home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 9.

   С утра зарядил мелкий, противный дождик. Он монотонно барабанил по верху их юрты, навевая сон. Низа убежала, на свою работу - ткать полотно, а Никитин остался один, зевая и с тоской наблюдая, как сквозь старые шкуры их жилища в разных местах на пол капают кали воды. Хорошо еще, что не на постель.

   Ближе к полудню дождь стал всё сильнее и сильнее стучать по их ненадёжной крыше. Над их ложем особых протечек не наблюдалось, но в пяти или шести местах, полились уже сильные струйки воды, собираясь на полу в лужи. Сергей слез с неудобного ложа и торопливо подставил под эти струйки всю имеющуюся глиняную посуду, и, дождавшись пока очередная ёмкость наполнится, выплёскивал на улицу.

   Немного погодя он с помощью кремней разжёг заранее запасенный высушенный мох и, через минуту от него потянулась тонкая струйка дыма. Немного раздув пламя он стал класть в него мелкие щепочки. Добившись того, что бы они запылали устойчивым пламенем, землянин поджёг небольшую веточку и, сунул её в печку.

   Вскоре огонь в печке весело загудел, и кирпичные бока печки начали постепенно нагреваться. Никитин повесил сушиться над печкой их вчерашний улов и собранные травы. Начинался очередной день, его пребывания на этой планете.

   -А какой, кстати, сегодня день? - промелькнула у него ленивая мысль, он уже несколько дней, как не делал зарубки на шесте и немного сбился со счёта. - Сколько дней я пропустил? . Два или три?. Нет, пожалуй, всё таки три.

   Он подошёл к шесту и кремнёвым ножом нанёс новые три горизонтальные полоски. Потом провёл пальцем по плохо видимым в полутьме жилища зарубкам, пересчитывая их, получилось пятьдесят восемь дней - почти два месяца.

   Сергей слегка откинул полог и посмотрел на небеса. Картина была прежняя, от горизонта в их направлении неторопливо ползли тёмные тучи.

   -Как хорошо, что не мне сегодня выгонять отару. Правда у ребятишек там хороший навес, но всё равно мерзко сейчас. - подумал он, слегка поёживаясь от порывов холодного ветра.

   Никитин опустил мокрый полог и подсел поближе к тёплой печке. Теперь ему как добытчику нужно было, только два-три раза в неделю поставлять на кухню килограммов пять рыбы, за это ему было положена одноразовая кормёжка в полдень, плюс лепёшка и кусок брынзы вечером, согласно здешнему табелю о рангах. В сущности ничего особенного не изменилось, только у него стало больше свободного времени, да с пропитанием немного полегче. Правда рыба ему уже несколько надоела.

   -Эх!. Мяса бы да на углях! - подумал он.

   Рот моментально наполнился слюной. К сожалению, мясо ему пока не полагалось, оно в основном шло семьям охотников. Для простых смертных в лучшем случае полагался суп из костей, и только раз в году, всем в племени выдавали более или менее сносные куски мяса

   Землянин усмехнулся, вспомнив здешний табель о рангах. Самые лучшие и обильные куски здесь доставались охотникам. Эта группа даже имела своё собственное, обособленное от всех место. Больше трёх десятков больших камней располагались полукругов вокруг большого плоского камня, который заменял им стол.

   У охотников был свой медный котелок, в котором стряпуха Дини варила только для них. После того как стряпуха с поклонами ставила котелок на этот камень, вся полнота власти по раздаче пищи переходила к вождю. Местное название этой должности было - Сильная Рука, но Сергей для ясности называл предводителя охотников вождём или старшим охотником.

   Похлёбку вождь самолично разливал из котелка большой деревянной ложкой в тарелки охотников. Чаще всего они были из черепаховых панцирей. Эти панцири охотники десятками приносили из одного известного только им места, куда черепахи отправлялись умирать. У многих охотников дома были большие черепаховые панцири диаметром метр и более, а у шамана был даже гигантский двухметровый панцирь, который заменял его жёнам корыто.

   Если удавалось добыть крупное животное, то вождь лично делил добычу, и распределял её между всем охотникам. Особо отличившимся на охоте, помимо костей и шкуры, вождь, в качестве поощрения, обязательно отмечал лишним большим куском жареного мяса, который он клал на тарелку удачливого охотника.

   Кроме того, ему полагался и солидный кусок сырого мяса для его семьи. Вождём в племени был Гел, крепкий сорокалетний мужик со шрамом на щеке, рядом с ним постоянно находились четверо сыновей от его пяти жён. Одному из них после его смерти, достанутся символы власти вождя - большой медный топор и короткий широкий медный нож. В дополнении к этому комплекту полагалась три копья с медными наконечниками и ещё один шрам на лбу.

   Один горизонтальный шрам на лбу и ещё два небольших на щеках справа и слева, полагалось наносить в момент посвящения мальчика в охотники. Второй горизонтальный шрам на лбу полагалось наносить, когда охотник в одиночку убьёт десять крупных животных. Третий горизонтальный шрам полагался только вождю.

   В следующую прослойку входили уже знакомый нам Мудрый Накси, шаман и целитель, хотя его целительские способности на взгляд Никитина не выдерживали никакой критики. Не меньшим влиянием в племени пользовались ещё четыре человека. Самым богатым считался уже знакомый ему Сим, который пытался выдать замуж за него свою дочь. Он и его жена кстати так и не оставили своих попыток.

   Кроме него ещё были Дачи, Синно и Салиле за каждым из них горой стояло человек по сорок-пятьдесят родных и родственников их жён. Их слово тоже много значило в племени.

   Отдельно в табеле о рангах шел кузнец, угрюмый рыжий детина лет тридцати пяти, которого племя приютило лет пять назад. Кроме него в племени было десяток мужчин, которые в силу преклонного возраста или по причине ранения, занимались гончарными работами, плели циновки и по мере возможности учили молодняк уму разуму.

   В следующую прослойку входили женщины и добытчики и, наконец, на самой низшей, и бесправной, ступени находилось подрастающее поколение, куда до недавнего времени входил и Сергей.

   Никитин в очередной раз откинул полог их жилища, от горизонта всё шли и шли тёмные тучи, похоже, дождь зарядил надолго. Землянин вновь уселся на койку и стал смотреть как капли воды медленно падали в грубый глиняный сосуд.

   Дождавшись пока сосуд, наполнится, он в очередной раз выплеснул воду на улицу и стал рассматривать это нехитрое изделие здешних гончаров. Сосуд был грубой формы, немножко небрежно сделанный, но для повседневных нужд он вполне годился. Сергей задумчиво повертел его в руках, на память, почему-то пришли греческие амфоры и вазы.

   -А что если мне попробовать заняться гончарным делом!. - осенила вдруг его мысль.

   Он задумался. В принципе ничего особенно сложного для этого дела не требовалось, надо было только изготовить гончарный круг и раздобыть глину. Глина, даже нескольких сортов, имелась поблизости в изобилии, а вот гончарный круг, как ни странно в племени не знали. Горшки и чашки просто лепились вручную и сушились или обжигались в костре.

   Никитин напряг память своего предшественника, но Или только видел, как старик гончар именно лепит, из глины свои нехитрые изделия. Сергей ещё раз внимательно осмотрел чашки и сосуд, эти изделия явно делали не на гончарном круге. Интересно было то, что очень редко здесь встречались горшки емкостью более пяти литров.

   Хотя, в селении имелась посуда хорошего качества, которую привозили торговцы для обмена, но хитрые торговцы так и не открыли племени секрет гончарного круга. Посуда стоила, конечно, не так дорого как изделия из меди и бронзы, но позволить её себе купить мог далеко не каждый.

   Кроме того, глиняные изделия имели неприятную особенность - разбиваться вдребезги. Если он сумеет наладить производство в этой деревне, то от здешних покупателей не будет отбоя. Насколько Сергей помнил, о гончарном круге, это нехитрое сооружение состояло из двух кругов большого и маленького. Большой круг, располагался снизу и гончар ногой его крутил, на малый клалась глина, и дальше собственно шёл процесс изготовления глиняных изделий. Правда, для комфортной работы нужно было изготовить ещё и педальный механизм, но в здешних условиях это было очень сложно сделать, почти невозможно.

   С гончарным кругом, самым примитивным, всё вроде бы просто и понятно берутся два деревянных круга, соединяются между собой и всё готово к работе. Вот только где в этом почти каменном веке взять два деревянных круга, которые надо предварительно отпилить и обработать и сколько времени на всё это нужно затратить!.

   Выход как всегда нашла Низа, которая как казалось ему временами, знает где, что и у кого в этой деревне есть и в каком тёмном чулане хранится. Скинув около печки мокрую баранью шкуру, которая служила ей зонтиком, она внимательно выслушала, что ему нужно. Сергею достаточно было показать ей размеры кругов, и девочка энергично принялась за поиски. Накинув на голову так и не успевшую просохнуть шкуру, она вихрем выскочила из хижины.

   Через час она вся мокрая с ног до головы, но с азартно блестевшими глазами, ворвалась в дом, прижимая к груди маленький деревянный круг, в котором даже было сделано отверстие. Никитин только в восхищении, молча, развёл руками.

   Низа хотела сразу же продолжить поиски, но Никитин, схватил её за руку и заставил её немного обсохнуть у печки. Обсохнув и высушив свою шкуру, Низа потрепала его по голове, и побежала искать дальше. Ещё через час она прибежала вновь и потащила его за собой.

   Дождь к тому времени уже почти прекратился, но тучи всё шли и шли. Набросив на себя баранью шкуру, брат с сестрой, побежали босиком, по раскисшей земле весело прыгая через лужи, друг за другом.

   -Радости детства!. Второй заход!. - весело подумал он, перепрыгнув через очередную лужу.

