home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава десятая

Пить надо меньше

Положение у Сергея, конечно, оказалось хуже губернаторского. Не признать меня он не мог: наша рекламная контора весь этот год плотно работала с его фирмой и основная часть контактов с самим Сергеем осуществлялась именно мною. Признать меня он, кажется, побаивался: возможно, Олег по телефону уже сообщил ему скорбную весть о моей кончине. В общем, почти патовая ситуация, из которой Сергей выбрал все-таки наиболее цивилизованный способ.

— Виктория! — воскликнул он с наигранным энтузиазмом. — И вы здесь. Простите, не сразу узнал: вы так похорошели, посвежели, помолодели.

— Это только начало, — пообещала я и представила Сергея Исмаил-бею.

Его приятель, судя по всему английским не владевший, не очень внятно представился и довольно быстро сбежал, сославшись на неотложные дела. Возможно, он тоже был несколько в курсе событий (то ли в деле, то ли в доле) и мгновенно сообразил, что слухи о моей трагической кончине явно преувеличены, это во-первых. А во-вторых, он мог знать, в каких конкретно отношениях мы находились с Олегом и был ошарашен тем, что я оказалась в ресторане с совершенно другим кавалером.

Когда выяснилось, что Сергей тоже только-только успел сделать заказ, Исмаил-бей пригласил его за наш столик, дал соответствующие указания официантам и помог мне разобраться с меню. Я не совсем понимала, зачем ему понадобился мой деловой знакомый, но уже неоднократно имела возможность убедиться: просто так этот человек не делал ничего и никогда.

Сергею явно не терпелось узнать у меня хоть что-нибудь об Олеге, но присутствие Исмаил-бея делало это затруднительным. Наконец, он нашел, как ему показалось, совершенно гениальный ход:

— Вика, помните Олега, с которым вы познакомились у меня на фирме? Что-то около года назад.

— Конечно, помню, — с легкой насмешкой ответила я. — Разве он вам обо мне ничего не говорил?

— О чем?

— Ну… о том, что мы время от времени видимся. И сюда, в Кемер, меня Олег пригласил отдохнуть.

— Ну да, ну да, конечно… В смысле, конечно говорил, но я как-то не связал… И потом слух был странный…

— О чем, если не секрет?

— Кто-то говорил, что вы разбились в авиакатастрофе. Это правда.

— Вдребезги разбилась, — сухо ответила я. — Вы же видите. А что привело сюда вас?

— Мы с супругой решили отдохнуть. Заодно порешать с Олегом кое-какие деловые вопросы.

— Уж не с недвижимостью ли?

— Так вы в курсе? — страшно изумился Сергей.

— Отчасти. Буквально краешком. Только лично я вам в это ввязываться не советую. А уж если вы так загорелись этой идеей, то в первую очередь вам нужно поговорить с уважаемым Исмаил-беем. Без его одобрения в этом городе кошка чихнуть не может, а не то, чтобы недвижимость приобретать.

— Исмаил-бей?

— Ваш покорный слуга, — чуть приподнявшись поклонился Исмаил-бей. — Все вопросы с недвижимостью решаются в моем офисе. Прошу — вот карточка, на ней я пишу фамилию того, с кем вам нужно побеседовать.

— А вы?

— А я курирую дело в целом. Мелочами не занимаюсь.

— Спасибо огромное, Исмаил-бей. Значит, Олег тоже с вами имеет дело.

— Имел, — безмятежно ответила я, отпивая глоток терпкого красного вина. — Но слишком поздно.

— В каком смысле?

— А в том, что начал не оттуда, не так и не совсем законно. Точнее, совсем незаконно.

Бедняжка Сергей хлопал глазами и никак не мог въехать в ситуацию. Почему я здесь не с Олегом он еще мог понять: любовные отношения дело тонкое, часто рвутся. Но о том, что у Олега, мягко говоря, неприятности, он, судя по всему, еще и не догадывался. Только начал понимать, что неприятности серьезные.

