home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 3

Тем временем внизу, на Земле, в холодном лесу рядом с мотелем «Монро», Век стоял в свете фар скорой, его напарник, Де ла Круз, был справа, приятель Бэйлс — слева. Освещенный таким образом, он словно возвышался на сцене, когда Кронера перевозили из деревьев на каталке.

Но на него смотрел лишь один человек.

Офицер отдела служебных расследований София Рэйли.

Она стояла в стороне, и когда их взгляды пересеклись, он пожалел, что они не встретились при иных обстоятельствах… снова. В первый раз его представили Софии потому, что он врезал тому папарацци.

На фоне дерьма, произошедшего сейчас, тот запрещенный удар казался днем на пляже.

Дело в том, что она понравилась ему в ту же секунду, как они пожали друг другу руки, и этой ночью первое впечатление лишь укрепилось. Детектив в нем так сильно уважал Софию, то, как она смотрела на него… казалось, что если он задумает морочить ей голову — а это было не так — офицер узнает об этом.

Но им нужно прекратить встречаться при таких обстоятельствах. Буквально.

С края асфальтированного участка парковки донесся стук, когда медики захлопнули двойные двери скорой, и потом автомобиль сдал назад, забирая с собой освещение. Отвернувшись, чтобы посмотреть за их отъездом, Рэйли оказалась в тени… пока не включила фонарик.

Прежде, чем она подошла к ним, Де ла Круз наклонился ближе и тихо заговорил:

— Ты хочешь вызвать адвоката?

— Зачем ему адвокат? — возразил Бэйлс.

Век покачал головой приятелю. Он понимал преданность парня, но ее было в разы больше той веры, которую в данный момент Век питал к себе.

— Уместный вопрос.

— Так, хочешь? — прошептал Де ла Круз.

Офицер Рэйли ходила вокруг луж крови, двигаясь между стволами и ветками, мелкие веточки трескались под ее ногами, и звук громко отдавался в его ушах.

Она остановилась перед ним.

— Следующим утром у меня будут дополнительные вопросы, но сейчас вы можете отправляться домой.

Век сузил глаза.

— Вы отпускаете меня?

— Вы не были под арестом, детектив.

— И все?

— Нет, вовсе нет. Но на сегодня мы закончили.

Век покачал головой.

— Послушайте, офицер, это не может быть…

— Криминалисты уже в пути. Я не хочу видеть вас здесь, когда они будут исследовать место преступления, ведь это скомпрометирует их работу. Это вы понимаете?

А. Ему следовало догадаться. В лесу было темно. Он мог без усилий подделать улики на месте, и никто не узнает. А она предоставила ему вежливый способ уехать.

Она была умна, подумал Век.

Так же случилось, что София была красива: в отраженном свете от фонарика, она была сногсшибательна как естественная, сияющая здоровьем женщина… без толстого слоя макияжа, забивающего поры, тонн краски на веках, жирного, липкого блеска на губах. Она была настоящей.

А густые, темно-рыжие волосы и насыщенно-зеленые глаза дополняли приятную картину.

К тому же, отношение «Меня не проведешь»…

— Справедливо, офицер, — пробормотал он.

— Явитесь в офис сержанта в восемь тридцать утра.

— Понял.

Когда Бэйлс пробормотал что-то на выдохе, Век надеялся, что ублюдок оставит свое мнение при себе. Рэйли просто делала свою работу… и подошла к ней профессионально. Уважение — меньшее, чем они могли отплатить ей.

Прежде чем его приятель успел ляпнуть что-нибудь еще, Век пожал ему руку и кивнул Де ла Крузу. Когда он повернулся, чтобы уйти, серьезный низкий голос Рэйли вспорол ночь:

— Детектив.

Он посмотрел через плечо.

— Да, офицер.

— Я заберу ваше оружие. Значок. И ножны для того кинжала.

Верно. Разумеется.

— Значок в кожаной куртке на земле. Не хотите оказать честь моему ремню и девятимиллиметровому?

— Да, пожалуйста. Я также заберу ваш телефон, если не возражаете.

Когда она встала ближе, Век уловил запах ее парфюма. Ничего фруктового, цветочного или — Боже упаси! — ванильного. Он также не мог определить марку. Может, это шампунь? Ей позвонили, когда она выходила из душа?

Вот это картинка…

Минуточку. Он действительно фантазировал о своей сослуживице… в пяти футах от сцены убийства? Будучи подозреваемым?

Вау.

Ага, и больше сказать нечего.

