home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава вторая,

в которой я попадаю на похороны своего клиента.


Семь дней пролетели как семь минут. После майора на огонёк заскочил ещё один посетитель, которому было плевать на форму ушей Лиринны и мой моральный облик. Его поручение оказалось непростым, но благодаря счастливому стечению обстоятельств мы справились намного быстрее оговоренного срока и получили заслуженную премию.

Я с удовольствием пересчитал кучку банкнот, перетянул резинкой и отправил во внутренний карман пиджака.

— Похоже, всё идёт как надо, — заметила эльфийка.

— И даже лучше. Можно закрыться до конца месяца и смотаться куда-нибудь на юг, погреться на солнышке.

— Звучит заманчиво, но уезжать из города совсем не обязательно. Можем отправиться на пляж прямо сейчас. Погода чудесная, на небе ни облачка. Хорошо-то как. — Эльфийка с видимым удовольствием потянулась.

— Хорошо, — согласился я.

Лето было в разгаре. Хотелось завалиться на тёплый песочек, подставить бока солнцепёку, а потом окунуться в освежающую, пахнущую солью воду залива. Или пройтись босиком вдоль берега, оставляя следы, которые будут смываться длинными языками прибоя. Я замечтался…

— Добрый день. Извините. Я постучался, но мне не ответили. Тогда я решился на незаконное вторжение. — Человек на пороге виновато улыбнулся, обнажив сверкающие, как фарфор, зубы, достал платок из кармана и вытер вспотевший лоб.

Мы с Лиринной переглянулась. Ни я, ни она ничего не слышали. Вот до чего доводит хорошее расположение духа.

Визитёр был невысок, полноват, но благодаря искусству портного выглядел стройнее. Строгий покрой чёрного сюртука и монокль в глазу наводили на мысль, что их обладатель преуспевающий торговец или адвокат. Судя по лексикону, скорее последнее. Только адвокаты любят сыпать направо и налево юридическими терминами вроде «незаконного вторжения».

Руку незнакомца оттягивал кожаный портфель с пряжками, отливающими перламутром. Мой сосед по офису — адвокат Марсен — таскал такой же.

— Это вы простите, что держим на пороге, — произнесла Лиринна, разглядывая гостя. — Проходите, пожалуйста.

— Благодарю вас. — Толстяк аккуратно примостился на краешек стула и поставил портфель на коленку. — Я — Рейли, адвокат.

— Очень приятно, — сдержанно кивнул я. — Я Гэбрил, а это моя напарница Лиринна. Мы частные сыщики. Что вас к нам привело?

— Я поверенный в делах майора Хэмптона.

— Не произносите при мне этого имени, — попросил я.

— Почему? — удивился Рейли.

— Майор был у нас на прошлой неделе и произвёл неприятное впечатление. Подробности лучше опустить, иначе я начну грубить, а вы подадите на меня в суд за оскорбление личности.

— Теперь это уже не имеет смысла. Майора Хэмптона больше нет в живых.

— Как?! — ахнула Лиринна.

— Его убили, — пояснил адвокат. — Зарезали столовым ножом. Это случилось на церемонии помолвки дочери нашего мэра. Майор был среди гостей. Там его и убили. Можно сказать, на глазах у всех.

— А убийца? — спросил я. — Его нашли?

— Нет. Он оказался ловким малым. В зале было триста гостей, но никто ничего не заметил. Этот тип словно растворился.

— Ясно, — протянул я. — Тогда чего вы хотите? Нас там не было. Могу предоставить кучу свидетелей.

— Разве вас кто-то обвиняет? — удивился Рейли. — Я по другому вопросу. За два дня до смерти майор пришёл в мою контору и передал конверт с надписью «вскрыть только после моей смерти». Убийство произошло вчера вечером. Я вскрыл конверт и обнаружил два письма. Одно из них содержит инструкции для меня, а второе адресовано вам.

— Нам?

— Да, вам, мистер Гэбрил, и вашей очаровательной партнёрше. И я обязан вручить его адресату. Прочтите, пожалуйста. — Адвокат протянул сложенный вчетверо лист бумаги.

Я развернул его. В правом углу красовался вензель с литерой «X», вплетённой в сложный узор из дубовых и лавровых венков. Почерк у майора оказался разборчивым, размашистым, крупным. Буквы прямые, чёткие. Каждое предложение начиналось с красной строки.

Хэмптон волновался: местами перо протыкало бумагу и оставляло жирные кляксы. Вряд ли такая манера письма была свойственна аккуратному майору при обычных обстоятельствах.

— Я зачитаю вслух, — сообщил я Лиринне.

Та согласно кивнула. Я стал так, чтобы на бумагу падало как можно больше света, и приступил:

— «Мистер Гэбрил и Лиринна. Если вы читаете эти строки, значит, меня больше нет в живых. Печально, конечно, но пусть это вас не тревожит. Я рассчитывал протянуть ещё лет десять, не меньше, но никто не властен над судьбой. Рано или поздно мы окажемся на небесах. Это неизбежно, так что я привык относиться к смерти с философским спокойствием. Считайте моё письмо голосом с того света.