   Его тело к этому времени стало чувствовать себя гораздо лучше благодаря лучшему питанию. Потихоньку наросла мышечная масса, ушибленная нога, теперь его не так сильно беспокоила, так что теперь во время бега он почти не отставал от названной сестры.

   -Кто последний добежит до жилища Дини тот дохлая черепаха! - весело прокричала на бегу Низа и прибавила ходу.

   Никитин прибавил скорости, стараясь обогнать быстроногую девчонку.

   -Как быстро можно вернуться в детство!. - думал он на бегу. - Вот я - солидный человек далеко за сорок, биологического возраста, вновь скачу как мальчишка.

   Как всё-таки молодое тело и, ударные дозы гормонов, здорово действует на психику. Тело резвилось, как молодой щенок и Сергею часто приходилось себя сдерживать, что бы не выкинуть эдакий фортель, от которого все в этой деревне встанут на уши, но как это приятно - молодость!. Они вихрем пронеслись по деревне. Их путь лежал на другой конец деревни.

   -А я быстрее тебя бегаю!. Черепаха, черепаха! - заскакала перед ним на одной ноге Низа.

   -Быстрее, быстрее - с улыбкой, тяжело дыша, признал своё поражение Сергей, но он чувствовал, что ещё немного, и он вполне может тягаться со своей быстроногой сестричкой на равных.

   Они быстро обошли юрту по ходу светила, соблюдая традицию, и откинули грязный полог. Второй большой деревянный круг оказался у Дини, ее покойный муж видимо хотел изготовить из него большой круглый щит, но чем-то он ему не понравился и, заготовка так и лежала без дела долгие годы. С хозяйкой брат и сестра договорились, что отдадут за него половину большой корзины сушёной рыбы, которой у них к тому времени накопилась в избытке.

   На следующий день они вместе приволокли небольшое ровноё брёвнышко, которое по замыслу Никитина должно было быть осью этой конструкции. Теперь вроде бы всё было в комплекте, но что бы запустить этот нехитрый механизм Никитину понадобилась целая неделя подготовки и надо ещё учесть, что ему в мере сил помогала Низа и целая команда детей. Такая вот механика в каменном веке.

  

   *****

  

   Сергей рукой резко крутанул нижний круг, с лёгким скрипом конструкция сделала десятка три оборотов вокруг своей оси и остановилась. Целый день ушёл у него, что бы отцентрировать эту конструкцию и вот теперь, она вращалась достаточно ровно и долго. В доме ощутимо попахивало тухлым жиром, который пришлось использовать для уменьшения трения.

   Землянин одобрительно кивнул головой и махнул рукой Низе, которая быстро принесла заранее припасенную глину. Он размял глину и присев на тюфяк, резко крутанул колесо теперь уже ногой, потом ёщё раз, после чего он осторожно прикоснулся к глине. Их жилище тем временем заполнилось детьми, которые принимали участие в работе. Глаза девчонок и мальчишек с надёждой на чудо, глядели на комок невзрачной глины.

   Изумлённый вздох раздался, когда на их глазах, глина как по волшебству стала вдруг, расти вверх и вширь, становясь обыкновенным узкогорлым кувшином. Когда Никитин остановил вращение круга, множество детских ручки одновременно протянулись к кувшину что бы его потрогать, это незамысловатое изделие.

   -Осторожно!. - прикрикнул, на них Никитин - Он ещё сырой вот когда подсушится, тогда и будете трогать.

   Дети моментально отдёрнули руки и во все глаза продолжали наблюдать за чудесным кувшином. Аккуратно, стараясь не повредить своё хрупкое изделие, Сергей с помощью острого куска слюды отделил кувшин от остатков глины, и бережно положил его сушиться около печки. Насколько он помнил технологию изготовления, глиняные изделия, перед тем как обжигать их в печи, необходимо было вначале высушить.

   Ободренный первым успехом, Сергей теперь попытался сделать, что-то похожее на большой горшок литров на пять. Низа, по его сигналу, деловито добавила ему на круг большую кучку глины. Изготовление горшка несколько затянулась, его нога не могла крутить диск так энергично как надо, пришлось позвать на помощь детей.

   Добившись от них, нужной синхронности во вращении круга Никитин быстро закончил этот горшок и, аккуратно обрезав, тоже поставил его, сушится у печки.

   После этого он сделал ещё пяток кувшинов, различной емкости. Почувствовав ломоту в шеи, от долгого сидения за гончарным кругом, он несколько раз энергично покрутил головой и посмотрел вокруг. На него умоляюще смотрело два десятка глаз.

   -Я требую продолжение банкета! - вспомнилась подходящая цитата из фильма.

   Работать больше сегодня ему не хотелось, но что бы, не огорчать детей он поманил пальцем одну девочку - Кору и усадил её за гончарным кругом. Девочка вмиг уселась на его место и показала мальчишкам язык. Остальные дети, особенно мальчишки, недовольно загомонили, недовольные тем, что он первой посадил девчонку, но Сергей властно поднял руку:

   -Не шумите, я всем вам дам сегодня посидеть за ним.

   Дети радостно закричали и запрыгали. Никитин специально выделил Кору, эта девочка давно привлекла его внимание. Что бы как-то заинтересовать детей лепить не особо им интересные кирпичи, Никитин сделал хитрый ход, теперь изготовив десяток кирпичей, ребёнок мог изготовить для себя игрушку, и обжечь её в печи. После чего игрушку раскрашивали.

   Игрушки, которые делала эта девочка, сразу привлекли его внимание, она была явно талантлива по части работы с глиной. Сергей с удовольствием подсказывал ей всё новые и новые сюжеты, и она быстро воплощала их в реальность.

   Больше всего ей нравилось лепить фигурки львов с большими остроконечными ушами и гривой. Кстати родители не особенно возражали против того, что бы их дети возились с глиной, тем боле, что они, теперь, часто притаскивали домой всяких забавных зверушек, от вида которых изумлённо крутили головой даже бывалые охотники.

   Несколько раз дело даже доходило до драк, когда один охотник утверждал, что такое животное есть и даже кто-то его видел, другой утверждал что это только детские фантазии.

   Дети быстро раскрутили колесо, и Кора принялась за дело, вначале у неё ничего не получалась, но она, закусив нижнюю губу, упрямо пыталась вновь и вновь формировать кувшин своими тонкими пальчиками. Через некоторое время ей удалось сделать, что-то вроде большой пиалы, Сергей срезал это изделие и поставил сушиться рядом с другими изделиями.

   Выгнать юных гончаров удалось только после захода солнца, когда их матери начали тревожно кричать, созывая своих детей. Около печки к тому времени сушилась целая груда всевозможных изделий. Никитин подбросил в печку несколько поленьев и озабоченно посмотрел на небольшой запас хвороста, но на ночь его должно было хватить. За ночь все эти изделия должны были более или менее высохнуть.

   -Ладно, утром, притащу дров побольше. - подумал он.

   После такого напряжённого трудового дня, с ног до головы, измазанные глиной, но счастливые, Никитин и Низа пошли на речку сполоснуться. Сбросив одежды, они принялись весело плескаться в ещё тёплой воде.

   -Как жаль, - подумал Никитин, с тоской окидывая взглядом широкую реку - что нельзя по настоящему поплавать.

   Ядовитые змейки, бич и проклятие здешних мест, обитающие в глубине реки, часто накидывались на неосторожных купальщиков, поэтому никто даже и не мог помыслить пересечь вплавь реку. К счастью эти ядовитые гадины водились только в глубине и на мелководье заплывали очень редко. У них ещё была интересная особенность - с заходом светила их активность практически сходила на нет. Благодаря чему можно было вот так беззаботно плескаться на отмели, но всё равно они всё время смотрели, не мелькнёт ли над поверхностью воды узкий треугольный силуэт головы змеи. Змеи плавали, высунув треугольную головку на поверхность, благодаря чему их можно было быстро заметить и убежать.

   -Или, - обратилась к нему Низа - потри мне, пожалуйста, спинку.

   Она подала ему белую глину, которая здесь исполняла роль мыла. Никитин с удовольствием выполнил эту просьбу, с удовольствием отметив, что девочка, начинает потихоньку поправляться. Его рука шаловливо провела по кончикам её грудей, девочка взвизгнула и отпрыгнула от него, подняв фонтан брызг.

   Из реки они выходили, держась за руки, неожиданно Низа оступилась, но Сергей удержал её.

   Девочка навалилась на него своей обнажённой грудью, но он устоял, она захохотала и, обхватив его голову руками, поцеловала его в щёку, крепко прижавшись к нему всем своим телом. Никитин почувствовал, что с его телом начинают происходить, некоторые физиологические процессы, Низа тоже это заметила и со смехом потащила его на берег.

   -В самом деле - запоздало подумал Никитин - у меня уже почти два месяца, не было женщины. Действительно странно!. Почему меня всё это время не интересовали женщины?. Тем более с одной из них я каждый день сплю бок о бок. Наверное, скорее всего я не совсем адаптировался к этому телу, а вот теперь душа и тело видимо окончательно совместились.

   Его тело начало правильно реагировать на представительниц противоположного пола, тем более что у него было молодое тело, и дозы гормонов которое оно вырабатывало в этом возрасте, были достаточно солидными.

   Дойдя до своего дома, где было тепло и пахло глиной, они разделись, и прильнули друг к другу.

   Сергей ласково гладил тело Низы, особенно приятно ему было языком ласкать кончики её грудей, которые по форме напоминали небольшую ягодку. Девочка начала тихо постанывать, ласково пройдясь по другим эрогенным зонам, Никитин лёг на спину и позволил Низе оседлать себя.

