home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 38

Громадный зал качается в глазах. Великая сотни раз перемещалась, однако этот бросок совсем не похож на обычный. Временной интервал броска очень длителен. Ладно, шли в скафандрах, никто не знал, что за атмосфера на той стороне. Мэри сквозь стекло шлема определяет – с Ольгой всё в порядке. Скоро очнётся, но на всякий случай убирает оружие подальше. Начнёт ненароком руками махать, сломает что-нибудь. Всё обходится, и их крохотная группа в полном составе, чуть приведя себя в порядок, начинает осмотр территории. Перед ними огромный зал, слегка освещённый через зелёные светофильтры и совершенно пустой. Местный портал состоит из совсем маленького помоста и крохотного пульта управления. Всё до того миниатюрно, словно сделано для детишек.

Клаудио сканирует помещение и определяет направление на выход. Девчонкам приходится изрядно повозиться, навьючивая на себя самое необходимое. Бросок не прошёл бесследно для кара. Пламенный мотор машины приказал долго жить, превратив совершенно необходимую технику в небольшую груду металлолома. Оглядывая с сожалением бренные останки и сгибаясь под тяжестью мешков и сумок, они идут к выходу. Клаудио всячески старается поднять боевой дух команды, травит анекдоты, шутит и совершенно неожиданно врубает запись импровизированного концерта на вокзале Атлантиды.

Буквально с первых строчек Мария начинает вслушиваться, и вскоре ровный чистый голос, уверенно беря высокие ноты, нагоняет лёгкий туман на мозги. Заставляет переживать, радоваться вместе с ним, подниматься в небеса и срываться в преисподнюю. Мощь слов сравнима с магическим действом. Она как губка выпивает силы до капли, и группа, морально деморализованная, падает на гранитные ступени, жадно глотая рифмованные строчки. Наконец Клаудио осознаёт, что ничегошеньки не понимает не только в женщинах, но и вообще в жизни, за исключением, пожалуй, формул.

Уже давно стихли последние аккорды, но никто не в силах стряхнуть с себя наваждение. Что касается Ольги, та вообще сидит чурка чуркой, не реагируя ни на что.

– Клаудио, ещё раз поэкспериментируешь, растопчу! Головой думай! А если враг не дремлет? Напарница неизвестно когда придёт в себя. Хотя твои попытки поднять боевой дух обычно успешны, но Андрея больше без особого распоряжения не цитировать. Вообще страшное дело песня, – на одном дыхании выдаёт Мария.

– Ты права, и моим железным мозгам не помешает апгрейт. Надо же, несколько мелодичных историй, а каков эффект!

– Мне теперь понятно то скопление народа, мгновенно окружившего Андрея, позволившее нам спокойно пройти по пустому залу; вполне вероятно, и ищейки влились в толпу зрителей. У них и ума не хватило, что перед ними наиглавнейший преступник в галактике. Боже, как я хочу увидеть его живым и здоровым! Пусть только какая сволочь попробует тронуть хоть волосок на его голове – уничтожу! – с медленным, даже могильным спокойствием сообщает Маша.

Ольга уже уверенно смотрит на мир и даже вклинивается в разговор, пытаясь пошутить. Великая, сориентировавшись по времени, двигается к воротам. Они поистине огромны, но, несмотря на размеры, сделаны так, что и лезвие ножа никуда не засунешь. Специально для этих дел и таскает Мэри отца народов – Клаудио. Разъёмы соединены, несколько секунд – и огромные металлические створки бесшумно открываются. Чистый воздух наверняка закружит голову, но скафандры ещё не сняты, поэтому вдохнуть свежесть утреннего ветерка девчата смогли лишь немного попозже.

То, что казалось в помещении светом, оказывается лучами чудеснейшего светила, изумрудные лучи которого раскрашивают пейзаж причудливыми красками вечного лета. Газоанализаторы скафандров показывают практически стандартный состав атмосферы, такой же, как на большинстве обитаемых планет. Кислород, азот и остальная мелочёвка, вредные микроорганизмы отсутствуют. Шлемы перекочёвывают в рюкзаки, а лёгкие, практически невесомые скафандры остаются на телах.

