home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 45

Такое мы уже давно не считаем путешествием. Я даже не заметил, гас ли свет. Что мы на месте, говорит намного более простая обстановка портала. Дверь отъезжает в сторону, и перед нами пустынный холл. Несколько служителей правопорядка с вилами на кокарде провожают тяжёлыми взглядами. Фотоэлементы распахивают двери, выталкивая нас в жару украинского лета. Луганск. Небольшой город на востоке Украины. Красивые добрые люди. И какая сволочь пытается поссорить нас, славян?

В лучах солнца сверкает суперсовременный торговый комплекс «Луганск-сити». А что, и тут живут люди. На улицах много народа: кто спешит по делам, кто тянет время до вечера, кто просто гуляет с детьми в хороший летний день. Всё, как у нас, вот только одеты чуть попроще, да мягкий сочный язык завораживает музыкой слов. Удивительно красивые девушки просто ходят по улицам без малейшей охраны. Вполне естественно, мы в центре внимания. Даже резкие фразы моих вопросов ничуть не снижают к нам интереса. Нас готовы проводить хоть в спальню.

Короче, как найти Хохла, я знал уже через час. Паренёк и в самом деле не простой. Кто говорит о нём с плохо скрываемым восхищением, кто с лютой от бессилия ненавистью. Да, похоже, это один из основных менов города. Дальнейшее всё просто. Снимаю скромный номер в гостинице с громким названием «Украина». Оставив зверя караулить в номере вещи, крутанулся на рынок, где при помощи европейской валюты узнаю некоторые подробности жизни местного полукриминального общества. Оказывается, наш Иван Васильевич большой любитель и знаток собачьих боёв. Они проводятся на окраине города в значительно опустевшей теперь промзоне. Что же, место выбрано как по заказу. Там-то я его и встречу.

Водитель такси некоторое время очень плохо понимал по-русски, но, услышав шелест купюр, заговорил, да ещё как! Вскоре я в мелочах знал всё о местной власти, о ситуации в стране, его мнение о России. Я уж, грешным делом, думаю: не напрасно ли я засветил деньги? Видя, что он моего возраста, бью одним ударом:

– Ты как относишься к распаду Союза?

В ответ долгое молчание, сопение. Визг тормозов у места назначения позволил шофёру уйти от ответа. Деньги с солидными чаевыми берёт молча, отводя взгляд. Да, видимо, и тут всё не так просто. А где у нас просто?

Я стою на небольшой площади с сильно выщербленным асфальтом под ногами. Неподалёку прогуливается группа хорошо одетых людей. У каждого на коротком поводке собака бойцовской породы. Возле полуразрушенного здания тесно от крутых машин. Видимо, там проводятся поединки. А пока – дефиле собак и людей. Один из присутствующих выделяется из толпы; нет, не внешностью, а отношением окружающих. Это главный. А кто у нас главный? И собака у него под стать – бультерьер устрашающего вида, кстати, чем-то похожий на хозяина.

Несколько десятков шагов до стоянки совершаю в полном одиночестве в расчёте на то, что мой зверь появится в нужный момент. Вполне естественно, среди крепко спаянной общим интересом компании я выгляжу белой вороной, привлекая к себе всеобщее внимание. Впрочем, суперсовременный прикид и врождённый интеллект позволили первые секунды знакомства обойтись без перестрелки. А это через пару минут дало возможность резко изменить соотношение сил. Здоровенный бугай при галстуке несколько развязно интересуется целью моего прибытия. Поскольку врать мне незачем, говорю честно:

– Понимаешь, задолжал мне малость Иван Васильевич. Надо бы тему обсудить, – вкратце делюсь информацией.

Бугай отходит, и по оживлённой жестикуляции понимаю, что моё предложение заинтересовало нужного человека. Иван Васильевич собственной персоной с чудовищным бультерьером знаком предлагает подойти поближе. Поскольку не барин, и он мне гораздо нужнее, чем я ему, иду.

– Я приветствую господина Хоменко. Не скажу, что рад знакомству, но ты меня заинтересовал.

– Человик, ты кто?

– Конь в пальто. Я, если уж по-взрослому, твоя смертушка! – случайная фраза делает лицо партнёра по разговору гораздо белее бумаги.

– Не понял, у тебя есть что предъявить? – он быстро приходит в себя, беря ситуацию под контроль.

– Мне нужен код доступа к компьютерной системе «Сеятель-482». Кто я – спрашивать не нужно, и твоя бывшая контора тут ни при чём...

– Грицко, ко мне!

Перекачанный громила, вид которого может испугать только маленького ребёнка, да и то лишь лет до четырёх, рысью, другой аллюр не проходит, бросается в нашу сторону. Но все конкретные пацаны моего детства знали, что встречный удар в коленную чашечку сваливает любого. И Грицко теперь тоже знает. Хозяин, похоже, стал относиться ко мне посерьёзнее, но явно недостаточно. Я бы посоветовал ему сдаться, а не звать всех на помощь.

Бандитская свита в составе десяти бойцовых псов, конечно при людях, окружила нас на раз.

– Иван Васильевич, убери щенков, и тех, и других. Я пока ограничусь просьбой, – моя последняя попытка по-любовному уладить конфликт.

