home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 4

Набережная Танура поднималась от моря двумя широкими ступенями, каждая — почти по полтора метра, и даже так ближайшее капитальное строение находилось не ближе, чем в ста метрах от кромки прибоя. Впрочем, это не мешало прилавкам и балаганам приморского рынка оккупировать гранитные ступени с рассвета и до полудня. Отдыхающие, появляющиеся на Южном побережье только летом и весной, строили предположения относительно такой странной архитектуры и почти никогда не угадывали.

«Это не приливы такие высокие, это шторм такой сильный», — подумал Мэтью Райхан (разъяснять очевидные вещи было частью его профессии).

Тот, кто не видел зимний шторм у мыса Танур, не может понять значения слова «стихия». Возможно, именно поэтому выросший в Тануре Мэтью так хорошо вписался в коллектив Службы Поддержки.

«Десять лет с этими психами цацкаюсь. Все, беру отпуск — еду в Хо-Карг. Говорят, там черных магов почти нет».

У раздражения куратора была причина — все планы на зиму пришлось менять. Обычно в этот сезон персонал Службы Поддержки юго-западного региона сокращался вдвое за счет отпускников. Мэтью всерьез рассчитывал присоединиться к великому исходу (опять же, у тещи юбилей), но тут его вызвал к себе старший координатор региона.

— У нас СИТУАЦИЯ, — многозначительно сообщил самый влиятельный черный маг побережья.

Когда старший координатор говорил ТАК, даже стажеру становилось ясно — предстоит много-много внеурочной работы.

— Вы мне отпуск обещали! — осторожно напомнил куратор.

— Дам, — подтвердил колдун, — но позже. Тут на днях нарисовался тип — пробу ставить негде. В двадцать пять лет — боевик, некромант, еще и алхимик, — Аксель поморщился. — Наше молодое все. Так что учти: он и проклясть может, и яду подсыпать, а если сильно прижмет — еще и зомби натравить.

Мэтью старательно изобразил удивление, хотя к чему идет, понимал и без намеков.

— Почему бы не прикрепить к нашему гостю кого-нибудь помоложе? Разница в возрасте…

— На щенка он просто внимание не обратит, — отмахнулся Аксель, — я таких знаю. А на солидного человека могут рефлексы сработать.

Да, для своих не слишком почтенных лет Мэтью Райхан выглядел очень представительно.

«Ну, сколько можно? В отделе тридцать два сотрудника, а всяких уникумов суют одному мне! Вон, летом армейского спеца подсудобрили, в состоянии депрессии — чуть сам его не утопил (к слову, его полагалось сопровождать другим людям и за отдельные деньги). Теперь вот некромант с зомби. А до отставки, между прочим, добрых пять лет!»

Когда Мэтью поступал на государственную службу, она представлялась ему более размеренной и спокойной. Аксель колебания куратора заметил — в таком возрасте даже черные становятся наблюдательными.

— Премию выдам, двойную, за вредность.

Мэтью согласно кивнул. Спорить — себе дороже, все равно придется работать, так еще и за бесплатно.

И вот, вместо того, чтобы сидеть дома и слушать щеглов, не выспавшийся куратор вынужден был вместе с шефом встречать паром из Золотой Гавани. Рейс задерживался. Владельцы ярких палаток начинали поглядывать на небо — не пора ли сворачивать торговлю? Любой местный житель мог определить приближение шторма как минимум за полчаса.

Ревели ослы, гомонили торговцы, блестела боками выловленная ночью рыба, пирамидами громоздились разноцветные фрукты. На открытых жаровнях исходила соком морская мелочь, чадный дым мешался с ароматом выпечки и йодистым запахом водорослей — приезжих такой коктейль бил наповал. Две местные гадалки, благоразумно решившие не дразнить льва, сделали перерыв в своей околомагической практике и что-то бурно обсуждали в тени своих навесов.

Раздались приветственные крики — из-за танурского мыса, обгоняя облачный фронт, показался припозднившийся паром. Торговцы и встречающие двинулись к пирсу, обтекая единственный на всю набережную лимузин — собственность старшего координатора региона.

«Ну, не приживаются у нас автомобили, не приживаются! То двигатель у них перегревается, то тормоза срывает».

Мэтью содрогался от мысли, что когда-нибудь алхимики учтут свои ошибки и сотворят драндулет, подходящий для местных склонов. Зная любовь отдыхающих к дорогим изыскам, он уже видел весь Танур забитым металлическими монстрами. Пока проезжими в городе были две дороги: к гавани и «проспект» — самый благоустроенный отрезок берегового тракта. Изначально тракт задумывался как сухопутная дорога, связывающая Золотую Гавань с мысом Танур, но знающие люди предпочитали рейсовый паром, а это уже о многом говорило.

