home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


ГЛАВА 9

Казалось, сегодня уже ничего произойти не может, но жизнь внесла свои коррективы. Я только-только переступил порог своей комнаты, как в нее постучали:

— Мэтр Белла?

— Не туда попали! — машинально откликнулся в ответ.

— Но мэтр, я вас видел…

Вот бес! Чуть было все не испортил!

— Это я так шучу, — пришлось торопливо распахивать двери и вставать на пороге. — Знаете, наш специфический некромантский юмор — ходячие мертвецы, как правило, людей друг от друга не отличают. Их проще простого обмануть, и поэтому многие из нас иногда настолько привыкают скрывать свое истинное имя от потусторонних сущностей, что становятся жутко рассеянными.

— Мэтр, — слуга невозмутимо выслушал этот монолог, — вас желает видеть сэр герцог Беркана!

Пояснений не последовало. И так понятно, что глава рода вознамерился сказать приезжему некроманту пару ласковых слов.

Сэр Герцог ждал в своем кабинете. И на сей раз кроме леди Руны там была и ее мать, вдовствующая герцогиня леди Илона Беркана. Ей было почти пятьдесят лет, она довольно хорошо сохранилась, а недавняя потеря сына, на мой взгляд, состарила ее не так сильно.

— Итак, мэтр Белла, — начал герцог, стоило мне переступить порог, — погиб член нашей семьи. Что вы можете сообщить по этому делу?

— Ничего особенного, — пожал я плечами. — Я провел кое-какое дознание, допрашивая трупы, но все равно сведений пока мало. Известно, что покойный сэр Робин пришел в ту комнату сам. Наверняка это было не случайно — его заманил на место преступления кто-то, хорошо ему знакомый. Я уверен, что сэр Робин узнал нападавшего — или думал, что узнал. Убийца — человек. Он действовал обычным стилетом, нанося жертве удар за ударом. По отдельности ни одна рана не была смертельной, так что смерть наступила от потери крови. Уже после смерти убийца позаботился о том, чтобы все это выглядело как жертвоприношение неизвестному богу или демону.

— То есть как?

— Очень просто. Все дело в крови и знаках, начертанных на полу и стенах. Вернее, в их числе! Семерка в теории жертвоприношений не используется. С нею имеют дело только целители — многие лекарства следует принимать семь раз подряд, семикратно стоит повторять определенные процедуры или упражнения. Но и только! И либо еще несколько символов оказались залиты кровью, либо неизвестный просто очень хотел, чтобы мы так подумали, что сэра Робина принесли в жертву. А на самом деле причина убийства совсем другая.

— Какая? — подалась вперед леди Руна.

— Ревность, — выдал я самую ходовую версию. — Или обида. Или ненависть… У сэра Робина были враги?

Леди Илона сделала движение, словно хотела что-то произнести, но вовремя прикусила губу, покосившись на родственников. Наверняка хотела спросить про кровь…

В коридоре послышался шум: быстро приближающиеся шаги, торопливые голоса, чьи-то взволнованные восклицания, рыдания, суета. Потом дверь распахнулась — на пороге возникла Линда. Ее лицо было белее мела, губы прыгали, глаза испуганно блуждали.

— Что случилось? — осведомилась леди Руна.

Девушка всхлипнула и бросилась к молочной сестре, пряча лицо у нее на плече.

— Там… там… — пролепетала она сквозь сдерживаемые рыдания, — это так ужасно…

— Что еще произошло? — Герцог быстро встал.

— У… у меня в комнате, — всхлипнула Линда. — Я вошла… все было как обычно… а потом — смотрю, он… В крови!

Лорды и леди переглянулись. «Новое убийство! Кто на этот раз?» — отчетливо было написано на их лицах.

На Линде не было лица. Она всхлипывала и повисала на сестре, и леди Руна, поддерживающая ее под руку, в конце концов стряхнула ее с себя, велев идти вперед и показывать, что приключилось. Мне это показалось довольно жестоким, и я предложил девушке свою помощь. С такой усталой доверчивостью к моему плечу еще никто не прижимался!

Возле знакомой мне комнаты, где пару ночей назад я познакомился с Линдой и ее подопечными, столпились слуги — шум и суета поневоле привлекли ненужное внимание. Я прислушался к своему внутреннему голосу — тишина. Если тут что-то и произошло, то к смерти и потустороннему миру оно имеет весьма отдаленное отношение. Кроме того, присутствие пса-нежити существенно влияло на восприятие. Буян, кстати, был тут, рядом с Яго, и приветствовал меня широкими взмахами хвоста. Выглядел он настолько довольным жизнью, насколько это вообще возможно для ожившего трупа. Я невольно залюбовался своей работой — ну хоть садись и научную работу пиши о воскрешении домашних любимцев!

Но отвлекаться не стоило. Мы остановились у двери.

— Он… он там. — Линда крепко вцепилась мне в локоть.

— Хорошо. Внутрь никто не заходил? — грозно поинтересовался я у детей.

Мальчик и девочка отчаянно замотали головами. Какие послушные! Динка бы не утерпела ни минутки!

— Я вхожу.

