home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 7

Всё хорошо, прекрасная маркиза!

Друзья поднялись, вздыхая.

– И чего нам теперь здесь делать? – Вася толкал металлическую решетку и уныло глядел вперед.

– Ничего, долго так нас держать не будут, – убежденно ответил ему Андрей.

– А я в том не уверен, – возразил Антон, усаживаясь на пол.

– Ладно, что-нибудь придумаем, – успокоил друга Андрей.

Короткая пауза. Антон сидел на полу, уставившись в одну точку и не двигаясь.

Андрей с Васей стояли, пытаясь увидеть сотрудников милиции, но их что-то видно не было.

Тогда Андрей запел к удивлению своих друзей:

Всё хорошо, прекрасная маркиза,

Дела идут, и жизнь легка.

Ни одного печального сюрприза,

За исключеньем пустяка!..

Так... ерунда... пустое дело...

Кобыла ваша околела.

Но в остальном, прекрасная маркиза,

Всё хорошо, всё хорошо.

Приятный тенор Андрея понравился друзьям, но они никак не ожидали его пения в отделении милиции.

Антон вскочил, удивленно глядя на поющего друга:

– Спятил, да?

– Нет. Пою!

– Слышь, Андрей, – без выражения сказал Вася, – лучше не надо… Хуже только будет.

– Хуже уж некуда!

К решетке подошел, слегка качаясь, милиционер Федя. Он внимательно посмотрел на узников, потом открыл рот, посмеиваясь:

– А вы чего, петь решили?

– Нельзя?

– Ну, не знаю…Вам весело?

– Очень! Всё хорошо, прекрасная маркиза!

Федя слегка качнулся, видно, выпил больше, чем нужно, после чего спросил Андрея:

– А чего еще сможете спеть?

– Я много чего могу, – ответил Андрей. – А пивка дашь исполнителю?

– Чего? Пой!

– Хорошо, – охотно согласился Андрей и запел:

Так громче музыка, играй победу!

Мы победим, и враг бежит.

Так за царя

Мы грянем громкое: «Ура! Ура! Ура!»

Услышав слово «царь», Федя моментально пришел в себя: он подтянулся, перестал качаться и строго погрозил Андрею указательным пальцем с грязным ногтем:

– Молчать тута! Пьянь, замолкни!

Однако Андрея остановить было трудно; он ехидно усмехался и махал руками, словно представляя себя дирижером. Из уст Андрея неожиданно для всех послышалась старая песня, воспевающая царя-батюшку:

Боже, царя храни!

Славному долги дни.

Дай на земли, дай на земли

Гордых смирителю

Слабых хранителю

Всех утешителю

Все ниспошли!

Андрей наслаждался пением, искоса глядя на реакцию изумленного милиционера.

Услышав слова о царе, Федя на миг остолбенел, но потом заорал что есть мочи:

– Молчать!!

Однако Андрей продолжал петь с победной улыбкой на устах, несмотря на просьбы друзей замолчать:

Перводержавную

Русь Православную

Боже, Царя, Царя храни!

– Андрей, прекрати немедленно! – кричал Антон.

– Не… на… надо эт… это петь, – снова стал заикаться Вася.

Но Андрей продолжал петь, повышая голос, чтобы его пение услышали все милиционеры.

На крик Феди сбежались все сотрудники милиции во главе с Иваном Демидовичем.

Иван Демидович покраснел от гнева и гаркнул:

– Заткнись!

Андрей остановился и спросил:

– А почему здесь нельзя петь?

После минутной паузы Иван Демидович испепелил Андрея взглядом:

– Ты случайно не идиот?

– Нет, я специально не идиот, – уточнил с улыбкой Андрей.

– Иван Демидович, я пытался его урезонить, я… – жаловался на Андрея Федя, но его перебил Иван Демидович:

– И ты помолчи! Что за песни в отделении?.. О царе поют? Сейчас к нам явится высокое начальство с проверкой и что увидит и услышит?

Федя вздохнул, опустил глаза, стараясь не смотреть на гневного начальника.

– Что я ему скажу? Что здесь в моем отделении поют песни о царе?