Рэйли зажала фонарик между губами, а потом протянула ладони в ярко голубых перчатках. Подняв свои руки, предоставляя ей доступ к талии, он почувствовал слабый рывок внизу, как будто она стягивала вниз его брюки…

Электрический заряд, простреливший до члена, стал неожиданностью… и Боже, Век был рад, что луч света упирался в его грудь, а не в южном направлении.

Блин, это так неправильно… и не похоже на него. Он не западал на коллег, будь то помощники администратора, товарищей по отделу… или офицеры отдела внутренних расследований. Неизбежный конец случайной связи принесет слишком много хлопот.

Милостивый Боже, где была его голова?

Не в этой реальности, очевидно.

Будто значение того, что произошло на участке алой листвы, было столь громадно, что его мозги искали приют в любой теме кроме огромного кровавого слона посреди леса.

Но, с другой стороны, может, он сошел с ума. И точка.

— Спасибо, детектив, — сказала Рэйли, отступая назад вместе с его оружием и кожаными ножнами. — Ваш телефон?

Он протянул ей вещицу.

— Хотите мой кошелек?

— Да, но вы можете оставить при себе водительские права.

Когда обмен был завершен, она добавила:

— Более того, я попрошу вас переодеться дома, упаковать все и сдать мне завтра утром.

— Без проблем. Вы знаете, где найти меня, — сказал он мрачно.

— Да, знаю.

Когда они приготовились разойтись, с ее стороны не последовало жеманного кивка, распахнутых глаз. Взмахов волосами. Легкого прикосновения бедром. Что, конечно, выглядело бы смехотворно в данных обстоятельствах… но у него возникло подозрение, что они двое могли находиться у барной стойки в клубе, и Рэйли все равно не стала бы вести себя так тривиально. Не ее стиль.

Черт, она с каждой минутой нравилась ему все больше. Дела пойдут такими темпами, и он предложит ей руку и сердце на следующей неделе.

Ха-ха-ха, вот уж вряд ли.

На этой ноте, Век во второй раз повернулся к ней спиной. И удивился, услышав от нее:

— Детектив, вы уверены, что не хотите накинуть куртку? У меня есть дополнительный бронежилет в багажнике, а на вашем мотоцикле будет холодно.

— Я буду в порядке.

По какой-то причине он не хотел оборачиваться. Возможно из-за зрителей в лице Де ла Круза и Бэйлса.

Ага. Именно поэтому.

У своего БМВ он перекинул ногу через сиденье и подхватил шлем. Он не надевал чертову каску по дороге сюда, но сейчас должен был сохранить тепло тела… и натянув шлем, он отчасти ожидал, что Де ла Круз подойдет и снова поднимет вопрос об адвокате. Вместо этого многоуважаемый детектив остался на месте и заговорил с офицером Рэйли.

А подошел именно Бэйлс. Парень был в спортивной одежде, короткие волосы взлохмачены, темные глаза излучали слабую агрессию… несомненно потому, что ему не нравилось подчиняться Рэйли.

— Уверен, что нормально доберешься до дома?

— Ага.

— Хочешь, чтоб я поехал следом?

— Нет. — Вполне вероятно, что парень все равно поедет. Таков уж Бэйлс.

— Я знаю, что ты не делал этого.

Уставившись на своего приятеля, Век испытывал соблазн выложить всю правду… о двух сторонах в нем, расколе, который он ждал годами, страхе, что то, о чем он так волновался, наконец, произошло. Дьявол, он знал, что мог доверять парню. Они с Бэйлсом провели годы в полицейской академии, и хотя потом их дороги разошлись, они поддерживали связь… пока Бэйлс не предложил ему переехать из Манхэттена и присоединиться к убойному отделу Колдвелла.

Две недели. Он проработал в полиции всего две гребаных недели.

Только он открыл рот, как за полицейскими автомобилями припарковался минивен, объявляя о прибытии Команды Ищеек.

Век покачал головой.

— Спасибо, дружище. Увидимся завтра.

Ударом ботинка он завел двигатель и, отжав газ, оглянулся на сцену. Рэйли сидела на коленях перед его курткой, обыскивая карманы. То же самое она собиралась сделать с его кошельком.

О, черт. Она найдет…

— Позвони, если захочешь, чтобы я приехал, приятель.

— Ага. Позвоню.

Век кивнул Бэйлсу и убралбайк с подножки с мыслью, что совсем не хочет, чтобы Рэйли увидела два «троджана»[12], которые он всегда носил в кармашке для кредиток.

Забавно, распущенность никогда не волновала его раньше. Сейчас же он жалел, что не завязал с этим пару лет назад.

