home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


P. P. S.

Темные низкие тучи цеплялись за каменную макушку горы. Осенние звезды одна за другой исчезали в косматой пелене. С моря шла буря. Городок лежал, погруженный во мрак, лишь в доме на окраине мерцал тусклый свет.

На черной глыбе Кулака стояли двое. Почти неразличимые во мгле, они вглядывались в ночь. Ждали.

— Вот и все, — девушка ежилась на стылом ветру, куталась в шаль. — Зарядят дожди, а потом пойдет снег. Жаль — мы уже не застанем.

— Ты соскучилась по снегу, сестра? — Молодой человек привалился спиной к камню. — Ты никогда не любила зиму…

— Я была вздорной девчонкой, Дилан. Когда-то давно…

Девушка умолкла. Сквозь свист ветра послышался хруст камешков. Кто-то поднялся на Кулак и остановился за спинами брата и сестры.

— Ты сказал, что не можешь вернуться? — Девушка повернулась, прерывая молчание. — Сказал, кто ты теперь?

Перси не ответил. Он неотрывно смотрел на дальний огонек. Сегодня он второй раз в жизни видел отца плачущим. Первый был, когда умерла мать. И Перси знал, что сегодняшний разговор до последнего слова и до последней слезы останется незаживающим рубцом на его сердце.

Перси потер запястья там, где еще горели следы колдовства, спасшего израненное тело и привязавшего душу к проклятой горе и ее тайным обитателям. К странной чуждой жизни. Навсегда.

Откуда-то из тьмы донесся приглушенный мелодичный перезвон колокольчика.

— Придери ап Эохайд, король Тилвит Тег, зовет, — сказала девушка. — Двери закрываются. Тайный народ уходит в холмы до весны, и мы должны идти следом.

— Подождет, — резко ответил Дилан. — Куда они без нас? Они могли стеречь, усыплять, хитрить и отвлекать. Могли предупредить о грядущей опасности кленовым венком, но не сопротивляться. Не драться в открытую. Морбрад заснул надолго, на целые века, а когда проснулся, они оказались трусливыми, беспечными и слабыми, несмотря на все волшебство. Вот и решили, что нужны новые защитники, с горячей кровью и бессмертной душой. Что может быть проще, чем увести в холмы смертного? Для Тилвит Тег это почти игра. И знаешь, Персиваль, если ты думаешь, что проиграл, то это не так. Да, мы не одолели его, но и он не победил. Это ничья. А если возможна ничья, значит…

Дилан махнул рукой и исчез в темноте. Карис задержалась.

— Не печалься, — прошептала она. — Пройдет зима, расцветут нарциссы, и мы вернемся сюда. Ты вновь увидишь звезды и услышишь пение ручьев. И ты привыкнешь, обязательно привыкнешь, прежде чем настанет твой день увидеть солнце.

Она ласково коснулась его щеки и ушла вслед за братом. Перси медлил, глядя на теплый свет далекого окна, и колокольчик дробил ночь серебряным звоном, отпевая прежнюю жизнь.

А сквозь толщу камня чудилось тяжкое биение пульса.

Морбрад спал. Сон его был крепок, но отнюдь не вечен.

И придется быть начеку. Кто знает, что он задумает…

Если проснется.

Когда проснется.


День третий. Когда напрасны слова | От легенды до легенды | Ярдань