Вокруг мигом все стихло. Сделав несколько глубоких вдохов и еще раз прислушавшись к себе — уведите кто-нибудь Буяна, не учуешь же ничего! — я толкнул дверь, ожидая увидеть окровавленный труп посреди комнаты…

Ничего! Пусто!

— И где?

— Т-там. — Рука Линды высунулась из-за плеча. — На постели. Я случайно…

На вид широкое ложе выглядело как обычно. Я подошел, откинул полог.

На подушке лежал стилет, лезвие которого было выпачкано в чем-то буром. Ну это для обывателя «что-то бурое». А для некроманта — засохшая кровь. И даже нечего гадать, кому она принадлежит.

— Этим стилетом и убивали Робина Беркану, — сообщил я, двумя пальцами поднимая нож и показывая всем. — На лезвии осталась его кровь. Я чувствую это. И более того, поскольку стилет соприкасался с телом жертвы не раз, на нем даже можно заметить обрывки его ауры…

— Хорошо, — прозвучал от дверей голос старого герцога, — и чей это стилет?

— Понятия не имею! Судя по дорогой рукояти, он принадлежит знатному человеку…

Герцог подошел и бестрепетно взял в руки орудие убийства, повертел так и эдак.

— Здесь личное клеймо моего брата, — промолвил он, демонстрируя знак, — вот. «Э» — первая буква имени «Эймил». — Он выразительно посмотрел на леди Руну и ее мать, которые скромно держались в отдалении.

— Отец сэра Робера? — догадался я.

— После его смерти личное оружие моего мужа некоторое время находилось в его комнате, — вздохнула леди Илона. — Потом часть я отдала детям — Роберу, Ратмиру и Руне. В этом нет ничего предосудительного — это наследство от отца… Но зачем им убивать Робина?

— Стилет выкрал убийца, — с ходу предположила леди Руна. — Но зачем?

— Ты, — старый герцог внезапно обратился к Линде, которая испуганно съежилась под его взглядом, — знала, кто заходил к тебе в комнату?

— Только слуги, — пролепетала девушка, — Мезмира… Яго… я… а больше никто!

— Отлично! — сделал глава семейства свои выводы. — Значит, ты и убила Робина.

— Но это не я! — вскрикнула Линда. — Зачем мне…

Наши взгляды встретились, и по спине пополз холодок.

Линда… Это ее имя назвал Робин во время обряда. Это к ней он приставал, когда я вмешался. Раны, которыми было покрыто тело, могла нанести слабая женская рука. Другой вопрос, что Линда вряд ли могла раздобыть стилет. Но…

— А у кого в комнате он был? Леди Илона, кому вы отдавали его?

— Роберу, — пожала плечами та. — Но, отправляясь в столицу, он не взял его с собой, оставил дома. Оружие в комнате… было в комнате.

— И туда мог зайти кто угодно?

— Только слуги.

— А осмотреть ее можно?

На меня воззрились, как на ненормального. Еще бы! Какое отношение имеет нежилая комната к убийству?

— В комнате могли быть тайные ходы, о которых знал убийца, — объяснил я. — Он проник к сэру Роберу, зная, что того нет в замке и он не может хватиться своего оружия вовремя. Вернуть оружие после совершенного действа он по каким-то причинам не успел и подбросил его девушке, дабы отвести от себя подозрения!

— И вы сможете это доказать? — На меня обратились взгляды всех присутствующих.

— Попробую.

— Отлично! — Герцог выглядел настроенным решительно. — А до тех пор Линда немного посидит взаперти! Стража!

Вот не понимаю я этих гвардейцев! Когда вчера убивали сэра Робина — а он вряд ли молчал, мог кричать, ругаться, звать на помощь! — никто и близко от заветной комнаты не проходил. А тут — одно слово, и вот уже двое рослых мужчин стоят навытяжку, ожидая приказаний.

— Отвести госпожу Линду в подземелье и запереть, — распорядился глава семейства, добавив тут же: — Это временная и вынужденная мера.

Гвардейцы схватили девушку под руки.

— Но это неправда! — воскликнула она. — Мэтр Белла, скажите вы ему! Я не могла убить Робина! Я не могла!

Весной погода может испортиться мгновенно — утром еще светило солнце, было тепло и светло, а к полудню задул резкий ветер, небо от края до края затянули облака, и к вечеру пошел дождь. Сначала мелкий, моросящий, он ночью превратился в настоящий ливень, который не иссяк к рассвету.

Похороны сэра Робина были отложены до вечера — видимо, в надежде, что дождь перестанет и не придется идти к некрополю сквозь потоки воды, ведь напрямую это крыло замка не соединялось с его жилой частью. Но надеждам не суждено было исполниться — мелкая морось не желала прекращаться. За несколько часов посыпанная гравием и крупным белым песком дорожка размокла, а свечи пришлось зажигать, уже когда процессия вступила под своды храма Смерти. Хорошо еще, идти пришлось недалеко.

Ради печального события Линду ненадолго выпустили из темницы, где девушка провела эту ночь. Когда она появилась в храме в сопровождении двух стражников, бледная, с кругами под глазами и печалью во взоре, в моей душе шевельнулась жалость. Словно тиски сдавили горло. Вот делайте со мной, что хотите, а я не верю, что эта девушка убила мужчину! Даже если принять во внимание его поведение по отношению к ней. Просто не могла! У нее не хватило бы сил.

