home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава третья

Идите… в баню

Испокон веков на Руси баня была в почёте. В баню ходили после долгой дороги, в баню первым делом вели дорогих гостей, в бане лечились, в бане рожали. Но вот развлекаться в бане, устраивать там застолья — до этого наши предки как-то не додумались, пределом их фантазии было выйти из парной, хлопнуть стопочку под правильную закусочку или всласть напиться чаю.

Но жизнь на месте не стоит, и сегодня баня, а точнее, заморское изобретение — сауна — излюбленное место отдыха, причем не только в интимном кругу. Где, как не в бане можно замечательно расслабиться в компании друзей, да еще с пользой для здоровья? Где можно подлечить сердечко и сосуды и тут же дать им новую нагрузку? Где можно снять стресс и заработать похмелье? Где, наконец, можно повысить работоспособность, чтобы тут же радостно на работу вообще «забить»?

А чем хорош праздник, устроенный в сауне, кроме того, конечно, что это модно, стильно и так далее и тому подобное? Да тем, что он практически мгновенно становится неформальным. Какая может быть формальность, ежели дамы — в купальниках (а иногда только в нижней его части), а мужчины не только без галстуков и пиджаков, но и… ну, ладно.

И обязательного, иногда достаточно нудного сидения за столом сауна не предусматривает. Просто стоят самые разнообразные закуски и всевозможные бутылки, рядом — стопка тарелок, табунок бокалов и рюмок, вилки-ложки. Каждый подходит, берет то, что ему нравится, выпивает-закусывает и снова присоединяется к общему веселью в бассейне и вокруг него. И выбор блюд обычно отменный — от русской кухни до европейской и далее до кавказской с промежуточными азиатскими изысками.

Можно, впрочем, начать торжество в банкетном зале, посидеть для приличия за столом, послушать музыку и тосты, и уже потом предаваться чисто банным радостям. А им на самом деле несть числа: в престижных заведениях классическая финская сауна одновременно работает в режиме русской бани, что автоматически означает сухие веники и набор всевозможных ароматов — для любителей. Более того, вся эта роскошь плавно перетекает в менее известную турецкую баню — так называемый «Хамам». А уж там…

Пилинги, лечебные и общие массажи, ароматерапия и знаменитый мыльный массаж «шативархат» в исполнении профессионального банщика-массажиста. Плюс немаленьких размеров бассейн, специальное помещение для любителей кальяна, пара бильярдных столов, караоке…

В общем, каждый приглашенный легко может найти себе занятие по вкусу и по душе, может быть шикарно одетым, а может обойтись чисто символическими покровами. И все довольны, включая виновника торжества, которому не нужно ломать голову над извечной проблемой: чем занять гостей. Они сами с этой проблемой справляются.

Хотя, если вдуматься, все это можно с чистой совестью счесть еще одной загадкой непознанной русской души. Кому еще, кроме русских, может прийти в голову идея в общем-то коллективной помывки? Кто еще так виртуозно сочетает все мыслимые и немыслимые виды банных услад, плюс караоке с биллиардом? Весь свет обойдешь — такого не найдешь, а в России баня скоро станет достойной заменой ушедших в небытие домов культуры.

В выбранной Артуром сауне все именно так и было: большое помещение, стильный интерьер, русский бильярд, современная аудио- и видеоаппаратура, блюда из ресторанной кухни, холодное разливное пиво, кальян с огромным выбором экзотических Табаков, фирменный чай… А также несколько комнат отдыха с многоспальными кроватями и специальный подиум для стрип-шоу.

Впрочем, стриптизерш Артур не жаловал и в праздничную программу их выступление включать не стал. К тому же здраво рассудил, что после определенного периода достаточно хорошо проведенного времени гости сами могут устроить любое шоу, в том числе и со стриптизом. А на извивающегося у шеста знакомого (или знакомую) смотреть куда занятнее, чем на чужую девицу-профессионалку.

