home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


1

В том, что мне следует написать о событиях, которые привели к «сверхсекретному эксперименту», проведенному в сентябре 1947 года на крошечном островке в южной части Тихого океана, я не сомневаюсь. Однако я отнюдь не уверен в том, что разглашение этой тайны будет мудрым поступком. Есть на свете такие вещи, против которых человечество, существующее на нашей планете всего лишь миг, не имеет действенного оружия, так что, возможно, разумнее будет молчать и просто ждать развития событий.

Так я рассуждал и колебался, пока не пришел к выводу, что есть иные судьи, более знающие, чем я; а поскольку данный «эксперимент» имел отношение к древним силам зла, едва ли постижимым разумом человека, я просто вынужден описать все, чему был свидетелем, пока время не наложило свой отпечаток на те события и пока сам я не исчез с лица земли — чего, боюсь, осталось ждать недолго.

Эта история началась в Сингапуре, в одном из самых знаменитых в мире баров…


Едва войдя в бар, я обратил внимание на пятерых джентльменов, сидевших тесной группой. Заняв место неподалеку, я украдкой бросал взгляды в ту сторону, пытаясь определить, нет ли среди них кого-нибудь из моих знакомых. За столиком сидели пожилой мужчина в темных очках и четверо молодых людей; все они что-то увлеченно обсуждали. Выяснив, что знакомых среди них нет, я отвернулся. Прошло десять минут, возможно, меньше; ко мне подошел Генри Кэревел, мы перебросились парой слов, после чего он удалился, и тут же я услышал, как кто-то поблизости назвал мое имя.

— Возможно, нам сможет помочь мистер Блейн?

Голос был дружелюбным и мягким, но вместе с тем в нем чувствовалась скрытая сила.

Я поднял глаза; пятеро джентльменов смотрели на меня, видимо ожидая ответа. Пожилой господин встал.

— Наша дискуссия посвящена археологии, мистер Блейн, — сказал он. — Позвольте представиться: профессор Лабан Шрусбери, из Америки. Не хотите к нам присоединиться?

Я поблагодарил и, движимый любопытством, сел за их столик.

Профессор представил своих спутников: Эндрю Фелан, Абель Кин, Клейборн Бойд и Нейланд Колум, — после чего обратился ко мне:

— Разумеется, мы все знаем Хорвета Блейна. Мы с живейшим интересом читали ваши труды об Ангкор-Вате[82] и культуре кхмеров и с еще большим интересом ознакомились с вашими статьями, посвященными острову Понапе. В настоящий момент мы обсуждаем полинезийских богов. Скажите, не кажется ли вам, что морской бог Тангароа[83] имеет то же происхождение, что и Нептун?

— Возможно, истоки мифа находятся в древней Индии или Индокитае, — предположил я.

— Но тамошние народы не были так уж тесно связаны с морем, — быстро заметил профессор. — Сам по себе миф куда старше, чем эти цивилизации, даже если мы будем считать, что полинезийцы заимствовали его у более древних культур с азиатского материка. В данном случае нас интересует не столько связь между богами разных пантеонов, сколько то, что дало начало самому мифу. А также то, в какой мере этот миф обусловил появление множества рыбообразных существ в произведениях искусства — как древних, так и современных — с островов южной части Тихого океана.

Я сказал, что мне трудно судить, поскольку я не художник и рассуждать об искусстве — не моя задача.

Профессор с любезной улыбкой отмахнулся от моих возражений.

— Не скромничайте, мистер Блейн, вы прекрасно разбираетесь в искусстве. Как по-вашему, почему туземцы Океании так часто придают своим богам черты рыб или амфибий, в то время как аборигены в северной части Тихого океана склонны делать своих богов похожими на птиц? Конечно, есть исключения, но в целом для острова Пасхи характерны статуэтки с головами ящериц, для Меланезии и Микронезии — фигурки существ, похожих на амфибий, тогда как у индейцев на тихоокеанском побережье Канады распространены ритуальные головные уборы в виде птиц. Среди редких и потому удивительных исключений — похожая на лягушачью морду маска шамана индейского племени хайда с островов Принца Уэльского и маска в виде головы акулы у тлинкитов на Аляске. Тотемы индейцев на севере Тихого океана сделаны в виде птиц, в то время как изображения предков, которые вырезают из дерева аборигены Новых Гебрид, похожи на обитателей моря.