Родственники встретили ее гробовым молчанием. Ни на кого не глядя, Линда прошла к гробу с телом сэра Робина. Его уже отмыли, привели в порядок, но, поскольку неизвестный убийца оставил раны даже на его лице, гроб был плотно закрыт. Мрачный сэр Роан, брат покойного, топтался в изголовье, злой на весь мир. Леди Илона крепко держала за локти своих детей — сына Ратмира и дочь Руну. Самообладанию этой женщины можно было позавидовать: совсем недавно она точно так же стояла над гробом старшего сына Робера. А теперь трагически погиб ее племянник…

«И погибнут еще люди!»

Мысль обожгла сознание, как раскаленное железо. Я внимательно посмотрел на собравшихся. Пока монах-«смертник» тянул погребальную мелодию, можно было как следует изучить их.

Итак, брат и сестра Ратмир и Руна. Осиротевший без брата сэр Роан. Сэр Рой, еще один кузен. Сэр Римус… Оба, кажется, женаты. Юный воспитанник старого герцога, восемнадцатилетний юноша по имени Май и его старший брат Мирон — насколько понимаю, тоже из семьи Беркана, но трех- или даже четвероюродные кузены. Бравлин и Беруна, брат и сестра, дети младшей сестры герцога Берканы, приехавшие в гости к родне и задержавшиеся тут. Брат был здесь с женой, чрево которой не оставляло сомнений в ее положении — роды должны были состояться в следующем месяце. На заднем плане — какая-то дальняя родня. Скорее всего, точно такие же молочные братья и сестры, как Линда для леди Руны. Детей — Яго и Мезмиры — на похоронах не было.

Линда приблизилась к гробу, кусая губы, чтобы не расплакаться.

— Смотри, — проворчал сэр Роан, — что ты натворила!

— Я ни в чем не виновата, — прошептала девушка. — Я тут ни при чем! Я его не убивала! Спросите хоть у мэтра Беллы!

Все взоры тут же обратились в мою сторону. Роан даже сделал шаг навстречу.

— Она говорит правду, — сказал я. — Я осмотрел тело: сэр Робин пытался выхватить стилет из руки убийцы, но тот сумел вырваться, поскольку был очень силен. У Линды просто не хватило бы сил…

— Вы ее выгораживаете? Почему?

— Я ей верю.

— А мне кажется, — молодой герцог смотрел исподлобья, — что дело не в этом.

«Он что-то знает! — мелькнула в голове нехорошая мыслишка. — Возможно, видел, как его брат от меня удирал. Возможно, был случайным свидетелем того, как я вмешался и спас девушку от домогательств сэра Робина… Может быть, просто знал о том, что брат домогается Линды… Во всяком случае, он подозревает!»

Дабы прекратить спор, я сделал несколько шагов назад, оставляя поле битвы за противником. Пусть сэр Роан гордится одержанной победой — всему свое время. Все эти лорды и леди — так или иначе в будущем мои клиенты. Придет час — и я буду их господином. Я смогу призвать их души из иного мира, безжалостно выдернув из-за пиршественного стола, и заставить себе служить. Я также могу сделать так, чтобы их тела никогда не знали покоя. Конечно, есть законы, которым подчиняются все некроманты, но большинство людей считает нас мрачными повелителями легионов живых мертвецов — и иногда полезно вести себя так, чтобы обыватели этому верили.

Отойдя назад, я окинул взглядом собравшихся, внутренним зрением «считывая» их ауры. С живыми людьми работать не приходилось, опыта не было никакого, но все-таки…

А ведь над некоторыми из них печать Смерти! Ею отмечены сэр Роан, Ратмир, брат леди Руны, Рой… Почти все присутствовавшие здесь молодые мужчины, если меня не обманывают чувства, должны умереть в течение нескольких месяцев или лет! Быть такого не может! Или может? Вспомним странные надгробия в некрополе — большинство лордов Беркана умерло, не дожив до тридцати трех лет. Лишь в одном случае человек прожил дольше — судя по датам, он скончался ровно через три дня после того, как ему исполнилось тридцать три года. И лишь один из десяти доживал до старости. Если меня не обманывают чувства, печатей не было лишь у леди Руны и юного Мая.

М-да, дело, видимо, серьезное. Я тихо попятился, вставая за колонны, поддерживающие полусферу кровли, и, сосредоточившись, мысленно позвал.

Мое знакомое умертвие появилось через пару минут, когда обряд уже подходил к концу. Еще чуть-чуть — и мне придется подключаться к магическому действу…

— Быстрее не мог? — напустился я на союзника, когда тот возник в зоне досягаемости.

— Бысс-стро только кошки родятся, — парировал тот. — С-сейчас день… Зачем звал? Этих попугать? Это мы с удовольс-ствием! Бу!

Мимические мышцы на его лице утратили подвижность, он и говорил-то с трудом, больше приходилось догадываться по смыслу, и для непосвященных его речи звучали как невыразительное бормотание. Но все равно какой-то мелкий призрак, решивший в неурочное время высунуться наружу, испарился, как вспугнутая котом мышка.

— Не сейчас!