Первоначально все шло четко по задуманному плану. В банкетном зале было пито, едено, текло по усам и в рот попадало. До состояния поросячьего визга дело, правда, не доходило: под рукой был бассейн, где вовремя освежались (или были освежаемы) слишком разрезвившиеся. Кто-то играл в бильярд, кто-то блаженствовал с кальяном, кто-то пел под караоке и даже умудрялся попадать в мелодию.

Сам Артур петь категорически отказался: и так пришлось работать в день рождения, а уж петь в бане… Извините, не та обстановка, не та акустика. К тому же он боялся спугнуть так внезапно замаячившую перед ним удачу: Майя не обманула, приехала, веселилась от души и, похоже, ничего не имела против пылких и настойчивых ухаживаний именинника.

Не отвергала, но и не слишком приближала, то есть кокетничала весьма и весьма умело. Минутами Артуру казалось, что вот-вот можно будет переместиться в одну из комнат отдыха и запереть за собой дверь, но… Но в следующую минуту его обдавали таким ощутимым холодком, что он поспешно отступал на прежние, с большим трудом завоеванные позиции.

— Майечка, может быть, попаримся? — как бы между делом осведомлялся Артур.

— Сидеть в дурацкой шапке и потеть? — скорчила капризную гримаску Майя. — Нет, спасибо, это не для меня. Найди кого-нибудь еще… попотеть.

— В бассейне поплавать?

— Может быть… позже. Купальник…

— Забыла купальник? Сейчас организуем!

— Напрокат, что ли? Я ношеное не надену!

— Пошлю кого-нибудь в магазин.

— Не надо. Я взяла с собой французский купальник. Попозже пойду переоденусь.

— Я могу помочь.

— Переодеваться? Спасибо, я не маленькая, сама справлюсь.

— Ну, может быть, тебе хочется каких-то особых закусок? Или специально для тебя шашлык заказать? Хочешь — из барашка, хочешь — из осетрины, только скажи.

Майя положила свою ладонь на руку Артура и пленительно улыбнулась:

— Ты такой милый. Заботливый. Но мне пока ничего не хочется, я вообще мало ем.

— С такой фигурой, как у тебя, можно не думать о диетах, — с приличной долей лести заметил Артур.

Майя заразительно расхохоталась:

— Чудак, у меня такая фигура именно потому, что я всегда думаю о диете. И не только думаю…

— Может быть, потанцуем? — не сдавался Артур.

— Никто, вроде бы, не собирается.

— Так подадим пример.

— Может быть, позже…

Артур решительно не знал, как перейти к более тесным и близким отношениям. Он был так отчаянно избалован своими поклонницами, прыгавшими к нему в койку не то что по первому слову — по едва заметному приглашающему жесту, что совершенно растерял навыки ухаживания.

А просто взять и пригласить прекрасную Майю к себе домой он побаивался, поскольку реакция у девушки была совершенно непредсказуемой. Могла кивнуть и сказать: «А что, поехали». Но могла и напустить на себя вид сверхцеломудренной весталки и изобразить благородное негодование из-за посягательства на ее честь и моральные устои. А могла — хуже этого представить себе было невозможно — и на смех поднять, причем при всем честном народе.

Артур мысленно собрался, перестроился и начал новую атаку на неприступную крепость.

— Неужели ты не видишь, что я уже несколько месяцев только о тебе и думаю?

— Как, интересно, я могу видеть твои мысли? — с издевкой спросила Майя. — Я актриса, а не экстрасенс.

— Я два раза посылал тебе приглашения где-нибудь посидеть вечерком вдвоем. Ты даже не ответила.

— А ты представляешь себе, что такое работа на телевидении? Это же ад кромешный! Мне иногда причесаться некогда, не то чтобы прохлаждаться целый вечер.

— Значит, мне сегодня невероятно повезло! — подхватил Артур благодатную тему. — Ты нашла для меня время.

— Наконец-то осознал, — кокетливо улыбнулась Майя.

— Значит, я тебе все-таки не безразличен!

— Не совсем.

— Что — не совсем?

— Не совсем безразличен. Только… я не люблю толпу.