Признаю, что в прошлую встречу был груб. Можно бы сослаться на дурной характер или плохое воспитание, но не в моих привычках искать оправдания проступкам. Поступим проще. Я приношу извинения и обращаюсь с просьбой: найдите того, кто меня убил. Забудьте о нашей ссоре, займитесь поисками убийцы. Мой адвокат Рейли выплатит вам гонорар в двести золотых рилли. У него соответствующие инструкции. Даже если не выйдет, оставьте эти деньги себе. Считайте их компенсацией за труды». — Я оторвал глаза от письма. — Подписано майором Хэмптоном. Внизу поставлена дата.

— Деньги у меня с собой, — сразу заявил Рейли. — Двести рилли золотом, как обещано в письме. Вы получите их прямо сейчас, если возьмётесь за расследование.

— Твоё мнение, Лиринна? — Я повернулся к эльфийке.

— Он попросил прощения. Я думаю, нам стоит взяться за поиски убийцы. К тому же двести монет золотом никогда не будут лишними, — уверенно произнесла она. — А ты, Гэбрил, что скажешь?

Я задумчиво нахмурился. С майором нас ничего не связывало, если не считать желания набить морду. С другой стороны, он действительно попросил прощения.

— Скажу, что у нас есть новый клиент, пускай даже с того света. Мистер Рейли, мы берёмся за это дело.

— Прекрасно. Можете пересчитать. — Адвокат вынул из портфеля стопку купюр в банковской упаковке.

— Зачем? — Я сунул банкноты в карман, где уже находился гонорар от предыдущего клиента. — Деньги к деньгам. Закон жизни.

— Отлично. Камень с души упал, — просиял Рейли. — С чего планируете начать расследование?

— Пока не знаю, — пожал плечами я. — Надо подумать. Будет лучше, если посвятите в детали.

Адвокат снова вытер пот со лба:

— Да я, собственно говоря, мало что знаю. Мэр отмечал помолвку дочери в банкетном зале ресторана «Порт Либеро». Это очень дорогое фешенебельное заведение. Майор сидел за столиком на четыре персоны. Началось представление. Оно оказалось очень захватывающим. Соседи майора встали с мест и подошли поближе к сцене, а когда вернулись, обнаружили, что Хэмптон мёртв.

— А кем были эти соседи?

— О, вполне добропорядочные люди: супружеская чета Крокетов, известных миллионеров и филантропов, вместе со своим секретарём. Надеюсь, вы не их подозреваете?

— Кругом были сплошь сливки общества, но майора тем не менее убили, — заметил я.

— Убийцей мог быть кто-то из прислуги…

— Возможно, — согласился я.

— Мистер Рейли, — эльфийка внимательно посмотрела на адвоката, — завещание уже огласили?

— Я оглашу его сразу после похорон, — сообщил адвокат.

— А когда они состоятся?

— Сегодня. Я планирую попасть на них сразу после нашей встречи.

— Возьмите нас, — попросила Лиринна. — Хочется посмотреть на лица родственников.

— Нет проблем. У меня свой экипаж, прокачу с ветерком. Едете?

— Едем, — подтвердил я. — Только у нас будет одно условие.

— Какое?

— Никому не говорите, что мы сыщики. Во всяком случае, пока.

— Хорошо, — с лёгкостью согласился он. — Вы будете студентами юридического факультета, которые проходят у меня практику.

Мы спустились в холл, вышли на улицу и сразу же увидели элегантный экипаж с мягкими рессорами. Ездить на таком по разбитым мостовым города одно удовольствие. Должно быть, адвокат неплохо зарабатывал, раз раскатывал на столь дорогой карете.

По дороге речь зашла о доме, в котором проживал покойный майор. Рейли стал рассказывать:

— Это очень древнее строение. В нём прожило не одно поколение Хэмптонов. Самая ранняя часть здания построена во времена войн с орками. Позднее возвели ещё ряд пристроек. Дом со всех сторон окружен стеной, она охватывает обширную территорию. Однако сегодняшним хозяевам не хватает средств на поддержание особняка в идеальном порядке, и многие помещения нуждаются в ремонте.

— Отчего так? — удивилась Лиринна.

— Нынешних Хэмптонов не назвать богачами. Бедняками, впрочем, тоже. Пока же они проедают накопления, сделанные их предками, — пояснил Рейли.

— И что, много этих накоплений? — спросил я.

— Достаточно, — уклончиво ответил адвокат. — Если не возражаете, я продолжу.

— Валяйте, — легко согласился я.

Болтовня Рейли меня забавляла.

— К дому примыкает некогда живописный сад, но и он постепенно приходит в упадок. Кстати, жаль. Я любил там бывать. Ещё есть настоящий лес — Хэмптоны в своё время отхватили немаленькую территорию для своих владений.

