home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Лазарев Михаил Петрович. Северодвинск. 6 августа 1943

— Англичанин — бросил "жандарм" Кириллов, осматривая труп — и что же он хотел узнать?

Отчего англичанин, ясно. Чтобы немецкая субмарина незамеченной прошла аж в Белое море до Архангельска, и выпустила боевых пловцов, верилось слабо. А вот британский пароход стоит у стенки завода, от этого места километра полтора, как раз дистанция для "людей-лягушек". Скорее шпион, чем диверс, хотя легководолазы сейчас тщательно осматривают корпус "Воронежа", не прилеплен ли взрывчатый сюрприз? Но это вряд ли, потому что вплавь серьезный заряд не притащить, а торпеду- подводный буксировщик акустики бы засекли, вахта даже стоя в заводе несется как положено.

— Ну например это — говоря я, указывая на герметично закрывающиеся металлические цилиндры в снаряжении неудачливого шпиона — для взятия проб воды, и последующего химического анализа. Что за секретная химия, на которой мы ходим? Если у нас на борту постоянные аварии с утечками, то в воду должно травить наверняка.

Верхняя вахта на атомарине тоже неслась строго по уставу. Нашим подводным диверсам даже в учебных целях было строжайше запрещено приближаться к "Воронежу", и все в экипаже об этом знали. А потому вахтенный, углядев у борта мелькнувший подозрительный предмет, похожий на боевого пловца, тут же объявил тревогу "ПДСС", и в воду полетели гранаты. После чего был шумный базар-вокзал с участием местных гебистов, охраны завода, ОВРа и штаба Беломорской флотилии, и сейчас два катера МО курсировали в отдалении, прочесывая воды Северной Двины, а на причальной стенке лежало найденное и вытащенное тело.

Европеец, без характерных примет. Никаких следов, указывающих на национальность или страну. Снаряжение обычное для этих лет, не акваланг, кислородный прибор на груди, шлем-маска вроде противогазной, резиновый комбез, ласты. Хотя я бы на его месте под комбезом нарядился бы британским матросом с ксивой в кармане, если техника откажет, вылезти незаметно на берег, и играть роль "пьян, загулял, упал в воду, ничего не помню". В каком же ты звании был, морячок? Отдал жизнь за своего короля, в тайной войне между союзниками.

— Убирайте! — скомандовал Кириллов — ну что, Михаил Петрович, будем разбираться, где у нас течет? Откуда они узнали?

Ясно, откуда. Мы же легендарная "моржиха", гвардейский экипаж, первые парни на этой деревне и самые завидные женихи у северодвинских красоток. Так что скрыть факт нашего пребывания здесь, это примерно как замаскировать восход солнца, где-нибудь обязательно пробьется лучик, кто-то да проболтается, без всякого умысла. А англичане, они упорные, копают с усердием кротов.

И начались эти шпионские страсти с того самого дня, как мы вернулись из уранового похода. Сначала были немцы — пока я был в Москве, тут успели накрыть целое шпионское гнездо, причем отличились наши из БЧ-4. Просто, возможности прослушки и пеленгации эфира у нашей техники побольше, чем у местных, и если совместить пеленги на перехваченную передачу неизвестной рации, наложить на точную крупномасштабную карту, и навести группы захвата, вручив им наши УКВ-рации, результат будет просто отличный. Взяли радиста, тот не стал играть в героя дойче партизана и сдал с кем был на связи, потянули за ниточку, вытянули всех. Резидентом там был, как мне сказали, русский белогвардеец, бывший офицер, а в подручных у него наши из уголовных, засылали немцы тех кого не жалко — но вот то, что кое-кто из этой шушеры был замечен в совместном распитии водки с нашей вохрой из зеков же, стерегущих наших "гастарбайтеров" (слово, брошенное кем-то из наших по отношению к пленным фрицам, успело прижиться) сильно прибавило головной боли местному ГБ, вообразившему как завтра взбунтовавшиеся по наущению засланной агентуры немцы громят завод и пытаются захватить "Воронеж", по образу и подобию как восстали наши пленные в лагере под Минском весной сорок второго при поддержке партизан. В город ввели еще один батальон войск НКВД, не вохры а кадровых, с самоходками и танковой ротой, немцев шмонали по-страшному, и по дороге, и в месте их содержания, на заводе искали спрятанное оружие, и наверное, Кириллов напрягал агентуру из "свободогерманцев", но я про это не знаю. Результат пока был нулевой, "дойче партизан" обнаружить не удалось, может их и не было вовсе, не идиоты же немцы, чтобы не понимать, что до фронта отсюда бежать далеко, а до Норильска, о котором все уже были наслышаны, гораздо ближе, и всяко лучше работать в теплом цеху по специальности, чем долбить кайлом вечную мерзлоту в заполярной тундре — но ГБ считало, что лучше перебдить чем недобдить, вдруг фашики попадутся идейные, готовые сдохнуть за обожаемого фюрера и Рейх, хотя обычно таких отсеивали еще на фильтрах, ну а если замаскировались?