   В этой позе она двигалась, не переставая больше часа, но оргазм у неё всё никак не хотел наступать. Ещё через десять минут, он уже начал волноваться за своё самочувствие, нынешнее тело, несмотря на свою молодость, еще не готово было вступать в такие длительные, любовные баталии.

   -Неужели она относится к очень редкому типу женщин которые не испытывают оргазма - промелькнула у него мысль. - Не слишком ли долго это длится.

   Их ложе, не рассчитанное на такие долгие баталии, уже начало ощутимо поскрипывать. Он нащупал её кобчик, немного сосредоточился и через пальцы начал посылать энергию вверх по позвоночнику.

   Около минуты ничего не происходило, потом он начал ощущать, что её тело начало мелко дрожать, неожиданно она глухо застонала и с силой вцепилась в него своими ноготками. Низкий глубокий рык продолжался около минуты, девочка яростно дёргалась всем телом. Никитин ласково гладил её тело, стараясь доставить ей максимум удовольствия. Постепенно дрожь её тела делалась всё слабее и слабее, под конец она в изнеможении легла рядом с ним. Немного придя в себя, она осыпала его лицо жаркими поцелуями, на её лбу блестели капельки пота.

   -Или, спасибо тебе милый я, наконец, узнала это!. - Низа ласково потёрлась своим носом об его нос и вскочила.

   -Полей мне на спинку, после этого я вся в поту. - попросила она его.

   Они принесли с собой, когда купались, несколько кувшинов с водой, которая теперь оказалась очень кстати. Полив друг на друга и слегка обсохнув у всё ещё горячей печки, они легли спать. Низа моментально заснула, а Никитин более внимательно пролистал память своего предшественника.

   Выяснилось, что это было у них не в первый раз, Низа говоря современным языком, была его первой женщиной. В племени не было никаких особых табу в отношении секса у молодёжи, наоборот многочисленные связи до свадьбы весьма поощрялись.

   В племени из поколения в поколения придерживались мнения, что мальчики должны сами понять и прочувствовать тот тип женщины, с которой они хотели бы связать свою жизнь. Сильно облегчало, а может быть и, усложняло то, что свою жизнь можно было связывать не только с одной избранницей.

   Проблему незапланированной беременности здесь снимала невзрачная серебристая травка, которая являлась прекрасным противозачаточным средством. Всем женщинам племени это было хорошо известно, так же хорошо им было известно, что рожать ребёнка они должны, только если их избранник прошёл соответствующее посвящение.

   Только тогда он мог обзаводиться семьёй и набирать свой гарем, или довольствоваться одной женщиной. Кстати если в племени женщина не хотела рожать от нелюбимого мужа, то её никто не мог заставить этого делать. Если она на протяжении двух первых лет супружеской жизни, по-прежнему не желала заводить ребёнка, то брак мог, считался расторгнутым и, женщина возвращалась обратно в отчий дом.

   Правда, такие случаи были очень редки. В этом племени, кстати говоря, женщины не были забитыми говорящими животными, занимавшие место в иерархии ценностей, где-то между собакой и бараном и тоже имели право слова.

   Сергею подобный подход к проблеме секса нравился. Сам Никитин в этом вопросе придерживался мнения Ошо, что молодым, прежде чем завести семью и ребёнка надо прожить вместе не менее двух лет. За это время можно было довольно точно определиться относительно своего мужа или жены.

   Только теперь до него дошло, почему она с таким жаром благодарила его, за то, что он подарил ей это. Это был её первый оргазм.

   Конечно его сестра не ограничивала себя, одним только Или, но её проблема заключалась в том что она нуждалась, на первых порах, в довольно длительном сексуальном контакте, а из подростков насколько он знал, в этой среде мастеров подобного уровня, к которому он себя без ложной скромности относил, не наблюдалось.

   Откровенно говоря Или, как правильно заметила его подружка Миши, был действительно очень слабым мужчиной и конечно у него не было особых шансов сделать свою названную сестру счастливой. Как он сейчас понимал, с высоты своего взрослого опыта, она допускала его к своему телу из жалости, сводный брат ведь всё-таки.

   Вот только подарив ей сегодня это, он не успел закончить сам, но настаивать, не стал, ему вполне хватило того насыщенного обмена энергиями во время этой бурной ночи. Энёргия его названной сестры была довольно хороша по качеству.

   Ещё раньше при тестировании выяснилось, что она по своей энергетике относилась к среднему эволюционному уровню. Правда, начальному, но для этого мира это было очень хорошо. Почти все жители поселка, которых он протестировал, относились к низкому уровню. Кстати Миши - его несчастная любовь, тоже принадлежала к среднему уровню. Такие вот дела сердечные.

  

   Утро началось как обычно, только Низа утром более нежно поцеловала его на прощание и умчалась работать. Немного погодя около дома сначала тихо, а потом всё более громко зазвучали детские голоса. Никитин торопливо оделся и откинул полог, детвора тут же заполонила всё его скромное жилище и, первым делом бросились к печке смотреть свои изделия.

   Потом все начали дружно хвастаться своими работами и, показывать их друг другу и ему. Никитин всех хвалил, даже если изделие было корявым, и ласково гладил детей по их тёмным головкам. Здесь надо сказать, что в этом племени у всех были только тёмные волосы, за исключением рыжего пришлого кузнеца.

   Похвалив всех и усадив Кору за гончарный круг, Сергей поставил перед ней большую глубокую глиняную миску в качестве образца и попросил её помочь всем, что бы сделали побольше таких изделий. Немного понаблюдав за её работой, и убедившись, что девочка уже уверенно справляется с заданием, он покинул их, и пошёл на кухню подкрепится.

   Получив от стряпухи, свой половник каши и лепёшку, положенных добытчику, он быстро их съел и опять вернулся в хижину посмотреть, как идут дела у детей. Кора тем временем закончила уже две миски.

   Никитин осмотрел их и остался доволен её работой. Установив очередность работы между детьми и, отправив половину из них за глиной, запасы которой стремительно таяли, он взял свою нехитрую рыбацкую снасть и отправился на рыбалку.

   Никитин уже четыре дня подряд не ходил на рыбалку занятый отладкой своего гончарного производства, поэтому надо было наверстать упущенное. Желание вновь пасти овец у него особого энтузиазма не вызывало.

   Половив часа три и наловив, порядка сорока рыбешек, как обычно в основном бычков, Никитин уселся на плоском камне и кремневым ножом стал потрошить свою добычу, кидая рыбьи внутренности в воду. В воде резво крутились стаи мальков, жадно поглощая нежданную добычу. Разделка добычи подходила к концу, когда Сергей неожиданно заметил что к малькам, присоединилась большая рыба.

   Никитин пригляделся к ней повнимательней, это оказался небольшой осётр, размерами немногим больше полуметра. Сергей быстро проверил свою нехитрую снасть, подёргав верёвку. Крючок держался крепко, верёвка тоже казалась надёжной, он быстро распотрошил очередную рыбину, насадил внутренности на крючок и, осторожно забравшись на камень, торопливо закинул наживку, поближе к рыбе.

   Осётр неторопливо доёл очередной кусок и двинулся к следующему куску, постоял перед ним, как бы обнюхивая, потом быстро проглотил наживку.

   Рыбак резко подсёк добычу, верёвка в его руке резко натянулась. Никитин, стараясь, чтобы она не провисала, быстро вытащил упирающуюся добычу прямо на берег. Схватив, дёргающегося осётра за шипастый панцирь, он полюбовался на нежданную добычу и осторожно положил рыбу в корзинку. Осётр недовольно забился в ней, потом затих.

   -Вот это повезло!. - он с умилением, поглядел на бьющиеся в корзинке шипастую тушку рыбы. -Килограмма под полтора рыбка!. Теперь можно будет побаловать сестричку осетинкой, а из головы можно будет сварить хорошую уху.

   Закончив разделку рыбы, он начал аккуратно укладывать добычу в корзину, перекладывая рыбу большими листьями. Осётра он понёс в отдельной корзинке.

   Подходя к своёй хижине, он издали заметил около неё два больших силуэта энергично размахивающих руками, друг перед другом. Подойдя поближе, он узнал обоих, это был Мудрый и старик Досо, в племени он изготавливал глиняные изделия. В руках у Накси был небольшой кувшин, и они о чем-то яростно спорили.

   Около них стояло несколько кувшинов и тарелок, которые он выставил утром, сушится на солнышке. Заметив, его спорщики замолчали.

   -Это ты всё придумал ? - Мудрый, обвел рукой его жилище, из щелей которого выглядывали испуганные детские глазёнки.

   -Да это я придумал, - не стал отрицать Никитин.

   Мудрый одобрительно покачал головой.

   -У тебя получаются очень хорошие горшки, и..

   -Горшки то у него получаются хорошие, - желчно перебил его гончар - но к ним прикасаются женские руки, а всем известно, что если к вещи прикасается женщина. Тем более, когда вещь находится в процессе рождения!.

   Тут Досо поднял дрожащий палец кверху и продолжил:

   -То такая вещь долго не служит и ..

   Накси, недовольный, что его перебили, взмахом руки оборвал гончара и спросил у Никитина:

   -А ты что думаешь, парень?.

   Никитин пожал плечами и аккуратно поставил обе корзинки на землю.

   -Я так думаю, горшки - это не оружие, к которому должны прикасаться только руки охотника. - Не так ли?.

   Шаман задумчиво кивнул головой.

   -В этих горшках будет пища, а поскольку в ней будет пища, то женские руки всегда будут к ней прикасаться. Поэтому не важно, кто этот горшок сделает мужская или женская рука.

   Мудрый, одобрительно закивал головой и ткнул пальцем в щуплую грудь своего оппонента.

   -Вот, вот Досо я тебе о том же хотел сказать.