— Как с-скажешь, — покладисто пожало плечами умертвие. — Они бы так славно побегали и покричали…

— Сейчас мне нужно кое-что другое. Видишь похороны? Можешь проследить за новеньким? Его смерть не назовешь естественной.

— Магия? — деловым тоном уточнило умертвие.

— Почти. Я бы сам расспросил, но не получилось.

Откровенно говоря, признаваться в подобной несостоятельности не хотелось. Что же я за некромант такой, если призраки меня ни в грош не ставят? Я же повелитель мертвых! Припугну неупокоением, заставлю вечно себе служить, не отпустив душу на вересковые поля, заключу ее в разлагающееся тело и буду издеваться… Кто здесь главный, в конце концов? Но умертвие покивало головой с важным видом:

— Есть такое… Сделаем! Приходи ночью.

С этими словами он растворился в полумраке, а я очень вовремя вернулся к остальным. Монах как раз прекратил свои песнопения, и на сцену предлагалось выйти некроманту, дабы обезопасить живых от мертвеца. Я со своей задачей справился быстро — просто нарисовал на лбу, висках и стопах покойного символы Смерти и прочел короткое заклинание. Погребальный обряд прошел без помех, был исполнен честь по чести, так что надобность в дополнительных мерах безопасности отпадала.

После этого гроб с телом покойного был препровожден в некрополь. И я не был бы некромантом, если бы не отправился следом.

Знакомый «зал», где мне уже доводилось заниматься вызовом духов, миновали быстро — тут в основном находились старые захоронения основателей рода. Каковы бы ни были покойные при жизни, с момента их смерти миновало несколько веков. Их кости должны были истлеть, призраки — развеяться. Но почему две ночи назад они отозвались на мою магию и едва не восстали из гробов? Шагавший впереди монах освещал дорогу факелом, стражники тоже несли факелы, а лорды и леди — свечи, так что в подземелье было довольно светло. И это, как ни странно, меня не радовало.

Примерно шагов через двести зал разделился. Далее шли два длинных коридора, и стражники загасили часть факелов. Подземный некрополь погрузился в полумрак. Тот коридор, по которому мы пошли, извивался в толще земли, как кишка огромной змеи. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять — ход рыли с учетом твердости породы, выбирая, где помягче и полегче копать. А вот интересно, как далеко он тянется? И кто захоронен в другом коридоре?

Расположение ниш, в которых были установлены гробы, не отличалось сложностью. Слева последний приют нашли женщины рода, справа — мужчины. Каждая ниша была оформлена так, что все невольно замедляли шаг, любуясь, — тут были и барельефы, и статуи, и выцветшие от времени фрески. Узоры покрывали полукруглые своды, выступающие по бокам колонны и постаменты. Среди них совершенно терялась вязь рун, так что с ходу прочесть имя покойника было сложно.

Гробы тоже сильно отличались — в одних нишах стояли массивные саркофаги, в каждом из которых нашлось бы место для двух-трех человек. В других гробы просто покоились на возвышениях. В третьих их опускали в яму, а сверху придавливали каменной плитой, тоже покрытой узорами и защитными символами. От некоторых до сих пор несло магией — для моего тренированного взора некроманта такие могилы в полумраке светились… боже, они светились зеленоватым светом! Верный признак того, что там, под толстой плитой, ждет своего часа неупокоенная нежить! И таких могил было подавляющее большинство — практически все, кто прожил меньше тридцати трех лет. Я бросил взгляд через плечо на тот путь, который мы уже прошли, — там тоже неупокоенную нежить выдавало зеленоватое сияние. Вот это да! Что бы это могло значить?

Сделав еще два поворота, коридор завершился небольшим залом. Тут, судя по всему, не так давно прервались строительные работы — пол, стены и потолок еще носили следы лопаты и кайла, по углам покрывались пылью кучи строительного мусора, а из восьми ниш до конца были отделаны лишь шесть. Еще две представляли собой просто углубления в стене.

Во всех шести готовых нишах своего часа ждали саркофаги. На одном крышка была плотно закрыта, на других они лежали чуть косо. Монах уверенно направился к одной из них, прочел короткую молитву.

Лично мне было тут делать нечего — я пришел сюда как гость и принялся озираться по сторонам. Благодаря оставшимся свечам для некроманта тут было достаточно светло, чтобы без помех прочесть надписи на саркофагах.

…Ага, вот тут он и лежит — тот, кого все считают Робером Берканой. А ничего себе гробик! Ниша размером примерно восемь на десять локтей, высота еще локтей шесть, и половину ее занимает массивное надгробие. Вот странно — оно отделано до последней черточки, а сама ниша, наоборот, украшена не слишком-то умело. Резьба не завершена, справа и слева только две обычные колонны. То ли бросили на полпути, то ли просто руки не дошли. Но в стенах — я не поверил своим глазам — были устроены углубления, где были разложены вещи: одежда, обувь, оружие, какие-то свитки, несколько небольших сундучков. В общем, тут была устроена комнатка, где можно жить.

Когда-то давно подобные захоронения встречались часто — люди клали в домовины личные вещи, какие-то сувениры от остающихся на этом свете родных и близких, хлеб и вареные яйца. Те, кто побогаче, брали с собой в иной мир одежду, оружие, домашнюю утварь. Могли захоронить любимую собаку покойника, а еще раньше вместе с мужчиной часто в последний путь отправлялась его жена или рабыня. Уже несколько веков так никого не хоронят, но семейство Беркана почему-то придерживается древних обычаев!

