home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава восьмая,

в которой я узнаю детали из жизни утопленника.


Алур ждал возле полицейского участка, скрываясь под широким навесом. Старик скучал, не зная, чем себя занять, и очень обрадовался, когда за нами захлопнулась входная дверь. Мы с Лиринной вышли на свободу.

Моросил мелкий дождик. Ещё немного и он превратится в ливень. Я поднял воротник рубашки, взял Лиринну под локоть и зашагал по лужам.

— Долго же вас не было, — недовольно пробурчал Алур. — Я промок и замёрз. Мне надо туда, где тепло и сухо.

— Я знаю такое местечко, — сказала Лиринна, целуя его в щёку. — Поедем к нам.

— Обязательно, но прежде заберём вещи из офиса. Мила снарядила Алура как на Северный полюс. Его багаж занял половину конторы. Хотелось бы, чтобы для нас и наших клиентов тоже нашлось хоть немного места, — усмехнулся я.

— Если ты похудеешь, нам совсем необязательно будет убирать из конторы его вещи, — улыбнулась Лиринна.

— Пока кухня в руках твоей мамы, о похудении не может быть и речи. Она слишком вкусно готовит. Я не собираюсь отказываться от её разносолов ради призрачной цели — сбросить пару килограммов.

— Пару килограммов? Ты, наверное, имел в виду пару десятков?

— Дорогая, я так понимаю, что ты сравниваешь меня с некоторыми из твоих родственничков — лесных эльфов. Конечно, почти все они тощие как палки, но это ещё не значит, что лично мне нравится иметь такие же впалые щёки и живот, прилипший к позвоночнику. Я не хочу отказывать себе в еде, особенной такой, что сама во рту тает.

Алур громко вздохнул:

— Ребята, у меня от ваших разговоров скоро слюна закапает. Я же голодный! С утра ни крошки во рту.

— А что тебе мешало наколдовать чего-нибудь, пока ты в камере сидел? К тому же ты можешь перемещаться в пространстве с помощью телепортации. Сгонял бы в бар, а потом обратно. Одна нога здесь, другая там.

— Издеваешься? Я и так почти все свои силы потратил, когда тебе помогал. Я сейчас слабее котёнка.

— А не боишься, что наши сокамерники растреплют о тебе по всем углам?

— Нет, я их напугал. Сказал, что если кто-то вздумает открыть про меня рот, то я превращу его в таракана. Знаешь, подействовало.

— Ну ещё бы, особенно после демонстрации твоих возможностей. Это было эффектное зрелище, — согласился я.

— А что там было? — заинтересовалась Лиринна.

— Пустяки. Гэбрил чего-то не поделил с одним мужиком, который был его в два раза здоровее. Пришлось пустить в ход магию, иначе от твоего возлюбленного и мокрого места бы не осталось, — деловито пояснил Алур, отбив у меня всякое рвение поддерживать разговор.

Мы поймали кэб, заехали в контору, погрузили багаж волшебника и только после этого покатили в Туземный Квартал. Путь лежал через портовый рынок, на котором, как всегда, движение было ограниченным. Кэб еле полз по запруженной дороге, пока наконец не добрался до огромного разводного моста, на котором я когда-то вместе с местными жителями отражал нападение толпы погромщиков.

Мы проехали по мосту, свернули направо возле здания администрации, с ветерком пронеслись возле общественного парка. В этом месте очень любили селиться эльфы. Парк напоминал им величественные леса, родину ушастой братии. Деревья здесь достигали поистине фантастической высоты. Нельзя было разглядеть верхушки кряжистых сосен без того, чтобы не уронить с головы шапку.

Показались красные черепичные крыши эльфийских построек. Все дома были обвиты зеленью, перед каждым трудолюбивые эльфы разбили клумбы, за которыми очень тщательно ухаживали. На каждой росло больше растений, чем в королевском ботаническом саду.

Струйки дождя барабанили по деревянному верху кэба. По выкопанным вдоль дороги ливневым канавкам с весёлым плеском и шумом журчала вода. На её поверхности виднелись пузырьки от падающих капель. С каждой секундой уровень в стоках поднимался, грозя залить окрестности.

Улочка была пуста. Жители и случайные прохожие спрятались в укрытиях, пережидая непогоду.

Кэб подъехал к дому Лигреля и стал, как вкопанный. Возница в плаще с глубоко надвинутым капюшоном спрыгнул с козел, чтобы открыть перед нами дверцу. Первым на размытую дорожку выбрался я, за мной последовали Лиринна и Алур.