— И что, городские власти не возражали? — спросил я, памятуя о взлетевшей до небес цене на землю.

— Участок был пожалован королём за особые награды. Конечно, Хэмптоны не используют его рационально, но им, похоже, всё нравится таким, как есть.

— Ещё какие-нибудь достопримечательности имеются? — заинтересовалась Лиринна.

— О, сколько угодно. По родословной Хэмптонов можно изучать историю нашего королевства. Есть ещё знаменитая башня. В ней когда-то жил легендарный полководец Альдер Хэмптон по прозвищу Гроза эльфов. Он отличился во времена войны между нашими народами. — Адвокат искоса посмотрел на Лиринну, но та сидела, не проронив ни слова.

Рейли продолжил:

— Говорят, эльфы боялись его как огня. Он сумел выиграть несколько битв, за это ему и отомстили. Альдер был убит в собственном доме, застрелен из арбалета. Убийц не нашли. Ходят слухи, что убийство было делом рук эльфов. С той поры всё семейство Хэмптонов недолюбливает вашу расу.

Лиринна усмехнулась. Я понял, что слова адвоката задели её гордость.

— Ну если назвать битвами стычки, в которых с каждой из сторон принимали участие по паре сотен воинов, то да, ваш Хэмптон был легендарным полководцем. Только человеческие хроники умалчивают тот факт, что мы однажды расколошматили его полк в пух и прах, а самого Альдера захватили в плен и вернули за солидный выкуп. Что касается смерти полководца, то нам не было от этого никакой выгоды. Это произошло уже после войны, а эльфы после драки руками не машут. Ищите убийцу Альдера среди людей. Правда, с той поры прошло столько лет, что они давно уже стали покойниками.

— Возможно, возможно, — закивал адвокат. — Я просто поведал вам семейное предание Хэмптонов. Покойный майор терпеть не мог эльфов и считал их виновниками всех бед королевства.

— Это мы заметили сразу. Лучше посвятите нас в детали убийства, — начал я, но не успел договорить.

Карета остановилась. Я раздвинул занавески и увидел большие металлические ворота с приклёпанным гербом.

— Мы на месте, — воскликнул Рейли. — Перед вами дом Хэмптонов.

Похоже, покойный не успел обзавестись большим количеством друзей и знакомых. Кроме нашего экипажа возле ворот стояли всего две кареты. Одна из них принадлежала армейскому ведомству, другая мэрии.

— Майор не отличался кротким характером и не пользовался популярностью в свете, — перехватив мой взгляд, подтвердил Рейли.

— Да, он был на редкость «обаятельным» человеком, — хмыкнул я.

Мы вылезли из кареты и потопали к воротам. Адвокат шёл впереди. Думаю, его давно ожидали, потому что створки распахнулись сами, как по мановению волшебной палочки. И тут у меня глаза полезли на лоб: перед нами стоял… тролль. Огромный, свирепый, как медведь, заросший косматыми чёрными волосами, в кожаном камзоле и башмаках на толстой подошве, похожих на снегоступы. Его маленькие глаза под густыми бровями зажглись злым огнём. На сморщенном зелёном лице расплылась плотоядная ухмылка, обнажив острые клыки, способные разрывать человеческую плоть на куски.

Я отшатнулся, схватил эльфийку за рукав.

— Тролль! Беги, Лиринна, я его задержу.

Обычно тролли живут в сырых пещерах, а не в старинных дворянских особняках. Бродят по подземным коридорам, изредка выходят на поверхность, чтобы поохотиться. Их считают тупыми и очень агрессивными существами. У них отталкивающая внешность, злобный нрав и повадки людоедов. К счастью, троллей очень мало. Эта раса постепенно вымирает. Лично я не стану плакать, когда в нашем мире их не останется. Эльфы тоже не испытывают к ним симпатий.

— Постойте, Гэбрил, — смеясь, произнёс Рейли. — Да, это тролль, глаза вас не обманули. Однако смею уверить, он и мухи не обидит. Это Грым, добрый малый. Настоящий обаяшка. Грым, поздоровайся с гостями.

В ответ «добрый малый» издал громкий рык. К безмерному удивлению, я разобрал в этой какофонии слова, отдалённо похожие на общепринятое приветствие.

— Но как? — Возглас удивления сам собой сорвался с моих уст.

— Тролли гораздо умнее, чем принято думать. К тому же с ними можно поладить. Майор привёз Грыма совсем малюткой, отбил его у разъяренных гномов. Из парня получился хороший охранник. Кто знал, что под его толстой шкурой скрывается преданное сердце. Он так переживает из-за смерти майора.

На глазах Грыма выступили бирюзовые слёзы. И с чего это я решил, что он отвратительный и страшный? Сейчас тролль походил на брошенного хозяином пса.

— Закрой за нами, Грым, — коротко бросил адвокат.

