home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава шестая,

в которой мы с Алуром попадаем в переделку.


— Маг? — удивился Рейли. — Их же перестреляли эльфы. Разве они…

Я не дал договорить.

— Да, они не погибли. Вернее, погибли, но не все. Один маг чудом выжил. Его зовут Алур. Он мой хороший друг.

Официально считается, что наши маги были истреблены во время последней эльфийской войны. Это случилось больше ста лет назад. Король решил, что лучший способ справиться с эльфами — стереть их в порошок при помощи магии, для чего пришлось собрать всех волшебников в лагере королевских войск. Эльфы быстро обо всём пронюхали, не стали тратить время впустую и устроили дерзкую вылазку, которая дорого обошлась стране. Лазутчики благополучно миновали все посты, проникли прямо в сердце лагеря и с лёгкостью перестреляли волшебников, как куропаток. Никто им не помешал. Выжить удалось только Алуру и то лишь потому, что его незадолго до нападения отправили в столицу по делам, не требовавшим отлагательства. Это его и спасло. Остальным повезло куда меньше.

Алур впал в глубокую депрессию, длившуюся много лет, из которой его вывело начатое мною расследование. Мне тогда пришлось поломать голову над преступлением, связанным с ограблением королевского хранилища, в котором хранился Ключ, открывающий переходы в иные миры. В итоге вашему покорному слуге пришлось сразиться с орочьим шаманом, готовившим вторжение своих соплеменников, запертых в другом измерении. Если бы не счастливая случайность, можно сказать, роскошный белый концертный рояль в кустах, кто знает, что с нами бы сделали орды разъяренных орков, мечтавших о реванше.

— А официальные власти… король — он знает об этом маге? — запинаясь, спросил Рейли.

Кажется, он не верил своим ушам. Понимаю.

Я усмехнулся:

— Разумеется, знает. Правда, мой друг сделал всё, чтобы его не трогали. Поверьте, он умеет настоять на своём.

Алур вёл жизнь затворника. Он поселился в пригороде столицы, взял ученицу, приходящуюся ему праправнучкой, и постарался сделать так, чтобы власти о нём даже не вспоминали. В противном случае грозился устроить им небо с овчинку. Особых проблем ему это бы не составило.

— Вы думаете, этот ваш друг, Алур, согласится помочь? — спросил адвокат, переваривший полученную информацию.

Я неопределённо пожал плечами:

— Мне придётся быть очень красноречивым, но я справлюсь.

Разумеется, твёрдой уверенности у меня не было. Алур мне кое-чем обязан, однако это никоим образом не означало, что он с ходу согласится. Упрямства в нём могло хватить на двух эльфов, трёх гномов и четырёх ослов. Но я постарался придать голосу подходящие нотки:

— Договоритесь о свидании, мистер Рейли. И ещё одно… — Тут я запнулся, подбирая подходящие слова, чем немедленно воспользовался Рейли.

— Что именно? — спросил он. — После ваших слов о выжившем маге я готов услышать самое неожиданное предложение. Может быть, вы хотите взять с собой на свидание дракона? Я только не уверен, что полиция будет рада этому известию, — усмехнулся адвокат.

— О, драконов точно не будет, во всяком случае в полицейском участке. Просто никому не говорите, что Алур — волшебник. Это всё, что от вас потребуется. Кто его знает — не спросит, а остальным и знать не надо.

— О, вы можете быть уверены. Я не обмолвлюсь ни единым словом. Я умею хранить чужие тайны, — пообещал адвокат.

В принципе он прав — язык у людей его профессии развязывается только во время судебного процесса, причём хорошие адвокаты тщательно отмеривают на аптекарских весах, что можно сказать, а что нельзя.

— Я тоже на это рассчитываю. Договоритесь о нашей встрече с полицией. Меня в ближайшее время в городе не будет. Держите связь через Лиринну, — предупредил я.

— Без проблем, — живо откликнулся Рейли.

Он решил поиграть в гостеприимного хозяина и широким жестом пододвинул меню в мою сторону.

— Пообедаете? Я угощаю.

— Спасибо, — вежливо поблагодарил я. — Как-нибудь в другой раз.

— Как скажете, — благодушно произнёс он. — Знаете, а я рад, что связался с вами.

— Вы ещё успеете передумать, — многообещающим тоном заявил я.