Я заметил, что почитание предков весьма развито у всех народов Азии.

Профессор ответил, что в данный момент его — как и его спутников — интересует нечто совсем иное. Не буду ли я столь любезен сообщить, не встречал ли я за время своих археологических экспедиций каких-либо легенд, относящихся к мифологическому существу по имени Ктулху, которого сам профессор склонен считать прообразом всех морских богов, а также второстепенных божеств, связанных со стихией воды?

Свой вопрос профессор сопроводил несколькими комментариями. Ктулху, древнего бога морей и повелителя водной стихии, можно считать главным божеством народов южной части Тихого океана, в то время как образ птицы почитают народы в его северной части. Мне, разумеется, были известны мифы о Ктулху, так схожие с христианскими мифами, повествующими о борьбе добра и зла и изгнании Сатаны.

Слушая воодушевленную речь профессора, я вспомнил кое-что из мифов о Ктулху, а именно: конфликт между существами, известными как Старшие Боги, которые обитали в космосе в сотнях световых лет отсюда, и другими, менее могущественными существами, которых называли Властителями Древности, олицетворявшими силы зла в противовес силам добра — Старшим Богам. Сначала в отношениях между этими силами царили мир и гармония, но однажды Властители восстали; это были: Ктулху, Повелитель Воды; Хастур, существо, летавшее по просторам космоса, пока его не заключили в темницу на озере Хали; Йог-Сотот, самое могущественное божество из Властителей; Итакуа, Повелитель Ветров; Цатоггуа и Шуб-Ниггурат, Повелители Земли и Плодородия; Ньярлатхотеп, их жуткий посланник, и другие. Конфликт между богами перерос в войну; Властители были побеждены и заключены в темницы, разбросанные по разным частям Вселенной; однако они не сдались, а лишь затаились и до сих пор мечтают вновь поднять мятеж против Старших Богов и с помощью своих приверженцев среди людей и прочих живых существ вернуть себе власть. Прежде всего это относится к Ктулху, который, согласно легенде, обитает где-то на Земле и имеет многочисленную армию сторонников в лице так называемых Глубинных жителей — полулюдей-полулягушек, которые через браки с людьми породили жуткое племя полукровок, обитавших, к примеру, в некоторых прибрежных городках Массачусетса.

Также я вспомнил, что мифы о Ктулху сложились на основе очень древних манускриптов и иных источников, якобы основанных на фактическом материале, хотя подтверждения этому, конечно же, нет; посему их можно считать разве что незаурядными образцами художественной литературы. Речь идет о таких произведениях, как «Некрономикон» Абдула Альхазреда; «Культы трупоедов» одного эксцентричного французского аристократа, графа д’Эрлетта; «Сокровенные культы» фон Юнца, известного чудака, объездившего всю Европу и Азию в поисках остатков древних религий; «Материалы с Целено», «Текст Р’льеха», «Пнакотикские рукописи», и тому подобных вещах. Они были использованы при создании фантастических романов и рассказов современными писателями, которые постарались придать видимость достоверности этому собранию сказок и легенд, уникальному в своем роде, но не более того.

— А вы, оказывается, скептик, — заметил профессор Шрусбери.

— Боюсь, у меня просто научный склад ума, — ответил я.

— Но мне кажется, это могут сказать о себе все присутствующие здесь, — сказал он.

— Вы хотите сказать, что верите в эти сказки?

Профессор Шрусбери внимательно взглянул на меня.

— Мистер Блейн, я иду по следу Ктулху более тридцати лет. Раз за разом я, как мне казалось, закрывал ему доступ в наш мир, и раз за разом оказывалось, что я ошибся.

— Но если вы верите в реальность хотя бы одного из этих существ, значит, должны верить и во все остальное, — заметил я.

— Это вовсе не обязательно, — сказал профессор. — Однако верить можно во многое, я это знаю.

— Я тоже, — сказал Фелан, его поддержали остальные.

Истинно научный склад ума не склонен как к поспешным возражениям, так и к безусловной поддержке необычных теорий.

— Что ж, в таком случае давайте начнем с войны между Старшими Богами и Властителями Древности, — осторожно сказал я. — На чем основываются ваши выводы?