Выехав на приличную дорогу, он выжал газ и уехал с ревущим мотором. Мчась по извилинам 149-го шоссе, он низко входил в повороты, наклоняясь к рулю, становясь очередным аэродинамическим элементом БМВ. При его бешеной скорости спиральная дорога слилась в резкие правые и левые повороты, он и мотоцикл полагались на законы физики.

А учитывая, что он ставил все на эту скорость? Он окажется счастливчиком, если останется хоть что-то для похорон.

Быстрее. Быстрее. Быстр…

К несчастью — или же к счастью, он не был уверен — конец настиг его не в виде пронзительного въезда в деревья во избежание Бьюика[13] и Бэмби[14].

Им стал магазин Поло Ральф Лорен.

А точнее светофор перед ним.

Выбираясь из трубчатого зрения[15], которым он наслаждался, Век ощутил странную дизориентацию и остановился на красный свет лишь потому, что впереди была пара автомобилей. Он был вынужден подчиниться дорожным правилам, или же проехаться по их крышам. Гребаный сигнал растянулся на вечность, а полоса, в которой он ехал, двигалась с черепашьей скоростью, когда, наконец, загорелся зеленый.

Но, с другой стороны, Век мог гнать все шестьдесят пять[16] по шоссе, и ему все равно казалось бы, что он еле шевелится.

Но ведь он не пытался убежать от чего-то. Совсем нет.

Проезжая мимо «Найка», «Вэн Хэсена» и «Брук Брозерс», Век чувствовал себя пустым, словно свободная парковка, и какая-то часть него хотела продолжать… ехать мимо магазинной периферии, по лабиринту пригорода Колди, мимо небоскребов и через мост одному Богу известно куда.

Проблема в том, что куда бы он ни поехал… все останется прежним: смена географической обстановки не изменит лица в зеркале. Или ту его сторону, которую он никогда не понимал, но принимал как данное. Или того, что, черт возьми, произошло сегодня вечером.

Должно быть, он убил этого больного ублюдка. Иного объяснения не было. И Век не знал, о чем думала Рэйли, отпуская его. Может, ему просто нужно исповедаться… Ага, но в чем? Что он поехал туда с намерением убить, и потом он…

Лобную долю охватила такая головная боль, что стало невозможно думать. Оставалось лишь стонать от боли и закрыть глаза… не лучшая стратегия, когда едешь на байке, который, в сущности, представляет собой двигатель под набитым сиденьем.

Заставив себя сосредоточиться на дороге и ничем больше, он почувствовал облегчение, когда гром в черепной коробке затих, и заехал на свою территорию.

Его дом располагался в районе, полном учителей, медсестер и торговых представителей. Здесь жило полно детишек, а за садами ухаживали дилетанты… и значит, летом здесь будет полно африканского просо, но, по крайней мере, дерьмо регулярно будут подстригать.

Век был чужаком: ни жены, ни детей. Он никогда не ударится в разведение цветов или стрижку газона. К счастью, у него сложилось впечатление, что соседи по обе стороны от его дворика относились к тому типу, что станут дружелюбно вторгаться на чужой газон своими косилками.

Хорошие люди. Сказали, что чувствуют себя в безопасности с копом по соседству.

Это показывало, как много им известно.

Его двухэтажный дом был таким же модным и уникальным, как пенни[17] из семидесятых. Как выяснилось, тогда же в последний раз там меняли обои.

Остановившись у гаража, он слез с мотоцикла и повесил шлем на руль. В этом районе уровень преступности был низок… так что его соседи-садоводы томились от скуки по многим параметрам.

Век прошел через боковую дверь, миновал холл и вошел в кухню. Здесь происходило не так уж много по части кулинарии: у него были лишь пара пустых коробок от пиццы на столе да старые стаканы из «Старбакса»[18], выстроившиеся вокруг раковины. Открытое наполовину письмо и неровная стопка отчетов лежали на обеденном столе. Закрытый на день ноутбук расположился рядом с книжкой купонов «Вэлпэк»[19],которую он никогда не использует, и счетом за кабельное, который еще не истек, но вероятно потеряет полезность, потому что Век лажал со своевременными платежами.

Он всегда слишком занят, чтобы выписать чек или заплатить он-лайн.

Боже, единственное отличие между этим домом и офисом в центре города заключалось в кровати королевских размеров на втором этаже.

И кстати, офицер Рэйли хотела, чтобы он разделся, не так ли?