Адвокат немного помолчал, потом вперил в меня взгляд и вяло пробормотал:

— Хочу всё же у вас спросить напоследок. — Он немного помялся, потом решился и сказал: — Вы меня не обманываете насчёт того, что ваш знакомый — маг?

— Я не правительство, чтобы обманывать. Алур — настоящий волшебник, один из самых лучших.

Спрашивать, зачем я хочу привлечь к расследованию мага, он не стал. Должно быть, догадался, что ничего нового от меня не услышит.

Я вернулся в контору. Лиринна как раз закончила писать отчёт и теперь подклеивала его в одну из толстых амбарных книг, которыми заставлены все полки этажерки, делившей офис на две части. Здесь мы держали весь архив. Благодаря стараниям Лиринны он принял упорядоченный, практически идеальный вид и стал походить на библиотеку. Компаньонка даже придумала особый каталог. И теперь, чтобы найти нужную бумагу, не приходилось перелопачивать всю накопившуюся макулатуру.

Лиринна отложила баночку с клеем и подняла на меня глаза.

— Что сказал Рейли?

— Сказал, что рад нашему сотрудничеству.

Лиринна улыбнулась:

— Мог бы и доплатить в таком случае.

— Я об этом даже не заикался. Формально он прав — мы свой гонорар ещё не отработали. И ещё… я думаю привлечь к расследованию Алура.

— Алура? — Лиринна удивилась не меньше Рейли. — Думаешь, он согласится?

— Не вижу причин для отказа. Он, конечно, будет сопротивляться для приличия, но потом выкинет белый флаг. Уж я-то его знаю.

— Но зачем нам маг? Разве нельзя обойтись без него?

— Я хочу проверить одно предположение. Для этого придётся прибегнуть к помощи мага. Другой подходящей кандидатуры, кроме Алура, нет, — коротко пояснил я.

— Когда ты к нему поедешь? — тихим голосом спросила Лиринна.

— Сегодня. Не хочу тянуть кота за хвост. Знаешь, я уже второй день не вижу Криса.

— Если так и дальше пойдёт, Крис совсем забудет, что у него есть папа, — усмехнулась Лиринна.

— Надеюсь, этого не произойдёт, — улыбнулся я. — Но вы не скучайте.

Лиринна помотала головой:

— Даже не надейся: мы с Крисом обязательно будем скучать и ждать твоего возвращения.

Мне стало очень грустно. Крис и Лиринна — всё, что у меня есть в жизни. Я прижал эльфийку, стиснул в объятиях так, что косточки захрустели, и сказал:

— Я скоро вернусь.

— Я знаю, — ответила Лиринна.

Алур жил в деревне и наслаждался тихой спокойной жизнью. Во всяком случае, до моего появления.

Его одноэтажный каменный дом на высоком цоколе стоял неподалёку от пыльной дороги, разбитой крестьянскими повозками и дилижансами, и ничем не отличался от остальных строений: добротный, ухоженный, с красной черепичной крышей и аккуратной трубой дымохода, сложенной из кирпича. Сбоку была приделана небольшая застеклённая веранда. Рядом росли высокие сосны. Их тень падала на дом, окружённый невысоким палисадником, и манила меня, усталого путника, долгожданной прохладой. Не успел я подойти к калитке, как та бесшумно отворилась, словно приглашая войти. Не иначе как магия.

— Спасибо, Алур, — усмехнулся я и пошагал по дорожке, выложенной из белых прямоугольных плиток.

За заборчиком по левую руку находился курятник, сразу за ним дровяной сарай. Немного поодаль виднелся колодец-журавль.

Хозяева сидели на веранде в плетёных креслах и пили чай. Я за несколько шагов почувствовал тонкий аромат заваренных трав.

— Поднимайся, Гэбрил, — вместо приветствия сказал Алур, делая знак рукой.

Я поднялся по ступенькам крыльца и оказался в объятиях старого друга. Он ни капельки не изменился с нашей последней встречи — разве что слегка поправился, но ему это только на пользу. Седая борода подстрижена, длинные волосы тщательно расчёсаны, нос казался уже не таким острым. В глазах по-прежнему светился отточенный, как лезвие бритвы, ум. Одежда простая, крестьянская — широкая рубаха из плотной ткани, короткие мешковатые штаны, высокие чулки. На ногах башмаки из грубой кожи.

