home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Человек и небесные светила. Медицина и астрономия

Местные факторы ограничиваются только ветрами и солнцем. Климатические дают новое поле для наблюдений — небесные светила. Уже во введении автор «Воздуха, воды, местностей» указывает на одинаковое значение времен года и восхода и захода светил. «Зная по поводу изменений времен года и захода и восхода светил, как каждое из этих явлений происходит, врач сможет узнать заранее особенности грядущего года».

Обратив внимание на опасности изменений времен года, автор в разделе о климате продолжает:

«Нужно также остерегаться восхода светил, прежде всего Пса, потом Медведицы, а также захода Плеяд, так как болезни особенно любят эти дни: одни убивают больных, другие проходят, а все остальные преобразуются в другую форму и приобретают другие свойства».

Получается, что человек живет не только в ритме времен года, но и в ритме движения небесных тел. Автор энергично отстаивает этот раздел медицины. Тем, кто видит в этом пустые разговоры, он уверенно заявляет: «Астрономия (astronomic) вносит не малый, а очень большой вклад в медицину».

Итак, врач должен знать также и астрономию. Это заявление звучит как манифест. Оно приобретает тем большее значение для истории науки, что термин «астрономия» появляется, здесь в первый раз в греческой литературе.

Нет сомнения, что вера во влияние светил на здоровье и болезни уходит корнями в древнейшую греческую философию. Еще в «Илиаде», при сравнении Ахилла со светилом, ясно сказано, что созвездие Пса Ориона, когда оно восходит поздней осенью, «приносит несчастным смертным много болезней». Врач следует верованию такому же древнему, как сам Гомер. Он считает необходимым ответить на возражения. Значит, в его время эту науку уже оспаривали.

Некоторые ученые увлекались астрономией, например, софист Гиппий, сторонник энциклопедических знаний, или ученики Сократа, которых выводит на сцену Аристофан в комедии «Облака» (423 год до н. о.). Другие ученые, заинтересованные конкретными проблемами, относились к этому сдержанно. Так, софист Протагор считал эту науку бесполезной для обучения юношей. Можно предположить, что и другие скептически относились к применению астрономии в медицине.

Тем более примечательно убеждение нашего автора. Человек зависит от его окружения. Медицина не может ото игнорировать. Она будет акологической и метеорологической.

О некоторых предложениях теории влияния на человека местности и климата

Влияние местности и климата на внешний вид и нравственность человека не останется идеей, ограниченной медицинской средой. Чтобы оценить трактат «Воздух, вода, местности», не нужно ждать Монтескье с его теорией влияния климата иа человека. Платон, чье восхищение Гиппократом известно, был, очевидно, внимательным читателем этого трактата. В отрывке из «Законов» он рекомендует законодателю, который решил основать город, учитывать многие факторы, указанные Гиппократовой медициной:

«Пусть от нашего внимания не ускользнет, что между местностями есть различия в том, что касается рождения лучших и худших людей… Некоторые местности опасны или благоприятны из-за разных ветров или из-за зноя; другие являются таковыми из-за воды; иные же из-за пищи, порождаемой землей, так как она способна не только сделать тела лучшими или худшими, но способна оказывать на души аналогичное воздействие».

Такая озабоченность касалась не только законодателя, который должен выбрать место для города, но и архитектора, который должен его построить. Приблизительно через четыре столетия после Платона римский архитектор Витрувий подтверждает необходимость знания раздела медицины, касающегося климата, местности и воды. В начале своего трактата «Об архитектуре» он заявляет:

«Архитектор должен знать медицину, касающуюся климата, благоприятных или неблагоприятных для здоровья местностей и употребления различных вод».


Человек и климат | Гиппократ | От медицины к этнографии и антропологии