– А я еще могу анекдоты рассказывать, – неожиданно для лейтенанта сообщил Андрей.

– Чего? Анекдоты?

– Да, про Брежнева.

– Что?! Еще не хватало мне таких анекдотов!

Но Андрей настаивал:

– Нет, послушайте! Брежнева спрашивают, почему в продуктовых магазинах пусто, а он отвечает: «А в дороге к коммунизму никто кормить не обещал».

Кое-кто из милиционеров засмеялись, но Иван Демидович оставался серьезным.

– Еще послушайте…

– Остановись! – потребовал Иван Демидович.

– Очень смешно.

– Прекрати немедленно!

– Брежнева спрашивают, почему он все награды принимает, а он отвечает: «Нет, не все. Недавно я отказался от высшей награды Мавритании – золотого кольца в нос».

Послышался тихий смех милиционеров, Вася тоже засмеялся. Только один Иван Демидович стоял мрачный.

– Еще послушайте… Звонок Брежневу, он берет трубку со словами: «Дорогой товарищ Леонид Ильич слушает!»

– Прекратить немедленно! – заорал Иван Демидович.

– Стук в дверь. Брежнев берет бумажку и читает: «Кто там?»

– Молчать!

– Замолчу, когда выпустите нас, – предложил Андрей.

– Как это выпустить?

– Просто. Откройте дверь, отдайте наши паспорта, мы сразу уйдем. И петь не будем.

– Ты идиот?

– Нет, – честно признался Андрей и снова очень вежливо попросил:

– Отпустите нас, пожалуйста.

– Отпустите, пожалуйста, – попросил Вася.

– Да? – На Ивана Демидовича было жалко смотреть: весь покрасневший, с взъерошенными волосами, синяки под глазами после длительной пьянки в отделении и бессонных ночей.

– Давайте по-хорошему разойдемся, – предложил Андрей.

После длительной и томительной паузы Иван Демидович согласился:

– Пусть так… Выпустить их.

– Выпустить?

– Выпустить их! – распорядился Иван Демидович, повышая голос.

Федя открыл дверь и выпустил друзей.

– А наши паспорта? – спросил Антон.

Друзьям отдали паспорта и вытолкали грубо на улицу.

– Ничего, еще встретимся! – напоследок услышали друзья голос Ивана Демидовича.

Андрей был не из тех, кто не отвечает ударом на удар, так что он моментально выкрикнул:

– Всё, хорошо, прекрасная наша милиция!

Минут пять друзья стояли на улице возле отделения милиции, не зная, куда им идти.

А рядом спешили горожане на работу, ехали автобусы, троллейбусы. Начиналась утренняя жизнь маленького города, который только что проснулся после сна.

Солнечные лучи приятно грели друзей; друзья молчали и не двигались.

Длительную паузу прервал нетерпеливый Антон:

– Кушать хочется!

– Ну, ты ж хотел пожить в совковом старом времени, – ухмыляясь, ответил Андрей, – вот и иди в магазин.

– Какой?

– А какой хочешь, – так же ответил Андрей, – но там сервилата не найдешь.

– Нет, я хочу сосиски! – нахмурился Антон.

– Ну, хва… хватит тебе, ско… сколько можно? – заикаясь, молвил Вася.

– А что такого я сказал?

– Ничего, всё хорошо, прекрасная маркиза, – спокойно ответил Андрей, – пошли в магазин.

– Пошли.

– Только одна заминка.

– Какая?

– Деньги у нас другие. Не такие, как раньше.

– И чего теперь?

Андрей не выдержал и захохотал:

– Ну, ты и тупой, Антоша!

Антон покраснел от злости, поднял кулак:

– Да я тебе…

– Ну! Только попробуй! Нашел время, – спокойно ответил Андрей.

– Антон, ус… успокойся… – попросил друга Вася.

Антон вздохнул, опустив кулак, и как можно спокойнее ответил:

– Ладно… Устал уже… Домой хочу…

– Ах, домой желаем-с? Поесть бы сосисочек, финского сервилата? Выпить хороший цейлонский чай? – издевательски стал говорить Андрей, пристально глядя на Антона. – Включить бы дома телевизор «Сони», да?

