home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава тринадцатая

Когда толстяк более подробно ознакомил меня с их намерениями, ощущение того, что им может улыбнуться удача, только усилилась. За годы жизни в Нью-Йорке я бывал в музее «Метрополитен» раз тридцать-сорок. Впрочем, разве можно тут сосчитать эти визиты хотя бы с приблизительной точностью? Где коллекция Баха? Где англичане восемнадцатого века? Где Энгр, Гойя, Давид? Как бы вы хорошо не знали музей, вам будет очень сложно представить схему его залов в уме и получить сколько-нибудь ясную картину. Где американские художники - недалеко от американской галереи или за залом индийского искусства? Я сделал несколько догадок, но так и не смог припомнить, какие меры предпринимались администрацией музея по сохранению экспонатов. Разумеется, они должны принимать какие-то меры, но я мог только припомнить сонных работников охраны, торчавших в залах.

А вдруг они вообще не принимали никаких серьезных мер предосторожности, спросил я себя. Вдруг замыслы толстяка осуществятся, и я окажусь соучастником кражи Рембрандта, который стоит два миллиона долларов? В плане Ковентри не было ничего сверхъестественного. Более того, его несомненным достоинством была абсолютно идиотская простота. Он мог сработать именно так, как и предполагали мошенники.

По их замыслу, Ринго и Малыш Билли будут дежурить на улице. Они наймут лимузин на семерых пассажиров - в городе время от времени появляются такие яхты на колесах. В машине будут девушки, похоже, связанные и с кляпами во рту. В этом лимузине они подъедут к выходу из музея на 81-й улице, чтобы подобрать нас с картиной. Под нами я имею в виду Джо Эрпа, Фредди Апсона и себя самого. У меня не хватило ума позволить им самостоятельно вломиться в музей и оказаться пойманными с поличным. Нет, мне понадобилось поразить их своей осведомленностью и добиться того, что теперь я включен в команду налетчиков, которая будет прятаться под кроватями в американской галерее до семи часов.

В семь мы вылезем из-под кроватей, я разыщу и выверну пробки, мы пройдем в зал Рембрандта, устраняя охранников, если таковые попадутся у нас на пути, всеми мыслимыми средствами, возьмем картину, выйдем из музея на 81-ю улицу, нырнем в лимузин и, несмотря на тесноту, поедем в Бронкс. В Бронксе, на 171-й восточной улице есть гараж, который принадлежит Ковентри. В гараже стоит трейлер. Картина окажется погруженной в трейлер, и вместе с прочими товарами мы начнем свое путешествие в Техас. Относительно наших собственных передвижений после этого толстяк, понятным образом, проявил сдержанность. Лично я не принял бы страховку на нашу жизнь - то бишь на меня и девушек - даже если бы взносы составили девяносто процентов от страховой суммы.

Короче, план был составлен, но наши шансы уцелеть были плохо связаны с тем, удастся он или нет.

Все эти невеселые мысли крутились в моей голове, когда я ехал к музею в компании двух пионеров техасской культуры, Фредди Апсона и Джо Эрпа. Сегодня был вторник, а все это началось пять дней назад из-за того, что богатая и никем не любимая девица влюбилась в молодого человека с помощью компьютера. Пока что я еще не пустил в ход свое секретное оружие, которое было помощнее пистолетов сорок пятого калибра, беретт, стилетов и прочих инструментов насилия, а именно восемьдесят пять тысяч долларов в чеках. Сейчас мне вдруг пришла в голову мысль попробовать ими воспользоваться. Но поскольку впереди за рулем сидел Малыш Билли, а толстяк с ним рядом, я решил не торопиться. Я был в руках судьбы, мне ничего не оставалось делать, как сидеть и бояться.

Об этом лишний раз напомнил Ковентри.

- Учти, Харви, что ты сейчас нежный цветок прерий и тебя легко загубить.

- Именно это я и чувствую, - согласился я.

- Я в том смысле, что если ты попробуешь задать стрекача, а Фредди и Джо тебя не сцапают, девицы в наших руках.

- Постараюсь не забыть об этом, - пообещал я.

- С другой стороны, Харви, не забывай, что ты вестник будущего, так сказать. Мы в Техасе любим смотреть на вещи с разных сторон. Канули в вечность времена угодничества перед мафией. Босс мафии на дне реки Гудзон. Мы возвращаемся к истинным американским ценностям. Ты понимаешь, о чем я?

- Да, сэр, вполне.

Толстяк заворочался на сиденье и уставился на меня. Мы уже подъезжали к музею - машина свернула с 83-й улицы на подъездную аллею. Секунду-другую он задумчиво созерцал мою физиономию, затем сказал:

- У тебя что-то бледный вид, Харви. Ты не в форме. И руки у тебя дрожат. Это нехорошо.