Выудив мусорный мешок «Glad» из шкафа под раковиной, он поднялся наверх с мыслью, что придется нанять домработницу для уборки раз в неделю, иначе по углам расползется паутина, а пыльные кролики откроют клинику ЭКО[20] под диваном. Но это жилище — не его дом, и никогда им не будет. От «Пайн-Сол» и «409»[21] четыре раза в месяц дом не станет уютней.

Но, по крайней мере, у случайных цыпочек, которых он приведет сюда, будет сносное место, где они смогут потом одеться.

Его спальня располагалась в передней части дома, в ней были лишь большая кровать и письменный стол. Век быстро избавился от ботинок, носок и брюк. То же самое с водолазкой. А снимая черные боксеры, он отказывался думать о том, что офицер Рэйли будет держать их в руках. Просто не вдавался в эти мысли.

Зайдя в ванную, он включил душ, и, ожидая, пока вода нагреется, встал перед зеркалом над раковиной. Его не отвлекало отражение… Век прикрыл зеркальную поверхность пляжным полотенцем в день своего заезда в дом.

Он не был большим поклонником зеркал.

Подняв руки, он вытянул их ладонями вниз. Потом встряхнул. Посмотрел под ногтями.

Казалось, что его тело — как и разум — не давало зацепок. Хотя можно заявить, что отсутствие царапин, крови и следов служили доказательством… и без сомнений, бравый офицер Рэйли заметила и отталкивалась именно от этого.

Блин, второй раз в жизни он попадает в такую ситуацию. А первый…

Нет причин вспоминать об убийстве матери. Не в подобную ночь.

Ступив в душевую кабинку, Век закрыл глаза и позволил струе падать на его голову, плечи и лицо. Мыло. Сполоснуть. Шампунь. Сполоснуть.

Он стоял в душном, влажном жаре, когда почувствовал ветерок: будто кто-то открыл окно над унитазом, порыв воздуха пронесся над верхушкой полиэтиленовой занавески и коснулся его кожи. По вызову тело покрылось «гусиной кожей», мурашки распространились от груди, вниз по ногам и обратно.

Но окно было закрыто.

Именно по этой причине Век убрал стеклянную перегородку в душе и укрыл встроенное зеркало над раковиной. Это — два единственных изменения в доме, и «ухудшение» служило во благо его же рассудку. Он годами брился, не видя своего отражения.

— Убирайся от меня! — сказал он, закрывая глаза и не открывая их.

Сквозняк закружил у его ног, словно порхавшие по его телу руки, поднимаясь все выше, лаская его член, прежде чем обратиться к животу и груди, вверх до шеи… к лицу…

Холодные пальцы зарылись в его волосы…

— Оставь меня в покое! — Он выбросил руку и отодвинул штору в сторону. Когда теплый воздух поприветствовал его, Век обратился внутрь себя, пытаясь выгнать чужака, разорвать связь.

Спотыкаясь, он устремился к столику и уперся на руки, тяжело дыша и ненавидя себя, эту ночь, всю свою жизнь.

Век прекрасно понимал, что при раздвоении личности возможно, что какая-то часть вырвется на свободу и начнет действовать независимо. Больные могли полностью не осознавать действия своего тела, даже если речь шла о насилии…

Когда головная боль снова начала пинать по вискам, как по автомобильным шинам, он с проклятьем принялся вытираться. Потом натянул фланелевую рубашку и спортивные штаны полицейской академии Нью-Йорка, в которых спал прошлой ночью и оставил возле туалета. Он собирался спуститься вниз, когда быстрый взгляд в окно заставил его замереть на месте.

В двух домах вниз по улице была припаркована машина.

Век знал каждый автомобиль в районе, все грузовики, внедорожники, седаны, гибриды, и серые, новенькие американские середнячки не были в том списке.

Однако именно такие немаркированные автомобили использует Колдвеллское отделение полиции.

Рэйли установила за ним слежку. Отличный ход… на ее месте он сделал бы то же самое.

Может, даже собственной персоной.

Спустившись по лестнице, он помедлил у парадной двери, его подмывало выбежать босиком, потому что она — или кто бы ни был в машине — могли обладать инфой с места преступления…

Выругавшись, он отмахнулся от блестящей идеи и направился в кухню. В шкафах должна найтись какая-нибудь еда. Просто обязана.

Открыв их и обнаружив лишь уйму пустого пространства и ничего больше, он задумался, а какая собственно Продуктовая Фея должна была магически появиться и принести еду.

Но, с другой стороны, Век мог просто вылить кетчуп на коробку от пиццы и зажевать ее. Наверное, это хорошо скажется на его балансе потребления пищевых волокон.

Ням-ням.


предыдущая глава | Зависть | cледующая глава



Loading...