home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 18

Прихватив с полкабанчика и термос с горячим кофе, иду к порталу. Уже на месте понимаю, что пост, как объект наблюдения, необходимо обустроить. Пошарив по каютам, нахожу удобнейшее кресло, вдобавок к нему с корнем вырываю из пола небольшой столик. Благодаря приобретениям, устраиваюсь со всеми удобствами.

Издалека слышу тяжёлые шаги. Толстый, как пивной бочонок, Шарик медленно с высунутым языком движется в мою сторону. Видимо, этот тип хочет продемонстрировать, что долг превыше всего. Приняв новую расстановку сил, убираю кабанчика подальше от ушастого друга. За последние дни он совсем распустился. Прямо на глазах становится толстым и добродушным. Надо всё-таки отправить собаку на родину. Не в бой же с ним идти? Да и не те времена, чтобы посылать собак под танки. Глядя на пса, сомневаюсь в своей способности послать животину под броню.

В громаде корабля тишина. Ни шороха, ни скрипа; лишь храп сторожа вносит нотку жизни в безмолвие. Постепенно глаза начинают слипаться. Пью кофе; к сожалению, эта процедура и на Земле-то не помогала, а сейчас тем более. Литровый термос пустеет... Сон тихонько подползает, шепча и успокаивая, и, в конечном счёте, ломает не слишком уж активное сопротивление.

Ночь ничем примечательным не отличилась. Уютно развалившись в кресле, сплю словно младенец, без сновидений и кошмаров. На ноги поднимает гимн России.

– Эй, Челентано, ты ли это?

– К вашим услугам!

– О, насколько понимаю, процесс прошёл удачно. Давай, показывай!

Поднимаюсь в святая святых «Сеятеля» – центральный пункт управления. На стеклянном столике, поблёскивая в лучах ламп, лежит предмет, больше похожий на плеер – новое обличие приятеля. Этакая симпатичная блестящая коробочка. С великой осторожностью, не дыша, поднимаю машинку. Рядом обнаруживаю обруч. Надеваю его, словно диадему, и в голову сразу лезет ликующий голос Клаудио.

– Привет!

– О, железная голова, чертовски рад, что у тебя всё в порядке. Контролируешь ли сети корабля, что нового о Мэри? И, вообще, сохранился ли интеллект? – заваливаю новорожденного кучей вопросов.

– На всё ответы положительные. С корпусом можешь не церемониться, металлокерамика, пулю АК остановит. Обруч на голове осуществляет звуковую и мысленную передачи.

– Душу-то не позабыл?

– Не совсем корректный вопрос: что есть душа?

– Не умничай; ладно, с этим позже решим. Время запускать призрака. Сиди не сиди, начинать надо.

– Программа готова, можно активировать прямо сейчас. Вас, Андрей Егорович, попрошу в зал виртуальных игр. Декорации списаны с реальных станций, один в один. Действуй сообразно обстановке. На случай, если придётся экстренно убирать призрака, тебе хотя бы на пару секунд необходимо остаться одному.

Пустой и пыльный зал на глазах превращается в вокзал МпЭс. Множество народа спешит прибыть – убыть. Намётанный глаз быстро распознаёт несколько реально опасных небольших групп. Они стараются держаться незаметно, всеми силами сливаясь с толпой. Но для профессионала бойца именно эта скрытность и неприметность – сигнал тревоги.

– Пшёл! – раздаётся над ухом.

Дверь распахивается, и я в толчее вокзала. Небрежно, бросив макинтош на руку, иду к выходу. Идёт время, а к моей скромной персоне никакого внимания. Ситуация меняется мгновенно. Несколько крепко сбитых групп окружают, вернее, делают попытку взять меня в кольцо. Ухожу в сторону. Узенькая лестница на второй этаж манит своей невзрачностью и покоем. Влетаю по крутым ступенькам. Сзади топот, бросаю назад светошумовую гранату. Вжимаюсь в стену, оставляя на лестнице жуткий грохот и свет. Даже закрытые глаза не спасают от ожогов. Часто после этих штук зрение восстановить не удаётся.