Я обернулся к нише, куда устраивали тело Робина Берканы, как раз вовремя, чтобы увидеть, что в углубления в стенах укладывают три пары сапог, несколько рубашек, теплый плащ, пояс, оружие, перчатки, небольшой сундучок, ключ от которого опустили к покойнику в гроб, кувшин с вином и кое какую еду. М-да. Интересно, и заставляет задуматься!

Желая узнать, как выглядят остальные гробницы, я перешел к соседней и чуть не сел прямо на пол. Размерами точь-в-точь такая, как приготовленная для Робера, она тоже хранила в себе саркофаг с узорами на крышке. И точно так же ее стены и арка входа были отделаны не до конца. Но вот имя… «Ратмир Беркана» — гласила надпись.

Я невольно бросил косой взгляд на второго брата леди Руны. Тот и ухом не вел, с постной миной взирая на гроб с телом сэра Робина. Слуги как раз устанавливали его через две ниши от этой, и я прочел надписи над входами в эти две.

«Рой Беркана» и «Роан Беркана»!

Обежав столпившихся лордов и леди, прошел дальше вдоль ряда. Там были ниши, предназначенные для некоего Романа Берканы и Римуса Берканы. Еще две ниши были только намечены — просто провалы в стене, где на полу валялись камни и груды земли. Но что же это выходит? Судя по состоянию гробниц, они готовы принять покойников с минуты на минуту?

Поминальная трапеза, последовавшая после обряда прощания, была скромной, застолье завершилось быстро, но, когда старый герцог Беркана встал из-за стола, подавая пример, я вскочил, как подброшенный:

— Милорды, миледи, прошу внимания!

Лорд Бравлин, уже направившийся к дверям, остановился:

— Ну что еще?

— Раз вы все собрались здесь, я хочу провести небольшое расследование причин смерти вашего родственника, сэра Робина Берканы! Вернитесь, пожалуйста, к столу.

— Вот еще! — фыркнул тот. — Я по рождению не Беркана, это моя матушка принадлежала к данному семейству. Я тут ни при чем!

— Но, милорд… подумайте о вашей жене…

— А вы не смейте мне угрожать! — огрызнулся тот. — Иди к себе, дорогая, не слушай ты этого некроманта…

Леди поднялась:

— Бравлин, но если он захочет что-то сказать? Вдруг это важно?

— Было бы это важно, он бы уже это сказал и не тратил время на пустые словеса! — возразил ее муж и скрылся за порогом.

Я только скрипнул зубами, чувствуя на себе недовольные взгляды остальных. Ну ничего, лорды и леди, вы научитесь некромантов уважать!

— Вашего брата убили не без помощи магии, — начал я, беря быка за рога. — И это не была магия мертвых — ее я бы почувствовал. Поэтому позвольте повторить вопрос — кто из вас владеет магией? Любой магией! Ибо лишь этим я могу объяснить то количество крови, которая была там разлита, — колдовством.

Недоуменное молчание и тихие шепотки были ответом.

— Среди нас нет никого, кто мог бы обладать волшебными силами, — ответила за всех леди Руна. — Иначе мы бы разобрались с этим вопросом сами и не приглашали бы вас, мэтр Белла! Мне рекомендовали вас как опытного некроманта, который может решить любую проблему любыми средствами. Но вы пока не сделали ничего. Вы тут всего трое суток, а за это время произошло два убийства…

— И они будут продолжаться, помяните мое слово! У кого-то или чего-то есть причины желать смерти вам всем!

Леди Руна переглянулась со старым герцогом.

— Мы все умрем, — промолвил тот. — Одни — раньше, другие — позже. Некоторым осталось не так уж много…

Меня словно ударило кнутом. Вспомнились слова Робина Берканы, сказанные Линде: «Мне не так уж много осталось!» Выходит, он знал день и час своей смерти?

Ошеломленный открытием, я произнес эти слова вслух.

— Никто не может знать день и час своей смерти, — ответил мне старый герцог. — Уж вам-то стыдно это не знать, мэтр Белла. И вообще, вас наняли для того, чтобы вы нам помогли, а не для того, чтобы задавали вопросы!

Нет, ну и пойми этих аристократов! Да как же я могу помочь, если не располагаю нужной информацией?

Но у леди Руны был более цепкий ум, чем принято думать.

— А откуда вы знаете, что говорил мой кузен? — поинтересовалась она.

Понятно, что своим признанием только все испорчу: если скажу, что слышал и видел, как покойный пытался затащить в постель Линду, все уверятся в виновности девушки, да и меня выставят соучастником убийства. Посему пришлось врать и выкручиваться.

— Я это «прочел» в воспоминаниях убитого. К сожалению, они были отрывочными, а не то я бы узнал, с кем разговаривал ваш кузен и к чему была сказана сия фраза. Кроме того, я заметил в некрополе весьма странные сооружения — такое впечатление, что гробы для большинства присутствующих давно уже готовы.

