home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


12

Ралф не понимал, что ему теперь думать о Саманте Хоук.

Вернее, он прекрасно понимал, как оценить ее деловые качества: после месяца работы в «Данго» расклад стал предельно ясен. Большинство изящных бизнес-решений принимала Саманта, и Ралф отметил в своем готовящемся отчете ее превосходные качества как руководителя. Его помощник Джайлз осторожно поговорил с большинством сотрудников фирмы и доложил боссу, что мисс Хоук весьма популярная начальница. Она внимательна к людям, вовремя повышает зарплату, следит за продвижением талантливых работников и всегда строга, но вежлива.

Ее заместитель, Остин Эверилл, тоже делает немало, однако он нравился Ралфу все меньше и меньше. Остин совершенно явно набивался ему в друзья, а Дормер не любил подобных людей. Вечеринки в «Патриархе» показали истинное лицо Эверилла. Тот ходил за Ралфом хвостом, гордясь мнимой дружбой, встревал во все разговоры и маячил неподалеку даже тогда, когда Дормер отлучался в сортир. Словом, надоедал, а надоедливых людей Ралф терпеть не мог. Кто их вообще любит, хотел бы он знать?

Если от Эверилла можно было отмахнуться, как от назойливой мухи, и без особых причин о нем не вспоминать, то так легко избавиться от мыслей о Саманте было невозможно. И дело не в том, что она такая неотразимая начальница, а в том, что она нравилась Ралфу как женщина. Вот так, приехали.

Той субботней ночью, после спонтанного поцелуя на балконе, Ралф долго не мог заснуть и бродил из угла в угол по своему номеру, пока голова не закружилась. Можно было объяснить внезапно вспыхнувшую страсть биологическими причинами, только биология не имела никакого отношения к тому, что Саманта Ралфу настолько нравилась. В тот момент, когда она неожиданно – и весьма приятно! – оказалась в его объятиях, Ралфу захотелось не просто провести с ней ночь. Хотелось провести с ней гораздо больше времени. Узнать, какая она. И если она такая, как была этим вечером, тогда… что?

У него не было ответов на эти смутные вопросы. Возможно, мешало думать наличие Саманты за стенкой. Поэтому, едва рассвело, Ралф собрал вещи, расплатился и уехал. Он понимал, что это выглядит как бегство, однако ничего не мог с собой поделать.

Он полагал, что дома ему будет легче думаться, и ошибся. Квартира показалась странно пустой, как будто ей не хватало жизни. До сих пор Ралф не испытывал такого ощущения, открывая дверь. Он прошелся по всем комнатам, зачем-то заглянул в холодильник, как будто там можно было найти то, чего не хватало дому, и, рассердившись на самого себя, поехал к родителям.

Отца не было в городе, а мать и сестра встретили Ралфа с восторгом. Он в последнее время нечасто баловал их хорошим отношением – очень уж они старались вернуть его в лоно семьи, как это называлось, и устроить его личную жизнь. История с Соней была известна им лишь фрагментарно в отличие от отца, который знал все, и поэтому они Ралфа жалели. Он эту их назойливую жалость не выносил, из-за чего часто случались бурные семейные скандалы. Женщины заламывали руки и говорили, что он неблагодарный сын и брат, что они хотят как лучше, а он… К счастью, в воскресенье обошлось без этого, и в «Данго» Ралф поехал прямо из отчего дома.

И, приехав, обнаружил, что не может найти в себе силы встретиться с Самантой и непринужденно разговаривать с ней о делах.

Казалось бы, какая ерунда – один поцелуй! Но еще Соня обвиняла Ралфа в том, что он убийственно серьезно воспринимает простые вещи. Для него этот поцелуй многое изменил. Саманта Хоук перешла из разряда коллег в разряд… кого? Объектов для ухаживания? Потенциальных невест? Он совсем ее не знает, чтобы думать о ней такие вещи.

Ну так узнай ее получше, всего-то выйти из кабинета и по коридорчику пройти, ехидно подсказывал внутренний голос, и Ралф старался его не слушать.

Может быть, Соня была права. Он слишком большое значение придает таким вещам. Но он был так устроен, и не в его возрасте учиться жить по-другому. Ралф всегда хотел только одного: чтобы его оставили в покое и дали жить так, как ему нравится. И вот он живет, как ему нравится, а покоя как не было, так и нет.

