home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Айра

Неподалеку от Ранта, столицы провинции Алые Грязи, к личному тумену Дайрута присоединилось еще три тумена.

И темники, двоих из которых поставил на эти места давным-давно хан Разужа, а третий принадлежал к большому и уважаемому роду, темники, ставшие верными слугами нового хана, не были в восторге, обнаружив, что придется подчиняться недавним мальчишкам из Рыжих Псов.

Не говоря уже об Айре, бывшей в их глазах не умнее лошади или младенца.

Первый темник, Джамухар, начинал воевать вместе с Разужей, помнил еще прежние походы, в которых они объединяли под своими клинками степь. Он был из того же рода, что и убитый Дайрутом хан, — высокий и гибкий, и хотя в его волосах блестела седина, а глаза во время советов прищуривались так, что казалось, что он спит, на самом деле разум его оставался светлым, а движения — быстрыми.

Второй сделался темником после ряда побед над варварами, его звали Текей, и был он невысок и объемист. На первый взгляд Текей казался веселым и добродушным, но по рассказам Айра знала, насколько безжалостен этот толстяк к врагам, проблемы он предпочитал решать просто — с помощью пыток и убийств.

Ни Разужа, ни Дайрут даже не пытались сделать его наместником в одной из завоеванных провинций, потому что прозвище Текея было «Бешеный пес», и едва он прекращал воевать, как тут же начинал развлекаться за счет казней. Но если требовалось покорить бунтующий город или нагнать страху на почувствовавшие излишек свободы земли — Текей шел туда и через некоторое время возвращался, неся руки и головы покаявшихся жителей.

В тумене Текея служило больше всего орков и гоблинов, ему нравилось командовать людоедами, и он больше остальных жалел о том, что Дайрут приказал их всех убить. Хотя и люди, ходившие под началом толстого темника, были по нраву такими же, как зеленокожие.

Третий темник, Абыслай, считался ставленником Дайрута.

Якобы последний хан помог ему подняться от обычного тысячника до хозяина мощного тумена, некогда принадлежавшего Вадыю. Но, по слухам, Дайрут никогда не доверял Абыслаю, и только хватка старого лиса, его жестокость и хитрость помогли ему возвыситься.

Все трое относились к Ритану, Коренмаю и Имуру с легким презрением.

Они выслушивали приказы, кивали — и ничего не делали, а то и поступали наоборот. Их собственные тумены были готовы в любой момент встать на защиту командиров.

И Орда около Ранта застряла, хотя Айра и хотела как можно быстрее двинуться к Жако, но теперь это было не в ее власти.

В громадном шатре, поставленном Джамухаром, каждый вечер собирался совет. Шатер этот мог вместить сотню нукеров, но здесь сидело всего десять мужчин — темники, бывшие соратники Дайрута, несколько доверенных тысячников и одна женщина.

Как именно Коренмай смог уговорить допустить ее на совет, осталось загадкой, но то, что ее присутствие не нравилось старым воинам, она видела. С Айрой никто не разговаривал, у нее ничего не спрашивали, а когда она пыталась что-то сказать, на нее смотрели, как на заговорившую овцу.

Джамухар совершенно не стеснялся говорить при ней, что после того, как она родит наследника, было бы неплохо забрать ребенка и отправить ее в степь, под присмотр к уважаемым людям, чтобы своим недостойным поведением она не опозорила память отца и деда будущего хана, чтобы не навлекла тень на сына.

Текей с Абыслаем поддакивали ему и сетовали, что даже сейчас она часто остается с «глупыми юнцами», и такое поведение не подобает женщине, носящей будущего владыку мира.

Под юнцами они подразумевали Коренмая, Ритана и Имура, для которых начались поистине черные времена. Их собственное войско оказалось куда меньшим, чем три тумена старых темников, и даже в преданных тысячах пошли разговоры, что было бы неплохо, если бы всем управляли не мальчишки, выросшие на войне, а зрелые мужчины, хорошо помнящие и обычаи степи, и все победы Орды, начиная от самой первой.

Однажды утром, ничуть не стесняясь сидевшей на совете Айры, Джамухар предложил Текею взять Ритана и Коренмая под стражу. Имур в то утро уехал вместе с собственной тысячей на разведку, и эта поездка обещала затянуться на несколько дней, а потому о нем речи не зашло.

