home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 11.      МЫТАРСТВА  УЛЬЯНОВЫХ   В  РОССИИ.

 Во время пребывания Ленина за границей все члены семьи принимали активное участие в революционной работе в России. Проявляя массу изобретательности, они уходили от преследований шпиков, переносили нелегальную литературу, проводили встречи на конспиративных квартирах. По сути дела, все они выполняли поручения Владимира Ильича, признавая его неоспоримый авторитет, и являлись главным передаточным звеном между лидером партии и его членами. Царская охранка вела постоянные наблюдения за членами семьи и находила мотивы для задержания их как особо опасных государственных преступников.

 1. 7 ноября 1897 г. был арестован Д. И. Ульянов по делу московского Рабочего союза, посажен в Таганскую тюрьму, исключен из Московского университета и выслан в Тулу. В мае 1898 г. Мария Александровна и ее дочери Анна и Маняша переехали из Москвы в Подольск Московской губер¬нии.  С 20 августа  1898 г. Дмитрий был переведен г. Подольск и находился под гласным надзором полиции. Позже благодаря ходатайствам Марии Александровны Дмитрию было  разрешено поступить в Юрьевский (Тарту) университет, который он окончил в 1901 году.

 2. Осенью 1899 г. была арестована Мария И. Ульянова  и выслана в Нижний Новгород до окончания следствия; в конце декабря того же года вернулась в Москву.  Мария устроилась счетоводом в Управление Московско-Казанской железной дороги.

 3. В ночь 1 марта 1901 г. было задержано более двадцати членов партии, среди них  Мария И. Ульянова и Марк  Елизаров по делу московской организации РСДРП. После освобождения из тюрьмы Марк уехал в Сызрань к своему брату Павлу  Ели¬зарову. Анна Ильинична в это время находилась в Германии, лишь это помогло ей избежать ареста. В письме к матери  от 18 (31) августа Владимир Ильич советовал ей съездить в Петербург и подать жалобу на незаконные действия органов юстиции, затягивавших рассмотрение их дела. Марка отправили в ссылку в Сибирь, по истечении срока гласного полицейского надзора Марк Тимофеевич устроился на работу в Томске, а затем в Порт Артуре.   Морским путем он добрался до Марселя, в Париже  встретился с  Лениным и  Крупской и в конце декабря 1903 г. вернулся в Петербург. Марк поступил работать на Николаевскую железную дорогу и вновь включился в революционную деятельность.

 4. В августе 1902 г. был арестован Дмитрий Ульянов  на Хаджибейском лимане под Одессой, где он служил врачом, по делу «о распространении прокламаций, призывающих крестьян присоединиться к ре¬волюционному движению рабочих», и через три недели был освобожден. 

 5. В сентябре 1902 г. Марию Ильиничну отправили в ссылку в Самару, где она вместе с матерью поселилась  в доме Петровой. В декабре 1902 г. в Самару по поручению Ленина приехал Дмитрий Ульянов с женой А. И. Нещеретовой.  В марте 1903 г. в Самару приехала Анна Ульянова-Елизарова. Все они поселились в одной квартире в доме126  на улице Самарской.

 6. В Киев по указанию Владимира Ильича первым переехал в сентябре 1903 г. Дмитрий, позже, к нему приехала его  жена Антонина Ивановна. В начале октября 1903 г. в Киев переехали сестры, Мария и Анна, и Мария Александровна. Анна выполняла заказы по переводу с иностранных языков на русский, а Мария И. давала уроки. С 1 на 2 января 1904 г. после тщательного обыска квартиры полиция Киева арестовала Марию Ильиничну и Анну Ильиничну и их отправила в Лукьяновскую тюрьму. Вместе с сестрами был арестован и Дмитрий Ильич с женой. Расследование тянулось полгода.  В июне 1904 г, после 6-месячного заключения, была выпущена из тюрьмы Мария, в июле - Анна и в ноябре - Дмитрий.