Я попросил кэбмена немного задержаться, а сам взбежал на крыльцо и потянул за шнурок колокольчика. Последовал мелодичный, ласкающий ухо звон, за ним сразу раздался частый стук каблучков. Это бежал мой сынишка. Он любил встречать гостей первым.

— Папа, папа пришёл. — Крис повис у меня на шее.

Я взял его на руки и прижался носом к волосам, пахнувшим молоком и особой, присущей только детям, свежестью.

— Здравствуй, сынок. Я по тебе соскучился.

— Я тоже, — затараторил в ответ мальчишка, рассказывая, как играл с бабушкой и дедушкой (так он называл Лигреля и его жену — Мелину, они не возражали).

Потом он увидел Лиринну и, взвизгнув, бросился к ней.

Алур смотрел на нас с улыбкой.

— Знакомься, Крис, — сказал я сынишке, представляя мага. — Это дядя Алур. Он у нас погостит несколько дней.

Подошедшие Лигрель и Мелина радушно закивали.

— Что же это я вас на пороге держу, — спохватился хозяин дома. — Проходите. У нас и стол накрыт.

Я задержался у входа.

— А ты, Гэбрил, чего встал? — удивился Лигрель. — С каких пор тебе отдельное приглашение требуется?

— Я заскочу позже.

— Что случилось, милый? — встревожилась Лиринна, отпуская Криса.

— Думаю, мне стоит заскочить к Хэмптонам, предупредить их о смерти Джеральда. Пускай они заберут тело и похоронят, — пояснил я.

— Опять дела? — непонимающе вскинулся Лигрель.

— Они самые. Начинайте без меня, — ответил я, поцеловал Лиринну и Криса и вернулся к кэбмену.

Он смерил меня недовольным взглядом.

— Ещё куда-то собираетесь?

— Да. — Я назвал адрес особняка Хэмптонов.

— Ладно, — вздохнул он. — Всё хоть не пустым обратно ехать.

Мы добрались до особняка в самый разгар дождя. Возле ворот стоял фургон с матерчатым верхом. Пятеро мужчин в насквозь промокшей одежде сгружали одинаковые картонные ящики и заносили во двор. Я узнал в одном из них Ораста Хэмптона. В руках его был список, время от времени он с ним сверялся и покрикивал на замешкавшихся носильщиков. Увидев меня, мужчина нахмурился:

— Опять вы?

— Скучали?

— Как по зубной боли.

Я обвёл взглядом фургон.

— Что это у вас?

— Прибавление в коллекции, — буркнул он. — Очень любопытные экземплярчики. Работа мастеров империи Чин. Потрясающая редкость. Обошлась мне в бешеные деньги. Зато теперь со мной не сможет сравниться никто из наших коллекционеров. — Он горделиво подбоченился, готовясь оседлать любимого «конька».

— Поздравляю.

— Спасибо, — сдержанно отозвался он, потом взглянул на отсыревшие коробки и вздохнул: — Угораздило же под дождь попасть.

— Не подскажете, мистер Джонас дома?

— Где же ещё ему быть, — усмехнулся Ораст и стал кричать на одного из грузчиков, чуть было не уронившего коробку с драгоценным фарфором.

Я подумал о том, стоит ли ему знать о смерти Джеральда, и пришел к выводу, что нет, поэтому оставил его наедине с коллекцией, а сам направился к особняку.

Грым куда-то испарился. Он так и не вышел навстречу, но я не очень переживал по этому поводу.

Дом оказался не заперт. Я вошёл и тут же столкнулся лицом к лицу с Агнессой. Она смахивала маленькой метёлкой пыль с картин, висевших в коридоре. Рядом стояли ведро с водой и швабра.

— Привет, — поздоровался я. — Где мне найти хозяина?

— Ой, это вы, Гэбрил, — обрадованно произнесла Агнесса. — Здравствуйте. Мистер Джонас у себя в кабинете. Я недавно относила ему ужин.

— А где находится его кабинет?

— На втором этаже. Поднимитесь по лестнице и увидите большую красную дверь. Это и есть его кабинет. Хозяин готов проводить в нём сутки напролёт.

— Спасибо, Агнесса. Признателен за помощь.

— Да не за что. Рада помочь.

— Агнесса, а когда ты видела в последний раз мистера Джеральда?

Девушка сморщила носик и задумчиво произнесла:

— Дня два назад.