Тролль поспешил выполнить приказание.

Навстречу уже торопилась женщина в чёрном траурном платье. Её волосы были убраны под косынку. Издали она походила на девушку, стройную как тростинка. Однако вблизи выяснилось, что женщина гораздо старше. Лет сорок, плюс-минус два года.

— Здравствуйте, мистер Рейли. Мы вас уже заждались, — заговорила она. — А кто это прибыл с вами?

— Это мистер Гэбрил и мисс Лиринна. Моя обуза. Студенты, практикующиеся в юриспруденции. Их прислали из университета. Ходят за мной как привязанные. Напросились присутствовать на чтении завещания. Я не смог отказать, — виновато произнёс Рейли. — Да, я совершенно забыл о приличиях, — спохватился он. — Позвольте представить вас мисс Портер, экономке дома Хэмптонов.

Женщина оглядела нас и сурово поджала губы.

— Ваш наряд не кажется мне уместным. В нашем доме горе, умер мистер Хэмптон-старший. Сегодня будут похороны.

Действительно, одежда на нас с Лиринной была обычной, повседневной. На мне серые брюки и рубашка, на Лиринне лёгкое, почти воздушное платье светлых тонов.

— Не волнуйтесь, мисс Портер. Это же студенты, беспечная молодёжь. Они не обращают внимания на условности.

— Тем не менее надеюсь, что они знакомы с правилами поведения в обществе, — сухо заметила женщина.

— Можете быть уверены, — откликнулся я. — Мы сморкаемся в платочек и держим вилку в левой руке, а нож в правой.

— Это делает вас хотя бы чуточку непохожими на Грыма, — изрекла мисс Портер и важной походкой повела нас в дом.

— Ну тебя-то от Грыма точно не отличить, — съязвила Лиринна за спиной экономки и показала язык.

У дома имелись два длинных крыла, одноэтажное и двухэтажное. В центре расположилась цилиндрическая башня, сложенная из кирпича. На шпиле висел приспущенный чёрный флаг.

— Это здесь жил легендарный полководец? — спросила эльфийка.

— Да, — кивнул адвокат.

— А почему в башне, а не в одном из крыльев дома?

— Крылья занимали его младшие братья — Гильом и Эммер. По праву старшего Альдер владел и домом, и всем богатством семьи, но в его сердце жила беззаветная любовь к братьям. Ради них он ограничивал себя во всём. К тому же Альдер не успел обзавестись ни женой, ни потомством, поэтому прекрасно себя чувствовал в маленьких комнатках башни. После его смерти она опустела, никто из Хэмптонов не согласился там поселиться.

— Грустная история, — вздохнула Лиринна.

— Прощание с телом состоится во флигеле, — поспешно объявила мисс Портер. — Потом майора перенесут в фамильный склеп.

— И склеп, и флигель находятся за домом, — пояснил адвокат. — Кстати, флигель построил Гильом. Он хотел преподнести его в подарок Альдеру, сделать в нём что-то вроде музея, посвящённого полководцу.

— И что, Альдеру, понравился подарок?

— Очень!

— Скромный, видать, был парень.

— Не смейтесь, Гэбрил. Альдер ещё при жизни заслуживал почёта и уважения. Кстати, во флигеле его и убили. Был жаркий день, как сейчас. Арбалетный болт влетел в раскрытое окно и пригвоздил Альдера к стене. На ней до сих пор сохранилась отметина.

— Надеюсь, сегодня все окна будут закрыты.

— Всё шутите, Гэбрил, — укоризненно покачал головой адвокат. — Вы выбрали неподходящее время.

Я пожал плечами и отвернулся. Надеюсь, мисс Портер не вслушивалась в наш разговор. Впрочем, ничего нового для себя она бы не почерпнула.

Снаружи флигель представлял собой скучное здание казарменного типа, без особых архитектурных излишеств. Стены были оштукатурены и выкрашены в серый цвет. Неприятное впечатление скрашивало обилие широких окон, большинство которых из-за нестерпимой жары были открыты полностью или наполовину. Снаружи прекрасно просматривалось огромное прямоугольное помещение. В центре его покоился приоткрытый гроб с телом усопшего.

Сам флигель размещался посреди площадки, замощенной декоративной плиткой, сквозь которую пробивалась жухлая трава. Неподалёку стоял фонтан, дно его высохло, как пустыня. Во флигель вёл арочный вход с мраморными изваяниями в виде крылатых грифонов по бокам. Мисс Портер нырнула в чёрный свод, словно во чрево огромного кашалота, мы последовали за ней.

Внутри было очень светло. Под высоким сводчатым потолком висела огромная люстра, переливаясь радужными цветами, но сейчас свечи на ней не были зажжены, и свет в помещение проникал сквозь большие окна в толстых стенах. Поток солнечных лучей, просачиваясь через окна, пронизывал зал и широким ножом разрезал сгустки мрака.