Англичане крутились вокруг да около, собирая крупицы информации с маниакальным упорством. Аня со своими "стервами" пока успешно кормила их изощреннейшей дезой в виде сплетен и слухов, но бритты не отставали, и черт его знает, до чего докопались и к каким выводам пришли? И если они и впрямь решили перейти от приглядываний к действию, бог весть что ждать от них в следующий раз? Может вообще не пускать их в Северодвинск? Или лучше, упросить Большакова выделить взвод своих "пираний" и подстеречь английских водоплавающих, когда они снова пойдут на дело? Чтобы нырнули, и пропали без вести, трупов нет, никто не всплыл, еще желающие найдутся?

Американец доставлял проблем меньше всего. Из госпиталя вышел, хотя наши старались держать его там подольше. Что интересно, о своей "нетрудоспособности" в Центр он не сообщил. Не хочет, провалив задание, быть сброшенным с парашютом куда-нибудь во Францию? Бегай, ищи — увидишь ты лишь то, что тебе дозволят.

— Не нравится все же мне это — сказал мне однажды Кириллов — вот нюхом, кожей чувствую, что-то грядет. И до сих пор это никогда еще меня не подводило. Делать что — да ничего пока конкретики нет, но быть готовым. И скорее выигрывать войну, после чего мы можем послать наших "союзников" далеко и надолго.

Дела на фронте идут ну очень хорошо. С опережением пожалуй не на восемь-девять месяцев, а на полный год, картина примерно такая, как в знакомой нам истории была летом сорок четвертого. На Украине наши дошли до Карпатских гор, идут бои за Львов. Южнее имело место такое отсутствующее у нас явление, как румыно-венгерская война, длительностью целых пять дней. Будто бы Гитлер, взбешенный предательством румынского гарнизона Одессы, в полном составе и организованно капитулировавшим перед советскими войсками, едва вступив в соприкосновение, отдал приказ Румынию немножко оккупировать, а так как со своими дивизиями было уже туго, то спустил с цепи венгров. Мамалыжники однако оказали сопротивление, и тут наши, перейдя Прут, сыграли роль лесника, который разгоняет всех. Как и в нашей истории, Антонеску арестован, король Михай формально правит, но именно формально, румынская армия повернула штыки на запад и держит фронт по Карпатам, Трансильвания пока у немцев (или венгров, черт их разберет) — в общем, неплохо румыны устроились, еще и в число стран-победительниц явочным порядком вскочат.

Еще южнее братушки-болгары. Там молчание, пока наши до их границы не дошли. Переметнутся или нет — по идее, им фюрера любить не за что? За ними турки — сидят тише воды, ниже травы, чихнуть боятся, чтобы нас не обозлить, зато активно воюют на востоке. Заняли весь Ирак, вышвырнув оттуда англичан, в Басре встретились с войсками Роммеля, и пошли перпендикулярно, то есть на юг, завоевывать все до границ бывшей Османской Империи, что там осталось, Аравия, Йемен, Аден, Эмираты? Флаг им в руки и барабан на шею — хотя один случай там был ну очень тревожный. По непроверенным пока данным, какое-то бедуинское кочевье, то ли пытавшееся нападать на немецкие обозы, то ли просто подвернувшееся под руку, было поголовно вытравлено боевой химией, причем по некоторым деталям это было что-то типа зарина. А поскольку военной необходимости в этом не было и быть не могло, то явно имели место фронтовые испытания в реальных условиях, интересно перед чем? Все же фосфорорганика, это оружие следующего поколения в сравнении с фосгеном, ипритом, что там еще у нас и союзников сейчас есть? А значит, и соблазн получить превосходство — и дай бог, чтобы это оказалось лишь будущей картой на стол дипломатии, или прихотью герр генералов, пожелавших испытать новую игрушку. С фашистов станется — в нашей истории они в сорок третьем колебались, и вагоны с отравой подали на фронт, и солдатам новые секретные противогазы выдавали, читал что-то у Овидия Горчакова. Кириллов сказал, мы готовы, ой что будет, если до зарина дойдет?