Клаудио сканирует все радиочастоты и даёт короткий сигнал: «Мы здесь!». Ответ приходит тут же: «О’кей!». По этому сигналу группа ждёт указаний, тщательно замаскировавшись и соблюдая режим полного радиомолчания. Душа Великой ликует. Жив! Он жив! Огромные усилия скрыть радость помогают мало. Даже Ольге всё становится ясно. Огромное дерево с гигантским дуплом на время приютило их. Здесь сухо; лёгкие листочки, залетевшие в ветреную погоду, высохли и стали крошиться в пыль. Зато становится ясно, что никто в этом месте не бывает. Девчата, определившись по времени, решают пообедать. Сухой паёк быстро набивает желудки и даёт силы молодым организмам, хотя, конечно, со вкусом у него, мягко говоря, не очень.

Температура на природе в пределах плюс тридцати. В дупле прохладно, и лёгкий полумрак слегка скрывает лица. Они ждут. Но безделье быстро начинает приедаться. Меж тем пожаловали гости – довольно большое стадо диких свиней. Расположились в тенёчке, хрюкают; их запах быстро пропитывает воздух. Кабаны ведут себя по-хозяйски. Малыши шныряют по зарослям, обгрызая верхушки, и вскоре от кустов остаются короткие без коры ветки. Красота пейзажа начинает тускнеть. Большие животные перекапывают всю поляну. Кучи чёрной земли вырастают то тут, то там, словно надгробные цветники на кладбище. Так умирает красота. Неожиданно огромный вожак издает рёв, и по команде стадо двигается дальше.

Прежде уютное и чистое дупло пропитывается вонью, и уют исчезает словно дым. Мэри даёт команду на передислокацию, тем более, Клаудио определяет направление передачи. Уже смеркается, но маленькая группа всё равно отправляется в дальний путь. Если Андрей даст команду, они будут рядом и мгновенно ввяжутся в любую драку. А сидение в дупле, конечно, спокойнее, но без толку. Скафандры бережно упрятаны около убежища под толстым слоем мусора, благо после свиней его море. Да и наименее нужные вещи тоже прибраны. Реальность такова, что в дальнем походе они не пригодятся, а будет нужда – за ними можно и вернуться. Теперь вооружённые, отлично экипированные женщины готовы к любым испытаниям.

Местность впереди равнинная, трава невысокая, и идти довольно легко. Не беспокоят насекомые. Разве что пролетит над головой ночная птица, некое подобие совы, бесшумно махая огромными крыльями. Из-под ног часто выскакивают маленькие зверьки, спеша по своим делам; им глубоко безразлична опасная миссия. Сквозь приборы ночного видения всё как на ладони; на обозримом пространстве мир и покой, а ориентировочное направление – оно и есть ориентировочное и вывести может совсем не туда, куда надо. Итальянец постоянно в эфире, ищет малейшие зацепки для уточнения вектора движения.

Несколько раз за сутки доли секунды идут невероятно плотные передачи. И сейчас суперкомп изо всех сил пытается найти ключ. Успеха попытки не приносят. Но что для машины время? Не лезет здесь, пробует тут. Клаудио нарвался на достойного соперника, и ему необходимы мозги Великой. Он предлагает объявить привал и совместно поработать над возникшей проблемой. К консенсусу приходят быстро, и в уютном местечке рядом с журчащим ручейком в небольшой рощице команда устраивается на ночлег. Быстро установлена палатка, в кружках на спиртовке закипает кофе; Мария надевает электронные присоски на виски, лоб и становится нереально красивой, словно кукла на ниточках в театре марионеток. Работа длилась практически всю ночь, но найти брешь в электронной броне не удаётся. Мэри отключается, и разбудить её может разве что мышь за пазухой.

Утро. Ольга готовит кофе и в утреннем свете рассматривает место ночлега. Для пикника оно выбрано превосходно – и вода, и лесок, но, случись что, на такой позиции не удержаться и пары минут, да и элементарно не укрыться. Невдалеке довольно высокая кучка камней: на ровной, словно столе, местности это целая гора, и вид оттуда значительно расширит кругозор. Несколько минут уходит на проверку возможных опасностей для Великой во время её отсутствия.