– Ты чего опять…

– Или выпить текилу? Или виски с содовой?

– Да хватит…

– Пойти в супермаркет и купить все, чего душа пожелает? Хоть кокос, хоть ананас с бананами? Порадоваться изобилию в супермаркетах или универсамах? Что-то почитать в Интернете? Может, захочешь съездить еще куда-нибудь за границу? Пойти в туристическую фирму и заказать себе интересный тур за рубеж? Нет здесь этого! Посмотреть интересные кинофильмы или аналитические программы? – рассердился на друга Андрей, перестав улыбаться.

В голосе Андрея звучал металл. Таким сердитым друзья очень редко видели его.

– Ты мечтал об этом ушедшем времени? – продолжал так же Андрей. – Так тебе судьба дает шанс вновь пережить уже пережитое, чтобы ты понял и ценил то, что уже было у тебя и чего ты хотел лишиться, вновь возвратившись в старое совковое время! Чтобы ты не догонял ушедший в небытие поезд! Чтобы ты понял, наконец, что нечего ностальгировать по прошлому! Оно списано в утиль! То старое – на мусорке!

– Но не одной же колбасой жив человек? – попытался возразить Антон.

– Верно! Но мы, кажется, говорим не только о колбасе.

– Да?

– Вот именно! Мы говорили о качестве жизни. Но и о колбасе тоже.

– Ладно, как раз о ней я сейчас и думаю, – насупился Антон, предложив друзьям пойти в ближайший магазин.

Андрей пожал неопределенно плечами и пошел за Антоном, тихо напевая песенку «Всё хорошо, прекрасная маркиза!» Вася поплелся сзади всех, вздыхая.

Ближайший магазин поразил Андрея и Васю своим отсутствием ассортимента. Антон сначала обрадовался, прочитав на входе магазина лозунг со стандартным набором агитационных призывов к гражданам «Все для человека, строителя коммунистического общества!». Войдя в магазин и глянув на почти пустые прилавки, Антон погрустнел и старался не смотреть на друзей. Андрей усмехался, а Вася только вздыхал.

– Вот именно, – шепотом сказал Андрей Васе, чтобы не раздражать Антона, – всё (здесь Андрей с усмешкой показал на пустые полки) для человека, строителя коммунизма.

Минут пять друзья шатались по магазину, не зная, где найти себе сосисок и колбасы.

На прилавках лежал только белый и черный хлеб, кабачковая икра. В кондитерском отделе друзья увидели только сахарный песок и леденцы. Несколько покупателей стояли у прилавков и возле кассы. В мясном отделе прилавки были пусты, а скучающая молодая продавщица читала журнал, иногда поглядывая на друзей.

Антон, наконец, решился обратиться к продавщице:

– Скажите, пожалуйста, а где можно купить сосиски?

– Где? Не знаю, – ответила продавщица, посмотрев на него, словно на инопланетянина.

– Как не знаете? – не понял Антон.

– А мы… мы ку… кушать хотим, – сообщил своем желании Вася, заикаясь и поглаживая свой живот.

– Кушать вы хотите? – повторила слова Васи продавщица мясного отдела и хихикнула.

– Хотите кушать, нечего сюда ходить. Езжайте в Москву на электричке, – грубо ответила другая пожилая продавщица из кондитерского отдела.

– М-да, кушать, значит, могут одни москвичи… – пробормотал Вася.

– Эй, вы чего сюда зашли? Над нами посмеиваться? – рассердилась пожилая продавщица, но молодая продавщица из мясного отдела успокоила ее.

– Антон, это магазин «Эрос», а не продуктовый магазин, – пошутил Андрей. – Везде одни лишь голые полки.

Сказав эти слова, Андрей снова стал напевать песенку «Всё хорошо, прекрасная маркиза!»

Остальные две молодые продавщицы из других отделов тоже хихикнули вместе с продавщицей из мясного отдела, услышав комментарий Андрея. Однако пожилая продавщица тихо что-то проворчала.

