home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


4

— Хьорн, — окликнула я ворона. — Поднимись повыше и оцени, где тут может быть логово дракончика… то есть полновесного дракона. Ищи относительно высокий холм, желательно каменистый, с которого удобно взлетать, возможно, со входом в пещеру…

— Не повторрряй. Я читал записки твоей бабушки делла Монте, — буркнул ворон и поднялся в воздух.

Сам бы и позаботился о разведке, раз такой начитанный. Впрочем, ладно, не время обращать внимание на чужой характер.

Трусь все пыталась перебраться с мула на мое плечо. Однако ритм шагов у меня и у вьючного ушастика не совпадали, и кошка никак не могла прицелиться для точного прыжка. Такое же несовпадение мучило мой мозг. Несовпадение происходящего с известной мне историей и географией, которые в один голос твердили, что драконы живут и размножаются только в Черных горах за Желтой пустыней. Конечно, летающие рептилии не раз выползали оттуда и добирались до Россошата, где обычно попадали в объятия моих приветливых предков. Но вот в чем странность. Желтая пустыня находится с другой стороны Россошата, нежели река Игрель и королевство Корн! То есть дракон не только выбрался из родных краев и одолел пустыню — прецедентов полно, — но и зачем-то перелетел (или облетел) весь Россошат. И обосновался только на границе с враждебным нам Корном.

Трусь наконец изловчилась и перепрыгнула. От ее тяжести меня слегка перекосило, в ухе зазвучало ласковое «мурль».

Очень странно, что дракон забрался на другой конец страны от Желтой пустыни. С той стороны скот не хуже, напротив, там держат более крупных животных — коров и буйволов, которым плохо подходят здешние кочки-овраги. Да, письма еще эти! Почему он их по пути нигде не сбросил, тащил через всю страну? Ну же, Миарра, хвостик секрета где-то под носом, дерни — и размотаешь весь клубок…

Хьорн шлепнулся на спину мула часа через полтора, заметно вымотанный полетом.

— Там, за лесом, — более хриплым, чем обычно, голосом сообщил он. — Целая черреда гор. Ну, того, что здесь горрами называют. Одна вполне подходит. Повыше других, веррхушка ровная. Одна сторона совсем отвесная. Еще одна крутая. По другим можно подняться пешком. Тихо. Птиц нет, зверья нет. Охотиться не на кого.

— Ага! — в один голос воскликнула моя команда, а Терч энергично замахала ушами.

Рыжая, почти до желтизны высушенная солнцем глина крошилась под пальцами. Серый камень, глинозем, коричневый камень, песок, кусок гранита, глина… Кое-где прилепились небольшие пятнышки черной земли, в которых гнездились чахлые кустики. Эту сторону горки — предположительно драконьей — словно кто-то обрезал гигантским ножом.

На других, более пологих склонах плодородный слой задержался успешнее. Там росли сосны, ежевичник и самшит. Именно там должны были подниматься мулы под наблюдением Терч. Я велела им начать подъем на полчаса позже, чем мы. Мы — это Рыжжет, Трусь и я — все те, кто умеет лазить по склонам.

Я провела полжизни в горах, где ходить по скалам куда труднее. Сплошной камень, приходится впихивать пальцы ног и рук в твердые расщелины и цепляться за выступы. Здесь же, где между камнями то песок, то мягкая глина, удержаться куда проще.

Серый камень. Глина.

Мой план был прост. Мы втроем поднимаемся незаметно с этой стороны, Терч с караваном — там, откуда нас могут ждать. Они отвлекут дракона, а мы подберемся сзади и скрутим его как миленького. Хьорн, как независимое от рельефа местности существо, осуществлял связь.

Желтый камень. Опять глина. Красновато-коричневая глыба…

Выше ничего нет. Справа через край гранитной площадки легко перемахнул Рыжжет, слева его движение повторила Трусь. Я вслед за ними перекинула тело через уступ и увидела, что оба кота уже стоят в боевых позах. Спина дугой, хвост бьет по бокам, уши прижаты.

Только сейчас в нос ударил запах гари.

Хьорн не успел нас предупредить. То ли мы поднимались слишком медленно, то ли Терч взяла слишком быстрый темп… Дракон уже напал на маленький караван!