В ногах посверкивал натёртый до сияния паркет, настолько скользкий, что хозяева могли сдавать флигель в качестве катка. Ковры были скатаны и сиротливо лежали в углу возле камина.

Ближе к стене расположились два ряда кресел с прямыми спинками, но сейчас они были пусты. Все собравшиеся проводить покойного в последний путь стояли, даже женщины.

Всего на похороны пришло человек десять, не считая нас. Они поздоровались с адвокатом, который представил меня и Лиринну как студентов-практикантов. На нас сразу перестали обращать внимание.

— Какая ужасная потеря, — скорбно покачал головой низенький, похожий на пивной бочонок мужчина, с невыразительным тусклым взглядом выпученных рыбьих глаз. В руках он держал искусственный венок. Я понял, что это какой-то мелкий чиновник из мэрии.

— Да, вы правы. Уходят достойные люди, лучшие из лучших, — поддакнул ему длинный и тощий как оглобля офицер в полковничьем мундире. Очевидно, его прислало армейское начальство. — Страна потеряла настоящего героя.

— Вы его сослуживец? — спросил я.

— К большому сожалению, нет. — Полковник с виноватым видом развёл руками. — Мне не выпало такой чести.

— Зато мне выпало, — послышался чей-то голос. — Я служил вместе с майором, и это было лучшее время в моей жизни. Клянусь вставной челюстью бабушки нашего короля.

Я машинально повернулся в сторону говорившего. Он был ровесником майора, возможно, чуточку младше. Ростом на пару сантиметров ниже меня, спокойный, уверенный в себе. Жёсткий, как новая зубочистка.

Он протянул руку для знакомства, и я увидел, что, несмотря на жару, на руках его были перчатки.

— Простите, что здороваюсь столь неподобающим образом, — извинился он. — Перчатки не сниму. Подхватил какую-то дрянь в джунглях. Лечить — лечили, но последствия остались: руки теперь холодные, как у пингвина.

— Так вы и в джунглях служили вместе с майором?

— Ага, только тогда мы были молодыми неопытными лейтенантами, правда, потом он меня обскакал, — усмехнулся Гибсон, очевидно намекая на более высокий чин Хэмптона. — Мы и в отставку вышли почти одновременно.

— Кажется, я вас знаю. Вы, наверное, капитан Гибсон? — догадался полковник.

— Бывший капитан, сэр. Я получил это звание одиннадцать лет назад за заслуги, проявленные во время обороны города от баронов-мятежников. Наш отряд охранял центральные ворота. И если кто-то скажет, что там не было жарко, я заставлю его проглотить эти слова вместе с зубами.

Я хорошо помню то время. В ряде провинций вспыхнул кровавый бунт. Войска мятежных баронов подошли вплотную к стенам столицы. Если бы не городское ополчение, сумевшее отстоять город, кто знает, чем бы всё обернулось.

Я поневоле оказался втянут в горячее обсуждение тех событий. Тема оказалась близка обступившим нас мужчинам. Они с жаром предались воспоминаниям. Я был прикован к их обществу, как галерный раб к своему веслу. Единственный способ улизнуть — переключить внимание разошедшихся не на шутку собеседников на что-то другое.

— Отвлеки их, — шёпотом попросил я Лиринну. — Мне надо поболтать с адвокатом.

Она кивнула и тут же завязала светскую беседу по какому-то пустяковому поводу. Все трое мужчин приняли в ней участие с видимым удовольствием.

Как это часто бывает на похоронах, гости разбились на своеобразные кружки по интересам.

Я отвёл Рейли в сторону.

— Нужна ваша помощь.

— Какая, Гэбрил?

— Хотелось бы знать, кто здесь кто.

— Хорошо, я вам помогу. С кого начнём?

— Пожалуй, с него, — показал я.

Рядом с открытым гробом стоял юноша лет двадцати, чертами лица и фигурой напоминавший нашего клиента.

— Это сын покойного — Джонас, — шёпотом пояснил Рейли. — Очень приятный молодой человек. Майор хотел, чтобы он пошёл по его стопам и стал военным, но у Джонаса проблемы со здоровьем.

— Когда я служил в армии, призывали косых, кривых, хромых и горбатых: лишь бы оружие из рук не роняли. Что за загадочная болезнь у молодого Хэмптона?

— Сердце. Ему нельзя подвергаться физическим нагрузкам.

— С виду парень здоров как бык. — Я задумался, выбирая следующую мишень. — Кто этот господин с таким лицом, будто он по ошибке хлебнул уксус?

Я указал на крупного, хорошо сложенного мужчину в очках. Его аристократически красивое лицо сейчас было уныло вытянуто книзу, словно кто-то привязал к подбородку очкарика гирю.

— Не забывайте, Гэбрил, вы находитесь на похоронах. Люди пришли сюда проститься с тем, кого уже не вернёшь назад, — прошипел адвокат.

— Я догадываюсь. Но вселенская скорбь этого мужчины не кажется мне искренней.