   Но Досо только махнул рукой, презрительно сплюнул на землю и заковылял прочь. Старый мастер слыл жёноненавистником и где только мог, ругал женщин, все в племени знали эту особенность старика и не обращали на его ругань особого внимания.

   Только охотники со своими предрассудками относились к его словам серьёзно. Шаман поглядел ему вслед и развёл руками, как бы говоря "ну, что с тебя возьмёшь". Полог хижины немного приоткрылся, и оттуда высунулось перепачканное, но довольное лицо Коры.

   -Или иди, посмотри, какой я горшочек сделала!.

   Толпящиеся за ней дети недовольно загомонили:

   -А колесо тебе кто крутил, а кто помогал, а мы...

   Никитин примиряющее поднял руку.

   -Тихо, тихо вы все молодцы.

   Кора пошире откинула полог и с натугой немного приподняв над землей, показала ему огромный горшок.

   -Литров на десять!. - с уважением подумал Сергей такой даже ему, было не так просто сделать.

   -Молодцы, молодцы - только не трогайте его, пускай он сохнет у печки.

   Мудрый с любопытством заглянул вовнутрь, его глаза удивлённо расширились при виде такого большого количества посуды, которая сушилась у печки.

   -Неужели, это ты всё сделал?. - изумлённо спросил он у Сергея.

   -Конечно, нет уважаемый, мне помогали вот они, если бы не их помощь я бы никогда не смог бы это всё сделать.

   Никитин погладил рукой пышные волосы Коры, девочка доверчиво прижалась к нему. Накси покачал головой и почмокал губами:

   -Помогали, говоришь, это хорошо. Теперь скажи мне вот что, если мы все тебе поможем - мягко нажимая на последнее слово, произнёс он, - сколько таких больших кувшинов ты можешь делать в день.

   Землянин задумчиво покачал головой, лепить горшки без остановки ему особенно не хотелось, да и особо раскрывать свои производственные возможности перед шаманом он не хотел. Немного подумав, он раскрыл пятерню.

   -Нет слишком много! - мелькнула у него мысль.- Такими темпами скоро будет перепроизводство.

   Он торопливо поджал три пальца.

   -Один ну два больших кувшина. Наверное, столько сделаю, и то если они мне помогут. Более мелкой посуды конечно побольше можно сделать - он хитро посмотрел на Мудрого.

   Шамана это вполне удовлетворило.

   -Если ты будешь делать три пятерни кувшинов или больших мисок за десять дней, то племя выделит тебе долю охотника - важно заявил он.

   Никитин посмотрел на него без особого восторга.

   -Тебе этого мало?. - удивился тот.

   -Да нет, это хорошо, но - тут он важно поднял вверх указательный палец, копируя Мудрого. -

   мне нужно ещё вот что. Мне нужно, что бы Низа помогала мне - он загнул один палец на руке. В этом племени, где редко кто мог считать до двадцати, так делали все, да и Накси такие жесты были понятнее и ближе.

   -Хорошо Низа будет тебе помогать, я договорюсь с женщинами - согласился Мудрый - Что ты ещё хочешь?.

   Никитин загнул второй палец.

   -Мне нужно, что бы все эти дети помогали мне.

   Шаман небрежно взмахнул рукой.

   -Пускай помогают, их матери не будут против, они мне сами говорили, что пускай, возятся здесь у тебя в глине, чем бегать за ними по всей реке, ища их. Да и потом тоже будут мастерами по глине, дело это нужное и для племени .. эээ - он на мгновение запнулся, подбираю нужное слов - важное. Это все твои просьбы ?.

   -Нет, осталась ещё последняя просьба - Никитин загнул третий палец - мне нужны шкуры для того, что бы сделать рядом новую хижину, ну и конечно немного дерева, что бы сделать каркас.

   Здесь, в моём ко, так здесь называлась юрта, мне даже нельзя толком разместить все изделия, да и для того, что бы обжигать посуду нужно место побольше.

   Действительно в их маленькой хижине, после того как он сделал в ней печку, жить стало совсем невмоготу, в ней осталось очень мало свободного места. Гончарный круг пришлось устанавливать рядом с их ложем и, брызги от глины уже изрядно его запачкали, везде лежали для сушки всевозможные гончарные изделия, о которых среди ночи они постоянно спотыкались. По всему выходило, что ему необходимо было делать свою мастерскую. Никитин так и заявил шаману.

   Над этой просьбой Мудрый надолго задумался, Никитин знал о чём. На дом нужны были хорошие шкуры кани, так в племени называли этих гигантских земноводных лягушек, эти шкуры особенно ценились в племени. Выделанные шкуры и сшитые из них плащи и куртки, охотно покупали торговцы, которые время от времени заезжали в посёлок.

   -Бараньи шкуры тебе подойдут?. - попробовал схитрить шаман.

   Никитин отрицательно покачал головой:

   -Нет, мне нужны шкуры кани.

   Шаман скривился и вновь задумался, чувствовалось, что отдавать шкуры ему не хотелось. Он причмокивал губами и хмуро разглядывал обстановку его юрты.

   Что бы подтолкнуть размышления Мудрого в нужную ему сторону, Никитин подмигнул Коре и незаметно показал на фигурку барана, которого она по его просьбе специально сделала. Сергей всё равно хотел подарить его изображение Мудрому, как жрецу этого культа и вот теперь этот момент настал. Девочка принесла фигурку и протянула её старику.

   -Ооо - только и смог вымолвить Мудрый, бережно принимая раскрашенную глиняную фигурку, не чета тем уродцам, которые изображали священного барана..

   -Ладно, будут тебе шкуры и дерево. Дерево тоже будет. - пробормотал он, не сводя изумлённых глаз с глиняной фигурки.

   Он даже вышел на свет что бы получше видеть фигурку и вертел ее, разглядывая со всех сторон и довольно причмокивая. Кора не подвела, барашек получился на славу, Сергею даже не пришлось, поправлять её.

   -Ладно, договорились. - произнес, наконец, Мудрый насмотревшись на статуэтку, его пальцы ласково поглаживали статуэтку по голове.

   -А ты это, - он поманил девочку - мёд любишь ?.

   Девочка быстро закивала головой.

   -Пойдём ко мне я дам тебе кусочек мёда!.

   После этого Мудрый не торопясь, направился к себе домой, Кора вприпрыжку поскакала за ним, все дети с завистью посмотрели ей вслед. Никитин с улыбкой посмотрел им вслед, от мёда он бы и сам не отказался, но девочка сейчас честно заслужила это лакомство.

   Кто-то из мальчишек шёпотом произнёс, что, мол, всё опять досталось этой тощей выскочке, но его не поддержали. Одна из девочек, сестра Коры Сато, отвесила парню, звучный подзатыльник, отчего тот заревел и полез драться.

   Никитин разогнал малышей и пригрозил, что не допустит драчунов к кругу, всё угрозы и крики моментально прекратилось и, рабочий процесс возобновился. Здесь из-за множества предрассудков мастера, передавали секреты ремесла только членам семьи и тщательно берегли свои секреты от других, опасаясь сглаза. Так что работающие у него дети-подмастерья сильно дорожили его расположением.

   Никитин только головой крутил от этих несуразностей с которыми он столкнулся здесь. В деревне, где почти все жители вели свой род от общих предков и вдруг такие тайны!. Всё это, ему выходцу из другой эпохи, казалось ему верхом нелепости.

   Поэтому его угроза казалась детям очень страшной, кто ещё возьмёт в ученики, а тем более в ученицы. Несколько мальчишек и девчонок быстро побежали за глиной, другие тщательно разминали глину, выбирая из нее мелкие камешки.

   -Н-да от мёда я бы не отказался - Никитин вздохнул, сладкого хотелось очень сильно. - Ну, ничего потерплю пока, вы мне ёщё будете таскать мёд бочками !.

   И он уже знал, как это сделать. Положительно жизнь налаживалась. Сергей подмигнул детям и сел за круг работать. Так в заботах и хлопотах по организации столь нужной для племени продукции, быстро промелькнула ещё неделя.

  

   Землянин быстрыми темпами закончил сооружение второй печи, в которой он планировал обжигать посуду. Кирпичей к тому времени детьми было заготовлено достаточно, шаман тоже не обманул, через два дня, после того разговора, он прислал шкуры, а ещё через день угрюмые охотники приволокли пару десятков, уже очищенных от сучьев, стволов для каркаса хижины.

   Их угрюмые лица радостно посветлели, когда Сергей преподнёс каждому по красивой расписной глиняной пиале. На следующий день, охотники сделали ему ответный подарок - небольшой кусок окорока дикого кабана, Низа быстро закоптила этот окорок в коптильне, где они заготавливали рыбу и теперь они, не в силах преодолеть соблазн, время от времени отрезали от него небольшие кусочки и долго жуя, смаковали жёсткое мясо.

   Новое жилище землянин задумал строить с размахом, обычно его соплеменники строили свои нехитрые хижины очень просто. Первым ставили каркас, обшивали его шкурами, которые в местах стыка были пропитаны смолой, под конец выравнивали пол или углубляли его. Никитин решил сделать по-другому.

   Он вкопал столбы по периметру и сделал простую треугольную крышу. Шкур, которых прислал ему Мудрый, хватило только-только на то что бы обшить крышу, но вся хитрость заключалась в том, что он со временем рассчитывал сделать стены из больших глиняных кирпичей. За счёт этого площадь дома получилась довольно большой, раз в пять больше чем в их старой юрте.

   Для мастерской такой навес его вполне устраивал, попробуйте постоять около печи весь день, а поскольку зимы здесь были тёплыми, то он не видел смысла, что бы излишне утеплять своё жилище. Большая печка, которую он на днях закончил в своей новой мастерской, вполне была способна обогреть их и в более суровые зимы.