Ступени дальше манят наверх. Но, решая, что уже не пацан и сердце надо беречь, незаметно ныряю под лавку. Уж очень на нужном месте стоит, и не видит никто. Чуть ошалевшая дружная бригада преследователей, быстренько проморгавшись, гремит подошвами на третий уровень, совсем забыв про тыл. А мне как раз туда. Вальяжно спускаюсь и, стащив первый попавшийся чемодан, теряюсь в городе. Миссия окончена.

Декорации превращаются в знакомые тренажёры. Клаудио сдержанно хвалит. Забывается, что он теперь всё время будет рядом, но с этим придётся жить. Таких друзей бросать, по меньшей мере, глупо, а как собеседник он совершенно незаменим. К тому же умён и сообразителен, да и жулик ещё тот. Большое дело сотворили; призрак легко прорывает засады, и пускай все менты планеты поищут его.

– Ну, дружок, давай усиль бдительность, скоро Мэри явится. Кстати, не штурмуют ли замок Великой Геры? – интересуюсь у Клаудио.

– Пока тихо, в разделе сплетен что угодно, кроме этой темы. Если коротко, пустота.

– В этом никто не сомневается. Сейчас наиболее шумным открыт свободный доступ на все кладбища и похороны с большой скидкой за счёт державы. Заболтался я с тобой, пора подкрепиться. Где мой товарищ?

– Где?! В столовой, конечно. Любит, гад, отбивные с кровью.

– Ты, рожа, зажал простой русской собачке кусочек мясца? Да не обижайся, шучу. Жрать-то идём? А то дворняжка уничтожит все запасы.

С взаимной пикировкой добираемся до столовой. В меню обнаруживаю цыплят-табака; несколько штук ненадолго задерживаются на столе, а пара ломтиков хлеба с клубничным джемом достойно завершают обед. Поднимаю лежащего пса: даю команду на выход и подручными средствами в форме ботинок указываю направление. Шарик огрызается, но, понимая ситуацию, ползёт к порталу, как немец в сорок первом на московском направлении под танк.

– Андре, она!

Секунда – я в каюте, автомат сам прыгает в руки, и мгновение спустя уютный холл прячет меня неподалёку от кабины. На дисплее двери мигают разноцветные огоньки. Происходит чудо переноса. Занимаю позицию напротив, весь такой напряжённый, со слегка растрёпанными волосами. Отражение в полированном металле кажется симпатичным.

За секунду до выхода клиента из портала отваливаю в сторону. Мэри, как и все женщины, эмоциональна, ей не проблема прежде пальнуть из пушки, а уж потом нежно поздороваться и даже искренне плакать, стоя над трупом. Это не хорошо и не плохо – обычно. Но с дыркой во лбу я себе точно не нравлюсь, в этом случае причёска всегда плохо лежит.

Дверь распахивается со страшным шумом, и роскошная дама, паля в стороны, пытается затеряться в толпе встречающих. Но поскольку встреча планировалась совершенно в другом месте, то народных масс, кроме меня, нет. Пальба меж тем нарастает. Видимо, у Великой сдают нервишки. В промежутке между выстрелами бросаю:

– Мадам, берегите патроны!

Наступившую мёртвую тишину нарушает щелчок зажигалки – самое время перекурить. Уши ловят тяжёлое дыхание подруги, опешившей от неожиданности. Я меж тем завожу старую нудную пластинку по поводу непостоянства загадочной женской души.

– Ну что, подружка, от судьбы не убежишь... Вспомнить только, я, как древний витязь, один на роту, прикрываю, бьюсь, жду помощи, а в результате остаюсь наедине с врагом. Так товарищи не поступают. Ты, конечно, не товарищ, а, скорее, подруга по несчастью, но это не меняет сути. Принимаю за основу предположение, что лишь ваша жизнь в этом мире чего-нибудь стоит, а по телам других можно шагать, точно по Бродвею. Но в нашем мире это как-то не приветствуется. Сейчас аккуратненько бросай пушечку в мою сторону, а то муки совести доведут до уничтожения причины вашего внутреннего дискомфорта – меня. Не стреляй, может, и Шарик соизволит проведать новую хозяйку, которой он верой и правдой служил и был подло брошен на растерзание спецназу. Он только в глаза посмотрит.

Женщины такое не выдерживают.

– Замолчи, пожалуйста, – бластер падает неподалёку.