— А где сейчас Олег, вы не знаете? — осторожно спросил он.

— Знаю, — небрежно ответила я. — В тюрьме.

— Не смешно, Виктория. Он совсем недавно звонил мне из Анталии, подтвердил нашу встречу.

— А я и не смеюсь. Он в местной тюрьме.

— Господи, за что?

— Мелочь какая-то: два заказных убийства, попытка третьего, махинация с бумагами и, кажется, еще контрабанда. Есть подозрение на заказ третьего убийства, но от этого Олег категорически отказывается.

На лице Сергея ясно читались сомнения в моей умственной полноценности. Он то открывал рот, чтобы что-то сказать, то снова закрывал его. Если его что-то и убедило в моей серьезности, то выражение лица Исмаил-бея: тот глядел серьезно и чуть печально. Потом он, по-видимому, принял какое-то решение и спросил:

— А… Анна?

— Какая Анна? — недоуменно поднял брови Исмаил-бей.

— Ну… у него была многолетняя подруга… очень близкая… он с ней собирался тут отдохнуть.

— Что-то я запутался, Сергей-бей, — покачал головой Исмаил-бей. — То вы говорили, что ваш друг собирался отдыхать здесь с Викторией-ханум, а теперь вспоминаете про какую-то Анну. Вам это не кажется странным?

— Ну, я, наверное, не так выразился. С Викой у них тут были какие-то дела, а с Анной… Ну, тоже, конечно, дела, но, понимаете, муж Анны — он деловой партнер Олега.

— Что ж тут непонятного? — пожала я плечами. — Очень даже объяснимо по-человечески: муж — партнер по бизнесу, жена — по койке. Как говорится, два в одном флаконе. Удобно. И я, что совершенно естественно, в этот расклад плохо вписывалась. Вот я из него и выписалась — для всеобщего удобства. Кстати, третье убийство — это именно Анны. Ее застрелили с крыши дома напротив, пока она принимала солнечную ванну. Похоже, бедняжка так и не успела ничего понять, умерла счастливой.

— Но почему вы не улетели в Москву? То есть вы же на самом деле улетели…. Ничего не понимаю.

— Передумала. Как Примаков — развернула самолет над морем. Решила здесь отдохнуть. А поскольку Олег тут с дамой, не стала его об этом не информировать. В конце концов, это мое личное дело, не так ли?

— Так вы точно знаете, что Олег в тюрьме?

— Точнее не бывает, сама с ним там разговаривала. Ему деньги нужны на адвоката и все такое. Даже не знаю, как он будет выкручиваться: звонить в Москву жене и во всем ей каяться? Так ему после ее вмешательства любой каземат райским уголком покажется.

— А когда вы собираетесь вернуться в Москву?

— Через недельку, наверное. Отпуск-то заканчивается, увы!

— Имейте в виду, у меня на вас очень большие бизнес-планы…

Сергей осекся под моим укоризненным взглядом. Получалось так, что строил планы по отношению к женщине, которую считал уже покойной. То есть человек перестраивался не просто на ходу, а прямо на моих изумленных глазах.

— То есть были большие планы, а потом я узнал… Но если с вами все в порядке, значит, будем продолжать наше плодотворное сотрудничество. После отпуска я вас жду для предварительных переговоров.

— А когда вы собираетесь в Москву?

— Теперь уж даже не знаю, новостями об Олеге и его подруге вы меня просто убили. Поговорю с женой, пусть она решает. Может быть, махнем на недельку на Кипр.

— А с Олегом вы встречаться не собираетесь?

Сергей замялся. Встречаться с Олегом ему явно не хотелось. Одно дело — богатый, преуспевающий друг, у которого «все схвачено, за все уплачено», и совсем другое дело — преступник за решеткой, да еще в иностранном государстве. Вдруг потребуется залог — а кто платить будет?

А в какой он тюрьме? — потянул время Сергей.