  

   Никитин обрезал очередной пузатый горшок и поставил его просушку, потом, откинувшись назад с хрустом, размял позвонки. Около печки к тому времени сушилось два десятка кувшинов, штук десять сделал он сам, остальные кувшины слепили дети.

   Из распахнутого настежь полога в глаза ласково светило заходящее солнце, до конца дня оставалось не более двух часов. Сергей кивнул Коре, которая привычно сменила его у гончарного круга, её сестра Сато быстро принесла очередной большой глиняный комок, а двое мальчиков начали раскручивать нижнее колесо.

   Никитин вышел из хижины и с наслаждением втянул воздух, потом подхватил две корзинки и снасти. От новой хижины его окликнула Низа, которая вместе с сёстрами и подругами сшивали и проклеивали шкуры.

   Он в ответ призывно помахал ей корзинами и она, быстро завершив очередной стяжек иглой, присоединилась к нему. Низа забрала у него одну корзинку, и они вместе пошли рыбачить. Несмотря на то, что теперь Сергею выделялась доля охотника и в их рационе теперь появлялась мясо, он решил, что лишняя пища не помешает.

   С солью проблем в племени не было, неподалёку от деревни были залежи каменной соли, и запас сушёной воблы у них был уже довольно значительный, Низа выменивала излишки рыбы на мясо, и плоды которые охотники приносили из леса. Несколько раз её удавалось выменять даже мёд. Никитин соорудил маленькую коптильню и, используя разные дрова и доступные специи, наловчился делать довольно приличную копчёную и сушёную рыбу.

   Даже охотники, прежде относившиеся к рыбе с пренебрежением, теперь старались брать с собой в лес несколько сушёных или копчёных рыбёшек. К Сергею теперь охотно заглядывали его старшие сестры, прежде очень редко навещавшие их, что бы помочь ему и Низе в обустройстве его нового жилища. Никитин в благодарность за работу часто одаривал их глинными изделиями и рыбой.

   Детей он тоже не оставлял без подарков, глиняные свистульки прочно вошли в быт племени, а о забавных всевозможных зверушках и говорить не приходится. Особенно большим спросом пользовались статуэтки баранов, которые были тотемом племени, и каждая семья страстно желала заиметь в своём доме такую статуэтку. Единственно на что он мог пожаловаться, так это на отсутствие красок.

   Пока удалось найти только две краски зелёную и красную, подходящую для обжига в печи. Дети с увлечением осваивали новую профессию. Залив в рог животного краску, они с упоением рисовали на горшках простенькие изображения. Несмотря на то, что после обжига краски сильно тускнели и получались не такими яркими, как хотелось ему, но все в племени были очень довольны и этому.

   Брат и сестра спустились с откоса, и пошли мимо местного пляжа, неподалёку от них на пригорке лениво щипали травку козы. Пасти коз, так было заведено, исключительно женским делом в племени, мальчишки пасли овец и баранов. Почему это так получилось, никто не знал но, тем не менее, традиция продолжала жить из поколения в поколение.

   Сами пастушки со смехом плескались на мелководье, заметив, их они, девчонки стали дурачиться. Две пастушки постарше вскинули руки вверх и начали призывно потряхивать маленькими грудями, остальные девицы - более молодые, за неимением оных прелестей просто повернулись к ним голыми задницами.

   Никитин улыбнулся, эдаким незамысловатым шуткам каменного века и, послал воздушный поцелуй весёлым пастушкам, которые от такого необычного жеста раскрыли рты. Низа в ответ показала юным нахалкам язык, и они, весело смеясь, прошли дальше к виднеющимся вдалеке большим камням, возле которых всегда можно было надеяться на хороший улов. Сергей в том месте начал прикармливать рыбу, и теперь всё чаще и чаще в его улове начали попадаться большие рыбы.

   После того первого осётра ему ещё раз удалось поймать эту вкусную рыбку. Второго осетра он закоптил, а из первого сварил уху. Низе копчёная осетрина очень понравилась и теперь она лежала на самом высоком камень и азартно высматривала в воде их угловатые силуэты. Никитин тем временем перескакивая с камня на камень, вылавливал бычков, иногда клевала рыбка похожая на земного окуня. Случалось, ему попадались такие рыбы, о которых Сергей не знал съедобные они или нет, он предпочитал не рисковать, и использовал их исключительно как наживку.

   С камня раздался азартный крик Низы:

   -Смотри, смотри вот он ! - её палец указывал на воду.

   Сергей, торопливо и скрытно перепрыгивая с камня на камень, подошёл поближе и посмотрел в воду. Действительно неподалёку лениво нарезал круги, небольшой осётр.

   -Чуть побольше килограмма - он быстро прикинул на глазок вес рыбы.

   Одно было плохо, что он находился метрах в пяти от рыбы, а длина его лески была около трёх метров. Он несколько раз закидывал наживку рядом с рыбой, но она никак не хотела реагировать на добычу.

   -Эх!. Надо было с собой прут взять - мысленно посетовал он.

   Никитин решил подойти поближе к рыбе. Он осторожно слез с камня вода в этом месте, не доходила ему даже до пояса, но буквально через два метра, дно реки в этом месте начинало резко понижаться. Он, медленно переставляя ноги, сделал один шаг к вожделённой добыче, второй и приготовился забросить наживку.

   Глаза слепили яркие световые блики, игравшие на воде и из-за этого, он не сразу он заметил узкий волнообразный силуэт, который стремительно приближался к нему. Змея!. Ядовитое создание было от него буквально в одном шаге, когда его ноги сжались, и он одним стремительным прыжком буквально взлетел на ближайший камень, больно ударившись босыми пятками о его шершавую поверхность.

   Позже он прикинул свой прыжок от того места, где он стоял. До камня было метра полтора, к тому же камень возвышался над водой почти на полметра. Низа изумлённо открыла рот, видя такой прыжок, который сделал бы честь любой козе но, увидев силуэт змеи, девочка взвизгнула и стала кидать в неё камнями.

   Землянин тоже начал кидать в змею камнями, один раз он попал в неё и она, прекратив своё беспорядочное кружение около берега, метнулась в глубину, вместе с ней уплыл и осётр. Сергей вышел на берег и присел на камень, после происшедшего его немного трясло. Сильно болели отбитые пятки, но это было не так важно. Его жизнь - стоило того. Яд этих змеек действовал очень быстро, это он уже знал из опыта Или, свидетелем которого он в своё время был.

   Однажды такая змейка укусила девочку, которая плескалась на мелководье и не заметила её. После укуса она с криком выбежала на берег, нога в месте укуса начала быстро краснеть и ..., через пять минут она уже была мертва. Память Или навсегда запомнила страшно раздутую ногу в месте укуса....

   Низа, аккуратно прыгая с камня на камень, стараясь при этом, лишний раз, не попадать босой ногой в воду подошла к нему.

   -Я думала, у меня сердце разорвётся, когда я увидела это змею.

   Сестра опустилась рядом с ним на землю и прижалась к нему, Сергей обнял её слегка дрожащими руками, так они и просидели, обнявшись, пока светило не зашло за горизонт. От пережитого волнения у него не нашлось сил даже почистить свою рыбу, пришлось это делать Низе, которая чистить рыбу не любила, но сейчас она не стала капризничать. Быстро почистив и выпотрошив рыбу, они разложили свою добычу по корзинам, и потащились домой.

   В юрте, быстренько выпроводив юных энтузиастов, которые готовы были крутить круг всю ночь, они быстро перекусили наскоро поджаренной на костре рыбой и завалились спать. Низе в эту ночь несколько раз подряд снились кошмары, она громко стонала и ему приходилось будить её. Нормально заснуть он сумел только под утро.

  

   Утром выспаться им, как обычно, не дали дети. Ему уже немного начало надоедать их постоянное присутствие.

   -Ну, как здесь заняться любовью, - тоскливо думал он, глядя на них - когда с самого утра они начинают бегать около их хижины, нетерпеливо заглядывая вовнутрь сквозь порядком прохудившиеся шкуры. А выгонять их приходится поздней ночью. Ну, никакой личной жизни, скорей бы это закончилось!.

   Впрочем, он рассчитывал через неделю-другую закончить обустройство своей новой хижины и, тогда дети уже точно не будут его беспокоить.

   Вскоре к звонким детским голосам присоединился хрипловатый голос Мудрого. Никитин торопливо натянул свою одежду и, отбросив полог, вышел ему навстречу. По неистребимой земной привычке, он хотел, было протянуть для рукопожатия свою руку, но тут, же спохватился, вовремя вспомнив, что здесь этого жеста не понимают. Старые привычки отмирали с большим трудом.

   Шаман кивнул ему и вновь продолжил свой разговор с Корой, которая с важным видом, ещё бы сам Мудрый расспрашивает, рассказывала о том, как они изготавливают эти горшки.

   Девочка временами разыгрывала целую пантомиму, что бы показать ему, как происходит изготовление посуды. Закончив расспрашивать Кору, старик принялся расспрашивать Сергея о проделанной работе, хотя с этого места всё было прекрасно видно, что они изготовили.

   Обойдя юрту по ходу солнца, так требовал обычай, Мудрый зашёл в неё. Сразу заходить в жилище могли только те, кто постоянно жил в нёй. Показав сделанную продукцию, Никитин провел старика в новую хижину, именно хижину, а не юрту, где уже была закончена крыша и вкопаны несущие столбы. Там он продемонстрировал старику уже большую готовую печку, которая была раза в два больше чем старая.

   Мудрый изумлённо цокал языком, когда Сергей объяснял ему строение печки. По знаку Никитина дети наполнили печь дровами, а Низа быстро разожгла её. Мудрый несколько раз входил и выходил из хижины, что бы посмотреть, как идет дым из трубы. Минут через десять печка уже начала нагреваться и вокруг неё заметно потеплело.