— Я тоже! Давай бросим их всех и сбежим отсюда.

— Не в этом смысле. Вокруг тебя всегда толпятся обожательницы, я боюсь затеряться среди них.

— Ну, уж ты-то нигде не затеряешься, — искренне засмеялся Артур. — Даже на демонстрации.

В ответ Майя одарила его почти нежным взглядом, от чего Артур окончательно потерял голову и решил сегодня во что бы то ни стало добиться благосклонности капризной красавицы. Только как это сделать, он понятия не имел.

Оставалось положиться на волю случая, а основные усилия сосредоточить на комплиментах, к которым Майя, как и большинство женщин, была очень даже небезразлична. Так что последующий час Артур заливался соловьем, сравнивал Майю со всеми цветами, какие только мог вспомнить, а также с драгоценными камнями, звездами, планетами и так далее и тому подобное.

Результаты были, конечно, но не сопоставимые с затраченными усилиями. Майя охотно принимала комплименты, розовела, смеялась, пила шампанское за здоровье именинника и за свое собственное здоровье, но… Но не делала и не говорила ничего такого, что можно было бы расценить как согласие пойти на дальнейшее сближение.

И тут Артура осенило: нужно не ходить вокруг да около, а сразу брать быка за рога. Сделать… ну, не формальное предложение, а как бы символическое. Ведь за границей принято устраивать помолвки, а потом объявленные женихом и невестой могут в таком состоянии хоть десять лет проходить. Сразу говорить о свадьбе — глупо, да и не готов он. А вот об обручении…

Только чем обручаться? Кольцо он припасти не догадался, да и не знал, какого размера нужно покупать. Кроме того, понятия не имел, какие именно ювелирные изделия жалует красавица. Кто предпочитает традиционное золото, кто — новомодное белое, кто — пока еще экзотическое красное. Не угадаешь…

И с камнем как бы не влететь в неловкую ситуацию. Теперь ведь все помешались на связи драгоценных камней со знаками Зодиака, да еще обязательно нужно, чтобы камушек соответствовал какой-то там ауре. Бриллиант, конечно, вариант беспроигрышный, но время для бриллиантов пока не настало.

На всякий случай Артур решил забросить своего рода пробный камень (пардон за невольный каламбур):

— Майя, а у тебя когда день рождения?

— В декабре. А что?

— Просто интересно, кто ты по гороскопу.

— Стрелец, — с явной гордостью сообщила Майя. — Очень яркий знак красоты и удачи. У меня все зодиакальные прогнозы всегда совпадают, я типичный Стрелец, без примеси.

Артуру вдруг вспомнилось, как одна из его мимолетных пассий, рассказывая о ком-то, с ужасом произнесла:

— Понимаешь, он — Стрелец, а это не знак, а уже диагноз.

Почему это диагноз, Артур тогда так и не понял, но уяснил, что Стрелец — личность очень непростая и общение с ним должно быть крайне аккуратным. Иначе может произойти взрыв с неуправляемой цепной реакцией и — «кто не спрятался, я не виноват».

И еще Артур припомнил где-то прочитанный им шутливый гороскоп, в котором говорилось, что девиз Стрельцов — «Красота спасет мир». Все бы ничего, только красотой они считают себя, любимых, и ведут себя соответственно.

Впрочем, гороскопы — полный вздор, сколько он, Артур, их ни читал — ни одно предсказание никогда не сбылось. И описание его знака — Тельца — совершенно самому Артуру не подходило, уж скорее были все черты Льва. Так что звезды штука таинственная и ненадежная, полагаться на них совершенно бессмысленно. И все же, если Майя в это верит (а, похоже, верит на полном серьезе), то стоит попытаться сыграть на этой струнке.

— А какой у тебя камень-талисман? — как бы невзначай осведомился Артур.

— Бирюза, — гордо ответила Майя. — Всего-навсего бирюза, но она мне всегда приносит удачу.