— Ещё бы. Это двоюродный брат почившего — мистер Лагарди. Они с майором не ладили. Хэмптон отбил у брата невесту, в будущем она стала матерью Джонаса. Лагарди тогда оскорбился и вызвал майора на дуэль. Дело кончилось лёгкими пулевыми ранениями у обоих.

— Похоже, это первый кандидат в моём списке подозреваемых, — протянул я.

— С той поры прошло много лет. Вражда между ними угасла.

— Я знавал парня, который убил своего обидчика спустя полвека после ссоры. Причиной раздора стала собака. Хотите, расскажу вам подробности?

— Нет уж, увольте, — поморщился Рейли. — Но мистер Лагарди не пошёл бы на убийство исподтишка. Это не в его характере. Дуэль — другое дело.

— Люди меняются. Двадцать лет — приличный срок.

— Пожалуй, вы правы. Но мне всё равно мало верится в его причастность.

— Разберёмся, — заверил я. — А где, кстати, убитая горем вдова?

— Она умерла, — скупо заявил Рейли.

— Как, и она тоже?

— Очень давно. Она скончалась сразу после родов, оставив на руках Томаса грудного младенца. С той поры майор ходил во вдовцах.

— Он что, совсем чурался женщин?

— Вот уж нет, майор не был монахом. Хотите доказательств?

— Хочу.

— Обратите внимание, вот та женщина с чёрной вуалью — это Миранда Клозен, его последняя пассия.

Я посмотрел в указанную сторону и увидел женщину с высокой статной фигурой. Лицо скрывалось за вуалью, но вот она подошла к гробу, приподняла полупрозрачную паутину и прикоснулась губами ко лбу мертвеца. Я успел разглядеть бледную кожу женщины, на которой алым пятном выделялся большой чувственный рот.

— Хороша! — крякнул Рейли.

Я промолчал. Увиденное не произвело на меня особого впечатления.

Миранда превратилась в каменное изваяние. К ней подошёл пожилой лысоватый дядька, взял под локоть и отвёл к одному из кресел.

— Это Ораст, сводный брат Хэмптона. Он живёт в доме майора и просто помешан на коллекционировании, — пояснил Рейли.

— А что он собирает? Фантики от конфет?

— У него другой пунктик: скульптуры из глины и фарфора, причём сделанные в определённый период. Но не вздумайте над ним подшучивать. Характер у Ораста взрывной.

— Ну я тоже не пай-мальчик.

— Тем более не шутите.

К нам подошли двое. По виду супружеская пара. Долгая семейная жизнь сделала их похожими друг на друга как близнецы. Сходство усугублялось одинаковыми стрижками на голове.

— Печальный повод для знакомства, не правда ли? — произнёс супруг. — Я Джеральд, а это моя жена Поппи. Она сестра Хэмптона.

— Да, да, — добавила его благоверная. — Томми был моим родным братом. До сих пор не могу поверить, что его больше нет в живых.

У неё были любопытные глазки, а манера поведения выдавала опытную сплетницу, любящую совать свой нос куда не следует.

— Угораздило же Томаса помереть в такую жару, — брякнул Джеральд.

— Вы бы это лучше убийце сказали, — хмыкнул я. — Из-за него мы тут жаримся как на сковородке.

Супруги замолчали, очевидно, не зная, как продолжить тему.

— Ой, милый, посмотри, что это у тебя на рукаве, — сказала Поппи, трогая мужа за пиджак.

— О чём ты, дорогая?

— Да вот же. — Поппи сняла с одежды мужа клочок рыжей шерсти. — Где это тебя угораздило?

— Понятия не имею, — хмыкнул супруг.

— Похоже на кошачью шерсть, — изрекла женщина.

— Не стану спорить, дорогая, — согласился Джеральд.

— Но у нас же нет кошки.

— Зато у нас полный дом гостей. Возможно, у кого-то из них есть кот или кошка. Я мог подцепить шерсть совершенно случайно.

— Ну да, конечно, — задумчиво протянула она, однако уверенности в её голосе не было.

Похоже, женщина ревновала супруга, хотя его невзрачный вид говорил сам за себя. Вряд ли Джеральда можно было отнести к породе дамских угодников. Впрочем, нельзя доверять первым впечатлениям. Они зачастую бывают ошибочными.

— Вы ведь студент? Я правильно поняла? — Поппи повернулась в мою сторону.

— Да, мэм, — ответил я с самым беззаботным видом.

— А на каком курсе? Вы выглядите слишком взрослым.

— Я двоечник, мэм. Меня несколько раз исключали из университета, приходилось начинать всё сначала, — хитро прищурившись, пояснил я.

— О, я представляю, как вам было тяжело, — закивала Поппи. — Студент-юрист, это так здорово. Вспоминаю свою молодость.

— Хм, разве вы не с младшего курса? — смеясь, спросил Рейли.