   С утра с реки дул холодный ветер и было ещё прохладно, поэтому все с удовольствием столпились у тёплых боков печки. Старик подошел к печки, осторожно потрогал её, не развалится ли. Потом сел на корточки, и покряхтывая от удовольствия, прислонился к ней спиной. Он был одет в потёртую медвежью безрукавку, от которой через некоторое время начал подниматься пар. На морщинистом лице шамана отразилось выражение блаженства.

   Никитин знал, что старика мучают острые приступы радикулита, и что бы дать ему повод подольше посидеть в тепле подольше начал показывать ему свои последние изделия. Посидев минут десять и благосклонно осмотрев их изделия, Мудрый с кряхтением поднялся и одобрительно похлопав Никитина по плечу направился обратно в деревню.

   Цепочка детей тем временем таскала в черепаховых панцирях песок и мелкий гравий, Сергей заранее определил контуры своей хижины и, теперь дети засыпали эти контуры. Через час, по его расчётам, после утрамбовки, они уже могут начинать класть первый слой кирпичей, а ещё через неделю у его дома должны будут появиться новые стены.

   Весь этот день он как заправский прораб носился по этой стройки, поглядывая, как замешивают раствор и как кладут кирпичи. Часто приходилось всё делать самому, но уже к концу этого дня стена, по всему периметру, выросла на целых пять рядов кирпичей.

   Конечно, эти кирпичи, не шли не в какое сравнение с теми, что производились на Земле. Они часто были разные по форме и смотрелись коряво, но для деревни, и для этого времени, это было верхом архитектуры.

   На второй день стены поднялись почти на метр, судя по набранному темпу, стройка явно должна была закончиться значительно раньше намеченного срока.

   На третий день, когда стены поднялись уже до его груди, посмотреть на необычное строительство сбежалась вся деревня. Чуть ли не всё мужское и женское население внимательно наблюдало, как он кладет раствор и кирпичи. Дети уже не могли дотянуться на такую высоту, и Никитину пришлось одному завершать укладку последних рядов.

   Кое-кто из обитателей деревни, хотели попробовать стены на прочность, и приходилось отгонять особо ретивых, от ещё не совсем высохших стен.

   Все ходили по стройке смотрели, как идёт процесс изготовления кирпичей, чесали в затылках, хвалили, ругали, спорили, в общем, надоели ему до невозможности. К счастью очень скоро внимание толпы переключилось на посуду.

   Никитин пока посуду, большой ёмкости, старался никому особо, кроме Мудрого, не демонстрировать. Теперь женщины теребили своих мужей, что бы они непременно заказали у него такую посуду.

   Две из них, даже подрались из-за красиво расписанного кувшина, каждая старалась, что бы он досталась именно ей, и мужчинам пришлось растаскивать уже вцепившихся в волосы соперницы женщин.

   Мудрый важно бродил среди толпы, и потряхивая насажанным на палку бараньим черепом, объяснял всем присутствующим, что Или хороший парень, который понимает его мудрые мысли и делает теперь такую нужную посуду для племени.

   Никитин, посмеиваясь, слушал хитрые речи шамана. Из всех этих словесных нагромождений, выходило, что всё сделанное произошло только благодаря его мудрости, а сам Никитин, так сказать, только на подхвате у старика.

   Правда были в этой ситуации и приятные моменты, почти все наиболее зажиточные семьи захотели, что бы он сделал им, печки наподобие той, что стояла у него в жилище. Гораздо больше людей захотело заказать у него понравившуюся им расписную посуду.

   Никитин никому не отказывал но, имея за плечами большой земной опыт коммерческих сделок, с каждым клиентом долго торговался. После таких переговоров люди выходили из его дома, с уважением покачивая головами.

   -Ох, и хваткий же вырос парень, такой своего не упустит. Когда торговцы приедут надо ему на торг поставить, он у них всё что хочешь, задёшево выменяет, - говорили его новые клиенты.

   -Кто бы мог подумать, что этот Или сможет делать, такие вещи! - изумлённо говорили другие, глядя на его изделия, но гораздо больше людей удивили перемены произошедшие с самим мальчиком.

   На первый взгляд внешне ничего в нём не изменилось, но внутренне изменения были очень значительны, особенно для тех людей, которые давно с ним не общались. Главы семёйств с удивлением отмечали как Или из нервного, озлобленного на жизнь мальчишки которого в деревне терпели из жалости, как то вдруг стремительно превратился в умного с достоинством держащего себя нет уже не мальчика - мужчину.

   Низа, шныряя среди толпы, позже с гордостью за брата пересказывала то, что о нём говорили соплеменники. К вечеру Никитин на берестяных свитках, тонким красным мелком, кратко записывал результаты сделок. Низа сидела рядом и с удивлением смотрела, как он выводит буквы и поминутно, требовала объяснить, то, или иное слово. Сергей записывал всё русскими буквами, правда, слова временами были местными.

   Получалось всё достаточно забавно, в его мозгу совершенно спокойно уживались несколько разных названий, он даже обратил внимание, что некоторые вещи он записывает, вставляя типично местные слова.

   Например, он раскатал свиток под номером один, - "за два пятилитровых кувшина, Сман дает двадцать средних черепаховых панцирей". На другой берестяной свитке была написана следующая фраза - " за один большой пятилитровый кувшин с ручкой Хант-охотник даёт десять больших чоху".

   Чоху - местное название черепахового панциря. Никитин только усмехнулся, глядя на свои записи, здешний мир потихонечку накладывал на него свой отпечаток.

   Как-то раз, впервые увидев, как он делает свои записи, Низа захотела, что бы он научил её грамоте. Надо сказать, что это племя не имела своего алфавита, но что он существует на свете, они знали от торговцев.

   Торговцы приезжавшие выменивать их товары, вели свои записи на вощёных деревянных табличках. В племени только Мудрый и один из его учеников, могли немного читать эти тексты и умели считать до ста. Кстати, торговцы записывали цифры, не используя ноль. Грамоту Низа так и не смогла освоить, только научилась писать несколько слов, а вот считать с использованием арабских цифр, она научилась довольно быстро.

   Сергей встал с груды выделанных овечьих шкур и прошёлся по своему новому дому, прикидывая, что ещё здесь можно сделать. Провел рукой по шершавой поверхности стен. Стена была тонкая - всего в один кирпич, поэтому с наружной и внутренней стороны, ему пришлось дополнительно вкопать деревянные столбы, что бы они поддерживали всю эту хлипкую конструкцию. На всякий случай.

   Сверху остов крыши был обшит шкурами лягушек. Мясо этих огромных земноводных было ядовито, и охотники добывали их только ради тонких, но исключительно прочных, водонепроницаемых шкур.

   Кирпичные стены не доходили до верха примерно на полметра, в этих местах бараньи шкуры свободно спадали с верха и, крепились к стене с помощью петель. Под порывами ветра шкуры немного провисали, но воздух не пропускали, и в доме было тепло.

   Никитин хотел, что бы стены были немного повыше, но, к сожалению, ему требовалось большее количество кирпича, запасы которого у него уже иссякли, но он рассчитывал в ближайшее время нарастить верх. Одно было плохо - в доме не было окон и приходилось часто поднимать и опускать шкуры, что бы в доме было не так сумрачно.

   Дом получился по здешним меркам роскошный, даже не сравнить с той юртой, в которой они ютились с Низой. Никитину нравилось то, что здесь можно было ходить, не пригибаясь. В их старом жилище нормально выпрямиться можно было только в центре.

   Переехав в новый дом, он решил сразу несколько проблем. Теперь в старой хижине разместится их мастерская, там же у печки сушились глиняные заготовки, а здесь Сергей планировал их обжигать в печи.

   Кроме того, он уже сильно устал от непрекращающегося целый день детского шума. Таким образом, переезд помог ему сразу решить множество проблем.

   Обменяв на глиняные изделия, необходимые ему материалы Никитин первым делом сделал им с Низой нормальную кровать. Притащив вместе с сестрой, десяток стволов деревьев, он их связал между собой, сделав основательное ложе.

   Низа из полотна сшила два больших матраца, который они набили сухой травой и мхом. Но это было ещё не всё, Сергей удачно договорился с одним охотником, что он за три большие медвежьи шкуры, сделает ему маленькую печку. Одну из них, самую большую, он решил использовать для кровати.

   Вместе с Низой они разложили самую большую шкуру на кровать. Шкура в развёрнутом состоянии, накрыла почти всю кровать, медвежьи лапы с когтями свешивались по бокам. Низа стала, нежно гладила медвежью шкуру, и просить духа убитого медведя не сердится на них.

   Похоже, она была сегодня намерена долго уговаривать духа медведя, поэтому Никитин снял с веревки над печкой десяток высохших рыбёшек, и вышел из хижины посмотреть, что творится в их старом доме.

   Местное солнышко уже начало заходить за горизонт и на небе начали появляться появились первые звёзды. В редких зарослях деревьев громко стрекотали цикады, мимо него, охотясь и заложив изящный пируэт, пролетела летучая мышь.

   -Надо будет выбраться как-нибудь за ежевикой, а то совсем в пище витаминов нет! - подумал он, мимоходом сорвав терпкую ягодку с колючего куста.

   Из их старой хижины внезапно послышался звук разбившейся посуды и следом за ней громкий плач. Сергей вошёл в дом, полог был, откинут, маленькая девочка горько плакала над своим разбившимся кувшином. Никитин ласково погладил её по головке.

   -Не плачь, мы завтра с тобой сделаем новый кувшин, он будет лучше, чем разбившийся. Говоря так, он продолжал гладить ребёнка по голове.