Он подождал, пока закончится рабочий день и разойдутся сотрудники, и отправился в кабинет Саманты, чтобы наконец посмотреть ей в глаза и понять, что делать дальше. И наткнулся на закрытую дверь без признаков жизни за нею: мисс Хоук сегодня ушла с работы неприлично рано. Это разозлило Ралфа, будто он уже имел на нее какие-то права и хотел их предъявить, да вот не сложилось. Прав, разумеется, никаких не было, была только жгучая смесь желания, недоумения и симпатии, плавно переходящей во влюбленность.


Утро вторника началось для Ралфа со звонка отца. Бэзил Дормер не признавал иной распорядок дня, чем у него, и поэтому, не стесняясь, звонил, когда ему это было нужно. На сей раз ему понадобилось разбудить сына в шесть часов утра. Старческая бессонница папашу замучила, не иначе.

Бодрым голосом, никак не вязавшимся ни с возрастом Бэзила, ни с ранним временем звонка, Дормер-старший потребовал от Ралфа быть в воскресенье на каком-то семейном торжестве и положил трубку, не дожидаясь ответа. Этот стиль разговоров Ралф знал, как никто другой, поэтому, выругавшись сквозь зубы, заставил себя подняться. Все равно день испорчен с самого начала – незачем спать.

Он приехал в офис «Данго» задолго до десяти часов утра и устроился за своим компьютером, мрачный как туча. Дверь Ралф оставил открытой, даже самому себе не признавшись в слабой надежде, что Саманта придет на работу рано. Тогда можно будет поговорить. О чем? Он думал, что поймет, как только увидит ее.

Через некоторое время Ралф услышал, как простучали каблучки и открылась дверь где-то неподалеку. Это могла быть как Саманта, так и любой другой сотрудник, работающий на этом этаже, но Ралф не мог больше терпеть и терзаться догадками. В конце концов, он не настолько утонченная натура, чтобы весь день предаваться сплину. Он Злой Старик, который привык допрашивать людей с пристрастием. Только вот Ралфа не покидало смутное ощущение, что Саманта расщелкала Старика и эту маску можно смело выбрасывать на помойку. В присутствии мисс Хоук, разумеется.

Ралф прошел по коридору, миновал пустую приемную и заглянул в кабинет Саманты. Она была там. На столе валялась переливавшаяся стразами сумочка, пальто Саманта небрежно бросила в кресло для посетителей, а сама стояла у окна и смотрела на город. Ралф увидел ее силуэт, облитый веселым осенним солнышком, и подумал, что теперь-то уж он точно так просто не уйдет. В голове что-то сдвинулось, сердце застучало в районе желудка и делало это подозрительно радостно и горячо.

– Доброе утро. – Ралф решил начать разговор первым, и Саманта, услышав его голос, резко обернулась. – Вы сегодня рано.

– Я рано ушла вчера. Доброе утро, мистер Дормер. – Она прошла к столу, порылась в сумочке, выудила из ее недр мобильный телефон и аккуратно положила на сверкающую столешницу. Видимо, это символизировало начало рабочего дня.

– Простите, что уехал в воскресенье, не попрощавшись с вами.

– Ничего страшного, мистер Дормер, я же понимаю. У всех свои дела.

Ралф хмыкнул. Саманта говорила с ним подчеркнуто вежливо и равнодушно, и, что за этим скрывается, было не понять. Черт их побери, этих женщин! Она так спокойна, потому что злится? Потому что обижена? Потому что хочет, чтобы он купил ей букет красных роз и на коленях умолял о прощении? Потому что он просто мешает ей работать? Или она съела за завтраком просроченный йогурт? Черт ее побери!

Ралф подошел к столу, бросил взгляд на гостевое кресло, но в кресле сидело пальто и у пальто явно было больше прав, чем у пришлого аналитика. Ну и ладно.

– Мисс Хоук, мне не хотелось бы, чтобы вы на меня обижались.

– Это что-то новенькое! – Саманта увлеченно перекладывала ручки на столе и, казалось, была полностью захвачена этой важной и полезной работой. – Раньше вы не извинялись передо мной.