  7. Летом 1904 г. после освобождения вся семья  переехала в купленный Марком Тимофеевичем дом  в Саблино, под Петербургом. В начале ноября  1905 г. Ленин и Крупская приехали в Россию. Мария Ильинична нашла Ленину и Крупской квартиру на Греческом проспекте, но вскоре пришлось оставить мысль о  легальной совместной жизни, - у дома появились шпики.  «Поселились нелегально, врозь. – вспоминала Крупская - Мне дали паспорт какой-то Прасковьи Евгеньевны Онегиной, по которому я и жила все время. Владимир Ильич несколько раз менял паспорта. С Ильичом мы, по условиям конспирации, жили врозь. Он работал целыми днями в редакции, которая собиралась не только в "Новой жизни", но на конспиративной квартире или в квартире Дмитрия Ильича Лещенко, на Глазовской улице, но по условиям конспирации ходить туда было не очень удобно. Виделись где-нибудь на нейтральной почве, чаще всего в редакции "Новой жизни". Но в "Новой жизни" Ильич всегда был занят. Только когда Владимир Ильич поселился под очень хорошим паспортом на углу Бассейной и Надеждинской, я смогла ходить к нему на дом. Ходить надо было через кухню, говорить вполголоса, но все же можно было потолковать обо всем». Находясь на нелегальном положении,  Ленин посещал Саблино не часто и осторожно. Здесь он имел возможность побыть с матерью, поработать в спокойной обстановке. 12 июля 1906 г. Мария Александровна писала из Саблина в Самару дочери: «У нас после отъезда твоего ненастная погода: проглянет на несколько часов солнышко и опять дождь и ночи холодные, и я не хожу купаться на реку. Иногда вечера бывают теплые, и мы устраиваемся тогда с чаем в беседке. Так было в субботу, 8-го приехали наши,  В. пошел купаться, а потом посидели в беседке. Пробыли у нас и следующий день, В.думал даже погостить у нас с неделю, но газеты в понедельник утром так заинтересовали его, что он и Н. улетели и Маня с ними... Маня вернулась в тот же вечер, она не оставляет меня надолго и ночует всегда дома».

 8. В декабре 1905 г. за участие во всеобщей октябрьской стачке  был арестован Марк Тимофеевич  и после 3-х месяцев тюремного заключения был выслан из Петербурга. Из  Сызрани он перебирался в Самару, за ним последовала его жена, Анна.  В Самаре Марк Тимофеевич служил главным инспектором Российского транспортного страхового общества, состоял одним из директоров пароходного общества «По Волге». Дом в Саблино Марку Тимофеевичу пришлось продать. Весной 1907 г. Мария Александровна и Мария Ильинична переехали из Саблина в Петербург, а Дмитрий Ильич уехал к новому месту службы в Москву. Зимой 1908 г. Мария Александровна решила ехать вместе с Марией И. в Михнево, где служил в земской больнице Дмитрий.

 9. Декабрьское восстание было подавлено царским правительством. Ильичу пришлось перебираться в "ближнюю эмиграцию", в Финляндию. Он поселился на станции Куоккала, неподалеку от вокзала, где Лейтейзен (Линдов), старый товарищ по партии, снимал огромную  дачу под названием «Ваза». Через некоторое время Крупская тоже переселилась в Куоккала. Она уезжала ранним утром в Петербург и возвращалась поздно вечером. Вскоре на «Вазе» поселились Елизавета Васильевна и Мария Ильинична, затем Богдановы, Дубровинский.   В то время русская полиция не решалась своевольничать  в Финляндии, и поэтому жили спокойно, ни от кого не таясь. Дверь дачи никогда не запиралась, в столовой на ночь ставилась кринка молока и хлеб, на диване стелилась на ночь постель, на случай, если кто приедет с ночным поездом, чтобы мог подкрепиться и поспать. В это время от усталости, перенапряжения и волнений у Ленина начались страшные головные боли, которые стали причиной потери аппетита и бессонницы. Посоветовавшись с товарищами, Надежда Константиновна настояла на отъезде мужа в Стирсуден, где на одинокой даче жила семья Лидии Михайловны Книпович.  Море, сосны и тишина. Ульяновы купались, ездили на велосипедах, слушали музыку — одна из родственниц Книповичей была певицей. В их жизни мало выпадало таких счастливых минут.