Вот это было уже что-то конкретное, породившее у Артура мысль о некой экстравагантной возможности. Да, пожалуй, именно так и нужно будет поступить. Красиво, романтично и, главное — точно в яблочко. Майя должна оценить это по достоинству.

Но мысль не успела принять конкретные очертания. Майя вдруг заявила, что совсем не прочь окунуться в бассейн, раз уж есть такая возможность, и посему пойдет надевать купальник. Артур, естественно предложил свою помощь, которая — столь же естественно, — была отклонена.

Правда отказ сопровождался кокетливой улыбкой, что давало повод надеяться на новые, более благоприятные возможности в дальнейшем.

Минут через пятнадцать Майя вернулась — еще более ослепительная, чем была до этого. Алое вечернее платье, весьма соблазнительно ее облегавшее, сменил белоснежный купальник, являвший еще более соблазнительное зрелище. Открытые золотые туфельки а-ля греческие сандалии на высоченном каблуке подчеркивали стройность точеных длинных ножек, а пышные каштановые локоны, ранее прихотливо разбросанные по плечам, были высоко подняты вверх и там закреплены.

Девушка, по-видимому, сама понимала, насколько невыносимо-прекрасной была, поэтому решила не лишать публику удовольствия еще некоторое время собой полюбоваться и вернулась к столу. А чтобы не разить совсем уж наповал, накинула поверх купальника газовый широкий шарф радужной расцветки.

— Ты, похоже, решила совсем свести меня с ума, — восхищенно заметил Артур.

— Это возможно? — кокетливо прищурилась Майя.

— Что значит «возможно»? Я уже давно от тебя без ума.

— И до сих пор это удачно скрывал.

— Скрывал?! Я??!! — с искренним негодованием завопил Артур. — Да я весь вечер тебе только об этом и говорю.

— Что-то сомнительно.

— Я могу доказать.

— Да? Интересно, чем?

— Не чем, а как, — с загадочной улыбкой произнес Артур.

Мысль, доселе никак не принимавшая четких очертаний, вдруг сверкнула перед ним во всем своем блеске. Артур вскочил со стула и поднял руку, призывая всех присутствующих ко вниманию. Но поскольку многими этот жест остался незамеченным, схватил нож и застучал им по хрустальному фужеру. Фужер с мелодичным звоном рассыпался на мелкие дребезги и наступила желаемая тишина.

— Народ, ша! — хорошо поставленным эстрадным голосом произнес Артур. — Прекрасная дева не верит в серьезность моих чувств. Прошу всех быть свидетелями. Предлагаю Майе руку и сердце. Объявляю: здесь сейчас произойдет помолвка… если Майя согласна стать моей женой… со временем.

На красивом лице Майи даже человек, далекий от физиономистики, мог прочесть целую гамму последовательно менявшихся чувств.

Торжество: «Ага, и этот попался!».

Сомнение: «В мужья-то годится ли? Или не вполне?».

Нерешительность: «А если завтра найдется кто-то получше? Или вообще с этим красавчиком-певцом не заладится?»

И наконец, озарение: «Помолвка еще не брак, можно потом и послать…»

Хорошо отрепетированным движением актриса протянула Артуру гибкую руку к сказала с приличествующими случаю интонациями: волнением, смущением, тщательно скрываемым, но рвущимся наружу счастьем:

— Наверное, это судьба…

Рука недвусмысленно ожидала подобающего случаю украшения: безымянный пальчик был ненавязчиво отставлен чуть-чуть подальше от остальных. Гости замерли в предвкушении блеска бриллианта, первого публичного поцелуя, ну, и всего прочего, что полагается в подобных случаях. Но сценарий действия оказался гораздо более оригинальным.

— Я не буду надевать тебе кольцо, дорогая, — это банально — с должным пафосом объявил Артур. — Я подарю тебе старинную семейную реликвию — серебряный браслет с бирюзой…

— С бирюзой?! — ахнула Майя.

Правильный выбор драгоценного камня лучше всяких слов убедил ее в серьезности намерений новоявленного жениха. И еще он откуда-то узнал, что браслеты она предпочитает всем остальным ювелирным украшениям… Невероятно.