Прямо у меня под носом ворочался огромный хвост с зубцами наподобие крепостных поверху. Впереди маячил массивный таз ящера, темно-синяя чешуя на солнце отливала лиловым. Из передней части туши — высматривать голову мне было некогда — вылетело пламя и устрашающий рев.

Однако дела наши были совсем не так плохи, как можно было предполагать — Терч и Хьорн вовремя сориентировались. Терч согнала мулов в тесную кучу и жестко пресекала любую попытку панического бегства деликатным прикусыванием за ноги. На голове переднего мула разместился Хьорн, раскинув крылья во весь размах, от которого, к слову, не отказался бы и полноценный орел. В клюве он держал кольцо из невзрачного металла с семью камнями, переливавшимися всеми цветами радуги. Из камней вырывались лучи света, переплетавшиеся между собой и образующие нечто вроде зонтика над всей компанией. Пламя дракона скатывалось с радужного зонта, как дождь с настоящего.

Глаза Хьорна были полуприкрыты, ворон весь отдался управлению знаменитой Радужной Защитой, созданной моей бабушкой. А вы как думали? Готовясь к поездке, мы выгребли из подвалов замка самые надежные из оставленных предками штучек!

Помня бабушкины писания, я скосила глаза на тень от дракона. Ого! Можно было предположить…

«Что тут предполагать, Миарра, — сказал в моей голове голос короля. Нет, мой дорогой Румиэль не обладает даром мысленного общения, просто вновь вспомнился разговор пятнадцатилетней давности, который как был прерван нападением вражеского мага, так и не был закончен. — Что предполагать? В тебе есть наследственная сила, ты честно учила то, что тебе преподавали, но ты не можешь колдовать сама. Остается лишь ждать, что рано или поздно в какой-то угрожающей ситуации ты сама сделаешь первый шаг, и твои возможности прорвутся наружу. Вернее, что ты наконец-то выйдешь за рамки своих нынешних возможностей…»

Угрожающая ситуация случилась через пару минут после тех слов короля, но ничего не произошло.

Ничего во мне не прорвалось наружу, и ни за какие рамки я не вышла.

Тогда мои помощники кинулись делать основную работу, а я лишь довершила дело. В меру своих физических способностей. Силой — самым простым и банальным способом, который знает человек.

Рыжжет и Трусь хлестали себя хвостами по бокам, но не нападали. Пробьют ли кошачьи когти чешую дракона, удастся ли вцепиться? В желтом глазу Рыжжета мелькнуло сомнение, нерешительно вздрогнул кончик хвоста Трусь.

Они никогда не сомневались. Они всегда знали, что если они не начнут — ничего не получится.

Мне бы ум Рыжжета…

Мне бы хитрость Трусь…

Мне бы незамутненную уверенность Терч…

Мне бы Хьорнову мудрость в расчетах…

Не начнут они?

Ничего не получится?!

В моей голове рушился мир, и время словно остановилось. Замер драконий хвост, застыли искры Радужной Защиты, нарисованной казалась шерсть на кошачьих боках…

Одна секунда.

Один шаг.

Одна жизнь.

Посмотреть на мир своим взглядом. Не черным и не красным — прозрачным как стекло. Не замутненным чужим знанием и чужими традициями.

В следующий миг все рвануло вперед с прежней скоростью.

Не размышляя, я прокричала слова, которые подсказывало сердце. Кажется, добавила туда что-то, чего ни бабушка, ни дедушка, ни прочие славные предки даже в горячечном бреду не могли помыслить. Меня словно несло горячим ветром, сила колола кончики пальцев, и некогда было думать о том, правильная ли это формула, сработает ли она. Я просто бросила заклинание в чудовище, как кидают тухлый помидор в плохого актера.

С чувством.

Рыжжет и Трусь прыгнули одновременно с разных сторон. В следующий момент дракон словно взорвался. Части огромной темно-синей туши разлетались, испаряясь на глазах. Миг, и перед нами запрыгала синяя некрупная драконица размером не больше коровы. Подросток со странным металлическим ожерельем на шее. На ее морде, душераздирающе шипя, висели разъяренные кошки. Кошачья шерсть искрила, драконица пыталась плюнуть огнем в белый свет как в копеечку, но из пасти вылетал лишь дым. Переделанное на ходу бабушкино заклинание не только нейтрализовало драконью магию, но и лишило девчонку возможности извергать огонь.

Миарра, ты все-таки магесса!


предыдущая глава | От легенды до легенды | cледующая глава