за всем, что происходит на земле. Конечно со временем некоторые из птиц сломались, но это некритично. — Настроен это как? — Ну, попросту говоря, он все видит их глазами. Мгновенно анализирует и принимает решение, — есть опасность для него или нет.


— А тебя он сейчас видит? — Видит, но я нахожусь в Дор Нуар, а это место недоступно для его власти, а то б он давно бы уничтожил меня. — Пам, но если он всех и все видит, разве он не заметил, как я вошел в замок и как я вышел из него через два года? — Закрытые или запретные зоны блокируют его способность наблюдать. К тому же ты зашел и вышел в одних и тех же вещах, без всяких изменений, так что интерес у его птиц ты не вызвал, а соответственно и у него.


Наши беседы стали ежедневными и я узнавал для себя очень много нового и познавательного. В первую очередь это касалось моей безопасности и способностей противостоять нападениям серого. Дорога действительно была почти пустынной. В редкий день можно было встретить одиночного всадника, или телегу с нехитрой поклажей. На мой вопрос, почему эти земли так малозаселены, Пам дала однозначный ответ:- Хоть память у людей и короткая, но они все таки помнят, что именно в этих землях всё погибает в первую очередь, если серый начинает очередную войну против человечества. Скоро буде последний небольшой городок, в котором тебе надо будет запастись как можно большим количеством продуктов, причем в разных лавках надо будет их покупать понемногу, что бы ни у кого не возникло подозрения, что ты собираешься проникнуть далеко на север в запретные земли.


Если кто будет интересоваться, говори, что собираешься поискать клад разбойника Кузеяра. Такой разбойник действительно существовал, когда его поймали, то при нем ничего не нашли. Даже под пытками он не сказал, где спрятал свои сокровища. Ищут их часто. А твой путь будет проходить как раз по тому району, в котором он разбойничал, так что это не вызовет особых подозрений. Ты даже можешь прикупить у кого нибудь "подлинную" карту нахождения сокровищ. Только учти, она стоит не дороже одной серебряной монетки, не забывай, ты мелкопоместный и не богатый…


Вот и последнее крупное селение на моем пути. Местные называли его Городищем. Небольшой постоялый двор, с десяток различных лавок, вот и все достопримечательности. По тому, как я сам провел Ворона в конюшню, сам расседлал его, напоил и накормил, было видно, что я привык заботиться о себе сам, путешествую один и если мне не понравится, то спокойно переночую за воротами городка.

Кормили в харчевне сносно, без изысков, но сытно, порции были большими. Комнат было всего три и все три пустовали. Я сторговался за серебряную монету в сутки и мне выделили угловую на первом этаже. Ночевать под крышей я как то не захотел.


Наметанный взгляд трактирщика сразу определил во мне искателя приключений, и вскоре ко мне подсел неприметного вида мужичек. Сразу же без обиняков он мне заявил, что у него есть список с подлинной карты, которую составил сам Кузеяр, с отметками, где уже искали сокровища и не нашли. Стоит такая карта не дорого, всего одну золотую монету. Я попросил её посмотреть, что бы убедиться в её подлинности. Мужичек охотно мне её показал. Одного взгляда мне было достаточно, что бы запомнить основные ориентиры. После чего я достал из поясной сумки кусок пергамента и по памяти очень быстро под удивленным взглядом мужичка нарисовал его карту.


— Стоимость пергамента две медяшки. Покупай, и у тебя будет ещё одна карта, за работу я так и быть ничего не возьму. Мужик скис и собирался было уходить. Дождавшись, когда он встанет и повернется ко мне спиной, я как бы нехотя буркнул:- Если хочешь, за твою карту дам серебряную монетку, отвезу её по возвращению как сувенир и повешу на стенку. А ещё ты мне за это подскажешь, у кого из лавочников можно прикупить запасов, чтоб не очень дорого и продукты были хорошими.


