home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Виале XXI Априле, Рим, 18 марта, 16:51

Запыхавшись, Аллегра бежала сначала по виа Гаэтано Морони, потом по виа Луиджи Пигорини мимо небрежно выстроившихся гуськом вдоль обочины машин.

Неужели Галло убийца?.. Да разве такое возможно? Нет, невозможно. Но как тогда объяснить то, что она видела собственными глазами? Эти выстрелы в дверях, Гамбетта, зашатавшийся и рухнувший на пол как подпиленное дерево, звериное пыхтение и хрип Галло, когда он тащил мертвое тело по бетонному полу; каменное лицо и холодные глаза.

Она наконец перешла на шаг, дыхание постепенно приходило в норму, мысли тоже потихоньку улеглись.

Заметил ли ее Галло? Этого она так и не поняла. Сейчас главное — удрать от него подальше.

Остановив такси, она с облегчением плюхнулась на заднее сиденье и назвала свой домашний адрес на Авентинском холме.

Видел ее Галло или нет, в общем-то не важно. И так ясно, как он поступит. Он убил Гамбетту, чтобы тот никому не смог рассказать о своем открытии, об обнаруженной им связи между убийствами. Иначе зачем он тогда остановился под сломанной лампой, где Гамбетта снял с полки коробку? Он искал там свинцовый диск — чтобы никому больше не пришло в голову установить эту связь. Никому, кроме Аллегры.

— Какой номер дома? — не оборачиваясь, спросил шофер, когда они выехали на виа Гверрьери.

— Езжайте пока прямо, до конца улицы.

Шофер прибавил газу, и Аллегра, съехав пониже на сиденье, осторожно наблюдала в окошко за дорогой.

Ага, вот! Ярдах в пятидесяти от ее подъезда синяя «альфа». Впереди сидят двое, и боковые зеркальца у машины неестественно выгнуты, чтобы просматривался задний вид. Водитель был ей незнаком, а вот пассажир… На пассажирском месте сидел Сальваторе — его она узнала сразу. Значит, Галло не только видел ее, но и уже отправил своих людей ее выслеживать.

— Езжайте прямо, — пригнувшись, сказала она водителю. — Я передумала. Отвезите меня… Отвезите меня на виа Гальвани. — Это было единственное место, которое она смогла придумать.

Состроив недовольную рожу, водитель проворчал что-то насчет женщин и направлений, но уже через десять минут, на виа Гальвани, снова закатил глаза, когда Аллегра попросила его ехать и не останавливаться.

— Вы хоть сами-то знаете, куда вам надо? — раздраженно бросил он через плечо.

— А вам какая разница, если платят? — отрезала она, внимательно изучая улицу. На этот раз ни Галло, ни его людей пока не было видно. — Все, остановите здесь, приехали.

Расплатившись, Аллегра вышла из машины и пошла назад, к дому Аурелио.

— Ego sum principium mundi et finis saeculorum attamen non sum deus[12], — отозвался голос в домофоне.

— Не сейчас, Аурелио! Скорее впусти меня! — торопливо проговорила Аллегра.

Почти без промедления дверь запикала и открылась. Аллегра направилась к лифту. Аурелио ждал ее на лестничной площадке, лицо встревоженное.

— Что стряслось? — спросил он, когда она вышла из лифта.

— У меня неприятности.

— Это я вижу. Заходи!

Он провел ее в свой кабинет и нервно присел на подлокотник, вместо того чтобы, как обычно, опуститься в свое царское кресло. Вышагивая по комнате из угла в угол и стараясь придать голосу как можно больше спокойствия, Аллегра поведала ему обо всем, что видела и слышала, — об убийстве Кавалли, о свинцовых дисках, об убийстве Гамбетты, о Галло, которого узнала в лицо. Аурелио слушал ее, потупившись и теребя в пальцах осколок черепицы. Когда она закончила, наступила долгая пауза.

— Это я виноват, — проговорил он шепотом. — Если бы я только знал!.. Не надо было втягивать тебя во все это!

У Аллегры вырвался нервный смешок.

— Если уж хочешь кого винить, так вини Галло.

— Послушай, я знаю одного человека. Детектива из полиции, — сказал Аурелио. — Давай я позвоню ему и…

— Не нацо! — перебила она, решительно мотнув готовой. — Не надо полиции. Никакой полиции до тех пор, пока я не разберусь, что происходит. Пока не пойму, кому можно доверять.

— Тогда чем я могу помочь?

— Мне нужно где-то перекантоваться. Нужен кофе и ответы на кое-какие вопросы.

— Первые две вещи я могу тебе обеспечить. А третье… Над третьим мы можем помозговать вместе.

