home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Центральная площадь, Каско-Вьехо, Панама, 1 мая, 18:36

Антонио Сантос с рукой на перевязи стоял возле входной двери, приставив к ней дуло пистолета примерно на высоте головы.

— Кто там?

— Служба доставки, — откликнулся голос за дверью. — Посылка для мистера Стефано Романо.

— Оставьте под дверью.

— Не могу. Мне надо, чтобы вы расписались, — снова отозвался голос.

Сантос колебался. На этой неделе он ожидал две посылки на указанное имя — будет обидно, если они вернутся по обратному адресу. С другой стороны, ему не следовало забывать о бдительности, пока он не убедится, что оторвался от любой слежки.

— От кого посылка? — спросил он, осторожно прижавшись лицом к дверному глазку.

Невзрачного вида человек в коричневой униформе стоял на лестничной площадке. Похоже, он недавно начал отращивать бороду и вовсю работал челюстями, мусоля во рту жевательную резинку. На последний вопрос Сантоса он картинно закатил глаза и, надув из жвачки пузырь, проткнул его пальцем.

— Посылка из Италии, — ответил он, глянув на почтовый штемпель и прочтя надпись на обороте. — От какого-то Амарелли.

Сантос заулыбался, убрал пистолет за пояс брюк, отпер замок и распахнул дверь.

— Лакричный напиток «Амарелли» из Калабрии, — объяснил он, расписавшись на квитанции, и принялся жадно раскрывать коробку. — Самый лучший в мире. — Он приложился к банке и шумно отхлебнул, потом спросил: — Хочешь попробовать? — и протянул банку курьеру, но тот отмахнулся, буркнув слова благодарности. А Сантос продолжил: — Где я только ни искал, но сюда эта штука, похоже, не завозится. Хорошо хоть почтой можно доставить.

— И для меня это хорошо, Антонио, — вдруг сказал курьер. — Иначе я бы никогда тебя не нашел.

Глаза Сантоса округлились, когда до него дошло, какую ошибку он совершил. Пинком захлопнув дверь, он потянулся к пистолету за поясом, но незнакомец оказался проворнее — успел просунуть в щель ногу, потом протиснулся в дверь плечом, оттолкнув Сантоса назад. Сантос собирался выстрелить, но не успел нажать на курок: незнакомец выбил у него из рук пистолет и, вцепившись ему в горло, повалил на колени. Сантос хрипел, как пойманный в силки зверь, хватаясь руками за глотку.

Убедившись, что их никто не видел и не слышал, посыльный захлопнул дверь и поволок Сантоса за ноги на кухню. Там он надел на него наручники и пристегнул их к стальному тросу, продев его в прутья оконной решетки.

— Подожди! Как твое имя? — прохрипел Сантос, силясь подняться на ноги.

— Фостер, — ответил незнакомец и натянул трос так, чтобы руки Сантоса задрались выше головы, благодаря чему тот мог теперь стоять только на цыпочках, чтобы наручники не резали запястья. Раненую руку жгло словно огнем.

— Пожалуйста, Фостер, не надо! Я хорошо тебе заплачу! — заверещал Сантос. — Заплачу вдвое больше, чем те, кто тебя послал!

— А то ты не знаешь, как дела делаются! — Незнакомец холодно смотрел на него. — Если уж я взялся за работу, то переметываться не стану. Потому люди меня и нанимают. Ты ведь тоже нанимал меня.

— То есть как нанимал? Да я тебя даже не знаю!

— Еще как знаешь. — Фостер прикрепил трос к батарее и подергал, убедившись, что тот хорошо натянут. — А Лас-Вегас? «Амальфи»? Разве не твой заказ это был?

— «Амальфи»? — прошептал Сантос и побледнел как полотно. — Послушай, не надо, пожалуйста! Давай договоримся! Отпусти меня, и я исчезну. Исчезну, и они никогда об этом не узнают!

— Но я-то буду знать. А я не хочу, чтобы твоя жизнь осталась на моей совести. Ну-ка давай распахни пасть пошире.

— Что?

Сантос пытался выдавить из себя крик, когда незнакомец заталкивал ему в рот гранату. Пропихивая ее между челюстями, он выбил Сантосу два зуба и наконец пристроил чекой наружу. Вытаращив глаза, охваченный ужасом Сантос невольно начал делать глотательные движения.

— Тот, кто послал меня, велел передать тебе, что он человек здравомыслящий и цивилизованный. Поэтому, если бы ты вдруг испытал потребность принести извинения…

Сантос истошно закивал, едва не теряя сознание от боли в вывернутых руках.

— Ну что ж, хорошо. — Фостер наклонился, выдернул из гранаты чеку и положил ее на стол. Потом достал из кармана мобильный телефон, набрал номер и положил мобильник рядом с чекой. — Он уже слушает. — Фостер кивнул на телефон. — Так что, когда будешь готов, просто выплюни гранату и толкай свою покаянную речь!


1 мая, 12:09 | Женевский обман | Эпилог