– В твоём положении просьба никого не задевает. Но и этого не нужно – на потраву пойдёшь, псам на развлечение. Я даже не буду узнавать, кто послал тебя.

– Зря ты так, геймер хренов. Смотри, вот Шарику пожалуюсь!

– Парни, по моей комаде рвать его! – команду готовы выполнить все.

– Шарик!

Шарик, Шарик, чем дольше мы вместе, тем больше вопросов – кто же это создание? Собака, пожалуй, но только с виду. А на самом деле всё не так просто. Выход Шарика напоминал военный парад, где участники представляются главнокомандующему. У меня создалось впечатление, что Шарик был доволен этим действием: уж очень долго он прохаживался перед своими подданными.

Я всегда думал, что шестёрки бывают только среди людей. Теперь осознаю – ошибался. Десяток свирепых бойцовых собак одновременно прыгают и приседают, поджав хвосты – это надо видеть. Мне даже завидно стало. Кто бы меня так встретил?!

Хоменко побледнел. Видимо, зверь внушил ужас. Выбор всегда есть – говорить или молчать. В первом случае можно остаться с ногами, которые сейчас находятся в пасти Шарика, во втором – лучше и не представлять. Сложно без ног-то ходить, неудобно.

Здесь впервые я воочию оценил достоинства пса. Он не рычал, не рвал поводок, он даже не внушал ужас. Он был им!!! Собственно, мне оставалось только чётко сформулировать вопросы, и, надо сказать, мне это удалось.

– Итак, повторяю свой вопрос: мне нужен твой личный код доступа к компьютеру «Сеятеля». Подчёркиваю, личный. Я совершенно не интересуюсь обычным набором ключей, сам понимаешь, это банально. Ты кое-что сделал неправильно, есть призрачный шанс исправиться или умереть. Итак?

– Да что ты ко мне прицепился, я и думать забыл про ту чёртову работу. Какой пароль, убей не вспомню! – он почти кричит.

– Придётся. Иначе помрёшь не от петли, от боли. Эх, и не завидую тебе. Спрашиваю последний раз.

– Ну, хорошо, пиши, – Шарик только слегка сжал челюсти.

– Не тратя время, быстро переписываю цифры в блокнотик. И тут же понимаю, что Хохол не врёт. Ай да Шарик! Я ясно ощущаю его в своей голове. Это очень необычно, словно кто-то на важном экзамене суёт тебе в руку мятую влажную шпору. Вот так, по-будничному просто решается основной вопрос. Пароль добыт. Его ждут как величайшее чудо в немыслимых далях. Теперь остаётся передать её Великим. Несколько манипуляций с мобильником, и СМСка пошла в компьютер портала, а тот перебрасывает в параллель не тела, а совершенно нематериальный сгусток информации.

– Слышь, человек, придётся тебе побыть в моём обществе, пока не придёт подтверждение. Ну, а если спутал... Угрожать не хочу, но на всякий случай Шарика кормить не буду... – Я тебе правду сказал, – он чуть заводится.

– Ну так вспомни ещё, на сколько ты распотрошил ряд финансовых учреждений? Должен помнить и это. Впрочем, по мне, так лучше забудь. Ты можешь себя представить в образе Люцифера? Чудовища вселенского масштаба? – мои вопросы вводят собеседника в ступор. – О чём ты?

Я некоторое время молчу, тщетно пытаясь разжечь зажигалку. Несколько раз поперхнувшись дымом, даю краткий экскурс. О погибших планетах, уничтоженных народах, чудовищных созданиях, посланных на уничтожение всего живого ради никчёмной цели. Мой монолог долог, но, поскольку слушатель только один, я не жалею его моральных устоев. Будь ты хоть самый зашоренный маньяк, пепел сгоревших жизней смертельным холодом сведёт мозг в горячечном бреду. Сгорела сигарета, окончена тема. Рука ныряет во внутренний карман. Похожий на игрушку бластер заставляет Хоменко забиться в истерике. Неземное оружие помогает поверить в реальность.

– Не вой. Лучше скажи, за каким чёртом ты вообще пускал вирус в программу? Что-то хотел получить, кому-то доказать? Ответь – зачем?!

– Да не знаю, может, был зол на кого, может, работа осточертела или даже датый был, – он буквально выкрикивает слова, готовый вот-вот сойти с нарезов.

Короткий, сбивчивый рассказ. В малейших деталях вижу тот далёкий день. Мутное возбуждение Хоменко после удачного вскрытия банка «Совтранскредит» искало выход в пустопорожнем трёпе с программистами, горе жестяных банок пива, рассыпанных по полу фисташкам. Всё труднее себя контролировать; клавиатура долго мозолит глаза, пока наконец и ей не находится работа... Я так и не сумел разобраться, зачем он рассыпал в паутине цифр идеи величия Украины. Бред. Ну как можно за это казнить или миловать? А может, все-таки нужно?

Жалко тренькает мобильник. СМСка предельно однозначна:

«Пароль доступа верный. "Сеятель" уничтожен». И в конце: «Я тебя жду, Андрюша!» Мы уходим, бросая ползающих на пузе псов и человека с пустыми белыми глазами...

Я с детства умел рассказывать, а у него оказалась на удивление ранимая душа или Шарик так постарался. Что же, думаю, в психушке за ним будут хорошо ухаживать.


Глава 44 | Схватка за параллель | Глава 46