— Дайрут ошибся, приблизив их к себе, — добавил он в конце краткой речи. — Посланцы урултая слишком много ели и слишком мало думали, мы соберем более уважаемых людей, и они поддержат наши решения.

Бывшая королева Дораса оказалась бессильна помочь союзникам — она не могла выйти из шатра, не могла позвать кого-либо к себе и вынуждена была просто сидеть и ждать.

Вечером вновь собрался совет, но на этот раз уже без Коренмая и Ритана.

— Орде нужна твердая рука, — заявил Джамухар, сидя с полуприкрытыми глазами. — Я считаю, что таким человеком может быть Абыслай.

— То, что он может похвастаться знатными предками, не говорит о его разумности, — возразил Текей. — Кроме того, мы говорим сейчас не о том, кто может возглавить Орду, а о том, кто может ее сохранить для внука хана Разужи.

Абыслай, сидевший напротив Айры, напрягся.

— Я уважаю вас, — сказал он осторожно. — И все уважают вас. Как потомок ханов, я могу вызвать подозрение у урултая и достойных темников. Пусть лучше от имени внука хана Разужи правит тот, кто дольше служил деду. Я считаю, это должен быть Джамухар.

Айра видела, что все трое говорят не то, что думают, что их слова имеют несколько слоев.

Привыкшая общаться с Ританом, Коренмаем и Имуром, она почему-то решила, что все в Орде такие же, как они, однако тот же Джамухар мог на равных сесть за стол переговоров с Параем Недером, и бывшая королева Дораса не была уверена, что поставила бы на главу своей тайной канцелярии.

Трое темников перекидывались фразами, в которых предлагали друг другу стать покровителем нерожденному пока еще будущему хану, которого, как совершенно точно понимала Айра, теперь уже может не быть — просто потому, что она на самом деле не беременна, а план с девушками принадлежал Коренмаю, ну а тот сам вскоре потеряет возможность воплощать в жизнь какие-то планы.

— Я не смогу взять на себя эту ношу, — покачал головой Текей. — Я простой воин, который привык, что ему указывают на гору — значит, нужно сровнять ее с землей. Указывают на город — и он берет его штурмом. Указывают на врага — и он разбивает его. Пусть лучше наследника Разужи оберегает Джамухар.

После этой фразы они замолчали, и Айра неожиданно поняла, что все кончилось, что двое таким странным образом проголосовали за третьего.

— Я думаю, правой рукой должен стать Текей, — осторожно сказал Абыслай.

Айра тяжело вздохнула — начинался следующий этап, темники собирались поделить оставшуюся власть.

Этот вздох словно напомнил присутствующим, что они не одни.

— Мать внука хана Разужи не может вынести таких долгих мужских разговоров, — веско произнес Джамухар.

Двое его собеседников кивнули.

Текей встал и вышел, а через несколько мгновений вернулся со старухой, которая в последнее время присматривала за Айрой, — и королева Дораса все время опасалась, что эта мегера как-то вызнает, что ребенка нет, а живот округлился от подложенной под платье подушки.

Пожилая женщина, бубня себе под нос что-то сердитое, вывела Айру из шатра, и там к ним присоединились воины из отрядов Джамухара. Они прошли почти половину огромного лагеря, прежде чем добрались до того шатра, в котором сегодня предстояло ночевать бывшей королеве.

Последние дни она каждую ночь проводила в новом месте — для Джамухара это было само собой разумеющимся, он и сам никогда не оставался в одном шатре два раза, и, по слухам, хан Разужа при жизни делал так же.

Охраняли ее вроде бы не особенно тщательно — двое-трое воинов из личной гвардии одного из темников, и каждый раз новые, что не горели желанием разговаривать и хорошо знали свое дело. Но Айра видела, что за ней следят и что сбежать, вернуть свободу не выйдет.

В шатре старуха попыталась помочь Айре раздеться, но та решительно отказалась.

Лежа на мягких шкурах, девушка размышляла о том, что пора все же попробовать вырваться, хотя бы силой. Наручи дадут ей возможность выжить в первый момент — со всей Ордой никак не справиться, но если выпадет возможность схватиться с кем-то один на один, то она своего не упустит.

В это мгновение Айра остро пожалела о том, что ее дар ушел.