– Посчитаем сегодняшнее утро исключением.

– Пожалуй, этот день стоит объявить национальным праздником.

– Вы смеетесь, мисс Хоук?

Она подняла на него глаза, и Ралф, чтобы не потерять преимущество, оперся сжатыми кулаками о столешницу, защищаясь от пронзительного взгляда.

– Разумеется, мистер Дормер. У нас в «Данго» принято начинать день с хорошей шутки.

– Отличная традиция, – одобрил Ралф.

Впервые он не знал, о чем говорить дальше. Вернее, догадывался, но это ни в какие ворота не лезло.

– Неплохая, – кивнула Саманта. – У вас ко мне какие-то вопросы?

Ее голос был ровным, очень красивым и при этом странно равнодушным. Как будто она оказалась за полупрозрачной стеной из огнеупорного стекла. Она отвечала Ралфу, но оставалась для него закрытой.

Разительный контраст с субботней Самантой Хоук. Нет, не эта женщина целовалась с Ралфом на балконе. Ту она куда-то спрятала. Интересно бы знать куда. И зачем.

– Да, мисс Хоук. Ряд вопросов, которые я хотел бы обсудить. Уточнения по некоторым направлениям деятельности «Данго». – Ралф перешел на интонации Злого Старика. Если Саманта не хочет идти на контакт, он не будет настаивать. – Как насчет встретиться и сделать это во второй половине дня?

– Охотно. Жду вас у себя в три. Скоро придет Эмили, сварит кофе и принесет вам в кабинет, мистер Дормер.

Ралф кивнул, развернулся и вышел. Он был зол и почему-то чувствовал себя униженным. Может быть потому, что Саманта с порога не бросилась ему на шею? Но она сделала выбор там, на балконе. Все правильно.

Только его этот выбор не устраивал.


Время подходило к обеду, когда в кабинет, где работали аналитики, явился Остин Эверилл, сияющий, словно кубок победителя в городских соревнованиях по бегу на длинную дистанцию. Под мышкой Остин держал пухлую папку, которую гордо положил на стол перед Ралфом. Вернее, не совсем так: перед Дормером стоял ноутбук, и на его клавиатуру Остин ничего класть не решился, но постарался подсунуть папочку поближе.

– Что это? – холодно осведомился Ралф, а его коллеги покосились на начальника с интересом. Таким тоном Дормер разговаривал с людьми, которые его прочно достали. – План пути к сокровищам острова Монте-Кристо и краткое описание клада?

Эверилл готовно засмеялся над предполагаемой шуткой. У Ралфа же даже уголки губ не дрогнули, и смех заместителя Саманты смолк.

– Это мой доклад, – объявил он так гордо, как будто принес аналитикам по меньшей мере досье на убийцу Джона Кеннеди.

– А разве я просил вас составлять какие-либо доклады? – спросил Ралф, не прикасаясь к папке, словно Остин не бумаги притащил, а дохлую крысу.

– Нет, но я подумал, что это будет неплохо, – самодовольно сообщил Эверилл. – Я работаю в компании давно и могу дать оценку некоторым явлениям, так сказать, изнутри. Возможно, кое-какие мои записи вы найдете весьма любопытными.

– Возможно, – сказал Ралф. – Если найду время взглянуть.

– Я уверен, что найдете, мистер Дормер. Вы так хорошо умеете распределять время.

Ралф каменно молчал. Остин счел за лучшее распрощаться и сгинуть.

– И что это было? – с усмешкой спросил Джайлз.

– Попытка подкупа должностного лица? Компромат? Тайны инков? Не знаю. – Ралф постучал ногтем по папке. – Весьма показательное желание выслужиться.

– За ним ничего не числится, – отрапортовал Эрик с другого конца комнаты. – Я проверил. Чист.

– Чист и назойлив. Так хочет на место своей начальницы? – Ралф открыл папку, увидел бумажку, испещренную мелкими циферками, и махнул Эрику. – Похоже, сначала это следует просмотреть тебе, а не мне.

Лучший бухгалтер всех времен и народов ослепительно улыбнулся, сложил руки на груди и отвесил Ралфу ироничный поклон.

– Слушаю и повинуюсь, мой белый господин.


предыдущая глава | Стиль жизни | cледующая глава



Loading...