Я схватил правой рукой левую и объяснил, что у меня и правда немного дрожат руки, когда я нервничаю.

- Держись, Харви, сейчас надо быть в форме.

- Хорошо, сэр.

- Запомни - вы выходите в семь. Вам потребуется на все про все минут пятнадцать. Четверть восьмого мы вас ждем. Выходите из музея - и сразу в машину.

Коротко и ясно.

Мы вылезли из лимузина и пошли к музею. С одной стороны от меня был Эрп, с другой - Апсон. Мы вошли в музей, изображая из себя туристов. Не знаю уж, насколько нам это удалось. Мы заглянули в египетский зал, но мои спутники отнеслись к древнему искусству весьма прохладно.

- Старье какое-то и плохо сохранилось, - заметил Джо Эрп.

- Я знал старика-мексиканца в Эль Пасо, он делал неплохие каменные надгробья, - припомнил Фредди Апсон.

Мы свернули налево, прошли через зал, где была собрана коллекция японского оружия. Оттуда мы попали в главный оружейный зал. Хотя ребята явно были в музее и раньше, этот зал они увидели впервые.

- Здорово, да? - сказал Джо Эрп.

Они завороженно смотрели на фигуры в латах на деревянных конях. Наконец, Эрп спросил меня:

- А что они делают?

- Хотят проткнуть друг друга большими прутьями, - пояснил я.

- Осел, это же рыцари короля Артура, - разъяснил Фредди Апсон, после чего мы направились в американскую галерею. Мы задержались перед витринами, в которых были выставлены на обозрение длинные кремневые ружья, затем пошли по залам. Охранник, попавшийся нам, оглядел нас без малейшего интереса, и я подумал, что если бы управлял музеем, то первым делом уволил бы этого недотепу. Тот, кто встретил в музее двух бандитского вида верзил техасцев, а между ними бледного детектива из страховой компании, не имеет права дальше работать в службе безопасности.

Мы прошли один зал, где была кровать, потом второй. Мы поднялись по лестнице этажом выше и увидели снова зал с кроватями.

- Какая кровать вам нравится больше? - спросил я.

- Ты уж сам выбирай, Харви.

В чем техасцам не откажешь, это в вежливости. Я выбрал зал, где не было ни посетителей, ни охраны и ткнул пальцем в кровать.

- Ладно, - сказал Эрп. - Годится.

Мы тут же залезли под нее. Я-то поместился там легко, но вот сапоги моих подельников высовывались наружу.

- Подтяните ноги, а то сапоги видать, - сказал я ребятам.

- Правда? - Апсон и Джо подтянули колени так, что я оказался зажат как в тисках.

- Не очень-то здесь удобно, - посетовал я.

- Потерпи, это ненадолго.

- Нарушается кровообращение.

- Такие, как ты, Харви, могут жить без кровообращения.

Послышались шаги, и мы замолчали. Я увидел в щель между полом и кроватью, что по залу прошел охранник. Приближалось время закрытия и посетителей делалось все меньше, чего никак нельзя было сказать об охране. Лежать под кроватью было неудобно и тесно. Техасцы были вроде и вымыты, и выбриты, но от них все же пахло стойлом - может, оттого что они ходили в тех же сапогах, в каких и ездили на лошадях, а может, все это мне почудилось. Мне и раньше случалось попадать в необычные ситуации, но все это никак не могло сравниться с тем, что происходило сейчас: я лежал под кроватью восемнадцатого века в американской галерее музея «Метрополитен» с двумя ковбоями весьма ограниченных умственных способностей.

Ситуация была непростой, и я попытался отнестись к ней философски. Я даже попробовал завести разговор шепотом со своими партнерами в отчаянной надежде на то, что мой шепот услышат не только они, но и охранник, а так же и на то что вышеуказанный охранник откроет огонь по моим дружкам. Я заметил вслух, что ситуация сложилась нестандартная.

- Как бы крыша не обвалилась, - заметил Джо Эрп.

- Это, в каком смысле?

- А в таком, что ты лучше говори потише, а то мы с Джо тебе сломаем ребро-другое, как бы мне от этого ни стало тяжело на душе.

- У меня от этого на душе будет еще тяжелей, - уверил я его хриплым шепотом. - Но вообще-то разве ваша главная специальность - красть произведения искусства?

- Наша специальность - банки, - сказал Джо Эрп, - но мы можем переключиться на что угодно, если надо, верно я говорю, Фредди?

- Верно, - подтвердил Фредди.

Оба повернулись ко мне и дышали прямо в лицо. Им обоим не мешало бы почистить зубы. Ковбои часто рекламируют сигареты, но вот что-то зубную пасту никогда.