— Смотри, кто к нам пожаловал, Мила, — обрадованно сказал он ученице, не переставая душить меня в кольце объятий.

— Задушишь, — пожаловался я.

Старик внял просьбе и отпустил.

— Откуда в тебе только силы берутся? — невольно вырвался из моей груди возглас восхищения.

— От земли-матушки, конечно, — усмехнулся Алур. — Откуда ж ещё?

Я наконец сумел разглядеть его внучку. Она хорошела с каждым днём и давно уже не походила на того неотёсанного подростка с плохими манерами, какой мне довелось увидеть её в первый раз. Гадкий неуклюжий утёнок превратился в прекрасного лебедя.

— Здравствуй, Гэбрил, — поприветствовала она. — С приездом.

Мила отпустила косы. Это придало её облику ещё больше женственности.

— Привет, Мила. Как жизнь? Небось, от женихов прохода нет?

— Скажешь тоже, — фыркнул Алур. — Мила — девушка серьёзная. У неё голова другими вещами занята. Так ведь, внучка?

Мила кивнула, но как-то неуверенно. Сдаётся мне, что старик о многом пока не догадывается или просто делает вид, что не в курсе.

— Ты, наверное, устал с дороги? — продолжил Алур.

— И устал, и пыли наглотался, — признался я.

Маг хлопнул меня по плечу.

— Сейчас я налью тебе чашку моего травяного настоя, и ты будешь чувствовать себя так, словно заново родился.

Он выразительно посмотрел на внучку, и та сразу догадалась, чего от неё хотят.

— А я принесу вам печенье, — сказала Мила и скрылась в доме.

Мы с Алуром присели на кресла. Старик враз подобрался, стал серьёзным и деловитым, словно клерк из страховой компании, который почувствовал, что клиент пытается обвести его вокруг пальца.

— Ну говори, зачем пожаловал, пока Милы нет. Только не ходи вокруг да около, у девчонки терпение не резиновое, — предупредил он.

— Будем считать, что ты мне облегчил задачу, — сказал я, внимательно разглядывая Алура. — Я не знал, с какого бока будет удобнее зайти. Нужно распутать одно убийство. Полиция нашла подозреваемого, он вроде бы во всём признался. Однако вина этого человека, вызывает у меня некоторые сомнения. Мне бы хотелось, чтобы ты им занялся.

— Можешь уточнить? — спросил Алур.

Я рассказал ему всё, что услышал от Колмана и Рейли.

— Не понимаю, что тебя так тревожит? — изумился Алур в конце рассказа.

— Не знаю, — признался я. — С одной стороны, у полиции имеется достаточно правдоподобная версия, объясняющая всё случившееся, с другой — в деле имеются кое-какие неувязки. Я боюсь, нет ли тут вмешательства… — Я вздохнул, предоставляя волшебнику возможность додумать за меня. Но он не выдержал.

— Ну договаривай, о каком вмешательстве ты ведёшь речь, — насупился Алур.

— Я хочу проверить, всё ли тут чисто с точки зрения магии.

— То есть? — озадаченно вскинулся Алур.

— Не замешан ли в это убийство кто-то, владеющий магией, каким-то талисманом, амулетом или ещё чем-то в этом роде. В общем, есть тут волшебство или нет, — объяснил я.

Алур задумался.

— И когда в твоей голове появились такие мысли?

— После того, как я услышал о том, что Гибсон не отдавал себе отчёта в своих действиях, и о том, что на него нашло помутнение. Я вспомнил случай, произошедший во время моей службы в армии. Тогда несколько моих сослуживцев словно сошли с ума. Они убили остальных и добрались бы до меня, если бы не Лигрель. Он спас мне жизнь.

— Я помню эту историю, — кивнул Алур. — Армейское начальство спустило её на тормозах.

— Да, расследование велось формально, а потери списали на вылазки неприятеля, — подтвердил я. — С той поры я всегда пытаюсь подстраховаться в тех случаях, которые кажутся мне не до конца объяснимыми.

— Ты хочешь, чтобы я всё бросил и отправился с тобой в город? — усмехнулся волшебник.

— Мне больше некого просить, Алур. Надеюсь на тебя по старой памяти.

— Хвалю за прямоту, Гэбрил. Если честно, идея твоя не вызывает у меня особого восторга, — признался Алур. — Однако сельская жизнь имеет один недостаток. Знаешь какой?

Я пожал плечами:

— Понятия не имею.