— Здесь на весь город — одно полицейское управление, при нем и тюрьма, мест на пять-шесть. Так, перевалочная база. Скорее всего, Олега не сегодня-завтра переправят в Анталию, вот там все, как у больших. И киллера, которому он убийства заказывал — тоже.

— Так его поймали?!

— Буквально на месте преступления. И он уже успел дать вполне внятные показания: кого, где, кто руководил процессом. Анны правда ему не Олег заказал, а какая-то дама в Санкт-Петербурге. Дала только аванс, так что остальные деньги этот бедолага вряд ли получит. Подозреваю, что «заказать» Анну мог один-единственный человек: жена Олега. Мотивы для этого были только у нее. Ну, может быть, и у законного мужа, между своими чего только не бывает, но мужа пристрелил тот же киллер и заказ ему дал как раз Олег. Вряд ли супруга Олега будет настолько глупа, чтобы являться сюда и срочно спасать любимого мужа из узилища, если ее самое тут же могут в каталажку упечь.

— Пожалуй, я сначала посоветуюсь с женой, — выдавил из себя, наконец, Сергей. — Речь может пойти о залоге, а я такие финансовые дела самостоятельно не решаю…

Как удобно иногда быть женатым! Даже если супруга ничего не смыслит в делах мужа и вообще понятия не имеет, чем он там на службе занимается. Даже когда этот самый муж терпеть не может, когда бабы лезут не в свое дело.

И тут, наконец, в разговор вмешался Исмаил-бей, которому все это, по-видимому, уже изрядно наскучило:

— Если вы собираетесь приобретать какую-то недвижимость в Кемере — не советую. Скоро будет принято решение о том, что такой формой собственности может здесь владеть только местный уроженец. Конечно, — предупредил он следующую реплику Сногея, — возможно и подставное лицо, но это очень хлопотно и может тоже обернуться неприятностями. Понимаете, в такой глухой провинции, как наша, чужаков не терпят.

Я решила, что теперь они прекрасно обойдутся без меня и перенесла внимание на восхитительный ростбиф, приготовленный именно так, как мне хотелось, и на мой любимый салат. Решимость Сергея как-то зацепиться в Кемере таяла на глазах, и когда мне принесли мороженое, вопрос был принципиально решен: Сергей с супругой уезжают на Кипр, отдыхают там столько, сколько сочтут нужным, а в Москве свяжется со мной и мы продолжим наше деловое знакомство.

— Только учтите, — сказал Исмаил-бей, — сразу после отпуска Виктория-ханум перейдет работать в другое место. Я хочу, чтобы она была старшим менеджером и моим личным представителем в головном офисе «Рамстора» в Москве.

— А наши планы? — слабо вякнул Сергей.

— Ну, я же не единственный специалист в компании, — пожала я плечами. — С вашей фирмой будет работать кто-то еще, вот и все.

— Какая жалость, — пробормотал Сергей.

— В каком смысле? Вам жаль, что я ухожу с повышением не только в должности, но и в окладе? Конечно, не в деньгах счастье, но иногда — в их количестве.

— Ну тогда я очень рад за вас, — подытожил Сергей. — К сожалению, мне пора. Где наш официант?

Исмаил-бей мягко положил руку на плечо Сергея.

— Вы мой гость, Сергей-бей. Не беспокойтесь о счете.

Судя по всему, Сергей находился в шоковом состоянии, потому что даже не поблагодарил Исмаил-бея за любезность и как-то очень невнятно попрощался с нами. Еще бы: такая яркая новость, да не одна, а в комплекте, кого угодно с ног собьет. Едешь отдыхать и заодно поправить свой бизнес, а в результате чуть не вляпываешься в уголовку. Так что Сергея я понимала и где-то даже немного сочувствовала.

— А я ведь только сейчас узнала, кем вы намерены принять меня на работу, — сказала я Исмаил-бею. — Старший менеджер — это еще более или менее понятно. А вот про личного представителя объясните, пожалуйста, поподробнее.