   Постепенно девочка успокоилась. Осмотрев при свете гаснущего светила изделия, которые успели сделать дети и которые теперь сохли около печки, землянин удовлетворенно покачал головой.

   Дневная норма, которую он обещал Мудрому была с лихвой перевыполнена. Ему нужно было только завтра изготовить несколько больших, литров на десять сосудов, которые детям было ещё очень трудно делать. В этих больших кувшинах племя собиралась хранить будущий урожай.

   Одарив маленьких работяг сухой рыбой, и заставив всех вымыть руки, Сергей отправил их всех по домам. Весело жуя воблу, ребятня быстро высыпала из его жилища, на ходу обсуждая и хвастаясь тем, что они сегодня сделали. Постепенно их звонкие голоса затихли вдали, Сергей открыл печку, и подбросил туда несколько поленьев. От печки шло ровное тепло, он поставил поближе к ней еще сырые изделия и, задернув полог юрты, вышел. Его взгляд остановился на пылавший метрах в двухстах от него, рядом со статуей барана, костер.

   Сегодня у большого костра было многолюдно. Охотники вернулись с добычей и сейчас разыгрывали целое представление, хвастаясь своими победами. Вокруг костра толпилось всё население деревни и почтительно внимало их громким голосам.

   -Наверное, часа на два будут кривляния о том, как они завалили небольшого оленя - подумал Никитин, вглядываясь в прыгающие с копьями тёмные силуэты охотников.

   Неподалёку от них крутился Мудрый громким голосом, в сотый раз, наверное, рассказывая о деяниях предков, их победы над врагами и славя нынешних охотников. В нужных местах все обитатели посёлка дружно подхватывали его слова на манер античного хора.

   Интересно было то, что в устных преданиях этих людей фигурировали добрые мохнатые звери с огромными клыками, которые в древности помогали охотникам. Скорее всего, это были земные мамонты, которые на эту планету не попали.

   Устные сказания подобного рода, передавалось из поколения в поколение, многие охотники тоже могли монотонно минут эдак на двадцать, рассказывать эти деяния, ни разу не сбившись. При посвящение в охотники, от молодых тоже требовалось более или менее связно знать эти деяния и пропеть их.

   Никитин немного постоял, наблюдая за представлением охотников, которые откровенно красовались перед сородичами, кричавшими громко "ай", в наиболее опасных местах рассказа и пошел на пляж. Не торопясь, шагая, Никитин внимательно смотрел на землю, змеи иногда выползали на тропинку погреться, и приходилось соблюдать осторожность. Здешние змеи были не ядовитыми, но могли очень сильно укусить.

   Никитин как-то раз наступил на одну такую, и потом ранка долго ныла, прежде чем зажила. Да и испугался он тогда очень сильно, гибкое тело вмиг захлестнуло его ногу и потом болезненный укус в щиколотку. Ощущения были очень неприятные, страху натерпелся изрядного, он ещё тогда не знал что змейка не ядовитая!. С тех пор он внимательно смотрел себе под ноги.

   Помимо змей здесь ещё водились и небольшие юркие серые скорпионы, укол которых был тоже болезненным. К счастью скорпионы появлялись только в периоды сильной засухи и редко беспокоили обитателей посёлка.

   Подобрав по дороге небольшой камень, который он часто использовал в качестве гантелей, он на ходу начал качать мышцы. Проделав это упражнение пятьдесят раз, сначала с одной рукой, потом с другой, он добрался до пляжа. На пляже никого не было. Быстро скинув свой балахон, он ополоснулся в реке и, захватив по дороге ещё один крупный булыжник, пошёл в свой новый дом. Охотники уже закончили своё представление и, вокруг угасающего костра осталось только пара десятков людей.

   Зайдя в дом, он положил булыжник рядом с печкой, где уже было много подобных камней. Пока печка грела, камень запасал тепло, а потом медленно остывал. Подойдя к своей новой постели, он остановился. Обнажённое тело Низы слабо белело на тёмной медвежьей шкуры. Девочка одним грациозным движением перевернулась на спину и тихо прошептала:

   -Иди ко мне.

   Никитин быстро скинул свою нехитрую одежду и прилёг рядом. Несколько раз он энергично подпрыгнул на шкуре, убедившись, что всё сделано надёжно, потом ласково притянул Низу к себе и прошептал ей на ушко:

   -Ну что же давай обживать нашу новую постель. Надеюсь, ты сумела уговорить мишку, что бы он, не мешал нам ночью.

   Низа засмеялась и игриво укусила его за ухо.

  

   Утром они проснулись довольно поздно, впрочем, вставать особенно рано им теперь не было особой необходимости. По шкурам монотонно стучали капли дождя, в середине лета, дожди здесь были частым явлением.

   -Похоже, сегодня опять будет дождливая погода - лениво подумал Никитин, нежась на тёплой медвежьей шкуре, две другие шкуры, которые были поменьше, они использовали в качестве одеял.

   Низа лежала рядом, крепко прижавшись к нему. Её грудь тихо вздымалась в такт дыханию. Этой ночью Сергей и Низа очень долго осваивали свою новую кровать, неудивительно, что они проснулись так поздно. Никитин с содроганием вспомнил их прежнее ложе, на котором они вдвоём с Низой еле-еле умещались. Только сильная, почти запредельная усталость позволяла им не замечать все эти неудобства.

   Чего стоил один только тощий тюфяк, сквозь который можно было ощутить все выпуклости брёвен под ним. А теперь...Никитин ласково погладил мягкий ворс медвежьей шкуры, жалея что, приходится вставать. В племени не было такого понятия как воскресные дни, за исключением праздника летнего солнцестояния, все дни были будничными. Тоска.

   От их старой хижины уже доносились ребячьи голоса, Никитин лениво прислушался, дети опять спорили, кому первым сегодня садится за гончарный круг, а кому лепить кирпичи.

   -Неужели опять прибегут сюда выяснять, кому первым садится за круг?. - подумал он, прислушиваясь к голосам.

   Нет, кажется, в этот раз обойдутся без него.

   Споры затихли - за круг, на правах старшей, первой уселась Кора, и вскоре послышался лёгкий скрип вращающегося колеса.

   Рабочий день в деревне начался, пора было вставать и им. Никитин нежно провёл рукой по позвоночнику Низы, девочка сразу же проснулась и начала потягиваться. Бросив быстрый взгляд вокруг, она вдруг порывисто вскочила, по старой привычке собираясь бежать ткать полотно, но тут, же быстро опустилась обратно на ложе.

   -Никак не могу привыкнуть, - пожаловалась она ему - что мне не надо сегодня бежать к женщинам ткать полотно и слушаться эту противную Кривую Юну.

   Она опять сладко потянулась и вновь улеглась рядом с Никитиным, немного погодя она перевернулась на живот и попросила его:

   -Сделай мне, пожалуйста, это как ты его называешь ма, мажь, как там его..

   -Массаж - подсказал он ей

   -Да, да массаж.

   Сергей усмехнулся и минут десять усердно массировал её тельце, под его руками девочка довольно постанывала. После массажа она немного полежала, лениво пропуская между пальцами руки, медвежий мех и спросила его:

   -Странно, почему у нас никто не делает этот, ну как его массаж. - теперь она правильно выговорила это слов. - Это так приятно и так просто.

   -Ну, я бы не сказал что это так просто. Этому нужно учится.

   -А этому массажу тебя тоже духи научили?.

   -Ну а кто же еще, не твоя же Кривая Юна.

   Девочка фыркнула от смеха.

   -Да уж она научит, как же.

   Низа соскочила с кровати и подошла к печке, потрогала её и, хмыкнув, стала совать в остывшую печку сучья. Набив их в печку, она сноровисто добыла огонь, и подожгла поленья. По хижине начали ползти клубы дыма.

   -Вытащи заслонку - посоветовал ей с постели Никитин, наблюдая за её манипуляциями..

   Девочка с досадой хлопнула себя по лбу.

   -Всё время забываю вытащить этот камень. Ну, зачем его только придумали!.

   -Придумали его не зря, иначе тепло уйдет за пределы хижины, а так оно останется в доме, и будет обогревать нас - терпеливо объяснил ей Сергей.

   Девочка показала ему язык.

   -Всё-то ты на свете знаешь, прямо беда с тобой. Мудрый и то столько не знает сколько ты. А впрочем, ладно!. - она махнула на него рукой. - Оставайся таким. Мне нравится, что ты стал таким умным. Хорошо, что эти духи выбрали именно моего брата, а не кого-нибудь другого.

   Она несколько раз энергично дунула в отверстие печи, раздувая огонь.

   -Мне уже девчонки все уши прожужжали о тебе, - вдруг лукаво добавила она.

   Никитин равнодушно пожал плечами.

   -Даже твоя бывшая подружка недавно спрашивала о тебе, правда ли что ты так изменился.

   Сергей вновь равнодушно пожал плечами.

   Девочку немного рассердило такое равнодушие.

   -А правда что ты поколотил Заику Герфа ? - задала она вопрос.

   -Да было такое дело, я тебе об этом уже говорил, - неохотно признался он.

   -Ну, говорил, только я тебе тогда не поверила, ты всегда любил приврать, братец - она ласково провела своей рукой по его голове.

   -А из-за чего вы подрались ? - не отставала она, её глазки азартно блестели, - может быть, вы не поделили девчонку. А кого вы не поделили?.

   -Да причём здесь девчонка!. - Никитин махнул рукой. - Так ерунда, слово за слово он на меня полез, ну я ему и дал.

   -А мне даже ничего не сказал, я об этом у девчонок только вчера узнала. Почему ты мне не сказал, что ты его поколотил ?.- девчонка принялась сильно тормошить его за плечо. - Почему я твоя сестра, узнаю об этом последняя!.