— Да, разумеется, с бирюзой, с чем же еще? Но у этой семейной реликвии есть еще одно чудесное свойство. Женщина, которая его наденет, никогда не сможет изменить мне или уйти от меня. Мы будем связаны этим браслетом на всю оставшуюся жизнь.

У Майи даже не возникло вопроса, а что будет, если изменить или уйти захочет Артур, настолько она была поражена эффектностью и красотой разворачивающейся сцены. Хотя… вряд ли бы этот вопрос вообще пришел ей в голову: красавицы совершенно искренне считала, что мужчина, раз попавший под власть ее чар, останется их смиренным рабом до гробовой доски.

Артур поистине королевским жестом надел браслет на руку Майи, которая приняла дар с не меньшим достоинством. И грациозно качнулась в сторону Артура, чтобы традиционным поцелуем закрепить состоявшуюся помолвку. Жених ее ожиданий не обманул: поцелуй был долог, сладостен и прекрасен.

Только Артур мельком подумал, что вряд ли благодетель погладит его по головке за то, что он решился на такой важный шаг, как помолвка, без «высочайшего соизволения». Но заранее переживать неприятности он, во-первых, не привык, а во-вторых, как обычно отмахнулся от грустной мысли и предпочел сосредоточиться на упоительных ощущениях текущего момента.

Восторг присутствующих описанию не поддавался. Все начали проталкиваться поближе к счастливой паре, чтобы лично поздравить, чокнуться, а главное — поближе рассмотреть невесть откуда взявшуюся семейную реликвию с такими мистически-жутковатыми свойствами.

Засверкали вспышки мобильных телефонов с фотоаппаратами, и Майя тут же остро пожалела, что торжество происходит в узком кругу, совершенно без прессы. Вот была бы сенсация в завтрашних газетах! А так… оставалось только надеяться, что кто-то из гостей догадается выложить самодельные снимки с комментариями в Интернет. Хоть какая-то польза будет для саморекламы.

А любопытство присутствующих никак не унималось.

— Ой, Майя, покажи подарок!

— Майечка, дай посмотреть…

— Майя, поверни руку так, чтобы я браслет мог сфотографировать!

— Слушай, дай примерить…

— Ой, какие у змеи глазки злые, просто живые!

— С ума сойти, до чего эффектно!

Минут через пять героине дня надоело сидеть в буквальном смысле слова «с протянутой рукой», которую к тому же вертели, как хотели, уже даже для приличия не спрашивая на то разрешения хозяйки.

— Да ну вас совсем, — томно пропела она с капризной гримаской. — Вот вам браслет, смотрите на здоровье, а я пока поплаваю.

Она сняла безделушку и тут же ойкнула. На запястье у нее остались узкая красная полосочка и несколько капелек крови. Майя острым, как у кошки, язычком, слизнула кровь и предложила Артуру:

— Освежимся?

И, не дожидаясь ответа жениха, побежала к бассейну, чтобы очень изящно, почти профессионально нырнуть. Артур замешкался: как-то неловко было на виду у всех снимать брюки и рубашку, а переодеться одновременно с Майе он не сообразил.

— Кусается гадючка-то, — пошутил кто-то тем временем.

А кто-то более осведомленный подхватил:

— Да не гадюка это, а гюрза. Точно знаю, я такую в Египте как-то живьем видел у местного фокусника. Сделано отлично, даже чешуйки выделаны все до единой. Гюрза с бирюзой.

В этот момент со стороны бассейна раздался душераздирающий женский визг. Все бросились туда. Визжала какая-то девица с искаженным и побелевшим от ужаса лицом. В ответ на недоуменные взгляды собравшихся она смогла лишь дрожащей рукой указать в направлении бассейна…

Зрелище действительно было жутковатое: там лицом вниз на поверхности воды неподвижно плавала Майя, не подавая никаких признаков жизни…

Артур, не раздумывая, бросился в бассейн, его примеру последовала еще пара гостей и через несколько минут красавицу-актрису вытащили из воды и положили на бортик. Впрочем, красавицей ее сейчас можно было назвать с большой натяжкой: лицо Майи, синевато-белое, было зловеще искажено судорогой.