— Его нет уже два дня, и никто не удосужился поднять тревогу?

Агнесса пожала плечами:

— Я краем уха слышала, что он собирался уехать из города на неделю. А что, с ним что-то случилось?

— Да, — кивнул я. — Он утонул.

Агнесса ойкнула и всплеснула руками.

— Как же так! А его жена, миссис Поппи, она знает?

— Ещё нет.

— Ой, горе-то какое. А вы не ошибаетесь? Может, произошла путаница? — с надеждой в голосе спросила она.

— К сожалению, нет. Я лично опознал его тело.

— Бедная миссис Поппи, представляю, какой это будет удар для неё.

— Агнесса, я попрошу тебя об одном одолжении. Пожалуйста, не говори никому о смерти мистера Джеральда, особенно его жене. Я навещу мистера Хэмптона, а потом сам приду к ней.

— Хорошо, мистер Гэбрил. — Служанка выпустила метёлку из рук и растерянно побрела в глубь коридора, а я тем временем поднялся на второй этаж.

Массивная дверь, обтянутая красным бархатом, как крышка гроба, нашлась сразу же.

Я постучал и, дождавшись ответа, вошёл. Джонас сидел за письменным столом, обложившись толстыми книгами в кожаных переплётах. На столешнице стоял поднос с грязной посудой. Лицо у юноши было хмурым и недовольным, глаза красные, невыспавшиеся.

— Судя по вашему виду, мистер Гэбрил, добрых вестей нам не видать как своих ушей.

— Да. Я действительно пришёл к вам как к главе семейства, чтобы сообщить неприятное известие. Полиция обнаружила мёртвое тело Джеральда. Я был там и опознал его.

— Вы правы, это известие не из самых приятных. Жаль дядю Джеральда. Он был славным малым. Что с ним произошло?

— Труп вытащили из воды. У него проломлен череп в районе основания. Джеральда оглушили, а потом скинули в воду. Убийство.

— И вы знаете, кто это мог сделать? — Джонас нахмурился, однако расстроенным он не выглядел. Скорее озабоченным.

— Пока нет, но не исключаю возможности, что убийство связано со смертью вашего отца.

— Бросьте, Гэбрил. Полиция нашла убийцу папы. Скорбно сознавать, но им оказался лучший друг нашей семьи.

— Капитан Гибсон? Боюсь, всё не так однозначно.

— Есть другие подозреваемые? — изумился Джонас.

— Пока нет, но со временем появятся, — заверил я.

— Это означает, что вы продолжите расследование.

— Да. Я не успокоюсь, пока не найду истинного убийцу.

— Мне это нравится, — усмехнулся он. — Люблю настойчивых людей, наверное потому, что сам отношусь к другой породе. Я готов пожать вам руку, если не возражаете.

— Почему нет? — Мы обменялись рукопожатием.

— Вы пойдёте со мной к Поппи? Думаю, она хочет узнать подробности. Бедняжка, она так любила Джеральда…

— Это мой долг. Я надеюсь, вы позаботитесь о теле?

— Не сомневайтесь. Хэмптоны своих родных в беде не бросают. Я отправлю слугу в полицию. Мы похороним Джеральда рядом с папой.

— А вы не знаете, куда он собирался? Я слышал, что Джеральд говорил о какой-то поездке.

— Он работал на какой-то крупный торговый дом. Недавно выяснилось, что этот дом принадлежит эльфам. Реакцию папы нетрудно представить. Он едва не выставил Джеральда и Поппи из нашего особняка.

— Ага, — хмыкнул я. — Теперь мне понятно, что имел в виду Ораст.

— Вы о той перебранке, что мы устроили на ваших глазах? Не обращайте внимания, всё обошлось. Поппи поговорила с моим отцом, он оттаял и простил Джеральда. Это, кстати, произошло незадолго до смерти папы. У меня сложилось впечатление, что на отца очень повлиял разговор с вами. После него он изменил отношение к эльфам.

— Жаль, что он не успел прозреть до нашего разговора. Глядишь, это бы его и спасло.

Мы подошли к комнате Поппи и вошли после стука. Женщина стояла перед зеркалом, расчёсывая волосы.

— Ой, я не знала, что у нас опять гости, — кокетливо улыбнулась она. — Джонас, почему ты меня не предупредил?

— Прости, Поппи, — повинился юноша. — Тебе лучше присесть.