Британцам сейчас без всякой химии ну очень погано. Рухнул бирманский фронт, не выдержав игры в тришкин кафтан, не только подкреплений не получая, но и сам отдав несколько лучших дивизий в Египет. Японцы ворвались в Индию, и там завязли. Нет, не от героического сопротивления индусского народа, а от того же, что было у них в Китае, самураям просто не хватило численности контролировать столь обширную и густонаселенную территорию, и при этом еще наступать широким фронтом. Зато был взят порт Читагонг, важность этого факта легко понять, если взглянуть на карту, через бирманско-индусскую границу дорог даже в 2012 году не было, там сплошные горные джунгли, пройти нельзя, не то что проехать — теперь же японцы могли высаживать подкрепления прямо в индусском порту. Они не пытались оккупировать не то что всю Индию, но даже значительный ее кусок, они выпустили вперед Чандру Боса с его воинством, а вот это было страшно.

Чандра Бос, кто не знает, это индусский бандера, "за ридну самостийну". Ни в коем разе не сторонник Ганди, зато очень большой любитель насилия, при том что самими индусами почитался наравне с Махатмой и Неру. В нашей истории организовал Армию Освобождения, при поддержке японцев, частично принявшую участие в боях на бирманском фронте (а до того пытался договориться с немцами насчет Легиона СС "Свободная Индия", но фашистом не был, его кредо, хоть с чертом, лишь бы против англичан). В этот раз он дорвался, запустить его в Индию все равно что щуку в пруд с жирными карасями — с учетом того, что среди самих гандистов тогда не было единства, верить ли на слово англичанам, пообещавшим независимость после, или взять ее самим и сейчас. А если учесть, что в Индии разнообразие народностей такое же как было в СССР, от "почти белых" бенгальцев, знакомых нам по индийским фильмам, до низкорослых темнокожих тамилов-южан, и все эти национальности друг друга "любят" очень пламенно, в смысле костра, а еще и мусульмане, в нашей истории устроившие с индусами страшную резню в сорок седьмом, а еще белые "сагибы", то есть англичане, но родившиеся в Индии и искренне считающие ее своим Отечеством, и еще воинствующие племена сингхов и гуркхов, ненавидящие всех прочих — в общем, Индия мгновенно превратилась в такой жуткий кипящий котел, что незабвенный лозунг "бей белых пока не покраснеют, бей красных пока не побелеют", стал бы там верхом определенности, всего-то две сражающиеся стороны? А несколько десятков не хотите?

За единую неделимую (Британскую Империю). За Учредительное Собрание (независимость после). За согласие и договор с англичанами — и за то что "нам и добрых господ не надо". И огромное количество крупных и мелких банд, великих радж и мелких князьков, воюющих лично за себя. Японцы в этот бедлам не лезли, а совсем как интервенты в нашу Гражданскую, заняв несколько ключевых пунктов, целеустремленно занимались грабежом, вывозя все ценное.

Роммель застрял в Басре. Поскольку события на Восточном фронте посадили его армию на голодный паек, лишив и подкреплений и боеприпасов, а состояние путей сообщения между Бейрутом, Триполи и Хайфой, и южным Ираком, еще больше это усугубило. Зато итальянцы воюют, поднявшись по Нилу, проломившись через Судан, ворвались наконец в Эфиопию. И весьма успешно, кажется захватят.

У французов случилась такая небольшая гражданская войнушка, когда в Сирию, где прежде окопались голлисты, вторглись с севера дивизии Виши, пропущенные турками. У свободофранцузов не было шансов, сражаться в полном окружении, все пути снабжения перерезаны, рядом турки щелкают зубами на бесхозный кусок, с юга вот-вот должен ударить страшный Роммель — и то, что до капитуляции прошло целых шесть дней, можно было бы считать успехом французского оружия, если бы не итальянцы.

Гарнизон Триполи (в Ливане, не путать со столицей Ливии) решил сопротивляться, поддержанный не успевшими уйти в Красное море кораблями, крейсером "Дюге Трюэн" и тремя эсминцами. В результате у итальянского флота, пришедшего в Александрию на торжество появилась уникальная возможность отличиться в морском бою. Три итальянских линкора, новейшие "Рома", "Венето", "Литторио" с сопровождающей мелочью перемешали Триполи с землей, а затем расстреляли французов, пытавшихся выйти в торпедную атаку, причем бой по словам итальянцев продолжался пять часов, это что, так "метко" стреляли? Причем на борту "Ромы" находился сам дуче, опять же по словам итальянской стороны, лично командовавший боем, ну тогда понятно…

И наконец, Варшавское восстание, начавшееся примерно по тому же сценарию, что в нашей истории — вызывающему серьезные сомнения во вменяемости начавших его панов.