Вялой расшатанной походкой смертельно уставшего человека выхожу из ниши, в которой пережидал артподготовку. Белозубая улыбка, растрёпанные лохмы; иду не торопясь. Она стоит, закрыв ладонями лицо. Плачет. Встреча могла получиться чистой и трогательной, с поцелуями и прощением, но топот сзади заставляет отшатнуться.

Шарик, отожравшийся за неделю, несётся к хозяйке, не глядя по сторонам. В упор не видя такой мелочи, как Андрей Егорович. Мало ли таких дружбанов ходит – хозяйка-то одна! Пёс чуть не стоптал от великой любви Машу. Счастливый, весь такой соскучившийся, облизывает её лицо, стоя на задних лапах. Если и проступила на щеках скупая женская слезинка, теперь никогда не узнать.

Про себя матерю собаку с ног до головы. Мария улыбается, притворно отталкивая пса, а тот ещё усерднее работает языком. Культурно подхожу: пинок под зад, кулак в нос. Не маленький, понимать должен, не время. Это не уменьшает восторга, теперь он прыгает как бандерлог из «Маугли». В это время голубые, как земные озёра, глаза рентгеном просвечивают раненую душу. Маша слегка оступается. Наши губы оказываются рядом и сливаются в долгом поцелуе. От неё пахнет молоком, свежестью и слюнями этого козла. Заслуженный пинок он всё-таки получил, хотя явно не понимает, за что. Прекраснейшая из женщин стоит предо мной...

– Маша, устраивайся, – приглашаю её в свободную каюту, – через пару часов сварганим обед. Вопросы потом, здесь ты в полной безопасности. Все беды остаются, правда на время, позади.

– Андрей, огромное спасибо! Извини, если обидела случайно. Честное слово, не хотела!

– Отдыхай, – а про себя думаю, что честное слово, если это понятие связать с женщиной, приобретает какой-то весьма неоднозначный смысл. – Держи пушку. Не сочти за комплимент, Мария, сегодня ты очаровательна, – с этими словами покидаю каюту.

– Ну как встреча, Клаудио?

– Тебе, конечно, видней, но по мне вполне прилично, не выходит за грани так сказать общечеловеческих отношений.

– Заткнись. Тебя спросили по данному поводу, длительные рассуждения и сопли меня не интересуют. Кстати, не мешало бы услышать мнение, не засекли ли нас. Возможно ли проследить путь, и делаешь ли всё, чтобы сбить со следа? Лясы точить все горазды, пора работать. Приготовь обед Великой. Пойду покемарю маленько. Если что, буди. Но из-за любопытства Мэри не тревожь. Я всё-таки судьбой обиженный. Пускай почувствует горечь предательства. Если откинуть всё в сторону, то в предстоящих схватках придётся много драться, так что крепкий надёжный тыл будет жизненно необходим.

– Андрей Егорыч, первый же вопрос меня заставил прикинуть весь негатив ситуации. На первый взгляд, повода для беспокойства нет, но больше трёх дней инкогнито сохранить не удастся. Нехорошо, но факт. Я запустил несколько призраков Великой! Никто ещё ни разу не переигрывал меня. И, если даю только три дня, значит, по нашему следу идут серьёзные силы. Закончена подготовка к эвакуации и уничтожению. Ты прав, такая память о детстве никому не нужна. Если от существования корабля зависит благополучие цивилизации, то его, от греха подальше, необходимо уничтожить.

– Клаудио, занимайся этим, всё зачисти, не оставляй следов. Разработай наш примерный маршрут. Возможно, это мечты, но должны быть зоны, где мы никому не интересны. Пошарь места неподалёку от резиденции Координатора. Пошумим поочерёдно и, глядишь, выведем Великих из равновесия. Может, засуетятся. Наделают ошибок и, идя по шерсть, вернутся стрижеными. Всё – я отдыхаю. Мэри, захочет, пускай обедает, не ждёт. Глаза слипаются. Загляни в каюту: Мария спит?

– Отдыхает под охраной Шарика. Спят как два друга, умиротворённо, правда, на разных уровнях.

Будит пёс. Решил, гад, подлизаться. Но фокус не проходит. Во-первых, терпеть не могу нарушения дневного сна, а потом в памяти всплывает радость щенка при встрече с Богиней. Она бросает нас в такой момент, а ушастый всё прощает. Короче, зверь огребает по первое число... С трудом поднявшись, плетусь в душевую.