Она посмотрела на меня с плохо скрываемой тревогой, несколько раз нервно укусила губы и с натянутой улыбкой спросила:

— Случилось что-то неприятное, да?

— Хуже, — мрачно сказал Джонас.

Он подошёл к Поппи поближе, взял за локоть и осторожно усадил на диван, а сам присел рядом, поглаживая женщину, недавно ставшую вдовой, по руке. Я понял, что говорить придётся мне. Пришлось набрать в грудь как можно больше воздуха и начать:

— Миссис Поппи, наберитесь мужества. Ваш супруг погиб. Его убили и выбросили в море. Тело нашли совершенно случайно. В настоящее время оно находится в морге при полицейском участке.

Никогда не любил говорить такие вещи, особенно женщинам.

Лицо Поппи превратилось в гипсовую маску. Она страшно побледнела.

— Вы, вы в этом уверены? — заикаясь, спросила вдова.

— Абсолютно. Я лично опознал его.

— Тогда нам нужно что-то делать. — Она сделала попытку приподняться на диване, но тут же упала обратно. Глаза её закатились.

— Тётя Поппи, что с вами? — взволнованно воскликнул Джонас.

— Со мной всё в порядке, — глухим замогильным голосом отозвалась она. — Дайте мне, пожалуйста, воды… Нет, лучше бренди.

Я подошёл к барной стойке, быстро отыскал нужную бутылку и плеснул в стаканчик на два пальца. Женщина выпила бренди одним глотком.

— Мне нужно выйти в сад, подышать воздухом, — жалобно попросила она. — Очень душно. Я не могу здесь находиться.

— Тетя, позвольте, я провожу вас, — предложил свои услуги молодой наследник, но женщина отказалась:

— Я пройду с Гэбрилом. Надеюсь, он не будет против.

— Не буду, — подтвердил я.

— Хорошо, тетя, — откликнулся молодой человек. — Ни о чём не беспокойтесь. Я возьму всё на себя.

В эту самую секунду в комнату ворвался стремительный, как вихрь, Ораст. Он выглядел чрезвычайно возбуждённым. Увидев нас, мужчина зарычал:

— Почему я вечно узнаю обо всех новостях последним?!

— В чём дело, Ораст? — непонимающе вскинулся Джонас.

Ораст ткнул в мою сторону указательным пальцем:

— Этот ваш частный сыщик не соизволил рассказать о том, что наш дорогой Джеральд погиб, хотя я был первым, кого Гэбрил встретил. Более того, мерзавец разболтал обо всём прислуге.

«Так, — подумал я, — выходит, язык у Агнессы, что помело».

Вслух сказал следующее:

— Да, я действительно не стал огорчать вас, мистер Ораст Хэмптон. Вы были слишком увлечены новыми приобретениями. Я не хотел портить вам настроение.

— Но…

— Вы всё равно в итоге обо всём бы узнали. Прислуга — тоже. — Я с невинным выражением на лице пожал плечами, показывая, что хотел только лучшего.

Гнев Ораста утих. Он озадаченно посмотрел на меня и, поняв, что со мной лучше не связываться, переключился на родственницу:

— Прими мои соболезнования, дорогая. Джеральд был славным малым. Жаль, что он покинул нас так скоро.

Глаза у женщины сверкнули, как у рассерженной кошки.

— Действительно жаль. Лучше бы ты был на его месте, — прошипела она.

Мужчина отшатнулся. Кадык на горле заходил вверх-вниз.

— Поппи, дорогая, ты просто не понимаешь, что говоришь.

— Отстаньте от неё, — попросил я. — После всех происшествий, связанных с вашей семьёй, вам стоит подумать о хорошей и надёжной охране. Могу вам порекомендовать одно агентство.

— Не надо никого рекомендовать, — быстро ответил Ораст. — Я решил проблему. У меня есть верные люди. Они ждут нас за дверью. Поверьте, с ними мы все будем чувствовать себя как за каменной стеной.

— Позовите их, — попросил Джонас, дотоле не вмешивавшийся в дискуссию.

Ораст громко крикнул:

— Эй, вы, заходите.

Дверь распахнулась, чтобы впустить двух типов, завидев которых на улице вы бы поспешили перейти на другую сторону. Я узнал грузчиков, которые помогали Орасту. У одного — коренастого мужчины с хитрыми прищуренными глазами — лицо было исполосовано шрамами. У другого — настоящего великана с фигурой заправского атлета — под глазом заплыл синяк. Страшно представить, что за храбрец сумел его поставить и что с этим парнем в итоге стало.