Куратор начал мысленно готовиться к встрече. Знакомиться с одним колдуном в присутствии другого, тем более хозяина территории, тем более при такой разнице в возрасте — задачка не для любителя. Нельзя позволить координатору прессовать новичка: молодой маг может оказаться темпераментным и моментально встанет на дыбы. Также нельзя позволить гостю задирать хозяина — у Акселя очень специфическое чувство юмора. Конечно, присутствие свидетеля должно заставить колдунов держаться в рамках приличия, но те, кто слишком рассчитывает на здравомыслие черных магов, быстро становятся инвалидами.

Мэтью Райхану уже приходилось работать с ретроспективными аниматорами, и какой-то особенной вредности характера он у них не заметил (вот армейские спецы, те — да!). Однако этого мага Аксель выделял, называя именно некромантом (специалистов криминалистического отдела он пренебрежительно обзывал «кукольниками»). Это должно было что-то означать…

Момент, когда настроение старшего координатора изменилось, от внимания куратора ускользнул. Старый колдун перестал нетерпеливо теребить жилетку и многозначительно хмыкать, словно внезапно окаменел. Мэтью начал исподтишка оглядываться — паром пришвартовался, если он что-либо в чем-нибудь понимал, то черный маг должен был сойти на берег первым. Вроде, галдеж на пристани стал тише, или — показалось? И тут куратор понял, почему у Акселя такое странное выражение лица.

По сходням спускался юноша совершенно невообразимой наружности: в армейских полевых штанах и бутсах, в просторной рубашке с надписью «Я — инквизитор!!!» и в кожаной кепке поверх крашеных рыжих волос. Этакий ходячий плевок общественному мнению. Толпящийся на пирсе народ явственно старался держаться от странного юноши подальше. «Мать…!»

Судя по всему, Аксель мучительно боролся с желанием сделать вид, что он здесь ни при чем, и сбежать не поздоровавшись. Но Мэтью был уверен, что такого небрежения восходящая звезда некромантии координатору не простит. Да и как может черный маг обратиться в бегство?! Меж тем гость вышел на расстояние удара.

— Здравствуйте! — и он приподнял кепку.

«Волосы сиропом мазал», — профессионально определил Мэтью. — «Вон как торчат!» Племянница куратора увлекалась странными прическами, но никогда еще ей не удавалось достичь такого вопиющего беспорядка.

— Доброго дня, мастер Тангор, — смирился старый колдун. — А где ваша собачка?

— Сейчас принесут.

Пара матросов выгружала на берег чучело лохматой собаки. Чучело ехидно ухмылялось.

Носильщики, загружавшие в лимузин имущество странного юноши, не позволили себе ни единой улыбки или косого взгляда в сторону стоящего рядом координатора (самоубийц среди них не было — Акселя в лицо знали все). Мэтью сел за руль, его начальник — рядом, а гость залез на заднее сидение, всем видом показывая, что еще один человек там не поместится. В багажнике завозилось чучело, пытающееся просунуть морду в салон (сопливая носопырка высунулась над спинкой сиденья и заинтересованно шевелила ноздрями). «Надо же, у этого половичка, оказывается, нюх имеется!»

Мэтью вывел машину на крутой серпантин, буквально чувствуя, как за их спиной люди переглядываются и начинают обсуждать инцидент.

«Нужно делать вид, что все идет, как надо. Словно черный маг с „гнездом“ на голове для Южного побережья — в порядке вещей. В конце концов, мало ли какая бывает мода?»

Желание избежать неприятностей оказалось столь велико, что куратор шутя убедил себя в тривиальности происходящего. Да, да, рыжие черные маги тут на каждом шагу! На Мэтью снизошло непередаваемое спокойствие смертника.

— Добро пожаловать в Танур, сэр, — дружелюбно промурлыкал он. — Вы хотели бы выбрать гостиницу сами или желаете воспользоваться служебными апартаментами? Очень комфортно и совершенно бесплатно!

— Бесплатно, это хорошо, — покивал молодой маг. У него был протяжный выговор северянина и какой-то едва заметный, но уже знакомый куратору акцент.

Мэтью истолковал эти слова как согласие и при въезде на проспект свернул направо. Куратору было жутко интересно, является ли Тангор сотрудником НЗАМИПС. Может, стоит обвинить координатора в нецелевом расходовании средств?

— Мы взяли на себя смелость доставить в ваш номер набор кое-каких ингредиентов и дополнительную ванну, — нужные некроманту снадобья Аксель отбирал лично, — сообщите прислуге, когда пожелаете избавиться от ее содержимого. Выливать абы куда использованные растворы старший координатор не велел.

— Это замечательно! — оживился юноша. — А кормить будут?

— Только завтраками, — сокрушенно вздохнул Мэтью. — Но вы можете заказать в номер обед из любого ресторана, — благо все они в Тануре находились на расстоянии прямой видимости. — Напротив вашей гостиницы расположилась таверна «Северная звезда», там очень хорошо готовят рыбные блюда.

— Нет, северные звезды нам ни к чему, — хмыкнул Тангор.