Пенсионерка, покупающая батон хлеба, смерила недовольным взглядом Антона с головы до ног, потом процедила сквозь губы:

– Ходят тут всякие! Кушать они хотят! Без талонов все хотят кушать.

– Без каких талонов? – спросил Андрей.

– Без каких… А таких, по которым дают мясо, масло, – так же недовольно процедила пенсионерка.

– А если у меня нет талонов?

– Разная пьянь по утру ходит, без талонов…

– А вы откуда приехали? – поинтересовалась продавщица мясного отдела.

– А ниоткуда! Мы живем в Ижорске, – охотно ответил Антон, – только я всегда покупал на своей улице и сосиски, и мясо, и колбасу.

– Да неужели?

– Да! И удивляюсь, что купить сейчас нечего.

– А где вы живете?

– На улице Ленина.

Андрей напевал тихо ту же песенку, больше не смотря на прилавки.

Продавщица обратила на него внимание, спросив Антона:

– А кто ваш спутник? Он из Америки?

– Что вы, он здешний.

– Будет вам, – недоверчиво усмехнулась продавщица. – Так одет хорошо!

– Да, одеваться он любит, – подтвердил Антон, обернувшись к другу. – Слышишь, Андрей, тобой интересуются.

– Да? Мною? – Андрей подошел к Антону. – Что желаете?

Продавщица кокетливо улыбнулась Андрею и спросила:

– Говорят, вы местный?

– Верно говорят.

– Что-то не верится.

– Неужели? Я живу здесь на проспекте Свободы, – с улыбкой ответил Андрей.

Продавщица хихикнула:

– Ой, шутите! Нет у нас такого проспекта.

– М-да… – усмехнулся Андрей, с интересом поглядывая на улыбающуюся продавщицу. – Проспекта такого нет, колбасы нет, мяса тоже нет, сосисок нет, чего только у нас нет!

Продавщица снова хихикнула.

– Вам не скучно здесь? – поинтересовался Андрей у продавщицы.

– А-а… почему мне скучно?

– Пусто… Может, у вас сегодня рыбный день?

– Нет…

– А знаете один анекдот? Приходит человек в публичный дом, а там одни русалки вместо настоящих женщин. Человек попросил женщин, а не русалок. А ему в ответ: «Сегодня у нас рыбный день!»

На этот раз засмеялись все четыре продавщицы магазина, даже пожилая из кондитерского отдела.

– Вам смешно, а нам – грешно, – молвила молодая продавщица, поигрывая глазками. – Но в нашем городе нет проспекта Свободы.

– Как это нет? Ведь…

– Ой, хватит вам заливать! Небось, возле статуи Свободы живете?

– Живу на проспекте Свободы.

– Но его у нас нет, – упрямилась продавщица.

– Да, сейчас его нет, а через лет двадцать он появится.

– Ну? А вы предсказатель будущего? – хихикнула продавщица, играя глазками.

Продавщице было лет двадцать пять, она сразу понравилась Андрею: русые волосы, голубые круглые глаза, тонкая фигурка с облегающим тело белым халатиком, чувственный рот.

– Нет, я бизнесмен, – гордо ответил Андрей. – Вот здесь прохлаждаюсь с друзьями, а мне работать надо.

– Да? А в каком городе Америки работаете?

– Я еще раз вам повторяю: я местный житель! – твердо сказал Андрей.

Антон хлопнул Андрея по плечу, подтверждая:

– Наш он, ижорский!

– Так уж и наш? – недоверчиво глянула на Андрея продавщица.

– Да, наш! – гордо заявил Антон. – Не американец.

– Может, ваш друг артист?

– Нет, он бизнесмен.

– Бизнесмен? У нас в Ижорске люди занимаются бизнесом?

– Гм, вы не поймете… – начал Андрей и остановился, посмотрев на Антона.

– Не пойму? – удивилась продавщица. – Вы не из Америки?

Андрей вздохнул и решился:

– Я вам потом объясню…Но мы все очень кушать хотим!

Продавщица улыбнулась, подумав, что так Андрей с ней заигрывает:

– Кушать хотите? И чего хотите?