Горизонт пуст; небольшие группки животных, похожие на оленей, мирно пасутся на этой лубочной картинке. Передёрнув затвор, Ольга делает быстрый рывок к камням. Наверху небольшая относительно ровная площадка. Бинокль, обшарив все окрестности, ничего не помог обнаружить. Лёгкий утренний ветерок приятно расслабляет. Где-то далеко, на линии горизонта, что-то мелькает. Оптика сама прыгает к глазам. Девушка закусывает губу. Стая драконов летит мимо. Уже давно вошло в плоть: если уроды летят, прячься. Но здесь-то они дома, и охота на одиночек вряд ли им интересна. Огромный клин скрывается из виду, равномерно размахивая гигантскими крыльями.

Ольга, не обращая внимания на ворчание Клаудио, бежит за свеженькой водичкой. Тоненькая струйка быстро приводит в чувство Марию. Открываются огромные голубые глаза, в которых пусто. Но чуть позже проволочки мыслей закружились в уставшем мозгу, и горячая кружка крепчайшего кофе быстро наводит там порядок. Буквально в течение пяти минут Мэри готова к действиям, хотя неудачная попытка дешифровки всё же накладывает негативный отпечаток на настроение.

– Клаудио, что скажешь? Почему ты, такой умный, ничегошеньки не смог прояснить и меня измучил? А вдруг неприятности рядом? Надо же иногда просчитывать ситуацию. Понимаю, противник серьёзный, но ты-то мужик азартный. Разработай стратегию и тактику для следующего раза. Иначе доиграемся, будь уверен.

– Мария, девочка, постоянно кручу в мозгу эти передачи, но пока пусто. Код такой сложности, что лишь завтра к обеду будем иметь некоторые варианты его расшифровки. А пока советую в этих чудесных местах ненадолго задержаться.

– Советчик нашёлся! – возмущается Великая. – Ты предложи ещё в жмурки поиграть в этих Богом любимых местах. Да и сухой паёк надоел. Ольга, сбегаем на охоту. Если завтра расшифрует, узнаем хоть, куда идти. Может, топчем ноги совсем не в ту сторону.

– Давай, конечно. Я тут недавно заметила стадо животных, похожих на оленей. Они всего в трёх километрах.

Женщины быстро собираются на охоту: с собой только оружие. Тень невысоких деревьев и благодатная прохлада окутывают тела лёгким покрывалом свежести. Походка становится неслышной. Скользящий шаг практически бесшумен среди шороха листвы, чириканья каких-то пичужек, а лёгкие маскировочные комбинезоны позволяют оставаться совершенно незаметными. Рядом с ручьём на них вылетает огромный, видать сомлевший от жары, кабан. И нарывается прямиком на выстрел. Мощная пуля останавливает его насовсем, пробив в голове дырищу, в которую спокойно войдёт кулак. Дикий визг охотниц разрывает деревенскую, такую пасторальную тишину.

– Мясо!

А ведь ещё совсем недавно они следили за фигурами: ни грамма жира, ни там холестерина, а мучного вообще не моги. Здесь по-другому; уставшие молодые организмы требуют калорий без счёта, если кто хочет свести дебет с кредитом, хай сидит на диване и кушает капусту. Мысли об особой женской доле значительно поднимают настроение, и костёр получается приличный, несмотря на все предосторожности. Стреляя струйками ароматного пара, жарятся на камнях огромные куски мяса. Кровь течёт по изящным подбородкам, дожидаться готовности невмочь. Такой аппетит нагулять можно, разве пробежав километров шестьдесят.