Генерал Тадеуш Бур-Коморовский, командующий Армией Крайовой. Варшава, на два дня раньше (4 августа 1943).

Еще Полска не сгинела!

Как долго мы ждали этого исторического момента! Страдали и покорялись — но знали, что он придет. Столетия мы были лишены того, что заслуживали по справедливости. И вот, из тлена рождается Великая Жечь Посполита, и взлетает в небо Белый Орел!

Я скорблю о крови славных сынов отчизны, павших вчера на улицах Варшавы. Недостаток оружия они возмещали отвагой, достойной их предков, сражавшихся при Грюнвальде, под Радловицей, на Висле двадцать три года назад! Сотни молодых поляков, умерших по моему приказу, это было необходимо ради того, чтобы я мог сделать то, что собираюсь сейчас!

На окраинах еще стреляют, немцы обороняют мосты, но центр со всеми правительственными зданиями наш. Мой автомобиль, реквизированный у какого-то немецкого чиновника, едет по улицам, и всюду я замечаю следы боя, обломки, кровь, а иногда и еще неубранные трупы. Что ж, новый мир всегда рождается в муках! Но я вижу радость на лицах людей, впервые дышащих воздухом свободы. И с тревогой вслушиваюсь, не донесется ли с востока канонада, говорящая, русские идут!

Мы должны успеть. Как успели эти, из гетто. Ходили слухи, что их всех хотели отправить в Треблинку еще в апреле, но что-то помешало. А когда неделю назад в гетто вошли эсэсовцы, их встретили огнем. Сначала это было похоже на увлекательное зрелище, зеваки из обывателей смотрели с безопасного расстояния на пылающие дома, и как иногда из окон падают горящие фигурки, для подавления бунта немцы широко применяли огнеметы и зажигательные авиабомбы и снаряды. Но еврейские боевики держались на что-то надеясь — стало ясно на что, когда пронесся слух, что на Варшаву идут русские танки. Брест-Литовск был взят ими еще десять дней назад, теперь же якобы, русских видели у Вышкува! Сидящие в Москве решили помочь своим соплеменникам?

Нельзя было медлить. Когда русские войдут в Варшаву, привезя в обозе "правительство" из послушных им марионеток, Польшу ждет судьба прибалтийских стран. И конечно же, это "правительство" тотчас же будет признано Сталиным, а про нашу законную власть, временно пребывающую в изгнании в Лондоне, будет сказано, что она не представляет собой никого. И я дал приказ выступать немедленно.

Мы должны успеть. Господь и матка боска, сделай так, чтобы ни русские, ни немцы не ворвались в Варшаву в ближайший час. Только один час — а дальше, будь что будет, все в руках твоих!

Я вхожу в здание радиостанции. Моя охрана услужливо распахивает передо мной двери, указывая куда пройти. Уже привели техников, проверили аппаратуру, все в порядке. Как долго и с каким трепетом я готовился к этой минуте, продумывая, записывая, зачеркивая, переписывая по-новой то, что сейчас услышит весь мир!

Микрофон в руке — время пошло. Я зачитываю обращение. Теперь весь мир знает, что в столице Польши приступило к исполнению своих обязанностей законное правительство. Я оглашаю наши справедливые требования, по пунктам. Это справедливо, что Польша, ставшая первой жертвой идущей войны, должна получить возмещение за свои страдания. А значит, сверх восстановления наших границ на 1 сентября 1939 года, наша страна должна получить значительное приращение территории (например, на востоке до Днепра, а также вся Литва, на севере Восточная Пруссия, на западе до Одера и Нейсе, на юге до Карпатских и Судетских гор, это удобный рубеж обороны), причем непольское население оттуда должно быть депортировано, за исключением тех, кого мы сочтем нужным оставить в качестве дешевой рабочей силы, попросту, наших холопов. И передача нам бывших итальянских колоний в Африке, а также кораблей германского, итальянского и русского флотов, военных и торговых, чтобы мы могли колонии удержать. И конечно, контрибуция, от Германии и от России, и последующее проведение в Варшаве обвинительного процесса, где на скамье подсудимых будут сидеть Сталин и Гитлер, вместе с их подручными, как враги польской нации и разжигатели мировой войны. Я требую. Я настаиваю. Я обвиняю. Я призываю.

