home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


7

Марина Кринель с жадностью вдохнула глоток свежего воздуха. По сравнению с сырой камерой внутренний двор замка Тисен казался светлым и просторным. Раньше она назвала бы его «каменным мешком», но теперь ее взгляды изменились.

— Не задерживайтесь, проходите, — ворчал рябой тюремщик, запирая тяжелую дверь. — Недолго вам осталось миловаться! Может, это ваша последняя прогулка… — злобно хмыкнул он.

Марина даже бровью не повела. Она твердо усвоила: жизнь в тюрьме — это короткие шаги от окрика до окрика, от одного унижения до другого. И нужно не подавать вида, что тебя что-то задевает. Нужно сохранить достоинство — это единственное, что у тебя осталось. Ни комендант, ни тюремщики, ни следователи, ни лжесвидетели вроде Жиля Биду не должны заметить твою слабость. Ни в камере, ни на допросах. Впрочем, последние были чистой формальностью. Всех их заранее приговорили и постоянно напоминали об этом, желая поглумиться.

Но Марина держалась и старалась поддержать других. Все титулы и различия остались за порогом. Общая беда объединила десять обитательниц второй камеры Оружейной башни в одну семью. Душой этой семьи стала круглолицая и неунывающая тетушка Луазо, бывшая канонисса, которая старалась помочь каждой. Ведь Селия плохо спит по ночам, ее сестра Анна не может обойтись без сладкого, а у госпожи Торнбуа — слабые легкие, она часто кашляет.

Ежедневные прогулки во внутреннем дворе были их единственной радостью. Все обитательницы Оружейной башни специально готовились к встрече с кавалерами, старались выглядеть аккуратными и опрятными. Кавалеры тоже не отставали. На тюремщиков с собаками никто не обращал внимания. Некоторые прогуливались под руку с новыми знакомыми, словно в городском парке. В общем, развлекались, кто как мог.

— Дорогая, о чем вы задумались? — Негромкий голос тетушки Луазо звучал так душевно. — Не стоит тратить драгоценные минуты на грустные мысли!

— Вы правы. — Марина крепко сжала руку сестры по несчастью. — Тем более что нас уже ждут!

Тетушка Луазо смущенно потупилась. Бывшую служительницу Света с нетерпением поджидал ее преданный поклонник — торговец Детуш. Ему на днях исполнилось семьдесят, но во время прогулок он постоянно сопровождал ее и рассыпался в комплиментах.

А Марину, как обычно, обступили дети — двое мальчишек-подростков и молчаливая девочка из третьей камеры. Хотя с недавних пор к ним присоединился один взрослый. Сдержанный полковник Журо не сказал ей и двух слов, просто сидел неподалеку. Эта разношерстная компания с восторгом слушала рассказы Марины о путешествиях и дальних странах, морских сражениях и пиратах, которые она в детстве слышала от отца.

— Ну, о чем мне вам рассказать сегодня? — улыбнулась она.

Полковник, как обычно, промолчал, а ребята заспорили. Девочку занимали истории о жарких странах и диковинных животных. А мальчишек больше всего интересовали южные пределы, куда пока еще не заплывали корабли. Марина сумела убедить их, что там есть еще никем не открытая земля — острова, а может, даже и целый материк, покрытый льдом. Ведь адмирал Кринель верил в это.

Победило большинство. Что же, поговорим о пределах. Только после каждого такого разговора ей снился один и тот же сон. Будто она стоит рядом с отцом на палубе корабля, идущего куда-то на юг, к новым землям, к свободе…

— Все, окончились ваши сладкие денечки! — внезапно прервал ее мечты надоевший до зубовного скрежета голос. Рябой тюремщик с трудом скрывал радость. — Приказ коменданта: всем разойтись по камерам. Даем четверть часа на сборы. Вы переезжаете!

— Куда? — встрепенулась госпожа Торнбуа. Остальные поддержали ее.

— Дорога простая: столица, суд, эшафот! — ухмыльнулся рябой.

Коридоры замка были заполнены тюремщиками. Путь в камеру и недолгие сборы прошли в полной тишине. Очередное испытание нужно было встретить с достоинством. Когда за ними пришли, дамы были готовы.

— Вторая камера Оружейной башни — на выход! Третья камера Пороховой башни… — глухо отзывалось в высоких сводах.

Встревоженных узников вели по узким переходам на главный двор. Там их поджидали кареты с окнами, забранными решеткой. Выйдя из полумрака коридора, Марина на секунду зажмурилась…

— А вот и главная заговорщица! — раздался знакомый голос. Марина повернулась и встретилась глазами с Люсьеном Грави. Депутат стоял у крыльца рядом с комендантом и командовал солдатами в новеньких, с иголочки синих мундирах. Неожиданный визит!

— Рад вас видеть, гражданка, — остановил ее Люсьен. — К сожалению, на ваш арест я опоздал, но сейчас приехал за вами лично. И даже гвардейцев специально подобрал, как вы просили, — по+дчеркнул он.

Марина только пожала плечами. Чего он хочет? Увидеть ее отчаяние, боль, ненависть? Не дождется!

— Кстати, комиссар, — вмешался комендант, — проследите, чтобы в одну карету с этой мерзавкой не попал ее сообщник Биду! У меня они даже гуляли в разное время.

— А зачем? — поднял бровь Люсьен. — Даже если они сговорятся, приговор от этого не изменится.

Комендант ответил ему раскатистым хохотом. Марина даже не дрогнула и молча прошла мимо сквозь строй солдат. Хм, а этого гвардейца она где-то видела. И этого… Не может быть! Это же Мален! Он служил на «Морской волчице» под командой отца. Рыжий Мален тоже заметил ее и задорно подмигнул. Марина споткнулась от неожиданности и чуть не растянулась на каменных плитах.

— Осторожно, баронесса! — кто-то подхватил ее под локоть. — А у вас, полковник Журо, оказывается, крепкая рука. И приятный голос.

— Спасибо! Я просто задумалась… — почему-то принялась оправдываться она.

— О чем? — уточнил Журо.

— О южных пределах, — улыбнулась ему Марина.


предыдущая глава | От легенды до легенды | cледующая глава