— Это не ваше дело, молодой человек, — сказал как отрезал старый герцог. — Наши семейные дела вас не касаются.

Хорошенькое дело — «не касаются»! А зачем тогда было меня приглашать?

— Мы хотели, чтобы вы расследовали обстоятельства смерти Робера, — промолвила леди Руна. — Вот и занимайтесь, а остальное не в вашей компетенции.

Другими словами: знай, простолюдин, свое место. Ну хорошо же!

— Отлично, господа и дамы! — Я отвесил самый церемонный поклон, на который был способен. Точнее, какой был в состоянии воспроизвести по памяти, более полугода тесно общаясь с Анджелином Масом, аристократом до мозга костей. — В таком случае, счастливо оставаться!

И чеканным шагом покинул трапезный зал.

Вернее, только притворился, что покинул, ибо ушел-то я через боковые двери, до которых расстояние было сравнительно мало. Там, шмыгнув за угол, я и затаился, чутко прислушиваясь к звукам снаружи. Потом сосредоточился, для верности набросив на себя полог невидимости. Он незаменим, когда выслеживаешь особо опасную нежить, — потусторонние сущности видят мир немного по-другому, но и для людей сойдет. Особенно если эти люди даже не догадываются о том, что рядом затаился человек.

Ждать пришлось недолго — за дверями какое-то время слышался невнятный гул голосов. До меня долетали отдельные слова, которые сути дела не проясняли. В основном говорили о разных мелочах: погоде, проливном дожде, который иссяк только к вечеру, оружии, весенних военных игрищах, которые должны состояться на Велик День в Брезене. Сэр Ратмир горел желанием участвовать в них, поддержав честь рода герцогов Беркана, но его в два голоса отговаривали мать и сестра. В память врезалась одна фраза, сказанная леди Руной:

— Не сейчас! Подожди, пока все закончится…

— Это «все» может для меня закончиться быстрее, чем вы думаете, — огрызнулся ее брат. — Мне скоро двадцать восемь лет. Дайте пожить, пока есть время!

Выкрикнув эти слова, сэр Ратмир вскочил с места и ринулся прочь. Он промчался в двух шагах от меня, но был слишком занят своими переживаниями, чтобы смотреть по сторонам. Да и что бы он увидел? Только то, что тень на стене имеет странные очертания.

После этого остальные лорды и леди недолго оставались в трапезном зале и один за другим стали расходиться. Я продолжал ждать и слушать, и мое терпение было вознаграждено — мимо прошли старый герцог и леди Руна, опиравшаяся на его локоть.

— Ратмир нервничает, — произнесла молодая женщина. — Мама воспитывала его и Робина с Роем после смерти их матери. Мы в детстве были неразлучны…

— Ничего. Все пройдет, — ответил ее дядя.

— Тут еще эта странная смерть Робера… Ратмир вбил себе в голову, что он должен быть следующим и сильно переживает еще и оттого, что настал не его черед. Как бы он не полез в петлю…

— Вы все трое такие разные, — дядя погладил племянницу по руке, — не скажешь, что у вас одни родители. Но если Ратмир действительно покончит с собой, значит, такова судьба. У нас в роду были самоубийцы.

За разговором они двинулись дальше по коридору, так что пришлось рискнуть и нарушить концентрацию. Чары невидимости разлетелись как дым. Если бы кто-нибудь обернулся, все бы открылось. Но, к счастью, дядя с племянницей так были уверены в себе, что не думали таиться.

— Я вот о чем подумала, дядя, — помолчав, произнесла леди Руна, — если это началось, то стоит побеспокоиться о наследниках! Пока женаты только Рой и Римус. У Роя один сын, у Римуса — сын и дочь. Есть еще Бравлин, но он по имени не Беркана, он и его ребенок унаследуют другое имя и титул. Если следующим будет Римус, невелика потеря. А если Ратмир? Или Роан?

— Жалко последнего брата? — усмехнулся старый герцог. — Что ты предлагаешь?

— Женить Ратмира. И как можно скорее. Пусть сделает жене ребенка — и хоть правда в петлю лезет! А потом настанет черед Мая и Мирона.

Признаться, от того, каким тоном были сказаны эти простые слова, меня бросило в жар. Вот уж не думал, что молодая герцогиня способна быть настолько хладнокровной! А ведь вначале казалась совсем другой!

— Женить — это хорошее дело. Не понимаю, что ваша мать тянула с женитьбой Робера? Все искала достойную… Кончилось тем, что твой старший брат, женившись на той женщине, которую я нашел для него, ни разу не переступил порога ее спальни, а вместо того чтобы исполнить свой долг перед предками, приволок из деревни этого сиротку Яго, пригрел — да так и скончался бездетным. А у тебя есть кто-нибудь на примете?

— Есть, — как само собой разумеющееся пожала плечами леди Руна. — Линда, конечно. Правда, она больше подходит для Роана.

— Линда? Но она…

— Она молочная сестра, но не Роана, а моя! Поэтому брак между ними будет действителен. Правда, она подозревается в убийстве Робина…

— Тоже мне «подозревается»! — фыркнул старый герцог. — Да и слепому понятно, что девчонка тут ни при чем! Уж мы-то знаем…

Так-так-так! А ну-ка поподробнее!