— Кого ты к нам привёл? — испуганно произнёс юноша.

— Не волнуйся, Джонас. Это отличные парни. Я знаю их не первый год. С ними нам не страшно даже нападение голодных троллей. Мои ребята пустят их на бифштексы.

— Не волнуйтесь, мистер. С нами вы будете в полной безопасности, — хриплым голосом заверил тип с фингалом.

Джонас промолчал. На его лице появилось недоверчивое выражение.

— И к тому же нам не придётся платить за их услуги, — поспешно объявил Ораст. — Я и так плачу им приличное жалованье. Правда, мальчики?

«Мальчики» послушно закивали головами, словно гипсовые слоники, сделанные в империи Чин.

— Вот видите. Можешь быть абсолютно спокойным, Джонас.

— Хорошо, — внезапно согласился юноша. — Я нанимаю этих людей. Пускай сверх твоей платы они получат ещё золотой рилли в неделю на каждого. Однако я попрошу вас, мистер Гэбрил, тоже немного пожить в нашем доме. Хотя бы до прояснения обстоятельств.

Он так умоляюще посмотрел, что я не смог отказаться.

— Пусть будет так, — кивнул я. — Я буду ночевать у вас под крышей, а в остальное время заниматься расследованием.

Орасту это не понравилось, но он промолчал, а Джонас с удовольствием пожал мне руку.

Тут Поппи вновь напомнила о себе:

— Джонас, мальчик, займись тем, что обещал, а я выйду с Гэбрилом в сад. Мне дурно. Ещё немного, и я упаду.

— Вас проводить, миссис? — предложил тип со шрамом.

— Не надо, — отказалась она. — Гэбрил меня защитит от любой напасти.

Кажется, меня переоценивают. Сегодня я не в силах справиться даже с трёхлетним ребёнком.

Мы вышли в сад. Дождь уже закончился, нужда иметь при себе зонтики отпала. Мы шагали по аллее, состоящей из плодонесущих яблонь, переступая через лужи. Поппи попросила рассказать всё в подробностях. Она имела на это полное право, пришлось подчиниться. Я старался по возможности щадить её нервы, но даже при всех ухищрениях женщина не раз прерывала меня испуганными вскриками.

— Вы найдёте убийцу? — спросила она в конце аллеи.

Я не нашелся, что ответить.

— Я заплачу, у меня есть деньги. — Женщина полезла в сумочку и стала рыться в содержимом.

Я остановил её, прикоснувшись к руке.

— Не надо. Если орудовал один и тот же убийца — я не смогу взять с вас деньги. Мне уже заплачено за его розыски. Лучше расскажите о вашем муже. Кто желал ему зла и мог пойти на убийство?

— Кто угодно. Любой из членов нашей семейки. Останься мой брат в живых, я бы решила, что смерть мужа — дело его рук.

— Почему?

— Муж не ладил с Томасом. Брат считал его пиявкой, которая присосалась к нашей семье. У Джеральда не было счёта в банке, особняка и поместья, доставшегося по наследству. Его задевало презрительное отношение моих родственников. Муж не хотел, чтобы его считали попрошайкой. Он нашёл себе хорошее место, стал прилично зарабатывать. Мотался по всей стране. Я уже привыкла к его постоянным отъездам. Однако Томас узнал, что Джеральд работает на эльфов. Разразился жуткий скандал. Даже мне попало под горячую руку. Нас едва не вышвырнули на улицу.

— А где работал ваш муж?

— Клерком в торговом доме «Альдар».

— Торговля изделиями из кожи?

— И довольно успешная. Джеральд приносил неплохие деньги. Мы подумывали о том, чтобы накопить на собственный домик и съехать из особняка. К сожалению, не успели. — Женщина всхлипнула.

Птички, сидевшие на ближайшей яблоне, забили крыльями и снялись со своих мест как по команде. Одна не успела. К нашим ногам упало крохотное тельце пичужки, перья которой были разукрашены в причудливые тона: малиновый, ядовито-жёлтый и фиолетовый. На голове стоял хохолок, как у попугая. Я нахмурился, взял её в руки и обнаружил, что в тельце птахи застрял тонкий длинный предмет, похожий на шип от растения.

В этот самый момент из густых зарослей вынырнула знакомая фигура Грыма. В лапах у него была трубочка из стебля бамбука. Шерсть у тролля была намокшей, но его это, похоже, не волновало. Он выжидательно смотрел на нас, однако не приближался.