За трапезой и обычной женской болтовнёй проходит довольно много времени. Совсем утрачена бдительность, и змея они разглядели только метров со ста. Тот уже приготовился выдохнуть пламя, как Ольга забрасывает Мэри в ручей, спасая Великой жизнь. Он довольно глубок. Алая, словно кровь, пыль огромным облаком накрывает место падения. За мгновение до вынужденного купания Великая отдаёт два приказа. Подключиться к индивидуальному кислородному баллону, что входит в обязательный комплект лёгких скафандров, и второй: ни в коем случае не высовываться на поверхность воды. Ольга привыкла подчиняться приказам, особенно отданным в экстремальных условиях.

Проходит немало времени, и алый тон неба снова становится изумрудным. Пыль отозвана, но куда? Если змею надоедает война и он уходит, тогда да, победа, литавры и салюты. Но если снова готовится ударить – всё, конец. Регенерация воздуха возможна в пределах часа, и сейчас этот интервал кончается. Дышать становится нечем. Теперь уже не важно в принципе, от чего погибать, и со страшным криком в веере брызг Великая обрушивает всю мощь оружия в направлении гада. Разряды плавят землю буквально до камня, огромные клубы дыма и пыли поднимаются в воздух. Тот разогревается до гигантской температуры и уже, быстро высушив, жжёт одежду и кожу. Змеюка бы не уцелела, если бы осталась на месте. Выныривает Ольга с ошалевшими глазами. Отбрасывает трубку и жадно дышит горячим воздухом. Ей не нужно ничего говорить: беглый взгляд позволяет видеть всё. Возможно, достаётся и Марии, но не вслух.

– Ничего, Великая, оружие при нас. Боекомплекта ещё достаточно для серьёзного боя. Животные бегают, еда хорошая. Вода на каждом шагу. Связь и компьютеры при нас, только потеряли часть тряпок. Запас боевой, конечно, жалко, но и бой будет, скорее всего, один. Остальное – дело мозгов. Я верно мыслю, Великая?

– Спасибо, Оль, нервы ни к чёрту. Надо же – начать стрелять, не видя цели. Могла и тебя сварить. Боже, надо успокоиться и уйти отсюда ночью. Тем более, уже сумерки, – небо и правда темнеет и становится похожим на тёмно-зелёный леденец на палочке.

Собираются в спешке. Это не трудно, когда из вещей два излучателя да винтовка с двумя десятками патронов. Из одежды только комбезы. Ни тебе смены трусиков, ни других предметов личной гигиены.

– Ольга, пойдём в ту ближайшую башню, там попробуем пошарить. А то в таком гадком виде невозможно успешно воевать.

– Великая, ты считаешь, мы деморализованы?

– Упаси бог, сейчас порвём на лоскуты любого, а вот завтра. Прикинь: грязные, вонючие... фу!

– Получается, надо делать сегодня. До башни километров пять. Мы налегке, добежим минут за сорок.

– Клаудио, у тебя есть что новенькое для наших бедных мозгов? – спросила, лишь бы не молчать, Мэри.

– Девчата, ещё немного, и расшифрую, все ресурсы бросаю на это. Если есть возможность, не отвлекайте.

– Во противный, – фыркает обиженная Оля, – можно подумать, мы тут на солнышке загораем.

– Разговорчики, давай вперёд!

Идти легко. Жара спадает, но ещё вполне светло. Некоторые части башни освещены внутри, и та становится похожей на обычный земной небоскрёб где-нибудь в Нью-Йорке. Но девчата там не были, им не с чем сравнивать. Они привыкли к другой архитектуре – готике замков и дворцов. В их параллельной цивилизации даже небогатые существа живут, вернее, жили вполне достойно. Но таких высоких сооружений, что своими верхушками цепляют облака, они ещё не знали. Ноги ступают по широкой дорожке, крытой чем-то вроде бетона, но мягкой и тёплой на ощупь. Идти становится веселее. Через полчаса, перевалив за небольшой бугор, они останавливаются в полнейшем недоумении.

На широкой плоской равнине стоит большой транспортный космический челнок. Невдалеке под сенью, так сказать, раскинулся палаточный городок, залитый светом мощных прожекторов. Мария без слов падает в невысокую травку, отчаянно ища хоть какое укрытие. Ольга занимает лежачее положение даже раньше. Давно заученными движениями девчата отдаляются друг от друга. Включаются микрофоны и динамики, связь позволяет чувствовать близость.