Мужичок тут же развернулся, уселся по хозяйски за мой стол, молча протянул мне свою карту взамен монеты и у нас начался деловой разговор. _- Перво наперво ваша милость вам нужен будет хороший струмент: лопата и кирка. Отдам свои, проверенные, мясо вяленое не берите, лучше перемолотое сушеное. Из сыра лучше овечий, — даже если высохнет и станет твердым как камень, не заплесневеет. Рыбу лучше вообще не покупать, её всегда наловить можно, или настрелять под корягами. Соли возьмите побольше, пригодиться.


По всему чувствовалось, что мужичок не один раз сам хаживал на поиски. — Сам то что перестал ходить? Или разуверовался? — Дык женился я ваша милость, а жинка теперь не пущает, ведь много нашего брата пропадает там, в этих проклятых землях. Но уж кому повезет, возвращаются с полными сумками самоцветов и самородков. Да только таких единицы. Вот перед вами троица отправилась. По идее уже вернуться должны были ещё вчера, продукты у них кончились, а их нету. А за карту не сумлевайтесь, на ней все места где я искал отмечены.


На следующий день я приобрел действительно неплохую лопату и кирку, а также в одной из лавок следуя совету своего знакомого приобрел продукты на шесть дней. Потом в другой лавке решил прикупить ещё, на всякий непредвиденный случай на три дня. Все уложил в седельные сумки. Убедился, что место ещё есть. Пам посоветовала обязательно взять двойную норму для Ворона. При случае и его овес сгодиться в пищу. На третий день, загрузив все, я отправился в свой дальнейший путь. В последней лавке, что стояла почти на самом выезде я забил свои седельные сумки под самую завязку. Следуя указаниям карты я повернул немного на запад и по достаточно натоптанной тропинке отправился на поиски клада Кузеяра.


Ночевал я там же где до меня не один раз останавливались искатели сокровищ. Костра я не разводил. Благо одеяла давали достаточно тепла, что бы обходиться без него. На второй день пути я добрался до последнего кружка, который отмечал исследованный район. Дальше начинались неизведанные земли, которые в народе звали проклятыми.

— Сверни с дороги и этот луг надо объехать по дуге. Луг ловушка, тяжело груженая лошадь провалиться и утонет вместе с седоком. Там болото, а легкая проедет и ничего не случится. Я послушно объехал светло зеленое пятно и вновь вышел на уже малозаметную тропинку.


— Здесь тебе надо будет изобразить поиски клада, за тобой уже наблюдают. Следуя указаниям Пам, я проехал ещё немного, после чего расседлал Вороного, пустив его пастись по последней осенней травке, а сам взяв лопату и кирку пошел к первому попавшемуся небольшому холмику, который стал добросовестно разгребать. Естественно я ничего не нашел, да и не старался искать. Однако азарт взял своё. Я рассуждал так. Кузеяр должен был схоронить свой клад недалеко от какого то приметного места, что могло служить ему ориентиром. Конечно вероятность того, что это могло быть дерево или какой нибудь приметный в его времена валун или камень, существовала. А теперь время не пощадило их. Вдалеке в нескольких километрах от моей стоянки я заприметил два одиноко стоящих каменных зуба. Завтра надо будет попытать счастье там.


Утром я отправился к ним, но меня ждало разочарование. Не я один оказался таким умным. Все в ближайшей округе шагов на сто было перерыто и раскопано. Я даже немного разочаровался. — Тебе настала пора повернуть на север, — подсказала Пам, — видишь двойную вершину? Держи направление на неё. Периодически останавливайся и ройся в земле. Не забывай ловить рыбу. Наедаться лучше днем, что бы ночью костра не разводить, следи за состоянием Ворона. Хороший конь — половина твоего успеха.