 Полицейские выследили Ленина, и его дальнейшее  пребывание в Финляндии становилось опасным. Под вопрос было поставлено также дальнейшее издание «Пролетария», который фактически являлся центральным органом большевиков и которым непосредственно руководил Ленин. Поэтому решено было перенести издание газеты за границу. В ноябре 1907 г. Владимиру Ильичу пришлось уехать вглубь Финляндии, на небольшую станцию Огльбю (около Гельсингфорса). Он остановился  у  двух сестер-финок в изумительно чистенькой, по-фински уютной, с кружевными занавесками комнате, где все стояло на своем месте, где за стеною играли на рояле, смеялись и громко  разговаривали на финском языке.  Крупская уехала в Петербург, устроила Елизавету Васильевну, договорилась с остающимися товарищами о связях и отправилась  в Стокгольм, куда должен был приехать Владимира Ильича. Финские товарищи посоветовали сесть на пароход на ближайшем острове. Это было безопасно в том отношении, что полиция не могла там арестовать его, но до острова надо было идти версты три по льду, а лед был не везде надежен. Ленина взялись проводить двое финских крестьян. Пробираясь ночью по льду, они чуть не погибли - лед стал уходить у них из-под ног. Еле выбрались.

 10. В конце августа - начале сентября 1909 г. разъездной агент страхового общества «Саламандра» Марк Тимофеевич Елизаров в связи с перемещением по службе приехал с женой Анной Ильиничной  из Екатеринбурга в Саратов. Первые два месяца своей жизни в Саратове супруги Ели¬заровы не имели постоянного адреса. В ноябре 1910 г. в Саратов приехала  Мария Александровна, а  месяцем позже в Саратов прибыла Мария Ильинична Ульяно¬ва. Семья Ульяновых поселилась в двухэтажном доме № 7 по Панкратьевской улице, в квартире № 5 (ныне улица Мичурина, 66). За этим домом агенты охранки установили тща¬тельное наблюдение.  К весне 1911 г. Ульяновы переехали на Угодниковскую улицу, в дом № 26 (ныне улица Ульяновская, 26), где сняли квартиру на втором этаже.

 7 мая 1912 г. в Саратове были арестованы сестры Мария и Анна  Ульяновы. Все привлекавшиеся к делу получили по три года ссылки. Марии назначили Астраханскую губернию. За полным отсутствием улик выпустили Анну. По ходатайству матери ссылка в Астраханскую губернию была заменена поселением в Вологде; власти согласились и на то, чтобы Мария Ильинична отправилась туда не по этапу, а самостоятельно, за свой счет.   Мария Александровна последовала за дочерью в Вологду. В письме к Марку Тимофеевичу она сообщала: «Мы живем уже здесь с 1-го июня, и я огляделась и познакомилась несколько с Вологдой. Конечно, природа и окрестности здесь не те, что в Феодосии - нет моря, нет тех чудных видов, как там, но все же Вологда понравилась мне более, чем я того ожидала. Здесь масса зелени, что мне очень правится, и пыли не так много, как бывало в Саратове и в Феодосии. Недалеко от нас поле, луга с полевыми цветами — воздух там прекрасный, а дальше рожь, где мы собираем васильки. Гора (воспитанник Анны Ильиничны,  Георгий Лозгачев – авт.) чувствует себя очень хорошо там, порхает, как бабочка, и возвращается домой с огромными букетами. Мы были там уже несколько раз. Бываем и на набережной реки Вологды, пристают довольно большие пароходы, вид с набережной красивый, а дальше по ней березовая роща, а за ней прелестный садик с красивыми цветами на клумбах, и в нем домик Петра Великого, который мы осматривали. Гуляем и по бульвару, собираемся подальше за город, и говорят, и там есть красивые места для прогулок».

 9 (22) сентября 1914 года закончился  срок ссылки Марии Ильиничны. Мать вместе с дочерью, Анной, отправились  в Петроград, а  Мария - в Москву.

 11. Дмитрий Ильич во время 1-й мировой войны 1914 -18 был мобилизован в армию, служил военным врачом в Севастополе, Одессе, сануправлении Румынского фронта.

 12. С 1 февраля по 15 апреля  1915 года Мария И. занималась на курсах сестер милосердия. По окончании их  ее направили в распоряжение командования Юго-Западного фронта в Львове. Находилась на фронте в Галиции. В связи с болезнью матери уехала в Петроград,  а затем обосновалась в Москве, устроилась делопроизводителем в бюро по розыску грузов беженцев

 13.12 (25) июля 1916 года Мария Александровна  скончалась под Петроградом.