Нужна разведка. Мэри делает знак и уходит в ночь. Напарница прикрывает и в случае неудачи с большой долей вероятности вытащит Великую из неприятностей. Время тянется медленно. Оля успевает приготовить надёжное убежище из небольших камней, нескольких палок, травы. С двух шагов не заметишь. А обзор полный. Даже современные средства обнаружения ничего не найдут. Холм как холм – мало ли таких шишек на ровных местах! Приводя в порядок убежище, ни на мгновение не выпускает из поля зрения напарницу. Та уже ухитрилась облазить две трети палаток и упрямо исследует остальные.

– Слева, – Ольга продолжает информировать Мэри об опасности – человекоподобном силуэте, появившемся в самой дальней палатке.

Даже на таком расстоянии он ощутимо тяжёл и очень, очень опасен. Мария замирает, располагаясь в небольшой расщелине. Возможно, придётся лежать так, не шевелясь, целую вечность. И, предупредив Ольгу, врубает защиту комбинезона, быстро исчезая из поля зрения. Лязгая металлом, противник совершает обход территории. Скорее всего, это робот: уж очень тяжелы шаги. Мэри он не обнаруживает, и, если сейчас прекратит обход, вылазка для Великой получится удачной, но со стороны башни очередная неприятность. Огромные металлические ворота распахиваются, и около двадцати железных гуманоидов строем двигаются в их направлении. Что-то смущает Ольгу в походке, какая-то странная незавершённость. Монолитный шаг до того точен и выверен, что не приходится сомневаться в их компьютерном происхождении. Парадная коробка бодро идёт к лагерю.

– Мэри, их двадцать, идут к нам. Машины тяжело бронированы и довольно быстры.

– Точнее ничего?

– Нет, судя по шагам, не торопятся, а ведь могут гораздо быстрее.

– Ольга, они минуют лагерь, и, сдаётся мне, необходимо проследить за этой бандой. В палатках пропасть аппаратуры и пыль, ей лет сто никто не пользовался.

– Великая, они к шаттлу. Окружают почётным караулом. Совсем непонятно. Что там может быть важного для такого эскорта?

– Сейчас и проверим. До люка добраться можно?

– Я бы лично не рискнула.

– Давай направляй, видишь нарукавную повязку?

Ольга ахает. Мэри всего в десяти метрах от первой шеренги караула.

– Веду. Резко вправо десять метров. Хорошо! Прямо пять. Замри! Рывок на десять метров. Тихо! Ещё влево пять и прямо десять.

– Оля, нормально, вижу. Проследи за железяками.

– В крайнем случае, отвлеку, не переживай. В винтовке есть патроны, и оптика отличная.

– Только в самом крайнем случае.

Светает. Мария замирает, на максимум включив маскировку скафандра. Люк корабля рядом и открыт. Роботы дружно таращат зенки в противоположную сторону. Но что там внутри? Лучше не спешить. Проходит пара часов, наконец в корабле слышится некое шевеление. Выдвигается трап: пара машин идут первыми, а за ними Андрей с мальчишкой. Замыкает шествие ещё пара роботов – конвой. Люди спускаются, и их мгновенно окружает бронированная коробочка; никак не помочь. Но ещё не вечер.

– Ольга, ты видишь?

– Да. Они возвращаются в башню. Но эту ораву нам не сделать.

– Пока и не нужно. Надо было бы, уничтожили ребят сразу. А так? Значит, нужны. Но что они делали в старом корабле? Необходимо уточнить. Я внутрь, чуть что – дай знать.

– Может, вместе?

– Нет, сама подумай: из этой ловушки вдвоём не вырваться; поди, и наших так взяли. Глупо рисковать.

Сероватая тень мелькает в люке. Глухая тишина опускается на холм. У Оли глаза слезятся от постоянного вглядывания. Всё спокойно. Изредка мелькают силуэты небольших птиц, да похожие на крыс животины носятся между шасси челнока.


Глава 37 | Схватка за параллель | Глава 39