Так прошло ещё три дня. Я по прежнему придерживался указанного направления, добросовестно отмечая на карте пройденный путь. — За нами опять наблюдают. Тебе надо остановиться возле какого нибудь озера и наловить как можно больше рыбы. Часть засушить или завялить, и вообще сделай остановку на целый день. Я так и поступил. Возле нескольких небольших озер я сделал суточный привал. Рыбы в них было валом и я вспомнив совет мужичка с помощью пистоля настрелял больше десятка крупных рыбин. Правда пришлось изображать, что после каждого выстрела я перезаряжаю пистоль.


Рыбу почистил, порезал на куски и нанизал на ветки для просушки или вяления. Вот когда мне пригодилась соль с запасом. Собрав в прибрежных кустах немного хвороста я развел костер и сварил рыбный суп. День я посвятил ленивому ковырянию в земле. Возле одного из озер я обнаружил человеческие кости. — Пам, это наш? — Нет. Наших, последние несколько столетий, не было. Ты первый подготовленный за последнее время.


Я внимательно осмотрел кости. Рубленый след на черепе дал ясно понять, что здесь было или убийство, или поединок. Интересно, что не поделили между собой в этом месте искатели сокровищ? Я опять, теперь более внимательно осмотрелся вокруг. Глазу не за что зацепиться, разве что вон вросший почти по самую макушку камень. Уж больно он чужеродным смотрится в этом месте. Так как уже вечерело, то осмотр местности я решил отложить на потом.


Ночью я проснулся от неясного чувства тревоги. — Пам, что происходит? — У нас гости, один из блуждающих глаз серого прибыл посмотреть на тебя. Не вздумай его убить, покрути головой, изобрази тревогу, но потом сделай вид, что ничего не почувствовал и усни. Не думаю, что он атакует тебя, тем более что это простой разведчик, а не боевой лазер. Я так и сделал. Встал, отошел к кустам по своим делам, покрутил головой, а потом вновь улегся на свое место. Заснул я уже под самое утро. Тревога как то сама по себе улеглась и спал я уже более менее спокойно. Утром я сразу же пошел к тому камню, что привлек мое внимание. Возле него я нашел кости ещё одного или даже двух человек, только черепов не было. С одной стороны камень был немного разрыт и на нем были выбиты какие то знаки. Даже беглого взгляда мне было понятно, что я не знаю этого языка.


— Пам, это что такое, — и я как мог описал ей изображения, которые уходили в землю. Не сразу, но она ответила. — Это могильная плита одного из наших, что пропали без вести очень очень давно. Так вот значит где нашел свой покой Шамшит смелый. Арт, положи просто руку на камень, если мне удастся и у него уцелел череп, то я узнаю, что здесь произошло. Я положил руку на камень и как на яву увидел: юноша в блестящей одежде стрелял лучами в юркие шары, что крутились вокруг него. Он сбил уже несколько штук, те тоже стреляли в него, но его одежда чудесным образом отражала лучи. Так продолжалось довольно долго и победа была близка, как вдруг показался другой шар, более крупный и из него вылетела стрела. Она легко пробила одежду юноши и он упал. Видение померкло и пропало


— Шамшит пал в схватке со стражниками серого. И почему его оправили без кольчуги? У него были все шансы на победу. Пам замолчала. Я для виду немного покопался и вернулся к Ворону. До самого вечера мы скакали без остановок. По моим подсчетам до предгорий Крыши Мира осталось не более двух — трех дней пути.

Этой ночью я по совету Пам развел небольшой костерок, из одного одеяла соорудил ложную лежку, а сам лег в стороне, в яму, которую мне пришлось выкопать опять же по совету Пам. Утром я обнаружил в своем одеяле большую прожженную дырку. — Немедленно покинь это место, это стационарная защита, если проскакать несколько километров, то она уже будет не страшна.


Подгонять меня не надо было. Быстро оседлав своего коня, мы поскакали прочь от места ночлега. — Пам, что такое стационарная защита? — Это как пограничная стража серого, только она постоянно находится на одном месте. Тебе повезло, что ты ночевал в яме. Они убивают всех, кто попадет в поле их зрения. Хорошо, хоть что они по долгу смотрят то в одну, то в другую сторону и в это время их можно проскочить. Наших здесь погибло особенно много, пока мы разобрались, как можно избегать этой напасти. Но не обольщайся Арт, дальше будет ещё труднее. Теперь мы вторглись на саму территорию серого и нападения приходиться ждать каждую минуту.