— Ох уж мне эти мужчины, понимают, как подольститься к женщине, — кокетливо улыбнулась собеседница. — А я ведь знаю кое-кого из ваших преподавателей, — сказала она мне. — Как поживает профессор Юргенс? Он наш старый друг, но почему-то не приходит в гости больше месяца. Может, заболел?

— Не то слово, мэм. Он сломал руку, — сообщил я.

— Сломал руку! — ахнула женщина. — Как это произошло?

— Поскользнулся на арбузной корке. Упал, очнулся — гипс.

— Кошмар какой! — Поппи покачала головой и стала горячо обсуждать с мужем полученные новости. Теперь ей было не до меня.

— Откуда вы знаете профессора Юргенса? — удивлённо спросил Рейли.

— Да я его сроду не видел, — признался я. — Надо ведь было что-то ответить этой липучке, вот и ляпнул первое, что в голову пришло.

Удивительное дело, никто из собравшихся не плакал и не произносил прочувственных речей. Всё было обыденно и просто, как на светском рауте. Не хватало только традиционных бокалов с коктейлями и официантов с подносами.

— Дамы и господа, все простились с майором? — громко спросил мужчина, в котором сразу угадывался распорядитель, присланный из похоронного бюро.

Раздался нестройный хор голосов.

— Будем выносить тело, пропустите, пожалуйста, — сказал распорядитель.

Толпа расступилась. К гробу подошли четверо дюжих носильщиков. Они схватили его и потащили к выходу. Мы отправились следом.

За флигелем расположился оркестр из трёх музыкантов. Завидев процессию, они грянули траурный марш. Мои уши мигом оглохли: трубач старательно надувал щёки, скрипач рвал свой инструмент на части, а ударник едва не превратил барабан в лохмотья.

Дорожка, окаймлённая красным кирпичным бордюром, вела к мрачному строению в дальнем углу сада. Запахло смертью и тленом. Это был склеп, усыпальница Хэмптонов.

Музыка стихла.

— Мы, наверное, постоим здесь, — сказал я Рейли. — Экскурсия в гробницу не кажется мне увлекательной.

— Дело ваше. Я бы с удовольствием поменялся с вами местами, но, увы, работа остаётся работой. — Адвокат вздохнул и пошагал к усыпальнице.

— Как прошла беседа? — спросил я Лиринну, которой наконец-то удалось избавиться от общества навязчивых поклонников.

— Результативно. Чиновник из мэрии интересовался, чем я занимаюсь вечером, а полковник предложил после похорон заскочить в ресторан. Оба клянутся, что не женаты.

— Что ты ответила? — ревниво нахмурился я.

— Сказала, что у меня есть другое предложение: мой папа с удовольствием примет гостей в нашем доме. Он давно не боксировал и боится, что потерял форму.

— Кстати, я тоже давно не разминался, — хмыкнул я, потирая кулак на правой руке.

— Не волнуйся, — хихикнула Лиринна. — Ты и так дерёшься чаще, чем надо. Кстати, этот капитан Гибсон оказался единственным, кто не стал ко мне клеиться. Я в нём разочаровалась, — добавила она, чтобы слегка меня подразнить.

— Он спас себе жизнь, — улыбнулся я.

Процессия вернулась через полчаса. Нужные почести были возданы, традиции соблюдены, можно переходить ко второй части программы — чтению завещания.

Чиновник из мэрии и полковник раскланялись и ушли. Следом за ними исчезли оркестр и похоронная команда. Остались только свои.

Родственники снова собрались во флигеле. К моему удивлению, среди них затесалась и Миранда. Она убрала вуаль, и теперь все могли сполна любоваться тонким красивым лицом породистой аристократки. Гибсон тоже присутствовал. Его роль сводилась к утешению Джонаса, без остановки шмыгавшего носом.

Все расположились в креслах. Нам с Лиринной пришлось сесть рядом с экономкой. Очевидно, той тоже полагался кусок наследственного пирога.

Мисс Портер покосилась на нас, недовольно поджала губы и устремила взгляд на адвоката, который взгромоздился на небольшую трибуну и развернул листы с завещанием.

— Пришла пора объявить волю покойного, — заявил он.

— Тогда не тяните, мистер Рейли. Здесь присутствуют все заинтересованные лица, — попросил кто-то из зала.

Рейли начал зачитывать текст завещания:

— Я, Томас Хэмптон, находясь в здравом уме и трезвой памяти…

Собравшиеся жадно ловили каждое его слово.

— …свой дом, все свои сбережения завещаю своему сыну Джонасу, за исключением суммы оговоренной…

Я увидел довольное выражение лица Джонаса. Он улыбался и кивал направо и налево.

— …тысячу рилли золотом сводному брату Орасту, который имеет полное право проживать в моём доме столько, сколько ему заблагорассудится.

Ораст, до этого мёртвой хваткой вцепившийся в подлокотники кресла, расслабленно опустил руки.