– А-а… финский сервилат, черную икру, балык, сосиски, докторскую колбасу, еще бы выпить исландский виски с содовой, – мечтательно ответил Андрей.

– У вас губа не дура, – улыбнулась продавщица.

– Знаете, что такое вобла? – продолжал смешить продавщицу Андрей, хотя его уже одергивали друзья, но он стоял возле прилавка и любовался продавщицей.

– Ну, вобла – это…

– Стоп, с ответом не торопитесь, – попросил Андрей и сам ответил на свой вопрос:

– Вобла – это кит, доплывший до коммунизма.

Продавщица рассмеялась, но потом остановилась. Несколько пожилых покупателей в магазине стали ворчать, недовольно коситься на Андрея и молодую продавщицу.

После короткой паузы продавщица призналась Андрею, глядя только на него:

– А я бы с вами не отказалась встретиться.

– Да? А вы бы нас накормили? – совсем охамел Андрей, улыбаясь продавщице и наклоняясь как можно поближе к ней за прилавок, заглядывая в вырез ее халатика.

Продавщица заметила взгляд Андрея и покраснела.

– Нас кормить будете? – настаивал на своем Андрей.

– Уговорил… – Продавщица кивнула Андрею и повела друзей за прилавок в служебную комнату. – Садитесь.

Друзья уселись на табуретки.

На стене висел плакат со словами: «Всё для человека – строителя коммунизма!»

Продавщица вынесла им из другой комнатки целую палку финского сервилата, хлеб, ножи.

– Кушайте, – разрешила продавщица, стоя возле Андрея.

Антон недоуменно спросил продавщицу, почесывая затылок:

– А откуда это у вас?

Андрей усмехнулся и ответил ему вместо продавщицы:

– Слышь, Антон, забыл старое выражение «достал»?

Вася поддакнул Андрею:

– Да, раньше мы всё доставали. Продукты искали, бегали по городу с высунутыми языками.

– Ладно, хватит, – поморщился недовольно Антон.

– Ах, тебе неприятно вспоминать, как мы все доставали продукты? И разные вещи?

Андрей пристально глядел на друга, но тот промолчал и не ответил, лишь вздыхая.

– Хватит вам спорить, – произнесла продавщица, – ешьте.

– А вы тоже с нами, – попросил ее Андрей.

– Да? – только и спросила она, сразу сев на табуретку рядом с Андреем.

В дверь служебной комнаты просунулась голова пожилой продавщицы и сообщила:

– Эй, Нин, пошли на политинформацию!

– Сейчас, – ответила Нина, но продолжала сидеть на табуретке.

Дверь закрылась.

– Итак, ее звали Ниной, – то ли вопросительно, то ли утвердительно произнес Андрей.

– А вас как величать?

– Андрей. Андрей великолепный.

– А-а… Великолепный – это фамилия?

– Нет, просто… Шучу! Моя фамилия – Воронцов, – ответил Андрей, с аппетитом начиная есть сервилат.

– Мы зовем его Боссом, – добавил Вася.

Антон и Вася не отставали от Андрея, разрезая колбасу и начиная есть ее с фантастической быстротой; казалось, что они не ели полгода, а то и целый год – так быстро и так жадно они ели. Нина с удивлением смотрела на друзей, не понимая причины их невиданного голода.

– Дивитесь на нас? – спросил Андрей продавщицу.

– Ага.

– Всё равно нам не поверите. Мы очутились неожиданно в прошлом, хотя мы живем в 2009 году.

– Будет вам заливать! – недоверчиво бросила Нина, по-прежнему играя глазками.

– Думаю, сегодня ваш магазин стоит назвать «Магазин изобилия», – пошутил Андрей, продолжая есть сервилат. – Анекдот еще в тему. Хотите?

– Да!

– Один спрашивает» Правда, что при коммунизме продукты можно будет заказывать по телефону?» Ему отвечают: «Правда, но показывать их будут по телевизору».

Нина громко засмеялась.

– А вы не пойдете на политинформацию? – спросил ее Антон.

– Не-а… Неохота…

– Ой, напрасно, – упрекнул ее Антон.