- Ну, ладно, - продолжал шептать я, - предположим, вы возьмете этого Рембрандта, а кому вы его продадите?

- Неужели, по-твоему, Ковентри берет что-то просто так, не имея покупателя?

- Да я не знаю…

Снова шаги. Мы замолчали. Я вдыхал выдыхаемый техасцами, испытывая тошноту, воздух. Шаги стихли.

- Кому же? - зашептал опять я.

- Что кому?

- Он хочет знать, кому?

- Ну и скажи ему, - буркнул Фредди.

- Сказать ему? - удивился Джо.

- А что такого? Какая разница?

Ребята были честными и прямыми. Они были вполне готовы поделиться со мной страшной тайной, ибо знали: я не уйду дальше выхода из музея. Значит, я выдерну пробки, они заберут картину, а потом прощай, Харви, а также все те, кто стоит у них на пути.

- Ну ладно, Харви, ты хороший парень, так знай. Ковентри хочет продать картину мистеру Элмеру Кентуэллу Брендону - тому самому Брендону, который приехал сюда из Далласа и научил вас, янки, как зарабатывать доллары.

- Кто? - я чуть было не сказал в полный голос.

- Э. К. Брендон.

- Тот самый, чью дочь вы захватили?

- Так точно.

- Но его дочь… Боже, какого же вы сваляли дурака!

- Ничего подобного. Мистер Ковентри дурака не сваляет. Никогда и ни за что.

- Но если Брендон узнает, что его дочь похитили вы?

- Он не узнает, Харви.

- Ты хочешь сказать…

- Ты слишком разговорился, - прошептал Фредди напарнику. - У тебя больно длинный язык.

- Харви наш человек, - прошептал Джо Эрп. - И, как и все, он знает, что девочка застрахована. Он же работает в страховой компании.

- Ты хочешь сказать, Брендон с вами заодно? Он знает, что вы похитили…

- Да нет же, - прошептал Джо Эрп, жарко дыша мне в щеку. - Ничего он не знает, но разве он откажется получить страховочку, если выяснится, что его любимая дочь сыграла в ящик?

- Она же застрахована, Харви, - напомнил Фредди Апсон. - Застрахована по самые уши.

- Неужели у вас нет сердца?

- Нет.

- И вы можете взять и убить человека - так просто?

- Что ты, Харви, - запротестовал Джо Эрп.

Просто так мы никого не убиваем. Только если нам за это заплатят. А для развлечения Боже сохрани!

- И к тому же, убивать будем не мы, - пояснил Фредди, - а Малыш Билли.

- А как же я? И мисс Демпси?

- Ну, а вы поедете с нами на юг. На этот счет можете не волноваться. А с этой Синтией слишком много хлопот, так что придется нам с ней расстаться. По-тихому.

Я попытался обдумать услышанное, но вокруг было слишком уж тихо. Я понял, что музей закрылся, причем уже довольно давно. Я даже не предполагал, что в Нью-Йорке может оказаться такое тихое местечко. Джо Эрп повернул свою руку так, чтобы увидеть циферблат наручных часов. Еще через несколько минут он снова на них глянул и сказал:

- Пора на охоту.

Они вылезли из-под кровати, Джо с правой стороны, Фредди с левой. Потом вылез я. Мы были все в пыли, и я хотел бы привлечь внимание к этому обстоятельству тех, кому положено следить за чистотой в музее. Что касается меня, то я ничего не имел против того, чтобы провести последние минуты на этой земле в пыльной одежде, но техасцы были очень недовольны и поспешно стали отряхиваться.

- Может, ты мне не поверишь, Харви, - сказал Фредди Апсон, - но за этот вот костюмчик я выложил четыреста двадцать два доллара.

Я настолько молил всевышнего, чтобы он послал нам навстречу охранника, что не сумел прокомментировать его слова.

- Ну, а теперь веди нас к пробкам, Харви, - сказал Джо Эрп.

Я повел их по основному зданию через зал индийского искусства. План у меня был самый примитивный вести их по кругу - через залы мусульманского искусства, Дальний Восток, французскую скульптуру, этрусков к выставочным галереям - в надежде, что мы все же наткнемся на охрану или же мне удастся улучить момент и броситься наутек, а потом, если они меня не подстрелят, поднять тревогу.

Таков был мой план, но ему не суждено было претвориться в жизнь. Не сделали мы и десятка шагов, как Фредди Апсон показал на зеленый ящик на стене со словами:

- Ну, молодчина, Харви! Смотри-ка, привел нас прямо к пробкам.


Глава двенадцатая | Синтия | Глава четырнадцатая



Loading...