home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Прогноз врача и предсказание прорицателя

Значение прогноза врача Древней Греции можно уяснить, если рассматривать его в широком контексте общественной и религиозной жизни той эпохи.

Будучи вполне рациональным актом, основанным на наблюдении, прогноз врача-гиппократика не свободен от наследственных традиционных форм пророчеств и конкуренции прорицателей. Для современного врача прогноз, четко дифференцированный от диагноза, состоит в предвидении течения и исхода болезни. Для античного врача он имеет более широкое определение и большую значимость. Это показывает пролог трактата «Прогноз»:

«На мой взгляд, для врача самое лучшее — это умение делать прогноз. Предвидя и определяя на глазах у больных настоящее, прошлое и будущее их болезней и объясняя то, что они упускают, он убедит их, что он лучше, чем кто-либо другой, знает о делах больных, так что люди отважатся положиться на врача. Что касается лечения, он проведет его наилучшим образом, так как заранее знает, что произойдет, судя по имеющимся признакам болезни. Таким образом, врачом будут справедливо восхищаться, и он будет хорошим врачом. Ведь врач способен предохранить от опасностей тех, чье выздоровление возможно, если они будут принимать меры предосторожности от любых случайностей; предвидя и определяя тех, кто должен погибнуть или выжить, он будет избавлен от упреков».

Таким образом, древний врач стремился увидеть одновременно настоящее, прошлое и будущее. Само древнее определение прогноза, странное для современного сознания, можно понять, соотнеся его с предсказаниями прорицателей. Самое древнее для Греции пророчество зафиксировано в «Илиаде», и оно относится именно к болезни. На ахейскую армию, осаждающую Трою, обрушился мор. Никто не сомневался, что причиной его был гнев Аполлона. Но что вызвало этот гнев? Предсказатель Калхас узнает, что смертоносная болезнь отступит, как только Агамемнон вернет Хрису, жрецу Аполлона, его дочь, причем без выкупа, а грозному Аполлону принесут искупительную жертву. Пророчество Калхаса распространяется не только на будущее, но и на прошлое болезни, на ее причину. Гомер представляет прорицателя, охватывающего все временные измерения:

«Калхас, сын Тестора, встает: превосходя всех остальных предсказателей, он знает настоящее, прошедшее и будущее».

Поразительно сходство характеристик лучшего предсказателя у Гомера и лучшего врача у Гиппократа. Таким образом, медицинский прогноз отличается от пророчества лишь тем, что ведет свое начало не от знаков, ниспосланных богами, а от симптомов, определяющих состояние больного.

Итак, предвидение будущего является главным. Оно крайне интересует больного, и дает врачу возможность предохранить от болезни. Но врач всегда ставит себе в заслугу умение рассказать о прошлом и настоящем, обнаруживая без помощи больного недуги, от которых он страдал или страдает сейчас. Автор «Прорретики» II делает прогноз о настоящем болезни, говоря о пациентах с болями в суставах:

«Если эти люди имеют плохой цвет лица, их нужно спросить, болит ли у них также и голова; они ответят утвердительно».

Косские врачи критикуют коллег книдской школы как раз за то, что они игнорируют эту часть прогноза: прошлое и настоящее. Древние книдцы как правило интересовались тем, что «врач должен знать сам без сообщения больного».

Врач-гиппократик приближается к прорицателю, хотя он коренным образом отличается от него рациональным методом предсказания и не скупится на сарказм в отношении прорицателей-мистиков. Но в сознании простого человека эта аналогия тем более естественна, что он наслышан о мифических врачах или о богах-врачевателях, которые одновременно были предсказателями. Сам Аполлон Дельфийский — и врач, и предсказатель. Таким образом, слово смертного врача, делающего прогноз, легко могло превратиться в сознании народа в пророчество, вызывающее восхищение и удивление.


Врач с визитом к больному | Гиппократ | Сенсационные прогнозы