– Да каждый день ее проводят, – пожаловалась Нина, вздыхая. – Иногда даже в конце дня начинают.

– Антон, ты бы ел, а не упрекал Ниночку, – сказал Андрей Антону, на что Антон обозлился:

– Да? А ты все анекдоты о колбасе рассказал?

– Нет, есть еще в запасе. Спасибо, что напомнил, – усмехаясь, ответил Андрей и начал рассказывать новый анекдот. – Итак, капиталист, социалист и коммунист встретились. «Ой, я опоздал! В очереди за колбасой стоял!» – оправдывался социалист. «А что такое очередь?» – спросил капиталист. «А что такое колбаса?» – спросил коммунист.

Нина и Вася засмеялись, но Антон пожал недовольно плечами, не улыбаясь.

– А вы такой смелый, Андрей, – заметила Нина, – не боитесь, что вас могут посадить за анекдоты?

– Бояться? Уж пуганый! – смело ответил Андрей, на что ему возразил Вася:

– Нет, ты поосторожней бы. И в милиции шутил.

Нина удивилась:

– Вас уже забирали в милицию?

– Было дело, – поморщился Андрей, – паспорта проверяли.

– И что дальше?

– А дальше нам сказали, что наши паспорта якобы липовые.

– Интересно-то как! – воскликнула Нина.

– Всё хорошо, прекрасная маркиза! – напел Андрей.

– Вы свой американский паспорт в милиции показали?

– Нет у меня американского паспорта, – ответил Андрей, – у меня только наш паспорт.

– Ой, а вы еще и певец?

Дверь приоткрылась, в образовавшейся щели вновь появилась голова пожилой продавщицы, которая весьма недовольно молвила, подозрительно глядя на наших друзей:

– Нин, чего ты не идешь? И кого ты здеся принимаешь?

– Ой, я устала, надоела мне твоя политинформация, – огрызнулась Нина, даже не смотря на пожилую продавщицу.

Андрей снова пошутил:

– Все новости мы по-прежнему узнаем из опровержений ТАСС.

Нина засмеялась, но пожилая продавщица рассердилась:

– Черт, а кто это у тебя в служебном помещении?

В это время Андрей некстати вытащил деньги из кармана брюк, пересчитывал рубли и доллары. Идя в ресторан, он хотел обменять доллары на рубли, потом решил обменять после обеда в ресторане.

– Это? Мои новые знакомые.

– Да? У них иностранные деньги в руках!

Дверь распахнулась, в помещение вошла пожилая продавщица, низкого роста дамочка в синем служебном халате. Она уставилась на Андрея.

– Кто таков? Ну? – строго спросила пожилая продавщица Андрея.

– Я? Местный я.

– Да? Это ты в нашем магазине политические анекдоты рассказываешь? – спросила пожилая продавщица таким тоном, словно директор школы делает замечание хулиганившему ученику.

– Ну, я. И что с того?

– Вы так спокойно отвечаете?

– А ни-и-из-з-з-з-зя? – протянул Андрей.

Нина снова засмеялась.

– Товарищ, попрошу вас выйти из помещения! – гаркнула пожилая продавщица.

– Но, Мария Игнатьевна…-попробовала заступиться за друзей Нина, но пожилая продавщица была непреклонна:

– Я попрошу всех вас трех выйти отсюдова! В сию же минуту!

Наступила короткая пауза. Антон встал, но Вася с Андреем продолжали сидеть.

– А то вызову милицию! – пригрозила Мария Игнатьевна.

Андрей улыбнулся:

– Вызывайте.

– Вы так спокойно это говорите? – удивилась Мария Игнатьевна.

– Совершенно верно, – ответил Андрей. – Мы только что оттуда.

– Ах, вас уже задерживала милиция?!

– Да. Нас этим не запугаешь.

– А почему у вас деньги не наши?

– Да, доллары у меня. И что с того?

– Доллары?! – Морщинистое лицо Марии Игнатьевны казалось очень испуганным. – А…

а откуда они?

– Из Америки.

– Кто из Америки?

– Он из Америки, – пояснила Нина, показывая на Андрея.