— …столько же я завещаю моей сестре Поппи и её мужу Джеральду. Они тоже могут проживать под крышей моего дома, как это было раньше.

Супруги довольно улыбнулись. Джеральд обнял Поппи за плечи и прижал к себе:

— Я же говорил тебе, дорогая, что Томас нас не забудет.

— …триста золотых рилли завещаю Миранде Клозен. Она может тратить их по своему усмотрению.

Нервная усмешка исказила губы женщины.

— Триста рилли, — злобно произнесла она. — Пусть подавится ими, старый вонючий козёл. Жаль, что он не может сдохнуть дважды.

Она встала с места и пошла к проходу, шелестя длинной юбкой. Все как по команде посмотрели ей вслед.

— Наглая курица, — зашипел Джеральд на ухо супруге, как только Миранда скрылась из виду. Он старался не говорить громко, но, клянусь, его слышали все собравшиеся. — Эта потаскушка хотела претендовать на что-то большее. Триста рилли и без того крупная сумма, особенно если учитывать то, как она обращалась с Томом.

— А как она с ним обращалась? — сразу спросила Лиринна, но Джеральд смекнул, что сболтнул лишнего, и мгновенно заткнулся.

— Тише, пожалуйста, — попросил адвокат. — Я ещё не закончил.

— Извините, — смущённо произнесла Лиринна.

— Прислуге полагается… — Адвокат стал перечислять список, который оказался таким длинным, что я стал клевать носом.

Лиринна толкнула меня в бок локтем, когда всё закончилось.

— Наконец-то! — обрадованно произнёс я. — Извини, отключился. Нам ничего не перепало сверх тех двух сотен?

— Можешь закатать губу обратно, — улыбнулась Лиринна. — Нас не упомянули.

— Жаль.

— Может, пора открыться присутствующим?

— Погоди немного.

По комнате прогулялся сквозняк. Он поворошил шторы, поднял скопившиеся пылинки в углах. Повеяло неприятным холодком. Я поёжился. Появилось странное предчувствие беды. Что-то должно произойти. Очень скоро.

Рейли прошуршал бумагой и положил её в портфель.

— Может быть, кто-то из родственников хочет произнести речь? — спросил он.

— Я думаю, что Джонас, как сын покойного и владелец всего имущества Хэмптонов, просто обязан сказать несколько слов, — произнёс Гибсон.

Если не ошибаюсь, капитану не досталось ничего, однако он стойко перенёс это известие.

— Вы правы, сэр, — откликнулся юноша и не спеша поднялся на трибуну.

Он откашлялся, вытащил из кармана платок, вытер выступившие слёзы и срывающимся от волнения голосом произнёс:

— Это мой долг рассказать всем присутствующим о том, каким замечательным человеком был мой отец…

Мисс Портер откинулась на спинку кресла, кисть руки опустилась на подлокотник. Ей было приятно внимать словам молодого человека. Она закрыла глаза…

Внезапно послышался странный звук, похожий на щелчок арбалетного крючка. Какой-то снаряд просвистел над моей головой, рассекая воздух. В ту же секунду Джонас покачнулся и упал как подкошенный.

— Всем на пол, — дико заорал я. Кто-то из женщин завизжал.

— Без паники! — это, кажется, Гибсон. Он начинал брать ситуацию в свои руки. — Падайте вниз, если не хотите стать мишенью.

Меня словно выбросило катапультой из кресла. Я бросился к наследнику, накрыл его своим телом и обнаружил, что юноша дышит.

— Что случилось?

— В меня стреляли, — заикаясь, сообщил Джонас.

— Кто?

— Я не разглядел. У меня неважное зрение.

— Он попал?

— Не знаю. Я ничего не чувствую, — едва шевеля мертвенно бледными губами, произнёс юноша.

Я произвёл беглый осмотр его тела.

— Кажется, обошлось. Убийца промахнулся.

Я показал на скол в стене и валяющийся на паркете арбалетный болт.

— Не высовывайся, парень. Стрелок может прятаться где-то поблизости.

— Вы хотите его поймать?

— Я что, похож на дурака? Мне лишних дырок не надо.

К нам по-пластунски подползла мисс Портер. Ей удалось сохранить присутствие духа.

— Джонас, с тобой всё в порядке?

— Да. Я жив и здоров. — Парень сделал попытку улыбнуться, но она получилась вымученной и ненатуральной.

— Что это было?

— Покушение, — сказал я. — Джонас говорит: стреляли из арбалета через открытое окно.

— Бедный мальчик. — Женщина неожиданно ойкнула и показала пальцем на стену. — Смотрите.

— Куда? — не понял я.

— Здесь две отметины. Видите? Они рядом на расстоянии каких-то два-три сантиметра. Одна совсем свежая, а вторая осталась от стрелы, убившей Альдера Хэмптона, Грозу эльфов. Он погиб на этом самом месте.

— Символично, — хмыкнул я.


Глава первая, | Клиент с того света | Глава третья,