 14. В начале 1916 г был арестован Дмитрий Ильич и сослан под надзор полиции в деревню Кравцово Серпуховского уезда Московской губернии. В июне 1916 г. возвращен в армию, в Севастополь.

 15. Анна Ильинична была арестована 8 (21) июля 1916 г. После освобождения в октябре получила направление на высылку в Астра¬ханскую губернию; по болезни была оставлена в Петрограде. Зимой 1916 г у нее было еще два обыска, ничего не обнаружившие. В феврале 1917 г она была вновь арестована, хотя и на этот раз ничего не было найдено, и освобождена через несколько дней.

 У всех членов семьи была нелегкая жизнь. Полностью отдавая свои силы, время и здоровье  делу Ленина, им некогда было обустраивать  свою собственную жизнь. Мария Ильинична так и не вышла замуж, детей у нее не было. У нее был  единственный любовный роман с революционером Станиславом Крыжановским, но он  не получил желанного продолжения. Анна долгие годы проживала в разных местах без своего мужа Марка, да и ему приходилось скитаться по свету. Не имея своих детей,  они взяли на воспитание беспризорника Григория Яковлевеча Лозгачева.   Дмитрия перебрасывали после арестов с одного места на другое. Как и все Ульяновы, он не имел своего угла, не было у него детей с первой женой,  Нещеретовой.  В 1916 г. Антонина Ивановна, проживавшая в Феодосии, написала Дмитрию Ильичу в Севастополь, что «их отношения стали формальными, поэтому нет смысла считать себя мужем и женой», и они оформили развод.

 Но тяжелее и трагичнее была судьба их матери, Марии Александровны. Двое ее детей умерли еще в младенчестве, скоропостижно скончался в  возрасте 54 лет  ее муж, действительный статский советник, оставив на ее руках шестерых детей. Без мужа она прожила 30 лет. Всех детей она подняла, все закончили гимназии, все начали учиться в высших учебных заведениях, но диплом об окончании получили только двое, Владимир и Дмитрий. Как гром среди ясного неба обрушилось на семью известие об аресте Александра и Анны. Несмотря на все ее усилия по спасению сына, Александр был казнен, ее ходатайства смягчили лишь участь Анны – ее выслали в имение Кокушкино. Горе Мария Александровна смогла перенести, потому что в доме ее ждали дети. В 1891 г. умерла ее умница, ее гордость – Ольга. Но на этом потрясения ее не закончились, и начались аресты детей. И каждый раз, когда доходили до нее эти ужасные известия, она, помня о самом жестоком приговоре, неслась, летела спасать свое дитя. Лавиной ходатайств она засыпала чиновников и добивалась смягчения. С сыном Владимиром после 1900 г. виделась всего два раза, ездила к нему за границу на несколько дней. Уезжала расстроенная – детей у Володи не было и не предвиделись.  Все ее действия требовали денег и много, и она продала хутор Алакаевку, купленный на наследство от мужа, а затем и имение Кокушкино, свое родовое гнездо.  Она, как перекати поле,  без своего дома, своей утвари переезжала за детьми, колеся по всей России: из Саратова в Москву, оттуда в Петербург, снова в Москву, Подольск, Саратов, Киев, Саблино под Петербургом, Самару, Вологду. И свой покой она нашла в Петрограде. Девятнадцать арестов своих детей пережила она. Перед смертью она наверняка думала, что жизнь ее не удалась, что она промотала все накопленное тяжким трудом мужа и ее отца, дети мыкаются, страдают за непонятное светлое будущее и ничего  достойного не создали. От восьмерых детей, которых она выносила и родила, у нее не было ни одного внука, а значит,  на продолжение рода по ее линии с Ильей Николаевичем рассчитывать не приходилось. Она не ожидала и не предполагала, что за такую жизнь будет отправлена в рай, разве что только за ее страдания. Хлебнула она горя сверхмеры.


Глава 10. УЛЬЯНОВЫ ЗА ГРАНИЦЕЙ  | Правда и неправда о семье Ульяновых | Глава 12.  СЫН ЛЕНИНА.