   Никитин вздохнул:

   - Ты же сама сейчас сказала, что я тебе это говорил!. Да и чем здесь особым гордится, - удивился Сергей, мягко выскальзывая из её захвата.

   Девочка на мгновение задумалась.

   -Ну, мне приято было узнать, что мой брат не слабак, как рассказывают о тебе девчонки, а мужчина, который может постоять за себя!. Ты должен был всем рассказывать о том, что побил Герфа а то я даже забыла что ты мне об этом рассказывал. Настоящий мужчина должен всегда рассказывать о своих подвигах. Я всегда всем говорила, что ты сможешь стать могучим охотником. Охотники всегда хвастают, как они охотились на зверей и ты должен быть таким - наставительно сказала она.

   Никитин недовольно скривился, перспектива гоняться за здешним зверьём по лесам его не привлекала.

   -Ты не хочешь стать охотником ? - искренне удивилась Низа. - Вот Рох теперь охотник, ходит вместе с вождём, получает лучшие куски мяса.

   Сергей равнодушно пожал плечами:

   -Ну и флаг ему в руки.- пробормотал он.

   Девочка недоумённо уставилась на него.

   -Чего ему в руки ?.

   -Да это я так не обращай внимания. Хочет быть охотником пускай будет им, а мне это не интересно.

   Девочка задумчиво посмотрела на него, правой рукой накручивая на палец медвежью шерсть.

   -А ты сильно изменился брат, раньше ты бросался с кулаками на тех, кто говорил тебе о том, что тебе никогда не стать охотником. А теперь, ты вдруг говоришь, что это тебе не интересно.

   -Времена меняются, - Никитин деликатно постарался перевести разговор на более безопасную тему - Вспомни, когда ты была маленькой, тебе нравилось играть в одни игры, а теперь, когда ты подросла, ты играешь в другие игры.

   Низа задумчиво покачала головой.

   -Наверное, ты прав, мы все меняемся. Но всё-таки, почему ты не хочешь стать охотником, что может быть для мужчины лучше этого занятия? - девочка искренне удивилась.

   Землянин задумчиво посмотрел на неё. Ну, как мне объяснить этой девочке чьё племя сидит в этом глухом углу многие столетия, и в чьи мозги с самого раннего детства вбивали нехитрые идеи, что мужчина должен только то, а женщина только это!.

   Он больше не хотел затрагивать эти скользкие темы. Однажды когда он в шутку признался ей что хочет стать путешественником и обойти весь свет, она с ужасом на него посмотрела. У неё в голове никак не укладывалось, как это можно сделать. Она искренне, разделяла все заблуждения племени, и истово в это верила.

   Она верила, что стоит только её брату уйти из-под бдительного ока их покровителя-барана, как его тут же до смерти замучают злые духи. На его шутливый ответ, что торговцы совершенно спокойно разъезжают по миру, она убеждённо сказала, что они другого племени, а они должны... Да и что могла сказать эта девочка, чья голова была забита глупыми баснями с самого детства. Больше он не поддерживал с ней разговоры на эту тему, понимая, что это бесполезно.

   Он быстро, чисто по-женски, сменил скользкую тему разговора, предложив Низе сходить в лес. Девочка с удовольствие его поддержала, тем более что дождь уже прекратился..

   -Давай, давай сходим !. В лесу уже, наверное, подросла "мужская гордость".

   -?????.

   -Там увидишь, - отмахнулась она, заметив его недоумённый взгляд.

   Никитин вооружился увесистой дубинкой и боласами. Низа взяла корзинку и небольшой кувшин, потом подумала и тоже взяла боласы. Глядя на нее, Сергей тоже захватил с собой кувшин, рассчитывая набрать ягод.

   Забежав в свою старую хижину, они быстро переговорили с Корой, которую он сделал ответственной за выпуск продукции, чем девочка очень гордилась, и быстро с ней переговорив, отправились в лес.

   Подошвы ног приятно холодила мокрая, но тёплая земля. Низ их балахонов вскоре потемнел от влаги, но никто из них не обращал на это никакого внимания. С опушки леса Низа посмотрела на статую барана, видимо попросив его, приглядывать за ними, и они углубились в лес. После прошедшего дождя лес был наполнен запахами и шорохами, мелкая живность вовсю сновала туда-сюда.

   Один раз им дорогу перебежала лиса. Никитин сперва даже не понял что это за животное, её пышный, примелькавшийся во всех русских сказках хвост, сейчас напоминал длинную грязную палку. Животное резво перебежало дорогу и исчезло в глубине леса.

   В последний раз, когда они выбирались в лес, земляника была ещё зёлёной. Теперь тут и там пламенели эти неприхотливые ягодки, уже сильно переспелые. Сезон как-то незаметно прошёл за домашними хлопотами и на заготовки, ему просто не хватило времени.

   Они вволю наелись их, потом Никитин и Низе наполнили свои кувшины ежевикой и земляникой. Заткнув горлышки кувшинов пучками мха, они углубились дальше в лес, миновали рощу нитяных деревьев и вышли на небольшую поляну.

   Никитин всю дорогу внимательно глядел по сторонам, но к его большому огорчению, так и не заметил никаких привычных грибов. Правда, иногда ему попадались фиолетовые грибы, напоминающие по форме земные поганки, а вот съедобных не было видно. Даже вездесущих и

   неприхотливых сыроежек.

   -Может быть, ещё не сезон - думал он, с тоской оглядывая окрестности и торопливо подбегая, туда, где как ему казалось, выглядывает шляпка гриба, но, увы, это оказался только лист - лес был пуст. - Хотя какой не сезон - лето в самом разгаре!. А может быть у них здесь вообще грибов нету?.

   Память Или ничего не могла подсказать ему, мальчик разделял предрассудки своих сверстников что сбор грибов и ягод - это женское дело и никогда не ходил за ними в лес, разве что срывал их на ходу. Да и в лес он, вместе с другими детьми, ходил только помогать женщинам собирать нитки, в рощу, где росли "нитяные" деревья.

   Сама Низа тоже очень редко выбиралась вместе с женщинами в лес. Одной ходить в лес, особенно женщине, было опасно. Степные кошки иногда нападали на людей, поэтому Низа очень обрадовалась, когда её брат вдруг предложил ей сходить туда.

   Выйдя на поляну Низа, остановилась и, окинув взглядом поляну, где густо росли молодые елки, вдруг побежала к одной из них. Опустившись на колени, она с натугой, что-то выдернула из земли и, радостно закричав, замахала ему рукой. Никитин торопливо подбежал и с любопытством посмотрел на её находку. Теперь стало понятно, почему Низа называла его "мужская гордость".

   Гриб, а может быть и не гриб, действительно очень сильно напоминал мужской фаллос. Сергей взял его из рук Низы и внимательно посмотрел на этот гриб.

   -Вроде бы гриб - подумал он, внимательно осматривая и обнюхивая его.

   Гриб немного напоминал земные сморчки и был чуть больше десяти сантиметров.

   -Ладно, посмотрим, какой ты на вкус "мужская гордость"!. Пожарим тебя с репчатым луком в масле. Ах да.. - оборвал он свои гастрономические мечты.

   Лук, подсолнечное масло, приправы, соусы и посуда фирмы "Цептор" осталась там, на окраине Галактики.

   -Ладно, сделаем из тебя суп. - вслух сказал он.

   Такую роскошь он мог себе вскоре позволить. Побродив вместе с сестрой, часа полтора, они нашли ещё три десятка грибов, а на обратном пути Низа выкопала пару растений, корни которых напоминали земную петрушку. Можно было сказать, что для грибной похлёбки у них всё было.

   Дальше начался процесс приготовления пищи в стиле каменного века. Раньше у них в хижине около печки стоял большой камень с большим углублением, в это углубление заливалась вода, и время от времени кидались раскалённые камни. Теперь, когда Сергей занялся гончарным делом, его сменила большая глиняная кастрюля. Никитин не пожалел времени и даже сделал к ней толстую крышку.

   Раньше Низа по мере накаливания камней в печи вытаскивала их и кидала в кастрюлю, но каменная крошка вечно хрустела на зубах и было противно есть, теперь горшок ставился в специальное углубление в печи и нагревался.

   На этот суп они пустили половину грибов, другую половину оставили на завтра. Сергей забросил в воду горсть мелкой пшеницы и один из корней, потом через некоторое время, нарезанные грибы. Весь процесс готовки занял у них часа два.

   Никитин плеснул в свою тарелку немного козьего молока и добавил соли, после чего заработал глиняной ложкой. Низа от него не отставала. Грибы по вкусу напоминали ему подберезовики, и он с удовольствием съел ещё одну порцию.

   К некоторому недоумению и разочарованию Низы, эта ночь обошлась без сексуального экстрима. Девочка, почему-то искренне верила, что эти грибы придают мужчинам необычную силу в постели. Никитин ничего особенного в эту ночь не почувствовал. Ничего такого с ним не произошло и на следующий день, когда они вновь сделали себе грибную похлёбку.

   Низа всё допытывалась не чувствует ли он себя сильнее от этих грибов, но Сергей ничего особенного не чувствовал, о чем ей честно и сказал. Девочка ненадолго задумалась, потом ласково к нему прижалась и прошептала:

   -А ладно!. Ты и без них очень даже хорош.

   Землянин шутливо надул грудь и заколотил по ней, изображая из себя самца гориллы. Низа долго хохотала, глядя на него, но потом, негодница, добавила ложку дёгтя.

   -А вот Кауфи может заниматься этим всю ночь. Причём не с одной, а с тремя своими жёнами!.

   Никитин, только молча, вздохнул и развёл руками. Ох уж эти женщины, вечно их что-нибудь да не устраивает!.

  

  


***** | Тело сдал - тело принял | Глава 10.