— Это ей в качестве наказания за то, чтобы не слишком задирала нос. Тоже мне — принцесса крови нашлась! Ей еще восемь лет назад сказали, что она должна выйти замуж за одного из твоих братьев или кузенов. А что ответила эта гордячка? Что она сама решит, как ей распорядиться своей жизнью! Надо было не потакать ее капризам, а скрутить и сразу оттащить к алтарю! Хотя бы с тем же Робином! Но твоя мать почему-то решила «не портить девушке жизнь». — Эти слова были сказаны таким пренебрежительным тоном, что сразу стало ясно: глава рода крепко недолюбливает леди Илону. Знать бы за что? — Вот пусть посидит, подумает немного, а когда присмиреет, тогда и женим на ней кого-нибудь.

— Отличная идея, — кивнула молодая женщина. — Только не стоит с этим затягивать. Мы же не знаем, отчего умер Робер…

— И вряд ли когда узнаем, — проворчал ее спутник. — Этот приглашенный некромант… Мэтр Белла… Не думаю, что такой мальчишка может справиться с этим делом.

— Мне его рекомендовали как опытного мага, который располагает всеми доступными силами и средствами. К мэтру Белле обращаются многие…

— Слишком многие!

За поворотом послышались чьи-то шаги — кто-то шел навстречу собеседникам. Они разом прекратили разговор и прибавили ходу, а я, наоборот, остался на месте, чтобы не привлекать лишнего внимания. Человек — судя по одежде, кто-то из слуг, — прошел мимо, ничего не заметив. Посмотрев в сторону удалявшихся дяди и племянницы, я вздохнул и отправился к себе.

Но ноги сами понесли в другое крыло здания, где располагались покои Линды и ее юных подопечных, Мезмиры и Яго.

Стоило мне переступить порог, как навстречу бросилось что-то большое, лохматое и весьма энергичное. Встав с пола и отряхнувшись, обнаружил, что это был Буян. Став нежитью, пес проникся ко мне такой симпатией, словно я был его единственным и горячо любимым хозяином.

В комнате сидел только мальчик, Яго. У него на коленях свернулся мой Зверь, мурлыча с самым довольным видом.

— Привет, — я отпихнул морду Буяна, который намеревался как следует еще и обслюнявить все, до чего дотянется, — ты один?

— Один, — кивнул тот. — Мезмира ушла.

— Куда?

— Ее забрали. К остальным.

Ой, что-то мне это резко не понравилось!

— Куда — «к остальным»?

— Не знаю. Просто сказали, что ей тут нельзя оставаться, и теперь она будет с остальными. И увели. За ней пришла леди Марина, жена сэра Римуса.

— И давно?

— Еще утром.

— И тебя оставили совсем одного? — В душе почему-то шевельнулась жалость.

— Я не один. — Мальчик одарил меня улыбкой. — Со мной Буян. И этот кот. Он так мурлычет…

Я присел рядом на лавку, почесал Зверя за ухом:

— Так вот куда ты запропал! А я тебя везде ищу… Выследил ту нечисть?

Котяра открыл один глаз и смерил меня недовольным взглядом: мол, не видишь, что я занят?

— Понятно. — Я отнял руку. — Когда закончишь свои дела, возвращайся.

Яго очень внимательно слушал мои слова.

— Вы хотите поймать призрака, который на меня напал? — поинтересовался он, заглядывая в глаза.

— Хочу. Чтобы он больше не обижал маленьких мальчиков!

— Я уже большой, — заспорил мальчишка. — Мне шесть лет! И я ничего не боюсь, только… — он запнулся, — только есть хочется немножко.

Вот бес! Как же я не подумал! Поминальная трапеза состоялась уже вечером, до этого в замке по традиции никто ничего не ел. И мальчишку просто забыли покормить. Или не забыли? Мезмиру-то куда-то увели, значит, о девочке подумали. А о нем? Что-то мне подсказывало, что, кроме Линды и «погибшего» Робера Берканы, о нем в замке вообще никто не заботился. Кому нужен деревенский сирота, когда свои наследники, законные, подрастают?

— Пошли со мной, — решился я. — Поживешь в моей комнате, я что-нибудь придумаю…

— Нет. — Яго крепко прижал к себе кота и бросил на меня упрямый взгляд. — Я Линду подожду. Она ведь придет! Куда она ушла?

— Линда придет очень не скоро. — Я вспомнил, что девушку, когда выпустят из подземелья, сразу отведут к алтарю. — Я пока позабочусь о тебе. Кроме того, с нами пойдет Буян. И Зверь… когда еще раз сходит на разведку, — добавил я, обращаясь к коту. Тот намек понял и соскользнул с детских колен, направляясь к выходу.

Утихший дождь не думал возобновляться — природа словно вылила на землю все запасы влаги. Только с веток деревьев еще срывались капли да в воздухе висела мелкая морось. Набухшие почки были готовы прорваться, выпуская наружу молодую листву, — дни стояли теплые, и не было сомнений, что вот-вот все вокруг зазеленеет. На березах, ольхе, кустах орешника уже висели сережки. В серьгах стояли вербы над разлившимся ручьем.