Все! Обращение ушло в эфир. И неважно теперь, удержим ли мы Варшаву, это уже ничего не изменит. Юридически новая Великая Польша провозглашена, а так как наше законное правительство в Лондоне признано вождями великих держав, Британии и Соединенных Штатов, то отныне эти державы являются гарантами сказанного мной! Они укажут русским — и мы получим свое, принадлежащее по праву. Это наше право править восточной Европой, что подло отобрали москали! Это на нашем горбу они построили свою лживую империю и теперь должны расплатиться! Всех в Сибирь, чтоб мерзли и дохли от голода и не мешали цивилизованным людям! Кроме тех, что должны работать на нас, возвращая долг предков! Каждому поляку по семье русских холопов! Варвары должны знать своё место, которое им укажут все цивилизованные страны в едином порыве! И Великая Польша возглавит их! Ну а немцы — кто будет спрашивать проигравших?

Наши требования кажутся кому-то чрезмерными? Вы не политики, господа — уступки будут выглядеть нашей доброй волей, или товаром, за который можно выторговать что-то другое. Нас обманут, как это случилось в тридцать девятом? Я скажу нет, потому что теперь понимаю англичан, и знаю, отчего они тогда поступили так!

Красная нить британской политики на протяжении веков, это сдерживание русской угрозы. Казалось логичным использовать для этого Гитлера, лучше чем воевать самим, Англия всегда славилась умением принуждать других таскать для себя каштаны из огня, такова жизнь и политика, глупый работает и воюет, умный стрижет дивиденды — и несчастная Польша всего лишь оказалась на пути этого плана, исключительно по географической причине! Что ж, Гитлер вышел из повиновения и будет сейчас жестоко наказан — но ведь и угроза русских орд никуда не денется, напротив, вырастет чрезвычайно! Тем более он не доделал свою работу. Всех непокорных русских нужно уничтожать! Ему это позволили, ценой страданий цивилизованных народов, но он предал. Русские варвары должны исчезнуть чтоб не мешали! Германия это не сделала, значит сделаем мы! Как 20 лет назад. Британцам потребуется Польша, веками игравшая роль крепостного бастиона Европы против вторжения русских варваров. И чем больше угроза, тем крепче должен быть этот бастион — гегемония Польши в восточной Европе будет вполне реальной платой за нашу верность европейской идее и защиту цивилизации от тлетворного влияния коммунизма. Потому, сейчас нас не предадут. Ибо альтернатива, это русское вторжение в Европу, которое для британцев абсолютно неприемлемо.

А вдруг мое выступление сегодня станет еще одним Глейвицем? И мощь англо-американских армий покатится неудержимо на восток, загоняя варваров в их ледяную Сибирь? Что ж, это еще лучше для нас, ведь управлять землями легче, будучи рядом? Жечь Посполита до Урала, имения с русскими рабами — все, чего не добился бесноватый немецкий неудачник, будет нашим, причем завоевывать все это для нас будут британцы, полякам достаточно лишь стоять на страже, а не проливать свою кровь. И кто будет вождем этой могучей державы — панове, вспомните как начинал великий Юзеф Пилсудский! Когда я спрошу у штафирок, отсиживающихся в Лондоне, где вы были, когда решалась судьба Отечества… А после, укрепившись и переварив присоединенное, можно уже будет думать о господстве во всей Европе, а не только в ее нищей восточной половине! А еще позже как знать, может быть и весь мир будет наш! Господство одной высшей расы над прочими, в этой идее что-то есть, так отчего бы этой расе не быть польской? Но будем скромны пока, оставим этот вопрос моим детям и внукам.

А Варшава, что Варшава? Комедию надо доиграть, пока играется. Чем больше будет шума, крови и трупов — тем меньше сомнений в серьезности наших намерений и слов. За Жечь Посполиту, от можа до можа, ура! В конце концов, лишь мы, шляхта, цвет нации можем видеть блеск великой Идеи. А хлопам, быдлу довольно умирать там и тогда, как укажем мы.

Может быть я буду гореть в аду. Но я буду гореть ради Великой Жечи Посполитой!

Да, и надо не забыть приказать нашим отойти от мостов. Чем с большей кровью русские будут их штурмовать, тем лучше для нас.

Белый Ожел взлетает, панове! За Польшу, за веру, за новое "чудо на Висле"!


Ватутин Н.Ф. Записки командующего фронтом. Изд.1964 (альт. — ист.) | Днепровский вал | Москва, Кремль, 6 августа 1943