— Не пугайтесь, Гэбрил. Грым таким способом развлекается — охотится на птиц, клюющих яблоки. Он просто виртуозно обращается со своим оружием: выплёвывает из этой трубки колючки на расстояние двадцать-тридцать шагов и никогда не промахивается.

Я опустил убитую птичку на землю. Мы отошли в сторону.

Грым подобрал мёртвую птаху и с видимым удовольствием откусил ей голову. По его морде потекли струйки крови. Я с отвращением отвернулся.

— Вернёмся в дом. Нас уже заждались.

В особняке Поппи бережно приняли в руки хлопочущие, как курицы-наседки, Агнесса и мисс Портер. Экономка старалась не смотреть в мою сторону, я был для неё пустым местом. Пожалуй, она вздохнула с облегчением, когда я снова оказался на улице.

Стоило подумать, куда направить стопы на сей раз: навестить Миранду Клозен — любовницу майора или прогуляться до последнего места работы Джеральда. Пришлось прибегнуть к жребию. Я вытащил монетку, подбросил в воздух, а потом поймал. Выпал «герб» — придётся навестить уважаемых торговцев кожей.

Я добрался пешком, умудрившись замочить ноги всего лишь по щиколотку.

Зеркальные двери, ведущие в трёхэтажный дом со строгими башенками, не закрывались никогда. По лестнице постоянно сновали вверх-вниз люди, и редко кто спускался без туго стянутого бечёвкой пакета с покупками.

В большом просторном зале яблоку некуда было упасть. Среди покупателей сновали юркие продавщицы, умудрявшиеся находиться в трёх местах одновременно. Я успел перехватить одну и спросил, где могу найти управляющего.

— Пойдёмте, я вас провожу, — без малейших колебаний вызвалась она.

Управляющий оказался вежливым и внимательным мужчиной лет пятидесяти, с седыми волосами, зачёсанными назад, скучными глазами, скрытыми за дымчатыми линзами очков, и костлявыми пальцами, которыми он зажал мою руку, как рак клешнями.

— Чем могу служить?

— Здравствуйте. Я частный сыщик Гэбрил. Вот мой значок. Я пришёл по поводу одного из ваших сотрудников. Его зовут, вернее, звали Джеральдом.

Управляющий поправил очки и потёр переносицу.

— Боюсь, вы ошиблись. Среди наших сотрудников нет никого с таким именем.

— Странно, — удивился я. — Родственники Джеральда утверждают, что он работал на вашу фирму. Вы не могли ошибиться?

— Нет, не мог. Я знаю персонал, как свои пять пальцев, — с обидой произнёс управляющий.

— Хорошо, — согласился я. — А я могу поговорить с кем-то из ваших боссов, например с эльфом?

— С эльфом? — поразился управляющий. — В руководстве компании нет эльфов и никогда не было. Наш штат полностью состоит из людей.

Похоже, Джеральд лгал родственникам. Я встал, извинился перед управляющим и покинул магазин. Больше мне здесь делать было нечего.

Я зашёл в городской архив и отыскал там адрес Миранды Клозен. Старичок-архивариус, памятный ещё по поискам талисмана гномов, охотно выдал нужную справку (это заняло у него не больше трёх минут), после чего я поймал кэб и отправился к любовнице моего мёртвого клиента.

Район, в котором она обитала, сразу показался знакомым. Ещё бы — именно здесь я потерял Джеральда. Я ничуть не удивился, когда кэб заехал в переулок, в котором он скрылся, и воспринял как должное, что экипаж остановился возле подъезда, охраняемого ретивой консьержкой. К счастью, сегодня за столом сидела другая женщина, вязавшая длинными спицами чулок. Увидев меня, она отложила их в сторону и строго спросила:

— Молодой человек, вы к кому?

— Мне нужна Миранда Клозен.

— Она ждёт вас?

Пришлось достать значок частного детектива. Консьержка внимательно его изучила и пришла к выводу:

— Вы не полицейский.

— А я и не говорил, что из полиции. Мне нужно встретиться с Мирандой по очень важному делу. Я расследую убийство.

— Всё это очень интересно, но меня не касается.

Я прибёг к последнему аргументу: положил на стол мелкую купюру. Консьержка взглянула на неё подслеповатыми глазами, потом тяжко вздохнула и объявила вердикт:

— Хорошо, поднимайтесь на третий этаж. Она с утра никуда не выходила. На всякий случай запомните — я вас не видела.