— Она быстро надоедает, — хохотнул волшебник. — Я начинаю ощущать себя замурованным в склепе. Если бы не Мила, я бы умер от тоски. Я соскучился по городу. По его запруженным улицам, по тем грубиянам, что составляют основную массу его населения, по обществу друзей. Ты, наверное, думал, что тебе придётся долго меня уговаривать, заготовил какую-нибудь длинную и пространную речь, чтобы убедить старого Алура. Я прав?

— Да, — кивнул я.

— Считай, что твои труды пропали даром. Я с радостью ухвачусь за твоё предложение. Мне так всё надоело, что я готов бежать отсюда, сломя голову, но… — Алур посерьёзнел. — Миле об этом ни гу-гу. — Он заговорщицки приложил палец ко рту.

В этот момент за нашими спинами раздался обиженный девичий голосок:

— Дедушка, а как же я? Ты меня здесь одну оставишь? — Мила чуть не плакала.

— Что ты, внучка! Я мигом обернусь — туда и обратно, — стал растерянно оправдываться волшебник. — И вообще, — спохватился он, — нехорошо взрослых подслушивать.

— Дедушка, я нечаянно, — всхлипнула Мила, — я не хотела вас подслушивать. Так получилось…

— Так получилось, — передразнил её Алур. — Знаешь пословицу, что любопытство сгубило кошку?

— Дедушка, я не кошка, и мне очень хочется с вами в город. Мне тоже скучно, а в городе есть музеи, театры. Я хочу ходить на выставки, на концерты…

Старик перевёл растерянный взгляд на меня, ожидая поддержки. Я прокашлялся, прежде чем произнести следующее:

— Мила, мы тебя обязательно возьмём в следующий раз. Хочешь, приезжай к нам погостить в следующем месяце. Мы будем только рады.

— Правда? — Глаза её просияли.

— Правда, — заверил я. — Думаю, дедушка тоже будет не против.

Алур что-то нечленораздельно пробурчал, но девушка растолковала это как согласие. Она повисла у Алура на шеё и благодарно чмокнула в щеку.

— Ну ладно, хватит, — смущённо забормотал растроганный волшебник. — Я посмотрю на твоё поведение, на то, как будешь заниматься.

— Дедушка, я буду очень хорошо заниматься, стану прилежной ученицей. Ты же меня знаешь.

— Вот именно, что знаю. Так что смотри у меня. — Он шутливо погрозил пальцем.

— Я соберу тебе вещи, — вместо ответа сообщила Мила.

— Хорошо, только не переусердствуй. Я предпочитаю путешествовать налегке, — предупредил Алур.

Пока Мила занималась сборами, мы коротали время на веранде. Ей понадобилось полчаса, чтобы выйти к нам, волоча два огромных баула.

— Что это? — с подозрением спросил Алур.

— Твои вещи, дедушка. Я постаралась собрать всё, что тебе может понадобиться. Здесь носки, несколько комплектов пижам, тёплая одежда…

— Меня в одной рубашке потом прошибает, а ты зачем-то тёплые вещи подсовываешь, — возмутился волшебник.

Мила обиделась.

— Да, а вдруг холодно станет? Замёрзнешь, простудишься, а тебе болеть нельзя.

— Но это-то зачем? — воскликнул Алур, извлекая из баула зимнюю куртку. — До зимы ещё несколько месяцев.

— А вдруг вы задержитесь, — парировала девушка, запихивая куртку обратно. — Или берёте всё, или я вас никуда не отпущу.

Алур задумчиво почесал подбородок, не зная, что делать. В таком состоянии он мог пребывать часами. Я принял решение за него:

— Хорошо, мы не будем спорить, Мила. Давай сумки, я их потащу.

Мила подала мне баулы. Я взялся за них и присвистнул. Они едва не вытянули мне руки. Однако миниатюрная девушка несла их с такой грацией, словно сумки весили не больше пушинки. Мила начинала меня удивлять.

— Там на дне что — кирпичи?

— Нет, — замотала головой Мила. — Книги. Вдруг дедушке станет скучно, тогда он сможет почитать. Здесь его любимые философы — полное собрание сочинений…

— Не надо продолжать, — взмолился я. — У меня от философии голова пухнет. Но ты уверена, что это предметы первой необходимости?

— А разве нет? — удивилась девушка.