– Не пора ли подкрепиться? – золотые слова Винни-Пуха вспыхивают в голове.

Курс на столовую; даю команду компу подготовить ужин или полдник, пусть определится по времени. В столовой поджидает сюрприз. Опять свечи, канделябры. Роскошный сервированный стол. Уют зала манит расслабиться. Во главе стола вся в белом, точно невеста, Мария. Глаз отвести невозможно. Только волевым усилием напускаю безмятежный вид и подхожу небрежной походкой.

– У нас сегодня день рождения? – интересуюсь на всякий случай.

– Присаживайся, Андрей. Если надо, ещё раз прошу, извини. Прошлый обед так и не был закончен, может, продолжим? И не объясняй, где мы; Клаудио в общих чертах обрисовал ситуацию.

– Клаудио, как ты ухитряешься всё выболтать? Ну неужели красота такое страшное оружие, что не только псы льнут, но и компьютеры снимают перед ней пароль? – длинная речь в пустоту заставляет Великую слегка покраснеть.

Все попытки Клаудио оправдаться отметаю. Он долго гундит, но его нудные выступления жёстко игнорируются.

Вот жизнь, кругом вроде свои, налажено взаимопонимание, но всё меняется, когда приходит красивая женщина. Гнилыми оказываются нитки, которые связывали до этого. Среди друзей-приятелей начинаются заморочки. Появляются подозрительность и напряжение. Даже в небольших коллективах. Впрочем, по уму это всё надо запереть на антресоль и забыть. Скоро, совсем скоро начнутся такие проблемы, встречать которые необходимо всем вместе.

– Всем слушать сюда! – командую, садясь за стол.

– Вся внимание, – мягко шепчет Мария.

Вот женщина, весь боевой пыл одной фразой свела на нет! Делаю зверские глаза и строю жуткую рожу.

– Клоуны уехали вместе с цирком. Военный совет объявляю открытым. Надеюсь, все понимают сложившуюся ситуацию и то, что простых решений сегодня нет. Давайте высказываться и совместно искать тропинки выхода. Великая – прошу!

– Если можно, вкратце проинформирую о том, где находилась, и ситуацию вокруг этого... Сразу после выхода из МпЭса во дворце матери Геры начались, мягко говоря, неприятности. Во-первых, у неё появился новый друг, знакомить с которым меня она отказалась, и вообще, была крайне недовольна причинённым беспокойством. Я пыталась объяснить, что и как, но, кроме ужаса и отвращения, ничего не добилась. Мне прямо указали на дверь, но покинуть замок было невозможно: кабины блокированы, а по периметру войска. Над замком боевые корабли. Мышь не проскользнёт. Что тут началось! У мамы словно помутился рассудок. Сначала хотела рвать и метать. Пыталась выйти на руководство, потом хоть куда-нибудь. Ничего не получилось. В замке – паника... Правда, через пару дней блокаду странным образом сняли да и оцепление тоже. Вот тут стало страшно. Похоже, Координатор потихоньку вышел на связь с Герой, и стала вероятна возможность моей продажи. В том плане, что в доме арестовывать не будут, а просто вежливо попросят покинуть помещение. Пытаюсь увидеть мать, но двери всего крыла наглухо заперты. Пробую выбить тяжёлые дубовые преграды – не получается. Масса попыток выбраться заканчивается пшиком. В бессилии, сжимая кулаки, бегаю по коридору, комнатам. Потом, сообразив, что ведётся наблюдение и метания могут вызвать кое у кого радость, успокаиваюсь и сажусь за компьютер. Раз уж выйти не могу, то в моём распоряжении хотя бы Интернет. Вызываю подружку Ирен – связи нет. По всей видимости, принимать машина может, а выход блокирован. В сплетнях и слухах неожиданно натыкаюсь на заметку о происшествии на вокзале Европии. Виновник шума не задержан; он словно посмеялся над полицией и ушёл. По всей планете поиски. Огромная сумма назначена за голову маньяка. Тысячи людей прочёсывают местность. Судя по результату, эффект нулевой. Если это Андрей, может, и мне попытаться в Европию? Собираю сумку аккуратненько, чтоб никто и не подумал. Оружие под подушкой. Сплю не раздеваясь. Дождавшись обеда, сбив с ног неуклюжего слугу, ухожу. Приёмник изучает жетон и открывает доступ. Ставлю бластер на максимум и ввожу код планеты. Привычно темнеет. Дальнейшее вам известно лучше. На нас объявлена охота по всем правилам. В данный момент вся мощь Координаторов сосредоточена на поисках. Найдут и уничтожат, свидетели не нужны, даже на суде оправдаться не позволят. Правосудия и не будет. Есть человек, есть проблема, нет человека – проблем тоже нет.