Я сказал: «спасибо» и зашагал по лестнице.

Открыла сама Миранда, высокая, строгая и элегантная, настоящая великосветская дама — холодная и неприступная, как крепость. И в то же время с печатью порока. Любой мужчина чувствовал это за версту.

Она была в шикарном, сшитом на заказ бежевом костюме, поверх воротника которого лежал ворот белой сорочки. На щеках застыл нездоровый румянец. Определённо, с этой женщиной творилось что-то неладное.

Она смерила меня выразительным взглядом и презрительно фыркнула:

— Сегодня я не подаю.

После чего попыталась захлопнуть дверь перед носом. Я едва успел просунуть в образовавшуюся щель носок ботинка.

— Не делайте поспешных выводов. Возможно, мой наряд не так хорош, как бы хотелось, однако не стоит судить о человеке по одежде. Давайте поговорим.

— О чём?

— Не о погоде, — заверил я. — Может, впустите внутрь? Не бойтесь, я не кусаюсь.

— Зато я кусаюсь и очень больно, — сообщила Миранда, показав на секунду острые зубки цвета фарфора. — К тому же я сущая стерва, которая может испортить жизнь кому угодно.

— Тогда вам точно нечего бояться.

— Вы смешной. — На её лице появилась натянутая улыбка. — Пожалуй, я рискну. Проходите.

Она отодвинулась в сторону. Я вошёл и огляделся. Обстановка казалась неестественной и напоминала театральные декорации дрянного спектакля. Неудобная мебель, место которой только на витрине, картины — слишком плохие, чтобы быть репродукциями. Здесь можно проводить время, а вот жить — нет. Должно быть, это отразилось у меня на лице, потому что Миранда хмыкнула:

— Вижу, вам не по душе моё гнёздышко.

— А вам?

— Я тоже не в восторге, однако эта квартира нравилась тому, кто за неё платил.

— Вы очень откровенны с совершенно посторонним человеком.

— Бросьте. К чему эти церемонии? — Она села на кресло, закинув ногу на ногу. — Ведите себя естественно. У вас же на лбу написано, что вы легавый. Я права?

— Почти, — кивнул я. — Я частный сыщик.

— Не вижу большой разницы. Что сыщики, что легавые… Для меня вы две стороны одной монеты.

— Расскажите это полицейским. Они думают иначе.

— Это не мои проблемы, — отмахнулась она. — Зачем вы пришли? Вам нужны деньги? У меня их нет.

— Вы принял меня за шантажиста?

— Разумеется. У меня очень насыщенная биография, с лихвой хватит на трёх-четырёх сверстниц. Вы рылись в ней, разыскали какой-то жареный факт и явились сюда подоить грешницу.

Она засмеялась. Её низкий грудной смех внезапно перешёл в кашель. Я похлопал её по спине.

— Мне кажется, вы серьёзно больны, — с сочувствием произнёс я, когда она остановилась.

— Это не ваше дело, — отрезала Миранда. — Говорите, что нужно, и катитесь. Я не нанималась терпеть ваше общество.

Она вытерла кружевным платочком лицо.

— Я расследую убийство майора Томаса Хэмптона. Мне известно, что у вас были особые отношения.

— Мы были любовниками. Фактически я находилась у него на содержании. Вы это хотели сказать? — проговорила она сквозь зубы.

Я кивнул.

— Что же, это общеизвестная истина. Все Хэмптоны были в курсе с самого начала. Однако я не убивала Томаса. Без его денег у меня была всего одна дорога — в бордель. Я многим ему обязана. Можно сказать, всем, что имею в настоящее время. — Она обвела рукой вокруг. — Без Томаса я не смогла бы себе позволить поселиться в этих апартаментах.

— Я слышал, что вы позволяли по отношению к нему некоторые вольности.

— Если хочешь удержать мужчину на крючке — подчини его волю. Старый трюк из арсенала женщин всего мира. Я играла с ним — доводила до блаженства, а потом, когда он впадал в экстаз, выбивала почву из-под ног, переворачивала с ног на голову. А ему нравилось. Должно быть, только по этой причине он так и не смог бросить меня. Его завораживала моя игра.

Она снова закашлялась. Я налил ей в фужер воды из высокого графина, стоявшего на журнальном столике. Она восприняла его как одолжение и едва не оттолкнула руку. Пришлось проявить настойчивость.