— Два пункта из трех — очень даже неплохо для начала. — Она наклонилась и чмокнула его в лоб.

— Кофе-то надо было сразу тебе предложить. — Аурелио улыбнулся. — Давай-ка садись, отдохни. — Он встал и усадил ее в свое кресло.

Аллегра закрыла глаза и попыталась упорядочить сумбур мыслей в голове. На душе немного полегчало от знакомого запаха одеколона и веселого грохота сковородок и посуды, доносившегося с кухни. Ей вспомнился родной дом, мать, хлопочущая у плиты, но она тут же спохватилась.

Отдыхать? Как это отдыхать после всего увиденного? Как можно отдыхать, когда Галло носится по городу, разыскивая ее?

Она вскочила, осторожно подошла к окну и встала сбоку, чтобы видеть улицу и оставаться при этом незамеченной. Улица была пустынна. Отлично! Она вспомнила, что вроде бы никогда не говорила ни Галло, ни кому-либо из команды о своей дружбе с Аурелио, а стало быть, здесь ее искать не должны. А то ведь, если придут, не повоюешь — пистолет-то тю-тю…

От этой мысли она почувствовала себя еще более уязвимой и беспомощной, даже похлопала себя по бедру, нащупав пустую кобуру. А что, если… Она глянула на стол Аурелио. Где-то тут в одном из ящиков вроде бы был пистолет. Нелегальный, понятное дело. Советский «Макаров» — Аурелио приобрел его, когда был на раскопках в Анталье, на всякий случай, чтобы было чем защититься от местных головорезов. Но сейчас ей было плевать, легальный это пистолет или нелегальный.

Она начала шуровать в столе. Наткнулась на пачку листов с печатным текстом, по верхнему листу поняла, что это завтрашняя лекция Аурелио в галерее Дориа-Памфили. Прошлась подругам ящикам и в третьем, у самой дальней стенки, за какими-то кассетами и пачкой рецептов, нащупала пистолет.

Она проверила обойму — полная, все восемь патронов. Постучала ею по столу на случай, если один вдруг завалился. Сам пистолет был в хорошем состоянии и, похоже, недавно смазанный; затвор не заедал, скользил легко; боек отзывался приятным зычным щелчком. Не густо, конечно, но все лучше, чем ничего. Аллегра вставила обойму обратно.

Немного успокоенная этой находкой, она снова села в кресло Аурелио и попыталась навести порядок в мыслях. Но мысли скакали. Она думала то о Гамбетте и обо всем, что он ей говорил, то о Галло и о своем спасительном бегстве, то о Сальваторе, в чьи лапы она чуть не угодила, то об Аурелио, приютившем ее.

И еще почему-то задумалась над головоломкой, которую Аурелио только что подкинул ей через домофон.

— Я есть начало мира и конец веков, но я не есть Бог, — хмурясь повторяла она строку, переведенную с латыни.

Начало мира… Что это? Зарождение жизни? Рассвет? Младенец? Тогда каков конец? — спрашивала она себя. И кто, как не Бог, может быть в начале всего и в конце времен? Может, следует рассматривать это более буквально?

«Mundi» по-латыни — «мир», а «века» — «saeculorum», значит, «начало мира» это… Глаза прямо сами открылись.

— Да это же буква «эм»! — воскликнула она. — Начало слова «mundi» и конец слова «saeculorum» — это буква «эм»!

Сияя довольной улыбкой, она побежала на кухню, но, к своему удивлению, никого там не обнаружила — только чайник вовсю пыхтел на плите. Озадаченно хмурясь, она выключила конфорку и вышла в прихожую. Там, нервно нащупав на боку пистолет, позвала:

— Аурелио!

Ответа не последовало, хотя ей показалось, что она слышит его голос вроде как из спальни. Тогда она подошла к приоткрытой двери спальни, узкая полоска света пробивалась в щель. Не желая мешать, она прижалась ухом к щели и замерла. Аурелио говорил по телефону. Говорил о ней!

— Да, она сейчас у меня. Конечно, я могу ее пока задержать. Ну да, а зачем она вам нужна?

Вскинув пистолет, Аллегра попятилась к входной двери — лицо бледное, сердце колотится, кровь шумит в ушах. Значит, сначала Галло, а теперь и Аурелио?

Слезы щипали глаза. Она повернулась и бросилась вон из квартиры — бегом по лестнице на улицу. Бежала и не знала, от чего плачет, — от грусти или от злости. Да и не все ли равно? Не все ли равно теперь?


Штаб-квартира ФБР, Вашингтон, федеральный округ Колумбия, 18 марта, 10:47 | Женевский обман | Элитарный жилой дом «Вилла де Роме», бульвар де Суисс, Монте-Карло, Монако, 18 марта, 17:23