Куратор, наконец, узнал его акцент. Самым трудным случаем в практике Мэтью стал обыкновенный «чистильщик», из Краухарда. Не то, чтобы тот маг обладал каким-то особо тяжелым характером или мерзкими привычками, просто ему ничего не было известно о существовании других точек зрения — он ими не интересовался.

«Знал бы, откуда вылезло это молодое дарование — симулировал бы психоз. Фиг бы меня Аксель на работу выгнал!»

Но сейчас идти на попятную было поздно — такой выходки координатор подчиненному не простит. «Не слишком ли долго старик отмалчивается?»

— Деловую сторону вашего визита, — гробовым голосом сообщил Аксель, — мы осудим завтра в моем кабинете. Автомобиль придет за вами к десяти.

— Согласен! — великодушно разрешил юноша.

Вселение черного мага в гостиницу заняло четверть часа и прошло на удивление спокойно. Несмотря на вызывающий вид, некромант добросовестно заполнял необходимые формы, снисходительно терпел глупые вопросы портье и великодушно разрешил принести себе в номер сладкий чай («растрясло меня в дороге!»).

На этом месте старший координатор счел возможным ретироваться. Мэтью следовало бы остаться с Тангором, продолжить знакомство, укрепить отношения, но сейчас его помощь требовалась другому черному.

— Ни стыда, ни совести! — завистливо пробормотал Аксель, выбравшись на улицу.

Старший координатор сам обожал эпатировать публику, но такой глубины презрения к нормам и правилам маг, заботящийся о своем общественном положении, позволить себе не мог. Мэтью стал свидетелем хорошо продуманной психической атаки, угодившей точно в цель. Аксель был сокрушен. Завтра он придумает, чем ответить, как свести на нет достигнутое противником преимущество, но сегодня ему остается только обтекать. Куратор праздно задумался, кто из известных ему эмпатов мог бы продемонстрировать такое виртуозное и безжалостное знание черной натуры, и вынужден был признать, что — никто.

Сумеет ли юноша использовать достигнутый успех? Мэтью в этом сомневался. Скорее всего, отношения двух черных выльются в бесконечный обмен шпильками, плавно перетекающий в магический мордобой, гордо именуемый дуэлью.

— Трудно с ним будет, — вздохнул куратор.

Координатор прошипел что-то матерное по старо-катахонски и полез в лимузин, снова вперед. Мелочь, но показательно — черный не мог заставить себя занять место своего противника. Так растопырить старого колдуна еще никому не удавалось!

Весь вечер Мэтью потратил на штудирование конспектов и наиболее известных трудов по поведению черных магов. Исследователи сходились на том, что способность играть смыслами, критически относиться к собственной природе, приходит к владельцам Источников после первой сотни лет жизни. Не достигшему тридцатилетнего рубежа молодняку полагалось быть простым, понятным и предсказуемым. Однако специфический жизненный опыт мог сдвинуть границу созревания…

«Надо будет досье на него запросить. Нет ли у ретроспективных аниматоров каких-нибудь дополнительных черт? В конце концов, мог же он просто угадать!»

То, что случайности не было, куратор понял на следующий день, когда молодой Тангор спустился к ожидающему его лимузину. Юноша являл собой образец черного мага: дорогой костюм, начищенные ваксой туфли, на брюках — стрелочки, которыми запросто можно резать хлеб, и шелковая сорочка в модную серо-голубую полосочку. Галстук скрепляла золотая булавка. Естественно, никаких рыжих волос.

Растрепанное чучело в армейских бутсах осталось только в памяти куратора, теперь рассказать о нем кому-то не было никакой возможности — не поверят. «Только бы Аксель ничего не учудил!»

Оказавшись в дураках, координатор способен был впасть в ярость. Что это означает для безопасности целого региона, думать не хотелось.

К счастью, старик оказался не промах и выбрал самую беспроигрышную тактику — сохранять достоинство. Старший координатор принял гостя в своем кабинете, соблюдая все мыслимые правила и церемонии, принятые у черных. Мэтью понял, что молодой маг может не беспокоиться за свою жизнь — Аксель не позволит себе вольностей. До конца дней старый колдун будет упрямо демонстрировать нахалу, КАК ИМЕННО должен вести себя НАСТОЯЩИЙ волшебник. К слову сказать, подчиненным координатора не часто удавалось это увидеть.

Тангор держался почтительно, как и полагалось приезжему, вторгшемуся на чужую территорию, держал руки на виду и старательно прятал взгляд.

Куратор попытался представить себе будущее мага, полного юношеской энергии, но лишенного юношеских заблуждений, существа, не ведающего страха и не признающего условностей, легко принимающего любые роли и так же легко сбрасывающего их с себя. Какими страстями и пороками он будет руководствоваться? Особенно, когда войдет в полную силу.

«А ведь он будет коптить небо еще добрые триста лет!» — ужаснулся про себя Мэтью. — «Ни в коем случае нельзя с ним ссориться — мало ли, чем обернется»


Глава 3 | Трилогия «Житие мое» | Глава 5