— Понял, вопросов больше не имею, — покорно вздохнул я. — Верблюда вызывали?

Алур переоделся. Сейчас на нём был костюмчик горожанина средней руки — хлопковая рубашка, поверх жилетка с карманами, брюки из шерстяной ткани в рубчик, тёмно-синие носки. На ногах вычищенные до блеска кожаные туфли. Таким вальяжным я его ещё никогда не видел.

Мила принесла большое зеркало, и маг с удовольствием в него посмотрелся.

— Просто замечательно, — захлопала в ладоши девушка. — Остался последний штрих.

Она принесла гребешок и тщательно причесала волосы волшебника.

— Теперь порядок.

— Ты прям жених какой-то, — прыснул я.

— А что? — разом подбоченился Алур. — Разве плохо?

— Нет, что ты. Тебе идёт, — отозвался я.

Обратный дилижанс в город должен прийти через полчаса. Причём он был последним в эти сутки. Если бы Алур согласился не так молниеносно, мне пришлось бы у него заночевать. А так мы успевали вернуться в столицу к позднему вечеру. Я надеялся увидеть сынишку уже сегодня и поцеловать его перед сном.

— Пора выдвигаться, — бросил Алур, — а то опоздаем.

Он было вызвался помочь нести багаж, однако я отмёл все его протесты, схватил баулы и попёр их к станции, представлявшей собой беседку, выложенную из камня. Возле неё паслись козы, лакомясь сочной травой. Они с любопытством посматривали на нашу процессию и изредка трясли бородами. Возле них стайкой кружились мухи и ещё какие-то насекомые. Надеюсь, не кусачие.

В том конце улицы показалось густое облако пыли. Из него вынырнуло длинное туловище дилижанса, на козлах которого сидел человек в неприметной серой одежде. Поравнявшись со станцией, он притормозил, чтобы мы сели, и помог сложить багаж в огромную корзину, располагавшуюся позади кабины.

Я уступил Алуру место возле окна, и он сразу начал махать рукой Миле, вышедшей нас проводить.

— Возвращайся скорее, дедушка! — закричала она.

— Присматривай за хозяйством. Будь осторожней, — отозвался Алур.

— Обязательно.

Мы тронулись. Дилижанс еле полз, поездка предстояла долгая. Я вытащил свежие газеты, купленные в городе, и предложил Алуру. Он схватился за них, как умирающий от жажды за стакан воды, и тут же углубился в чтение. Я же успел изучить их от корки до корки, поэтому не знал, чем себя занять. Попробовал подремать, но зыбкое пограничное состояние между миром грёз и явью быстро надоело. Тогда посмотрел на Алура. Чтобы оторвать его от газеты, пришлось бы прибегнуть к помощи лебёдки или шестёрки ломовых лошадей. Вот что значит удалённость от городской жизни.

В голову полезли разные мысли. Большинство были о нашей с Лиринной семье и о том, как круто изменилась моя жизнь. А вместе с ней изменился и я. Теперь меня сложно назвать вечно брюзжащим циником, а прозвище Сухарь, подаренное прошлой супругой, не подходит мне совершенно. Я уже не тот сухой, внешне лишённый эмоций человек, каким был несколько лет тому назад. Я — другой и таким нравлюсь себе гораздо больше. Очевидно, все перемены в жизни только к лучшему. В моей — точно!

Я постарался устроиться как можно удобней на жёсткой скамье, закрыл глаза и незаметно провалился в глубокий сон.

— Эй, Гэбрил, хватит дрыхнуть. Так и конец света проспать можно. — Насмешливый голос Алура выдернул меня из забытья.

— А? В чём дело? — Я непонимающе затряс головой.

— Вставай, говорю. Подъезжаем, — усмехнулся Алур.

Я протёр глаза, зевнул, с хрустом распрямил руки и с наслаждением вытянул затёкшие ноги.

— Который час?

Алур вытащил из кармашка хронометр.

— Одиннадцать вечера.

— Вот зараза!

Я выругался сквозь зубы. Если дилижанс по-прежнему будет ползти, как черепаха, мы не успеем в Туземный квартал, потому что мост между ним и материком разведут. Это значит, что планы провести вечер в кругу семьи пойдут прахом. Жаль, конечно. Я действительно успел соскучиться по Крису, Лигрелю и его жене. Наверное, они уже улеглись спать — жизнь в Квартале замирает с последними лучами солнца, а просыпается с первыми: тогда гномы, эльфы, илоны и люди, поселившиеся здесь, спешат по своим делам.