Здесь не может быть ни кого живого, так что если заметишь какое нибудь движение, — или стреляй и не промахивайся, или немедленно прячься. Если услышишь странный звук, немедленно с коня и на землю, за какое нибудь укрытие от источника звука. Если вдруг тебя накроет странная тень, то нечего смотреть на небо и искать её источник, а надо немедленно гнать коня, пока эти сумерки не пропадут. Двигаться теперь лучше зигзагами и от одного укрытия до другого. Ночью спать в пол глаза. До логова серого по хорошему осталось только три дня.


— Пам, а если мне двигаться не напрямую к логову, а как бы чуть в сторону от него, это может его усыпить? — Не знаю, Арт, все это из области предположений, но попробовать стоит, его действия не поддаются логике людей.

Ещё около часа я скакал в полной тишине, потом перевел Ворона на шаг. Наметил невысокую гряду холмов и поскакал к ней. Здесь я решил сделать небольшой передых. Задал корм своему коню, а сам осторожно поднялся на макушку одного их холмов. Расположился я возле небольшого каменного обелиска. На старомерсайском было написано что то о борьбе добра и зла. Часть слов была уже истерта, но и то, что я прочитал, наводило на некоторые размышления.


" Добро и зло не разделимы,…идут рука об руку,… найдешь ты вечный там покой" Я поинтересовался у Пам, что это такое, но ответа не получил. И, к тому же у меня возникло ощущение, что Пам куда то исчезла. То есть я перестал её ощущать.


Ночью я спал очень плохо. Мне постоянно слышались странные звуки, стоны, крики. Как будто тысячи тысяч людей поместили под землю и там они находятся в неимоверно тяжелых условиях. Утром я проснулся не отдохнувшим и немного разбитым. Пам ко мне не вернулась и я был в растерянности, — что мне делать дальше. Примерный маршрут своего движения я знал, как выглядит замок серого — слышал неоднократно, но вот где находятся ловушки и откуда ждать неприятностей, — не представлял. Тем не менее накормив Ворона и перекусив сам, я продолжил свой путь в направлении двухглавой горы, что заметно приблизилась за последние дни.


Ехал я очень осторожно. Что таить, вздрагивал от каждого шороха, рука постоянно находилась на рукояти пистоля. От этого напряжения я стал быстро уставать и чаще делать привалы. На одном из них, отгородившись от двухглавой вершины остатками разрушенных от времени и непогоды гор, я обнаружил полустертую карту местности, что была выцарапана на плите. Здесь когда то проходила или дорога, или караванный путь и неизвестный мастер изобразил на камне колодцы, оазисы и места стоянок. Как же давно это было, если здесь сейчас безжизненная каменистая пустыня, ни крупинки песка и ни одного деревца в округе. Здесь же я решил и заночевать, хотя ещё было достаточно светло, что бы продолжить свой путь.


Так как запас хвороста следовало поберечь, то я ограничился малым количеством кипятка и сделал походную похлебку. Сухарь мы разделили пополам с Вороном. Ему тоже в последние дни досталось. Не смотря на сытную кормежку зерном, он спал в теле. Я с тревогой осмотрел его копыта и мои худшие опасения подтвердились. Одна из подков держалась на честном слове, остальные так истончились, словно какая то неведомая сила пожирала железо. Внимательный осмотр всей сбруи выявил точно такое же положение дел со всеми железными частями упряжи.


Нетронутыми оказались лишь мой клинок, кольчуга и пистоль, все остальное, включая мой кинжал и засапожный нож подверглись странному воздействию неизвестной силы.