— Утонула! — ахнул кто-то.

— Нужно искусственное дыхание, — тут же нашелся доброволец.

Но его героические усилия вдохнуть жизнь в неподвижное тело оказались тщетными.

— «Скорую» вызывайте! — истерически завопила какая-то девица.

— Уже вызвали, едет, — успокоили ее.

— Милицию надо бы, — не слишком уверенно предложил еще один из гостей.

— Это еще зачем? — огрызнулся Артур, не вполне еще осознавший трагизм происшествия. — Ее же не убили.

— Все равно… вроде бы положено… при несчастном случае.

— А если положено, то со «скорой» вызов передадут.

— Хватит базарить! — завопил окончательно потерявший голову Артур. — Что-то надо делать!

Увы, что именно нужно делать, сам он представлял себе весьма смутно. Мысль о том, что нужно позвонить Валентину Антоновичу, как всегда бывало в трудных случаях, Артур сразу же отогнал: третья потерпевшая в его окружении за несколько часов — это уже слишком для благодетеля. Тут же опять некстати вспомнилась утренняя девица… Да что же это происходит, черт возьми? День рождения, называется… Отпраздновали, называется… В узком кругу, понимаешь ли!

А может быть, все-таки позвонить благодетелю? И тут Артур с опозданием сообразил, что вообще никому не может позвонить, поскольку кинулся в воду, как был, а мобильник лежал в кармане брюк. Вряд ли нежное устройство выдержало купание. На всякий случай, Артур телефон достал…

Только для того, чтобы убедиться: пятьсот кровных баксов пропали. Было похоже, что мобильник просто пропитался водой, как губка. Какие уж тут звонки!

В сторону Майи он уже боялся смотреть, потому что понимал: произошло непоправимое. Но понимал также, что не испытывает горечи от утраты любимой, поскольку… еще просто не успел ее полюбить. Да, сделал предложение, точнее, сделал эффектный жест. Но, может быть, и к лучшему, что она…

На этой крамольной мысли Артур споткнулся и мысленно обозвал себя не самыми хорошими словами. Но сути дела это не меняло: Майя, судя по всему, действительно утонула. Нелепый, трагический несчастный случай, аннулировавший, тем не менее, только что состоявшуюся помолвку с вручением браслета…

А где, кстати, браслет?

Артур посмотрел на столе, за которым они еще каких-то десять минут назад так беззаботно пировали — ничего. На всякий случай заглянул под стол — тоже пусто, если не считать нескольких опорожненных бутылок. Куда могла задеваться эта чертова безделушка?

— Что-нибудь потерял, старик? — осведомился один из его многочисленных приятелей, который под шумок продолжал отдавать должное выпивке и закуске.

— Браслет пропал, — сквозь зубы процедил Артур.

— Это змеючка-то? Так ее Галка утащила. Вон она, с двумя подружками, видишь? И браслет на ручонке.

Артур подскочил к девушке, на которую ему указал приятель и завопил:

— Отдай браслет, мародерка!

Девичья троица, до этого с упоением обсуждавшая кошмарное происшествие, дружно взвизгнула от неожиданности и шарахнулась в сторону.

— Отдай браслет, — стиснув зубы, повторил Артур Галине.

— Артик, ну, это же женская побрякушка, — заканючила Галина. — А Майке она уже вряд ли понадобится…

— Это семейная реликвия! — загремел Артур, похоже, сам уверовавший в сочиненную легенду. — Я не собираюсь дарить ее кому попало!

— А-а-ртик…

— Последний раз предупреждаю!

Галина достаточно хорошо знала характер Артура, поскольку разочек испытала уже на себе его гневный припадок. А посему предпочла не рисковать собственным здоровьем и целостью личика.

— Да подавись ты своей змеюкой! — огрызнулась незадачливая экспроприаторша.