На улице горели масляные фонари, разбросанные столь же редко, как зубы у старого боксёра. Если бы не их чахлый свет, могло показаться, что мы движемся в абсолютной темноте, окутавшей дилижанс плотным одеялом, и фонари в нём подобны разноцветным лоскуткам, пришитым бережливой хозяйкой.

К вечеру стало прохладно — это задул ветер с моря. Я поёжился. Перемена ветра означала перемену погоды. Завтра небо будет затянуто облаками, потом начнутся дожди, а уж если они зарядят, так на неделю минимум. Придётся достать плащ и зонтик.

Дилижанс прибыл к центральному вокзалу. Мы выбрались на улицу. Часы на большой башне показывали половину двенадцатого.

— Так, мы опоздали, — грустно вздохнул я. — Придётся ночевать у меня в конторе. Не забыл, как спал со мной под одной крышей?

— Такое разве забудешь, — хмыкнул маг. — Где ты хотел меня поселить?

— С нами, у Лигреля. Место бы для тебя нашлось, не сомневайся.

— Может, я лучше в гостиницу? Не хочу стеснять…

— Да брось ты. Поспишь сегодня в конторе на раскладушке, а завтра я тебя устрою по первому разряду.

— Ну если так…

— Так, так, — заверил я, хватаясь за баулы. — Найдём кэбмена, он нас мигом доставит.

Заспанный привратник при виде меня и Алура недовольно покачал головой. Он уже успел отвыкнуть от моих постоянных ночёвок в офисе.

Мы поднялись на нужный этаж, дошли до дверей. Я извлёк из кармана ключи, немного повозился с замком и гостеприимно распахнул перед Алуром дверь.

— Давненько я здесь не появлялся, — протянул он, крутя головой по сторонам.

Было темно, но я зажёг канделябр с основанием в виде балерины. Лиринна догадалась сделать для нас несколько бутербродов. Должно быть, она предвидела такой вариант.

— Будешь? — предложил я.

— Пожалуй, не откажусь.

Я быстро вскипятил воду, достал открытую пачку чая, но Алур меня остановил.

— Я взял с собой заварку. Тебе понравится.

Он извлёк из баула кулёчек, сделанный из газеты, достал щепотку сушёной травы и высыпал в заварной чайник. Тотчас же вокруг чайника появилось серебристое мерцание, зазвенели, переливаясь, колокольчики. Потом всё прекратилось.

— Что это было? — спросил я.

— Попробуй. Козлёночком не станешь, гарантирую, — миролюбиво заверил волшебник.

— Успокоил, — мрачно сказал я, делая первый глоток.

Жидкость казалась безвкусной и невесомой. Я погонял её во рту, сглотнул и немного постоял в ожидании хоть каких-то ощущений. Но ничего не происходило.

— Это всё? — недоверчиво произнёс я.

— Мой напиток действует постепенно. Наберись терпения, Гэбрил. Я сплю на раскладушке. А где ты?

— На столе, конечно. Где же ещё, — недовольно заворчал я. — Других спальных мест в офисе нет.

— Тогда устраивайся поскорее.

— Это ещё зачем?

— Так надо.

— Чего это ты раскомандовался? Не у себя дома.

— Я знаю, Гэбрил, но поверь мне — тебе надо как можно быстрее лечь в постельку. Торопись, дружище.

— Только после тебя. Я ведь хозяин и должен позаботиться о гостях.

Я разобрал раскладушку, дал Алуру подушку и одеяло, а сам забрался на письменный стол и как-то неожиданно для себя зевнул во весь рот, потом еще один раз и ещё… В голове забрезжили смутные подозрения.

— Ты что дал мне выпить? — едва шевеля губами, спросил я.

— Настой из зафоры.

Видя моё непонимание, он пояснил:

— Сон-травы. У тебя слишком измотанный вид. Тебе надо отдохнуть.

— И мне тоже, — добавил он, наливая чашку.

Что было дальше, я не знаю, потому что кто-то внезапно затушил свет, а заодно с ним и моё сознание.


— Так, что я вижу? — Насмешливый голос Лиринны вырвал меня из спячки. — Спят, голубчики, как медведи в берлоге.

Я поднял голову, оказавшуюся на удивление свежей и отдохнувшей. Неподалёку кряхтел Алур, вставая с раскладушки.