Голос говорил, что такое бывает, и однажды он вернется — и королева Дораса вновь сможет управлять окружающими. Но «потом» будет потом, а сейчас она рисковала собственной жизнью непонятно ради чего.

Прикидывая, сколько ей осталось, Айра рассчитывала на пару дней, ну или неделю — затем кто-нибудь обязательно поймет, что она не носит ребенка, да и не будет рядом Ритана и Коренмая.

Половину ночи она провалялась без сна, пытаясь придумать хоть какой-то план. Под утро решила, что выхода пока нет и надо просто ждать — вдруг обстоятельства изменятся сами.

И когда она готова была сомкнуть глаза и уснуть, в шатер вошел Усан.

— Ты ведь не ведьма? — спросил он негромко.

— Нет, — помотала головой Айра.

— Жаль, — погрустнел ее собеседник. — Я подсыпал сонного зелья нукерам, они сейчас спят. Старуха храпит сама по себе — я трогал ее нос травинкой, не проснется… Если бы ты была ведьмой, мы бы освободили Ритана и Коренмая, а они бы убили Текея. Джамухар — нормальный, с ним можно разговаривать, а вот Текей — страшный, о нем такое говорят.

Айре Текей тоже не понравился, но из этих двоих более жутким она все же считала Джамухара, который говорил тихо и редко полностью раскрывал глаза.

— Вдвоем мы не освободили бы их, даже если бы я была ведьмой, — сказала она. — Там наверняка много воинов.

Усан усмехнулся и заявил:

— А нас тоже немало. Ритан и Коренмай — из Рыжих Псов, и если их закатают в кошму, то всем нам потом несдобровать. Кого-то отправят по другим сотням, кого-то убьют потихоньку — при хане Дайруте мы вошли в силу, многие успели нажить себе врагов.

Айра представила себе, как несколько десятков мальчишек выходят против закаленных воинов Джамухара и Текея, и ей стало грустно.

— Ты плохо знала нас, — сказал, словно услышавший ее мысли, Усан. — Среди Псов есть и те, кто, как я, только недавно взяли в руки саблю. А есть и те, кто уже не раз выходил против врага. И все мы понимаем, что теперь нам жизни не будет. Жаль, что ты не ведьма. Ну, что ж, попробуем без тебя.

— Постой, — королева Дораса задержала его. — Я не ведьма, но кое-что могу. На мне наручи, которые носил хан Дайрут, они дают мне большую силу. Я помогу вам спасти Ритана и Коренмая.

«Глупо, — отметил молчавший последнее время Голос. — Для тебя главное — выжить».

«Если Ритан и Коренмай погибнут, мне долго не жить, — ответила она. — Так что лучше присоединиться к Псам».

«Ты нужна всем, — Голос словно усмехался. — Джамухар, узнав, что ты не беременна, поступит так же, как Коренмай — найдет женщин, которые ждут детей, и подменит тебя в нужный момент. До родов ты в полной безопасности».

«А после? — поинтересовалась девушка. — Что будет потом? Думаю, я просто умру при родах, так?»

«До этого не дойдет».

Айра решительно встала и шагнула за Усаном.

Она не собиралась сидеть и ждать, что решит Джамухар, когда узнает, что она не беременна, и, уж тем более что он с ней сделает после того, как у него в руках будет ребенок, которого вся Орда сочтет внуком Разужи.

Старуха все также храпела, нукеры сидели вокруг затухающего костра так, будто только что прикорнули на мгновение.

Усан шагнул в сторону, поманил за собой Айру.

Было то самое «время волка», о котором девушка не раз слышала от воинов, пора, когда внимание становится рассеянным, и сторожа, которые смогли пересилить себя и не уснуть, зачастую с трудом отличают сон от яви. Они долго шли вдвоем — лагерь спал, и только изредка вдалеке проходили следящие за порядком патрули.

Айра даже не заметила момента, когда их стало больше.

Просто она шагала, глядя на болтающийся на шапке рыжий хвост и стараясь не поскользнуться на сырой земле, а потом вдруг и слева, и справа появились люди. Большую их часть она не знала, однако среди них были гонцы, которых постоянно отправлял куда-то Ритан, и еще молодой воин с рыжей оторочкой на плаще поверх кольчуги — с ним как-то раз при ней долго беседовал Имур.