— На практически бесчисленных источниках. Вспомним древние рукописи, в которых говорится о некоей всемирной катастрофе. Возьмем хотя бы Ветхий Завет, ту его часть, где говорится о битве при Беф-Ороне под предводительством Иисуса Навина: «…и сказал пред Израильтянами: стой, солнце, над Гаваоном, и луна, над долиною Аиалонскою! И остановилось солнце, и луна стояла…» А теперь вспомните «Куаутитланские хроники» ацтеков, в которых говорится о бесконечной ночи; об этом явлении писал и испанский священник, отец Бернадино де Саагун[84], который приехал в Новый Свет поколением позже Колумба и узнал от индейцев о случившемся в древности великом катаклизме, когда солнце остановилось, едва взойдя над горизонтом, чему были свидетелями все местные жители. Или вот еще одна цитата из Библии: «Когда же они бежали от Израильтян… Господь бросал на них с небес большие камни до самого Азека, и они умирали…» Примерно то же самое говорится в других древних произведениях — «Пополь-Вух», священной книге майя, древнеегипетском «Папирусе Ипувера», буддистском сочинении «Висуддхи Магга», персидской священной книге «Зенд-Авеста», древнеиндийских «Ведах» и многих других. А что вы скажете о клинописных табличках древнего Вавилона, найденных на развалинах библиотеки Ашурбанипала в Ниневии, или рисунках на стенах храма Ангкор-Ват, или странных водяных часах из храма Амона в Карнаке[85] и солнечных часах в египетском Файюме[86], которые показывают неверное время для современных дня и ночи, или росписи на сводах гробницы Сенмута[87], где звезды изображены вовсе не так, как мы привыкли, хотя они могли быть расположены таким образом во времена Сенмута. И думаю, что звезды эти совсем не случайно относятся к созвездиям Ориона и Тельца, ибо там обитают Старшие Боги, которые, как известно, находятся на звезде Бетельгейзе; и там же находится один из Властителей Древности — Хастур, а в прошлом, может быть, жили и другие Властители. Что, если всемирная катастрофа, упоминаемая в древних рукописях, есть отголоски той самой войны, что велась между Старшими Богами и Властителями Древности?

Тогда я напомнил профессору об одной современной теории, согласно которой всемирные катаклизмы объясняются непредсказуемым движением планеты Венера.

Профессор Шрусбери нетерпеливо махнул рукой.

— Занятная теория, но абсолютно бессмысленная, — сказал он. — Венера никогда не была кометой[88], это научный факт, зато относительно битвы между Властителями и Старшими Богами наука ничего сказать не может. Я полагаю, мистер Блейн, в глубине души вы не такой упрямый скептик, как на словах.

Что ж, здесь он был прав. Речь профессора вызвала у меня массу воспоминаний, которые и сейчас вихрем проносятся в памяти. Археолог не может изучать скульптуры острова Пасхи, не ощущая довлеющего над ними прошлого; не может изучать храм Ангкор-Ват или некие запретные руины на одном из Маркизских островов, не уловив отголоски того священного трепета, который испытывали перед ними древние народы; он не может изучать древние легенды, не сознавая того, что в основе их лежат какие-то реальные события, впоследствии сильно искаженные при пересказах. Взглянув на молодых спутников профессора, я увидел, с каким напряженным вниманием, стараясь не выдавать волнения, следят они за нашей беседой. Сомнений быть не могло — джентльмены относились к этим вопросам со всей серьезностью, а это означало, что занимаются они ими далеко не первый день.

— Думаю, вы уже поняли, — сказал профессор Шрусбери, — что наша встреча далеко не случайна. Мы давно наблюдаем за вами. Дело в том, что за время своих экспедиций, в которых вы изучали руины древних городов, рисунки и письменность древних народов, вы могли случайно отыскать нечто такое, что представляет интерес и для нас.

— Что же именно? — спросил я.

— Один остров.

С этими словами профессор развернул передо мной нарисованную от руки карту. С любопытством взглянув на нее, я сразу понял, что она создана рукой не дилетанта, а человека, отлично знающего свое дело; вот только географические представления рисовавшего явно устарели на несколько столетий.

— Ява и Борнео, — сказал я, узнав острова. — Это наверняка Каролины, а здесь стоит точка. Никак не могу разобраться в координатах.