Дальше разговор не клеился. Миранда неважно себя чувствовала. Состояние ухудшалось с каждой минутой. Я понял, что ещё немного, и женщине станет совсем плохо.

— Вам нужно прилечь, — предложил я.

— Ни в коем случае. Даже у содержанок есть гордость.

— Я не покушаюсь на вашу честь. Хотите, вызову врача?

— Не надо, — заплетающимся языком произнесла Миранда. — Вы правы, мне нужно отдохнуть. Немного.

Я подхватил оказавшееся неожиданно лёгким тело на руки и отнёс в спальню. Положил на кровать, поправил и взбил под головой подушки, накрыл одеялом. Женщину стало знобить. Тело её выгнулось дугой, из открытого рта потекла странная белая жидкость.

Я бросился вниз, перепрыгивая через ступени, добежал до консьержки и громко прокричал так, что меня, наверное, было слышно в районе трёх ближайших кварталов:

— Врача! Немедленно вызовите врача.

— Да что случилось-то, — всплеснула руками консьержка, однако всё же вскочила с места и побежала куда-то, как гусыня, переваливаясь с бока на бок.

Я вернулся к Миранде и обомлел. Рядом с обессилевшей женщиной, подняв трубой большой пушистый хвост, сидел толстый рыжий котяра. Он тёрся об хозяйку и мурлыкал, не обращая на меня ни малейшего внимания. Я сразу вспомнил о клочках рыжей шерсти, найденных на теле Джеральда.

Миранда подняла голову. В глазах застыло тоскливое выражение полной обречённости.

— Я умираю, — сказала она, шевеля распухшими губами, отливающими синевой, как у покойника.

— Что вы, Миранда. Вы молоды, хороши собой. Вам ещё жить да жить, — поспешно заговорил я, но она меня прервала:

— Не надо врать. Я умру. Это пыльца. Я давно уже на ней сижу.

— Но кто вас на неё подсадил? Майор? Джеральд?

— Джеральд. — Губы женщины расплылись в гримасе ненависти. — Это всё он, сукин сын. Джеральд познакомил меня с Томасом, а чтобы я ничего не выкинула, сделал из меня рабыню. Я уже несколько лет принимаю дурь. И не могу без неё прожить ни дня. Он сделал меня такой.

— Джеральд, выходит, был вашим поставщиком?

Она не заметила, что я говорю о нём в прошлом времени.

— Да. Он снабжает меня пыльцой. За это я делаю всё, что ему нужно.

— Томас знал об этом?

— Да. Я сама ему рассказала, когда поняла, что со мной творится неладное. Он пришёл в ярость. Едва не убил Джеральда, потом хотел выкинуть из дома. Чтобы не разразился скандал, придумал версию о том, что Джеральд работал на эльфов. Хэмптон не хотел запятнать честь семьи.

— Когда это случилось?

— За два дня до его гибели.

— Теперь понятно, почему Томас изменил отношение к эльфам. Они на такое просто не способны. Но почему он не оставил вам денег в завещании?

— Из-за моего упрямства. Он хотел, чтобы я лечилась, легла в больницу, очень переживал. — Миранда горестно вздохнула. — Однако я отказалась.

— Почему?

— Потому что я обречена. Эта гадость разрушила меня. Посмотрите на моё тело. Оно только с виду принадлежит молодой женщине, а внутри — дряхлая столетняя старуха. Нет смысла тратить кучу денег на лечение. Я так и сказала Томасу. Он обиделся и ушёл, хлопнув дверью.

— А Джеральд? Не мог он убить Томаса, чтобы тот никому не проболтался?

Миранда грустно усмехнулась:

— Нет. Джеральд слишком хорошо знал своего шурина. Томас не стал бы трясти семейное бельё Хэмптонов. К тому же Джеральд физически не мог его убить.

— Почему?

— Потому что в тот день он был у меня, с утра и до вечера.

— А вчера? Он заходил к вам утром?

Миранда кивнула.

— Да. Сказал, что скоро сорвёт банк и огребёт огромные деньжищи. Потом сорвался с места и исчез. Я не спрашивала куда.

Я грустно покачал головой.

Миранда умерла у меня на руках ещё до прихода врачей. Она так и не узнала, что человек, превративший её жизнь в кошмар, погиб.

Я вышел на улицу и побрёл по мостовой, не разбирая дороги. На душе было паршиво. Если б не обещание, данное Джонасу Хэмптону, я бы засел в ближайшем баре до самого утра.


Глава седьмая, | Клиент с того света | Глава девятая,