— Ну и горазды же вы дрыхнуть, — снова засмеялась она.

— А сколько сейчас времени? — захрипел я.

— Скоро одиннадцать. Я целый час не решалась вас будить.

— Час назад меня не разбудила бы даже артиллерийская канонада.

Я зевнул и с наслаждением потянулся. Давно так не высыпался.

— Пить хочу. Так, а это что у вас такое? — спросила Лиринна.

Она подошла к чайнику, налила себе немного в чашку, понюхала содержимое и решительным залпом отправила себе в рот.

— Не надо, — запоздало воскликнули мы с Алуром, но было уже поздно.

— Почему не на… — Голос Лиринны оборвался, ноги у неё подкосились, и она осела на пол.

Я подхватил её на руки и понёс к освободившейся раскладушке. Устроил там поудобнее, положил подушку под голову и недружелюбно посмотрел на Алура. Тот виновато развёл руками.

— Я же не знал, что так получится.

— Он не знал, — всплеснул руками я. — И что теперь прикажешь с ней делать? Она же проспит до вечера.

Алур почесал голову.

— Она эльфийка. На эльфов сон-трава действует по-другому. Как видишь, она вырубилась практически моментально, а значит, и проспит намного дольше, чем мы.

— И когда она проснётся?

— Думаю, завтра утром, — ответил Алур.

— Завтра утром?! — чуть не закричал я.

— Да, — подтвердил Алур. — Проснётся свежая, как огурчик, бодрая и полная сил.

— Вот спасибо! — в сердцах воскликнул я. — И что прикажешь нам делать?

— А что ещё остаётся? Не оставлять же её здесь. Отвезём домой, уложим в кровать. Пускай спит, — резюмировал волшебник.

Что-то меня встревожило. Сон Лиринны показался каким-то неправильным, чего-то в нём не хватало. Я склонился над эльфийкой и прислушался. Сердце моё оборвалось. Казалось, что Лиринна не дышит. Грудная клетка оставалась ровной, не поднималась и не опускалась.

— Слушай, а почему она такая странная? — с тревогой спросил я. — Она точно спит?

Алур приблизился к Лиринне, немного послушал, потом взял её за запястье и закатил глаза. В такой позе он простоял около секунды, показавшейся мне вечностью.

— Да нет, с ней всё в порядке, — заверил он. — Просто она в очень глубоком сне. Почти в трансе. Это не смерть, не переживай. Эльфы иногда впадают в такое состояние. Ей оно пойдёт только на пользу.

— Ты уверен, старик? — с нехорошими интонациями в голосе спросил я. — Если с Лиринной что-то случилось, я тебя на куски разрежу.

— Гэбрил, я же тебе сказал: волноваться нечего. С Лиринной всё в порядке, — с опаской произнёс волшебник. — Это сон, просто сон. Немного необычный с человеческой точки зрения, но всё же сон.

— Ну смотри у меня. — Я сделал зверское лицо.

Это подействовало на Алура безотказно.

— А я что? Я ничего… Она сама, без спросу выпила, — стал оправдываться старик.

— Знаю, — кивнул я. — Сделаем так: я понесу Лиринну на улицу. Ты закроешь за нами дверь. — Я показал ему на связку ключей, висевшую на гвоздике. — Потом пойдёшь впереди. Постарайся поймать кэб. Отвезём её Лигрелю и его жене. Ты объяснишь им, в чём дело (надеюсь, они тебя не убьют), а потом мы отправимся на поиски адвоката Рейли.

— Звучит разумно, — согласился маг.

Мы так и поступили. Я вынес Лиринну из офиса на руках, старик запёр кабинет на замок и побежал вперёд, услужливо распахивая двери. У привратника при виде нас челюсть упала книзу. Я подмигнул ему, но это не помогло.

— Что-то случилось? С мисс Лиринной всё в порядке? — испуганно забормотал он, не зная, за что хвататься.

— Всё в порядке. Небольшой обморок. Мы отвезём её домой, — заверил я.

Неприятности подстерегали нас на улице. Стоило только покинуть пределы здания, как к нам сразу подскочил полицейский патруль во главе с капралом.

— Капрал Бейкер, — представился он. — Вижу, у вас неприятности.

— О, никаких неприятностей, — заверил я его с каменным лицом игрока в покер.