– Мария, ваши предложения, – не выдерживает итальянский друг.

– Раз уж мы вне закона, значит, и закон не для нас. Вся болтовня о величии со школьной скамьи не имеет права на существование, если величие боится собственной истории – того, что прошло давно. Надо наведаться к кому-нибудь из Координаторов, попробовать договориться – всё проще, чем воевать со всей галактикой.

– Великая, каковы шансы действенности беседы? Наобещать могут горы, мы ж практически покойники, а делать ничего не будут, – встреваю я.

– Шансы невелики и гарантий нет, но не сидеть же сложа руки, ожидая, пока за нами придут...

– Идея, конечно, неплоха, – продолжил прения Клаудио, – но в Совете тоже не дураки сидят. И охрана, наверняка, не подпустит и близко. Будем уничтожены, ещё не вступив в схватку. Если рискнём принять вариант Мэри, надо быть готовыми умереть, не дойдя до цели; впрочем, другие варианты ещё опасней.

– Хорошо, – вступаю в дебаты, – если доберёмся до цели, то наши гарантии Координатору о полном молчании могут звучать неубедительно. Необходим шаг, который покажет Совету нашу лояльность. Великие многого добились. У их ног галактика. Не знаю, где сейчас человечество, но на данном этапе оно не противник, а скорее союзник. Возможно – соперник, конкурент, но не враг. Вселенная огромна. Места хватит всем. Необходимо привлечь научные силы и как-нибудь обосновать божественность вашей расы. Это оградит нацию от величайших потрясений. «Сеятель» должен быть готов к уничтожению: он единственная улика, которая реальна и которую не сбросить со счетов. Если говорить с Советом в таком ключе – появится шанс. Кстати, Клаудио, я же просил прикинуть возможность старта до Земли.

– Ничего конкретного. Но линия МпЭса, однажды намеченная, не теряется, если не разрушены приёмные терминалы. Поэтому вероятность успеха довольно значительна.

– Что ж, примем как запасной вариант. Неплохо, когда есть куда улизнуть. Значит, решение единогласное. Нас так прижало, что выход, к глубочайшему сожалению, один. Стартуем к Координаторам. Клаудио, как безопасней к ним подобраться? И главный вопрос: есть ли какая-нибудь возможность отходного манёвра?

– Если можно так выразиться, заплечными делами заведует Великий Егорий. Сумрачный ореол, над резиденцией своеобразный защитный купол. Без особой необходимости там никто не появляется. Места тихие, кругом горы. Невозможно подобраться ни с воздуха, ни с земли. Самый безопасный вариант – это высадка, рекогносцировка местности, а дальше как бог на душу положит.

– Буратино, спагетти себе на нос мотай, ждём от тебя код тамошнего портала, и не говори мне о нереальности. Кстати, ты мне не показал кнопку твоего выключения.

– Андрей Егорович, никакой кнопки нет. Знаете, это, в конце концов, не этично. Я не калькулятор какой-нибудь. Мне нельзя надолго отключаться. Сотрётся важный файл – всё, вилы. На восстановление уйдёт пропасть времени. Вполне возможно, что после реставрации буду совсем не я. Пара таких потерь, и получишь монстра, с которым не работа.

– Короче, очкарик, код кабины сможешь раздобыть? Лазить по горам с таким плеером, как ты, на шее очень опасно. А верёвочка порвётся, и в пропасть. Может, и выживешь, но найти вряд ли получится. Представляешь, валяешься среди груды камней такой умный, и никому до тебя дела нет. Поэтому напряги извилины и найди. Хозяйка, как с боезапасом, не весь спалила? Произведи, пожалуйста, переучёт всего. Запасись продуктами. Даю два часа на подготовку, сбор в столовой. Клаудио, на тебе уничтожение корабля. Если договоримся с Координатором, он должен быть немедленно уничтожен. Подготовь изменение траектории «Сеятеля». Цель – светило. Оно голубое? Красиво, наверное.