— Их нет, — сухо заметил профессор.

Я вскинул на него глаза.

— Откуда вы это взяли, профессор?

— У одного древнего старика.

— Думаю, что он действительно был очень стар, — заметил я.

— Примерно полторы тысячи лет, — без тени улыбки сказал профессор. — Скажите, а это место вы узнаете?

Я покачал головой.

— В таком случае нам понадобятся данные ваших исследований, мистер Блейн. Вы не раз бывали в Океании, переезжали с острова на остров и наверняка встречали изображения рыбообразных или лягушкообразных туземных богов. В том районе есть один остров, который, судя по моим данным, и является точкой, откуда берут начало верования в этих существ, либо же он максимально приближен к этой точке.

— Понапе, — сказал я.

Он кивнул; молодые люди обратились в слух.

— Понимаете, — продолжал профессор, — я был на том Черном острове. Он не нанесен ни на одну географическую карту, поскольку он лишь изредка поднимается из глубин океана. К сожалению, в свое время мне не удалось полностью уничтожить взрывом остатки строений на этом острове, поэтому придется искать его вновь. Я уверен, что на этот раз мы его найдем, и помогут нам поделки с изображением амфибий, которые встречаются у народов Полинезии.

— Есть у них легенды, — сказал я, — в которых говорится об исчезающей земле. Видимо, это и есть ваш остров?

— Да, время от времени он появляется из воды, но ненадолго. Думаю, вы знаете, что недавно сейсмологи зафиксировали подземные толчки — и именно в этой части Тихого океана, так что в настоящее время условия для поисков поистине идеальные. Можно предположить, что этот остров представляет собой часть суши, некогда отделившейся от ушедшего под воду древнего материка.

— Континента Му, — вставил Фелан.

— Если только этот континент действительно существовал, — серьезно сказал профессор.

— По-видимому, существовал, — сказал я, — наряду с Атлантидой. Вспомните, о чем вы уже знаете сами, — ведь вы изучили массу древних легенд и мифов; например, миф о Всемирном потопе, легенды о различных природных катаклизмах, об уходящих под воду материках — вы же видели рисунки, изображающие эти явления.

Один из спутников профессора Шрусбери с усмешкой произнес:

— Я смотрю, вы уже прониклись этой идеей, мистер Блейн.

Однако профессор взглянул на меня серьезно.

— Вы верите в существование континента Му, мистер Блейн?

— Признаюсь, да.

— Значит, вы верите и в существование народов, населявших Му и Атлантиду, — продолжал он. — Некоторые древние легенды повествуют о погибших цивилизациях — тех, что почитали морских богов. Связанные с этими божествами ритуалы до сих пор можно встретить на Балеарских и Каролинских островах, в массачусетском городе Инсмут и в некоторых других районах. И если Атлантида лежала у побережья Испании, а Му — возле Маршалловых островов, то можно предположить, что и неподалеку от побережья Массачусетса некогда существовал крупный массив суши. И Черный остров тоже мог быть частью подобного массива. Я уверен в одном: и Всемирный потоп, и другие природные катаклизмы есть не что иное, как отражение титанической борьбы между Старшими Богами и Властителями, в результате которой Ктулху оказался плененным на одном из затонувших континентов нашей планеты.

Чувствуя на себе пристальные взгляды спутников профессора, я кивнул.

— Таким образом, именно Черный остров может привести нас непосредственно к Ктулху; все остальные пути, скорее всего, перекрыты Глубинными жителями. Мы должны найти этот остров — во что бы то ни стало.

Именно в этом месте нашей беседы я вдруг почувствовал, что испытываю к ней гораздо больший интерес, чем мне хотелось бы показать; однако вместе с этим я ощутил какую-то враждебность, угрозу, исходящую неизвестно от чего. Я взглянул на лица молодых людей — они выражали лишь интерес и спокойную доброжелательность. И все же я остро ее чувствовал — ауру страха, враждебности, злобы, которая заставила меня напрячься. Я бросил быстрый взгляд по сторонам — никто на нас не смотрел; как обычно, бар был заполнен людьми самых разных национальностей, которые мирно беседовали, сидя за своими столиками.