У всех в руках были сабли, все выглядели решительно, на нее смотрели большей частью презрительно, однако некоторые явно прикидывали, как будут ее защищать — часть славы хана Дайрута падала и на мать его будущего ребенка.

Потом все остановились, и парень в плаще подал Айре желтый шелковый халат, явно снятый с какой-то шлюхи, и сказал:

— Мы приведем тебя к нукерам и скажем, что им тебя послали в подарок. Это воины Джамухара, они, скорее всего, подумают, что это какая-то проверка и начнут нас допрашивать, а на тебя не обратят внимания. Ты должна будешь убить одного из них, это станет сигналом для нас.

Больше всего в этом плане Айре не понравилось, что ей нужно будет, хоть и поверх собственной одежды, надевать чужой грязный халат — она почти видела, что по нему ползают вши и прыгают блохи.

— Можно без этого? — спросила она, но воин отрицательно покачал головой.

Айра решительно, будто прыгая в ледяную воду, накинула халат и завязала пояс.

Вещь казалась недешевой, и это давало надежду, что ее прежняя хозяйка содержала себя в чистоте. Внутри халата в кожаных петлях висел кинжал, оттягивая материю так, что любой приглядевшийся мог бы понять — что-то здесь не так.

Еще сотню шагов бывшая королева Дораса прошла вместе с тремя Рыжими Псами, снявшими с себя собачьи хвосты и после этого ставшими ничем не примечательными молодыми воинами.

Впереди, к ее удивлению, оказался не шатер, а костер, у которого сидели и тихо беседовали полтора десятка воинов.

«Где же Коренмай и Ритан? — подумала она. — Их ведь здесь нет!»

Однако ее спутники уверенно шли вперед, вынуждая ее вышагивать перед собой.

— Десятник Ахыт, тебе подарок от тысячника, — грубовато-наглым голосом заявил тот парень, который дал Айре незадолго перед этим халат. — Тебе и твоим нукерам.

Один из сидевших медленно поднялся, искоса глянул в их сторону.

На Айру он не обратил внимания и прошел совсем близко от нее.

— Я, конечно, уважаемый человек, — сказал десятник. — И я принимаю подарок. Только кто его прислал?

Все пошло не по плану.

Айра сунула ладонь за пазуху, собираясь достать кинжал, но в этот момент кто-то сзади обхватил ее за руки.

Если бы она была обычной девушкой, на этом все и закончилось бы, но наручи делали ее гораздо более сильной, нежели любой человек. Айра легко отодвинула чужака, резко ударила локтем назад, услышав треск ребер и хрип, а затем всадила кинжал в спину десятнику.

Мимо нее пробежали несколько человек, кто-то вскрикнул — что-то происходило, но в ночной тьме Айра не могла разобрать, что именно, а пытаясь помочь своим, многих из которых она не знала, наверняка бы только помешала.

Однако помощь не потребовалась — через несколько мгновений схватка прекратилась, а к Айре подошел Имур.

— Можешь меня не прощать, — сказал он. — Но мне необходимо было испытать тебя. Ты могла договориться с Джамухаром и Текеем, но предпочла помочь моим друзьям, и теперь на мне долг.

Она стояла и пораженно смотрела, как Рыжие Псы, которых рядом оказалось не меньше полусотни, поднимают с земли тяжелые решетки и вытаскивают из глубоких ям людей.

Не двоих — а гораздо больше.

Среди них были и Ритан, и Коренмай — они, едва успев вылезти, сразу взяли из рук соратников кольчуги и сабли.

— Один из троих точно должен остаться жив и здоров, — заявил Ритан. — Джамухар, Текей или Абыслай?

— Абыслай, — мгновенно ответила Айра, хотя вопрос задавался явно не ей.

— Абыслай, — повторил Имур, и было непонятно — то ли он отдает долг, то ли действительно так считает.

— Абыслай, — кивнул Коренмай. — Никто из них не простит унижения, но он самый слабый из троих.

— Быстрее, скоро уже взойдет солнце. — Имур резко наклонился и вынул из мертвого нукера нож. — Ты, ты и ты останьтесь вместо погибших — лагерь не должен проснуться раньше времени.


* * * | Кровавые сны владык | * * *