Мы с Мэри поднимаемся и расходимся по каютам. Раскладываю арсенал. Первым на чистку, конечно, «генерала Калашникова». Разбираю автомат, тщательно чищу ствол и самую мелкую детальку. Всё блестит, как медный тазик. Собираю из озорства с закрытыми глазами. Набиваю магазины, проверяю соединяющую их изоленту, не перетёрлась ли. Остальные машинки готовлю не менее тщательно. Не дай бог, в бою подведут. Вот жаль, с гранатами плохо. РГД не остаётся. А светошумовые лично мне не нравятся. Свет, грохот, а результат может быть минимальным. Но что есть, то есть. По ретранслятору Клаудио сообщает, что труба зовёт. Оружие готово, боезапас упакован, сумка с амуницией у ног.

Собираемся в столовой. В воздухе разлито напряжение. Настроение несколько мрачноватое. Мандраж перед боем – событие рядовое. Практически всех чуть поколачивает. Дама присаживается и королевским жестом предлагает последовать её примеру.

– Есть у кого-нибудь идеи, могущие сменить планы? Если нет, жду предложений по времени старта. Начни-ка ты, Клаудио. Информацией владеешь на порядок лучше нашего.

– Значит, так. Координаторы собираются на вече через двадцать четыре часа. Безусловно, Егорий будет присутствовать. Имеется возможность выйти на личный портал Первого и в спокойной обстановке подготовить домашнюю встречу.

– Клаудио, – интересуется Маша, – есть планы замка, сведения о наличии охраны?

– Пожалуйста.

Над столом возник объёмный план замка. Бессчётное количество комнат, коридоров. Разноцветные линии ходов, искрящиеся силовые установки. Голубые бассейны и прилегающие к ним сауны, громадные холлы и приёмные. Очень скромно живут Координаторы! Хотя эта сторона местной жизни никогда сильно меня и не интересовала – не в роскоши счастье.

Самые лучшие минуты – когда свободен. Моя робинзонада – вершина счастья. Ведь роскошь тянет за собой ложь и горе, а постоянная охрана мало чем отличает волю от зоны. Что ешь лучше да спишь мягче? Вопрос в цене. Впрочем, может, так живёт большинство Великих. Вон замок Мэри тоже немаленький.

Впереди весёлая жизнь. Маша в блестящем ртутью комбинезоне, обтягивающем тело, демонстрирует прекрасную фигурку. Единственный диссонанс – оружие на хрупких плечах. Терпеть не могу женщин в форме. На Земле, в американских боевиках, исходя из политкорректности, обязательно присутствует похожая очаровашка, бряцающая пушками как мужик. Только всё-таки назначение женщины совсем другое. Будь моя воля – Марию в команду не взял бы. Но, к сожалению, судьба распоряжается не спрашивая моего мнения.

Мэри с компьютером обсуждают вероятные передвижения, удобные места для ловушек. Красной точкой горит ниже уровня земли кабина портала. Необходимо будет тщательно обследовать весь этот этаж. Совершенно непонятно, каким образом Егорий, выйдя из МпЭса, попадёт к себе? Должен быть лифт или платформа перемещения. Придётся обыскивать всё и, исходя из обстановки, продвигаться дальше.

Клаудио распоряжается насчёт кофейку с булочками. Прихлёбывая напиток, спокойно обсуждаем мелкие детали.

Появляется обиженный пёс с немым укором в глазах: в смысле – кушаете, а товарища позвать слабо? Отворачиваю голову, пущай теперь новая хозяйка подкармливает. Мария, скорее всего назло мне, кладёт в миску свежеприготовленные отбивные и изящно ставит у стола. Мгновение, и мясорубка Шарика смолотила котлеты. Жалобные глаза больше не смущают душу. Хватит. Все мысли Великая переключила на одну из идей, без устали бороздящих её мозг. Ловлю краем глаза недовольную морду и улыбаюсь – так тебе и надо, шнурок!