– Нет, уж в который раз я говорю, что я местный, – попробовал объяснить Андрей, но Мария Игнатьевна строго ответила ему:

– Американец, стало быть? Да?.. Ах, ты… Тут шляешься, а потом будешь гадости писать про нашу прекрасную страну?! Анекдоты про нас рассказывать там?

Нина незаметно для Марии Игнатьевны придвинулась к Андрею и прошептала ему:

– Вы бы поосторожней с ней… Она – первая наша стукачка.

– Да? А вторая кто же? – так же шепотом спросил Андрей.

– Вы слушайте меня, а не смейтесь.

Андрей встал, стараясь не смотреть на злое лицо пожилой продавщицы.

– Ходят тут, анекдоты придумывают, – продолжала ворчать Мария Игнатьевна, – как можно гадость такую про нас разносить?

– Собственно я не придумываю анекдотов, – пояснил Андрей. – И анекдоты не гадость!

– Да?

– Да. Я слышу их и запоминаю.

– А зачем запоминать? Зачем сидеть и придумывать какую-то ерунду?

Андрей вздохнул, желая побыстрее закончить разговор с Марией Игнатьевной, и ответил:

– Ну, сначала придумывают, а только потом садятся. Если их посадят. Кстати, один хороший анекдот про Ильича расскажу.

Лицо Марии Игнатьевны исказилось гримасой.

– Это про какого же Ильича анекдот? – закричала она. – Про самого… самого Ленина?

– Да все про того же, про Брежнева, – спокойно ответил Андрей. – Хотя могу и про Владимира Ильича рассказать.

– Что-о?!

– Значит, смотрит наш дедушка Брежнев в зеркало и приговаривает: «Ох, я стар… Я стар… Я – суперстар…»

– Вон!! – заорала Мария Игнатьевна, показывая на дверь.

– Еще анекдот напоследок…

– Прекратите!

– Про Владимира Ильича…

– Что-о?!

– Этого Ленина спрашивают: «Когда расстреливать буржуев: до обеда или после обеда?» «Непременно до обеда, – ответил наш добрый Владимир Ильич, – а вот обед отдайте детям».

– Вон!! А то звоню в милицию!

Друзья поспешно вышли из служебного помещения.

– Ну что, – недовольно спросил Антон Андрея, – доигрался?

– А что такого случилось? – не понял Андрей. – И накормили тебя бесплатно, и посидели в женской компании. А ты всё недоволен?

Антон махнул рукой и отвернулся от Андрея.

Нина вышла в коридор и передала записку Андрею:

– Это мой телефон. Звоните.

– Хорошо, – улыбнулся ей Андрей.

– Вы женаты?

Андрей на минуту замялся, потом ответил:

– Да…

Нина расстроилась:

– М-да!.. Как попадется стоящий мужик, так женатый. И куда вы сейчас?

Вася пожал плечами, а Андрей ответил ей:

– То мы не знаем. Мы пытаемся найти свои дома, свое время.

– Ой, вы такой смешной! – хихикнула Нина, играя глазками. – Опять шутите?

– Ничего, – успокоил друзей Андрей, – прорвемся. Всё хорошо, прекрасная маркиза!

– А можно мне с вами попутешествовать? – спросила Нина.

– Вы же на работе?

– А я отпрошусь… Я…

– Нет, мы пока не знаем, куда пойдем. Телефон вы мне дали, я обязательно вам позвоню, – пообещал Нине Андрей, целуя ей руку.

– Ой, вы такой галантный! Ну, точно из Америки!

– Пока. Всё хорошо, прекрасная маркиза, – Андрей попрощался с Ниной и последовал за друзьями.

Друзья не спеша вышли из продуктового магазина. Минуты две они молча стояли у двери, озираясь вокруг.

– Ну, чего делать будем? – грустным голосом спросил Антон.

– Чего? Ходить по улицам.

– Андрей, чего ты все время повторяешь эту издевательскую песенку? – спросил Вася.

– Какую?

– Всё хорошо, прекрасная маркиза!» Зачем?

– А-а!.. Чтоб жизнь казалась веселее.

– Гм, тошно и так… А ты ее поешь.