Сдернула украшение с руки и… вскрикнула. На запястье у нее тоже появилась кровоточащая маленькая царапина. Как и у Майи…

Через несколько минут все увидели, как розовое девичье личико стремительно синеет, искажается зловещей судорогой. Обмякшее тело рухнуло на пол. Тут уж не приходилось гадать, утонула или не утонула девушка, и делать искусственное дыхание никто не пытался. Чуть ли не все присутствующие в едином порыве стали набирать на своих мобильниках заветные две цифры — 03.

И именно в этот момент в помещении появилась бригада «Скорой помощи», вызванная к Майе. Таинственное недомогание, поразившее молодую женщину в бассейне элитной сауны — это не внезапно подскочившее давление у старушки-пенсионерки в собственной квартире. Медики, можно сказать, примчались, сломя голову.

Увы, это уже оказалось бесполезным. Через несколько минут врач, осматривавший Майю, так и лежавшую на полу, выпрямился и сказал три роковых слова:

— Мертва. Остановка сердца.

— Сделайте электрофибриляцию, — предложил кто-то из гостей, явно насмотревшийся сериалов о героических медиках, которые оживляли практически любые трупы.

Врач смерил советчика не слишком приязненным взглядом и махнул рукой:

— Поздно, а потому бессмысленно.

— Неужели ничего нельзя сделать? — в совершеннейшем расстройстве закричал Артур, который подсознательно все-таки надеялся на более благоприятный поворот событий.

— В таких случаях говорят «медицина бессильна», — развел руками врач.

— А в таких? — указал Артур в сторону Галины, только что вспомнив про второе загадочное происшествие.

Тут уж изумился даже видавший виды многоопытный врач «скорой». Он торопливо подошел к распростертой на одном из диванчиков Галине (ее как-то догадались переложить туда с пола), осмотрел ее и спросил:

— Как это произошло?

— Внезапно, — всхлипнула одна из девушек. — Мы разговаривали, вдруг она побелела и… и упала. Вот так, ни с того, ни с сего.

— Выпила много?

— Не больше остальных. И вообще была здоровая, как лошадь.

Вот тут-то врач и сказал фразу, ошеломившую всех присутствующих:

— Я вызываю милицию.

— Зачем? — с неподдельным ужасом откликнулось сразу несколько голосов.

— А затем, что если в первом случае сердце могло внезапно остановиться из-за резкого прыжка из теплого помещения в прохладную воду…

— Это бывает? — с трудом сохраняя остатки хладнокровия спросил Артур.

— Редко, но случается, — пожал плечами врач. — Так вот, если первый случай хоть как-то объясним, то второй мне решительно непонятен. Та же остановка сердца только без видимых причин. А два трупа в одном месте за очень короткий отрезок времени…

— Нас всех арестуют? — ахнула какая-то девушка.

— Вопрос не по адресу, — отозвался врач. — Пострадавших не били, не душили, не наносили ударов режущими и колющими предметами — это очевидно. Но все остальное надлежит установить путем вскрытия и экспертизы. Короче, без милиции я ничего уже делать не могу и не буду.

— А что вы можете? — зло осведомился Артур.

— Могу предложить версию обширного инфаркта. Картина похожая. Но все остальное… Вскрытие и только вскрытие, причем после того, как тут поработает милиция.

Артур опустился на ближайшую горизонтальную плоскость, оказавшуюся журнальным столиком, и обхватил руками голову. Да что же это за день такой?! И как все это отразится на его карьере, если пронюхают журналисты?

А они пронюхают, в этом можно было ни капельки не сомневаться. Четыре молодые девушки умирают в один день от остановки сердца. И все четверо непосредственно перед смертью общались с ним, Артуром. Никому дела не будет, что он ни одну из них пальцем не тронул — раздуют сенсацию до небес, создадут нового «серийного убийцу-маньяка». Только такого подарка ему ко дню рождения и не хватало…


Глава вторая Закулисные страсти | Гюрза с бирюзой | Глава четвертая Убийство или случайность?