Я перевел взгляд на профессора Шрусбери. Он продолжал говорить о Ктулху, в частности о его влиянии на искусство туземцев, чему и я не раз находил подтверждение. Я вспомнил о странных фигурках, найденных в долине реки Сепик в Новой Гвинее; о рисунках на ткани тапа с островов Тонга, которую плетут местные жители; об ужасном боге рыбаков с островов Кука, с его искривленным туловищем и щупальцами вместо рук и ног; о каменных божествах тики с Маркизских островов, чьи лица так похожи на морду лягушки; о резных фигурках новозеландских маори, изображающих нечто среднее между человеком, осьминогом, рыбой и лягушкой; о странных рисунках на боевых щитах туземцев из Квинсленда, с изображением сложного лабиринта, в конце которого сидит загадочное существо с вытянутыми щупальцами, готовыми ухватить невидимую добычу; о схожих рисунках на украшениях из раковин, какие делают жители Папуа; о ритуальной музыке индонезийцев, а также театре теней из Вайанга, где кожаные куклы разыгрывают сцены из легенд о морских богах. Сходные вещи можно было обнаружить и в культуре туземцев Понапе, и на Гавайях, и на острове Пасхи.

Понапе, с его древними руинами и заброшенным портом, — именно здесь находили фигурки с изображением отвратительных тварей, то ли людей, то ли лягушек, намекающих на существование жуткой гибридной расы. Да, но в какой стороне от Понапе лежит Черный остров?

— Вы думаете о Понапе, — тихо сказал профессор Шрусбери.

— Да, и о том, что находится недалеко от него. Если Черный остров расположен не между Понапе и Сингапуром, значит, он где-то между Понапе и островом Пасхи.

— О его местоположении мы можем судить только по рассказу моряка Йохансена, опубликованному Лавкрафтом, а также по описанию событий, связанных с исчезновением британского корабля «Защитник», которое произошло в районе 47 градусов 53 минут южной широты и 127 градусов 37 минут западной долготы. Это в общих чертах. Однако широта и долгота могут быть указаны неверно; если судить по запискам Гринби, то в этом месте корабль попал в ужасный шторм. Таким образом, у нас нет точных данных; мы не знаем, куда отнес «Защитника» сильный шторм и правильно ли Гринби определил широту и долготу. Он пишет, что «мы старались придерживаться курса на Новую Гвинею или острова Адмиралтейства… однако вскоре звезды показали, что нас отнесло несколько западнее». Далее он говорит, что…

— Простите, — прервал я профессора, — но я ничего не знаю об этих источниках.

— Виноват, ну конечно же. Вам они ни к чему, ведь вы археолог, и все-таки советую их прочитать — любопытная вещь, к тому же она могла бы лучше ознакомить вас с тем, чем мы занимаемся. Видите ли, тому, кто не верит в существование Ктулху и Старших Богов, незачем ввязываться в эти дела, ни к чему хорошему это не приведет; но если ваш разум готов принять эту идею, тогда для вас многое прояснится. Поймите, все это имеет огромное значение.

— В таком случае, профессор, не могли бы вы объяснить, чего вы ждете от меня? — спросил я.

— Мне известно, что вы один из лучших знатоков искусства аборигенов Океании. Мы уверены в том, что сделанные ими фигурки и рисунки должны вывести нас на след Черного острова. Если говорить более конкретно, то нас интересуют любые работы туземцев, которые похожи на божество рыбаков с островов Кука, поскольку считаем, что это и есть изображение Ктулху. Постепенно сужая круг поисков, мы найдем Черный остров.

Я задумчиво кивнул, мысленно представляя себе тот круг, который будет исследовать профессор Шрусбери.

— Мы можем рассчитывать на вас, мистер Блейн?

— Безусловно. Если в вашей экспедиции найдется место и для меня, я поеду с вами.

Профессор Шрусбери смерил меня таким долгим и пристальным взглядом, что я слегка смутился. Немного помолчав, он сказал:

— У нас найдется место, мистер Блейн. Через два дня мы намереваемся покинуть Сингапур. — Достав свою визитную карточку, он что-то быстро написал на обороте и протянул ее мне. — Если я вам понадоблюсь, вы найдете меня вот по этому адресу.


Черный остров [81] Рассказ Хорвета Блейна ( Перевод С. Теремязевой) | Маска Ктулху | cледующая глава