Пока есть свободное время, можно покачать железо в спортзале. Надо сказать, оснащение этого комплекса превосходит все мечты. Имеются любые тренажёры и инвентарь. Скуки ради решаю заняться фигурным катанием; спустя пять минут к моим услугам великолепная ледовая арена. Красивые и удобные коньки садятся на ногу как домой. Помнится, в детстве босоногом в каждом дворе были катки, с тех пор уверенно держусь на льду. Рискую и делаю несколько довольно сложных элементов. К своему удовлетворению, до сих пор многое могу.

Раскатавшись по всей ширине площадки, замечаю, что оказался под пристальным прицелом голубых глаз. Мария со смесью удивления и восхищения рассматривает мои пируэты. Вполне естественно, усложняю программу и после нескольких успешных прыжков со всего маха знакомлюсь с гладким льдом. Удар настолько силён, что первое время даже дышу через раз. Великая, прихватив аптечку, оказывается рядом.

Лёгкий массаж возвращает к жизни. Поблагодарив подругу, на полусогнутых добираюсь до скамейки и минут десять прихожу в себя.

– Спасибо, Маша! Вроде отпустило. Вот, старый, докрутился.

– Да какой ты старый? На тебе ещё пахать можно!

– Нет, вот пахать не надо...

Все женщины одинаковы – простые и богини. Ничего не попишешь, им необходимо нравиться мужчинам; не удивлюсь, если какие-то специальные гормоны для этого выделяются.

– Андрей, не презираешь ли ты всю нашу расу, что она создана всего лишь вашей машиной, как я поняла, одной из множества?

– Маш, во-первых, во всех роддомах множество машин и компьютеров помогают человеку появиться на свет. Но люди не считают себя обязанными какой-то железяке. Так и в вашем случае. Вы не люди, созданные машиной. Вы люди, если угодно, Великие, которым на свет за отсутствием акушерки помогла появиться пусть исключительно умная, но машина. Вы это вы. Тем более что о вашем происхождении я забыл месяц назад. И если бы не эта идиотская ситуация, то и дальше с удовольствием знакомился с буйством жизни в этих сказочных мирах. Завидую вашему энтузиазму первопроходцев, уверенности в будущем. Знаю, как бы ни скрипело земное человечество, ему придётся принять вашу параллельную цивилизацию как равноправную. А заерепенятся, найдёте способы заставить сделать это. Прекрасные светлые миры, созданные вами, и даже тёмные и некрасивые – не хуже задрипанного быта человечества. У землян лишь засранная планета, наркотики, алкоголь, машины, которые часто подводят. А, да что говорить! Везде есть плюсы и минусы. Но именно в разнице и сила всего человечества. Может, будут столкновения и даже войны, гибель тысяч, но видится и величие будущего. Ваша свежая кровь вольётся полной водой в общую реку. Наша же задача на сегодня скромнее – банально спасти шкуры. Предстоящая схватка довольно проста. Она или удастся, или нет. Погибнем или выживем – кроме нас это никому не интересно. Хотя я бы ещё пожил. И драться за каждый день буду руками и зубами.

Расходимся по каютам в хорошем настроении. А час икс приближается. Идём в логово зверя, а, если учесть, что гости мы нежданные, предстоящее слегка заводит. Моральный дух на удивление высок: ведь терять нечего, а приобрести можно всё, поэтому и рвёмся в схватку.

Не выдержав пытки одиночеством, иду к Мэри узнать, были ли ранее штурмы резиденций Великих. К сожалению, информации на эту тему не оказалось ни у неё, ни у Клаудио. Но всегда находятся первые, что поднимаются на недоступные ранее вершины. Штурмуют полюса, делают первые шаги в космос. То есть на ранее неодолимые препятствия всегда проходит первый. Любопытство – движущая сила человечества. Узнать, есть ли предел? Что за горизонтом? Есть ли жизнь на Марсе? Миллионы вопросов, и на каждый когда-нибудь дадут ответ. Вдвоём будем брать крепкий замок, а это любопытно. Страшновато, но любопытно.

Сборы закончились у кабины.

– Присядем-ка на дорожку по старому русскому обычаю.

– Андрей, расскажи, кто такие русские?

– Попозже, если доживём.


Глава 17 | Схватка за параллель | Глава 19