— А что с девушкой? — вежливо спросил он.

— Небольшое недомогание, обморок, — повторил я выдуманную легенду.

— Обморок? — переспросил капрал.

Глаза его стали холодными, как лёд.

Он нагнулся над Лиринной, а потом резко распрямился, как сжатая пружина.

— Боюсь, у меня для вас плохие новости, господа. Девушка, возможно, мертва, но это надо проверить. Вы арестованы. Мы отведём вас в участок. Ваши документы.

Я посмотрел на Алура, тот вернул мне точно такой же растерянный взгляд. Ни он, ни я не взяли с собой никаких документов. Даже мой привычный значок частного детектива остался в кабинете. Я впопыхах совершенно о нём позабыл.

— У нас при себе ничего нет.

— Очень жаль, — ледяным тоном произнёс капрал.

— Но она жива, — запротестовал я.

— Совершенно верно, она жива, — закивал Алур с таким видом, что полицейские мигом подумали обратное.

— Господа, — сказал капрал, вынимая из чехла оружие и направляя его на волшебника, — постарайтесь вести себя тихо и мирно по пути в полицейский участок. Сделаете хотя бы одно резкое движение — я буду стрелять. — Чёрный ствол переместился с Алура на меня. — Шаг в сторону приравнивается к побегу.

— Это недоразумение, — взмолился волшебник, но его никто уже не слушал.

— Разберёмся, — буркнул капрал, не обращая на наши оправдания ни малейшего внимания.

Он вынул свисток, издал пронзительный и требовательный звук, на который откуда-то из подворотни вынырнула чёрная карета.

— Прошу, — пригласил капрал, открывая дверцу.

Нас повезли в участок, предварительно рассадив так, чтобы мы не могли незаметно общаться друг с другом. Впрочем, ни я, ни Алур таких попыток не делали. Старик боялся пустить в ход магию, чтобы не усугубить и без того неважное положение. Да ему бы и не дали. Полицейские осторожничали и не сводили с нас глаз. Я по-прежнему держал Лиринну на руках. Алур громко вздыхал. При каждом вздохе полицейские тут же наставляли на него оружие. Он бы схлопотал пулю ещё до того, как сделал первый пасс или произнёс начальные слова заклинания.

Карета остановилась. Нас вытащили из неё.

— Отдайте девушку, — приказал мне капрал.

— Ни за что, — сказал я, отворачиваясь от него в тщетной попытке спрятать Лиринну.

Холодное дуло упёрлось мне в висок.

— Не стоит упорствовать, если не хотите забрызгать своими мозгами мостовую, — рявкнул капрал. — Мы не сделаем вашей девушке ничего плохого.

— Отдай им Лиринну, Гэбрил, — попросил Алур. — Если будешь спорить, тебя пристрелят. Полицейские разберутся и увидят, что всё в порядке, — стал успокаивать он.

— Хорошо, — уступил я. — Возьмите Лиринну, только обращайтесь с ней бережно.

— Не беспокойтесь, — отозвался капрал. — Мы вызовем врача и узнаем, что с ней случилось. А вы, ребята, пока посидите в холодной. Надеюсь, вы никуда не торопитесь.

Его глаза внимательно следили за моим лицом.

— Вообще-то мы хотели отвезти девушку домой… — неуверенно произнёс я.

— Не тяните кота за хвост. Отдайте нам девушку, — в приказном тоне заявил капрал.

В подтверждение его слов на нас снова уставились пистолеты.

Пришлось подчиниться.

— Ладно, парни, — сдался я, передавая капралу Лиринну. — Только не делайте поспешных выводов. Мы законопослушные граждане и не хотим неприятностей.

Он принял Лиринну на руки, потом бережно передал её другому полицейскому.

— Отнеси девушку в комнату для арестованных женщин. Вызовите доктора, — приказал капрал.

— Слушаюсь, сэр, — щёлкнул каблуками коп.

— Это эльфийка, — отозвался один из обступивших нас полицейских. Он потрогал пульс девушки и безапелляционно заявил:

— И она дохлая.

Я заскрипел зубами, двинул ему в челюсть от всей широты души и тут же получил по голове чем-то массивным и очень тяжёлым. Настолько тяжёлым, что земля и небо поменялись местами, мир перевернулся, и я рухнул вниз, как подкошенный.


Глава пятая, | Клиент с того света | Глава седьмая,