Пока ещё было светло, я действуя кинжалом как клещами освободил копыта Ворона от подков. Утром, накормив его и освободив от всего, я как мог объяснил ему, что нам предстоит расстаться и ему надлежит вернуться к людям. На листке пергамента, который я вплел в гриву коня я написал несколько строк: — "Ворон, собственность герцога Дальних рубежей, вернуть за вознаграждение в королевство Удача. Я продолжаю свой путь." и подпись.


Не сразу мой конь понял, что я хочу от него, потом ржанув мне на прощание, он неспешно потрусил в обратную сторону.

Вот я и остался один. Предстояло разобраться со всеми вещами, продуктами и наметить дальнейший план действий. Этим я занимался в течении ближайшего часа, а потом взвалив на плечи небольшой тюк с продовольствием и одним теплым одеялом я продолжил своё путешествие к логову серого бога.


Шаг за шагом мерил я бездорожье. Ни ненависти, ни личной неприязни к серому я не испытывал, и поэтому стал размышлять о целесообразности своего квеста. Не знаю, что на меня нашло, но я с удивлением заметил, что иду в обратном направлении, а в мозгу пульсирует только одна мысль, — прежде чем идти к замку, надо самому во всем разобраться. Я тряхнул головой и остановился. Здесь что то не так. Кто и как заставил меня повернуть назад?

Во мне взыграла рыцарская гордость, или гонор, назвать можно как угодно, но никто не смеет делать из меня марионетку, ни серый, ни первые. Чтобы отвлечься от навязчивых мыслей, что буквально стучали молоточками в моей голове, я стал вспоминать время проведенное с Изабелл. Это помогло отвлечься и скоротать время в дороге.


Вскоре местность сначала стала холмистой, а затем как то неожиданно стали попадаться или остатки скал, или очень древние горы, которые не пощадило время. Если б я не путешествовал долгое время, и моя привычка замечать все вокруг, то вряд ли заметил бы некое подобие тропинок, которые возникали из ниоткуда и так же неожиданно пропадали.

На ночлег я остановился в небольшой пещере, не более полутора метров глубиной. Главное, что это было надежное укрытие от поднявшегося ветра и начавшегося мелкого надоедливого дождя. Утро встретило меня промозглой сыростью, порывистым ветром и непрекращающимся дождем. Продолжать свой поход в таких условиях было равносильно самоубийству. Камни намокли и стали очень скользкими. Между ними журчали ручейки. Жалко что не было дров, а то можно было бы нагреть воды и немного ополоснуться.


После недолгого размышления я разделся до нага и вышел из пещерки под дождь. Все это напоминало мне водные процедуры в Дор Нуар. Словно заметив, что я вышел из укрытия, дождь припустился с новой силой. Грязь, пот, накопившаяся усталость от длительного путешествия, все смывали струи дождя. Я растирался, жалея, что у меня с собой не было настоящего куска мыла, а только небольшой обмылок, который я старался по возможности беречь.

Закутавшись в теплое одеяло и постукивая зубами, я с удовольствием раздирал вяленную рыбешку из своих запасов. Что бы хоть как то скоротать время, осмотрел свою одежду и занялся её починкой. Так за делами незаметно наступил вечер, а затем и ночь. Спал я очень спокойно и без всяких сновидений.


Утро встретило меня ярко синим небом, прохладным воздухом и каким либо отсутствием даже намека на прошедший дождь. Я похвалил себя за предусмотрительность, ведь воду я набрал ещё вчера, и теперь у меня помимо полной фляги был и наполненный бурдюк.

Полдень застал меня возле небольшой горной гряды. Я решил сделать привал и немного отдохнуть, есть не хотелось и я принялся осматривать окрестности. Первым делом в глаза бросился удобный проход через гряду, словно предназначенный для путешественников. Вот это то меня и насторожило. Вспомнились слова Пам, которая предупреждала, что чем ближе к замку, тем изощреннее и коварнее становятся ловушки и что стоит всего бояться и опасаться. Эх, как же мне её сейчас не хватает, вот когда бы пригодились её советы и подсказки.