– Жить стало лучше, жить стало веселей, так, кажется, сказал наш местный тиран? – обратился Андрей к Антону.

Антон покраснел от злости, когда услышал слова друга:

– Хватит! Надоело!

– Надоело? Я только повторил известные всем слова.

– Но ты же издеваешься?

– Я? А хочешь, скажу, как наше время нужно назвать? Тогда тебе приятнее будет слышать, – предложил Андрей.

– Ну? – Антон успокоился и с интересом смотрел на Андрея.

– Жить стало лучше, жить стало красивей. Гламурней.

Антон улыбнулся, похлопал по плечу Андрея:

– Можешь же приятное сказать, когда хочешь!

Андрей тоже улыбнулся и обнял Антона:

– И ты ведь можешь быть улыбчивым и не угрюмым совком.

– Андрей, а эта продавщица Нина с тебя глаз не отводила, – заметил Вася.

– Да, хорошенькая она, – подтвердил Андрей, продолжая улыбаться.

– Ай-ай-яй, а ведь женатый человек, – несколько упрекнул друга Антон.

– Ладно, хватит вам… Я только с ней полюбезничал, – ответил Андрей, – но благодаря мне, моему флирту с ней вы поели.

– Мы? Сам тоже ел.

Друзья медленно пошли по улице, оглядываясь по сторонам. Они шли и не узнавали своего родного города, в котором родились и выросли. Они не находили своих домов, в которых жили, они не могли найти многих новых современных зданий, которые построили уже при них: универсамов, супермаркетов, нового кинотеатра, нового стадиона. Вот только двухэтажное темное здание с надписью «Комитет Государственной Безопасности. Местное отделение города Ижорска» они узнали.

– Ой, глянь, Антон, – толкнул Вася Антона, – контора ФСБ.

– Нет, это написано по-старому, – объяснил Андрей, – КГБ.

– А я помню, – сказал Вася, – и раньше стояло это здание.

Андрей подошел поближе к тихому неприметному зданию и прочел табличку на нем: «Прием граждан с 8 часов до 19 часов».

Антон помрачнел, качая головой.

– Да-а, время приема написано, – усмехнулся Андрей, – а когда ж выдача трупов?

Антон тут же вспылил:

– Ну, знаешь, Андрюш, хорош смеяться надо всем!

– Да ну?

– Да! Хватит! Надоело мне! – заорал Антон, стоя посреди улицы и махая руками от злости.

– Надоело? Так не ходи с нами, – вяло протянул Вася.

– Из-за тебя мы попали в такую нелепую ситуацию, – заметил Андрей.

– Ах, из-за меня?

– А как же, – спокойно ответил Антону Андрей. – Из-за тебя пошли мы в ресторан «Зов Ильича».

– Гм, если бы пошли в другой, сюда не попали? – насупился Антон.

– Ты только не кричи, не бесись, – тихо убеждал Антона Андрей, – успокойся… Ты пойми: значит, судьба такая у нас… Да, судьба нас испытывает…

– Испытывает?

– Да, испытывает…И тебя тоже!

– Зачем?

– Значит, нам надо пройти через такое испытание, понятно, что ситуация нелепая, даже абсурдная, фантасмагоричная.

– Но что ж делать? Жить-то надо…

– Поэтому ты успокойся, Антон, – произнес Андрей, – что-нибудь придумаем…

– Думаешь?

– Конечно. Всё хорошо, прекрасная маркиза! Заметил очень подходящий лозунг у входа в это замечательное учреждение?

Антон прочитал лозунг и слегка улыбнулся.

– Улыбнулся? Значит, понял мою иронию! – обрадовался Андрей. – Как же! Именно на входе в отделение КГБ для нужд нашего многострадального народа висит интересный во всех отношениях лозунг: «Человек человеку – друг, товарищ и брат!».

– Ладно, хватит тебе шутить, – раздраженно сказал Вася, – пошли отсюда подальше.

– Здравое рассуждение, – согласился Андрей.


Глава 6 Медведи, везде одни медведи! | Ностальгия | Глава 8 Высшее дворянское общество