Всадник сдержал бег коня, озираясь по сторонам. Ручей впадал в речку, которая текла прямо к Брезеню. Берега его густо поросли ивами и ольхой, но, чем дальше от воды, тем заросли становились реже. Забираться в чащу человеку не хотелось — конь не пройдет. А спешиться и месить грязь ногами? Премного благодарны! И куда дальше? Оставаться и ждать встречи здесь или проехать чуть-чуть вперед?

Весенний лес почти прозрачен, лишь легкая зеленоватая дымка заметна в кронах, и все видно далеко. И еще одного всадника нельзя было не заметить.

Он правил конем с осторожностью, нарочно стараясь выбирать, где кусты и деревья стояли гуще, словно не хотел, чтобы его видели. Но, заметив, что его ждут, отбросил осторожность и поскакал напрямик.

Двое мужчин остановили коней вплотную друг к другу и некоторое время молчали.

— Ну как там? В замке? — произнес опоздавший.

— Нормально. Робин убит.

— Вот как? И кто?

— Не знаю. Никто не знает. Некромант пытался допросить труп, но…

— Некромант? — Опоздавший мужчина подался вперед. — Он-то здесь откуда?

— Руна пригласила. Якобы встретила на улице Брезеня, когда ездила к своей кормилице в гости, и он согласился помочь.

— Некромант. — Мужчина помолчал, думая о своем. — И как его зовут?

— Мэтр Белла. Имя тоже называли, но я забыл.

— Йож?

— Да, точно!

Надо было видеть лицо приехавшего вторым мужчины! На нем отразилась целая гамма чувств — от растерянности и недоумения до сдерживаемой ярости. Его собеседник смотрел растерянно:

— Что-то случилось?

— Пока нет. Но когда случится, будет поздно.

— Мне тоже этот Белла показался подозрительным.

Они еще помолчали. Потом тот, что приехал вторым, развернул коня, направляясь своей дорогой.

— Будь осторожен! — крикнул ему вслед первый всадник.

— Ты тоже! — через плечо отозвался тот.

Оба разъехались в разные стороны. Но первый проехал всего ничего, когда за спиной услышал приближающийся топот копыт. Всадник хотел оглянуться, посмотреть, кто скачет, но его конь внезапно понес. Словно сорвавшись с цепи, он ринулся вперед. Мужчина попытался как-то сладить с взбесившимся животным, но тщетно. Жеребец мчался, не разбирая дороги, и, запнувшись копытом о торчащий корень, кубарем полетел по земле вместе с всадником.

По пути завернув на кухню, я решительным тоном потребовал для голодного ребенка каши и хлеба с молоком. Пришлось немного припугнуть задерганных слуг посмертными карами, но в конце концов ужин оставленному без присмотра и ухода Яго принесли. Сейчас мальчик спал на моей кровати, а я сидел рядом и напряженно размышлял.

Подумать было о чем. За последние сутки удалось узнать много нового и интересного о семействе Беркана. Странно, но эту фамилию несколько раз упоминали на нашем факультете в Колледже. Эх, знал бы заранее — ни за что не выкинул конспекты по окончании учебного заведения! Оставил ведь только практические тетради и полевые заметки с практики, а записи лекций и теоретический материал отправил на помойку. А ведь там было что-то, напрямую связанное с некрополем. Это же не просто храмовый комплекс, это еще и жуть какое древнее сооружение. Что-то такое тут существовало еще до того, как был построен замок.

Кстати, крыло некрополя с трех сторон окружали храмы: примыкавший вплотную храм Смерти, Прове-справедливого и Дивы-жизни. В саду тоже были какие-то захоронения — то ли дальней родни, то ли прислуги, то ли случайных людей. Как бы то ни было, здесь нашел свой последний приют достаточно разношерстный народ. С ними бы поговорить, может, они что-нибудь знают.

Но как и когда это сделать? Бежать сию минуту нет возможности — теперь на моем попечении ребенок. Днем мальчишку еще можно чем-то занять, отправить к слугам, а вот ночью куда девать? Вряд ли Яго окажется столь смелым, что в шестилетнем возрасте захочет прогуляться по кладбищу. Хотя…

Я уже совсем решился и протянул руку, чтобы потрепать мальчика по плечу: «Слушай, как тебе понравится пойти и немного поиграть среди могилок?» — когда странный звук привлек мое внимание.

Сначала на ум пришел Зверь. Черный кот удрал, стоило нам переступить порог комнаты, и отправился бродить по своим делам. Но потом я сообразил, что ни один кот так стенать не станет. Тем более что Буян никак не отреагировал на звук — то ли пес-нежить утратил часть слуха, то ли просто не воспринимал его источник как угрозу.

Первым делом я схватился за нож. Так и есть! Лезвие светилось слабым зелено-голубым светом — верный признак того, что поблизости появились гости из иного мира. Пес-нежить не считался — при приближении к нему свечение не менялось. Значит, зачарованный клинок реагировал на что-то за порогом.

Яго во сне почмокал губами и повернулся на другой бок. Загадочный звук повторился. Интересно, его кто-нибудь слышит, кроме меня?

— Охраняй! — Я за шкирку подтащил Буяна поближе к постели, кое-как взгромоздив тушу на одеяло, и покинул комнату.


ГЛАВА 8 | Как не потерять работу | ГЛАВА 10