Преодолевать гряду я решил через каменные россыпи, что значительно усложняло мое передвижение, но обеспечивало хоть какую то безопасность от расставленных ловушек.

Двигаться по осыпающимся камням было очень трудно и неудобно. Я буквально вяз. Каждый шаг давался с трудом. Складывалось впечатление, что я топтался на месте. Я перестал оглядываться назад на пройденный подъем и упорно, буквально полз вперед. Пот застилал глаза, несмотря на прохладную погоду я взмок.

Мне повезло. Я буквально вполз на гряду. Сил хватило только на то, что бы взглянуть на то, что там дальше, внизу. Увиденное меня озадачило. Тот удобный проход, что я заметил в самом начале, заканчивался пропастью, а по бокам его, за ближайшими камнями расположились какие то железные люди, которые неподвижно лежали или сидели. Внезапно один из них поднялся, из его руки вырвался луч света и какая то птица обугленным комком упала на плиты прохода. Воин так же беззвучно сел на свое место и вновь застыл.


Вот это да. Армия железных людей, вооруженных лучеметами. Да она способна покорить любое королевство. Впрочем времени для размышлений у меня не было. Словно почувствовав мое присутствие сразу же несколько железных воинов повернулись в мою сторону и я счел за благо нырнуть за спасительный гребень. Даже увиденного мне вполне хватило понять, что пробиваться надо будет с боем, или идти по гребню в обход и пытать счастье вдалеке от этого места. Умный в гору не пойдет, умный гору обойдет, хотя моя рыцарская спесь гнала меня вперед, в бой.


До самого вечера я пробирался по гребню в сторону от этого места. Больше выглядывать я не рисковал и только уже в сумерках, когда солнце оказалось у меня за спиной и могло хоть как то ослепить или затруднить наблюдение, осторожно взглянул из за гребня. Передо мной предстало нагромождение оплавленных камней, словно здесь кипел раскаленный каменный океан. Зрелище сколь завораживающее, столь и страшное. В лучах заходящего солнца я словно видел тени людей, что застыли в потекших камнях.


Быстро перебравшись через гряду я стал поспешно спускаться вниз, боясь что и здесь могут находиться такие же воины, что и у прохода. К счастью мои опасения не подтвердились, тем не менее, расположившись между камнями, я не выпускал из рук пистоля и очень внимательно прислушивался ко всяким звукам и завыванию ветра. Быстро перекусив, я свернулся калачиком под каменным выступом, разложив свое одеяло между камнями так, словно я спал под ним.

Спал я в пол глаза и в пол уха. Тихое жужжание я услышал задолго до того, как небольшой, чуть светящий шар появился над моим одеялом, завис над ним, а потом из него мощным потоком полился огненный поток и все в округе вспыхнуло ярким пламенем. От одеяла и моих сумок не осталось даже пепла. Шар ещё немного покрутился над этим местом, а затем с таким же тихим жужжанием исчез в ночном небе.


Даже представить себе, что я мог там спать, было страшно. Хотелось немедленно покинуть эти камни, но я одернул себя:- сейчас это самое безопасное место, ведь непрошенный гость уничтожен и вряд ли охрана серого повторно придет проверять это место… Однако она пришла. Через некоторое время появился или этот же, или другой шар, который завис над местом моего ложного ночлега, и убедившись, что ничего не осталось, тоже исчез в ночи.

Только под утро, натерпевшись страху от каждого звука, шороха, порыва ветра, я уснул. Проснулся я уже тогда, когда солнце взошло над горизонтом и все мои ночные страхи улетучились. Ни каких теней людей на оплавленных скалах и камнях. Игра моего воображения? Осторожно выглянув из под своего укрытия я внимательно осмотрел небо. Ни единой точки. На земле огромное нагромождение камней, которое мне предстояло преодолеть в условиях повышенной осторожности и надвигающейся опасности.


предыдущая глава | Серый бог | cледующая глава