— Допустим, я захочу узнать, что конкретно происходит в том или другом магазине нашей сети. Я прошу вас все узнать, и после того, как вы соберете необходимую информацию, мы с вами встретимся где-нибудь за пределами России. В каком-нибудь более теплом и комфортном месте.

— Например, на Ривьере, — не без сарказма сказала я.

— Например, там, — покладисто согласился Исмаил-бей. — Или в Париже, Риме, Лондоне, Нью-Йорке, Стамбуле. Словом там, куда меня в тот момент призовут дела.

— А если вам такая информация какое-то время не нужна?

— То вы занимаетесь рекламной стороной «Рамстора», Тут у вас — карт-бланш, заключайте какие хотите договоры, проводите рекламные компании, заказывайте всякие газеты-буклеты. Да вы сами знаете это не хуже меня, а может даже лучше.

— Рабочий день, естественно, ненормированный, — раздумчиво сказала я.

— Начало фиксированное, час установите сами. Ну, а там уж сами решите, сколько и где вам проводить времени: весь день в офисе или полдня в салоне красоты.

— И за все это — три тысячи долларов, — покачала я головой. — Сказка. Такое только во сне может присниться.

— Плюс машина с шофером круглосуточно в вашем распоряжении. Плюс телохранитель.

— А это-то зачем? — изумилась я.

— Вы переходите в другую лигу, дорогая Фэриде. И поэтому просто обязаны иметь телохранителя, так же, как кабинет с комнатой отдыха, и годовой абонемент в спортивный клуб.

— А если я не справлюсь?

— Справитесь, — уверенно заявил Исмаил-бей. — Я крайне редко ошибаюсь в людях, а с вами знаком — и довольно близко — уже несколько дней.

— Нет, ну а все-таки?

— Если не справитесь, я на вас женюсь.

Н-да, это — серьезное наказание, придется вкалывать не за страх, а за совесть. Впрочем, в таких условиях и за такие деньги, да в моем, прямо скажем, уже не юном возрасте, не справиться с задачей может только дебилка или бездельница, а я себя ни к той, ни к другой группе граждан не относила. Значит, справлюсь. В самом худшем случае салатику на свадьбе поедим.

После ресторана Исмаил-бей предложил вернуться домой и хорошенько отдохнуть перед завтрашней поездкой в горы на водопады. Должна сказать, что отдохнуть мне бы точно не мешала: еще никогда в жизни я не проводила свой отпуск так бурно. И никогда в жизни так хорошо не выглядела: дорогостоящие мастера превратили заурядную смазливую девицу в ухоженную, блистательную молодую женщину. Впрочем, другой рядом с собой Исмаил-бей вряд ли стал бы терпеть, он привык получать только самое лучшее и получал это.

Два часа спустя после массажа и расслабления в бассейне я отдыхала на террасе рядом с Исмаил-беем. Вид оттуда завораживал меня, как в самый первый раз. Огоньки городка — слева, огоньки пристани и причала с яхтами, над головой — бескрайнее южное небо, усеянное бриллиантовыми звездами. В саду оглушительно пели цикады и вообще вокруг имел место самый что ни есть настоящий земной рай. Во всяком случае, если рай и существует, он, наверняка, во многом похож на все это великолепие.

Значит, теперь я буду важной дамой, разъезжать на машине с шофером и телохранителем, куплю себе новую квартиру и забуду все неприятности, как кошмарный сон. Три тысячи в месяц — это же с ума сойти, какие деньги!

Из моей прелестной головки начисто выветрилась последняя здравая мысль, что за все надо платить, а бесплатный сыр бывает только в мышеловке. И только на следующий день, после дивной, упоительной и так далее ночи, пока я вкушала утренний кофе в одиночестве, так как Ибрагим-бей вынужден был рано уехать по делам, меня ледяной иглой пронзило озарение: я добровольно, с широко… закрытыми глазами лезу в мафиозную структуру.

Ведь и Олегу я была нужна, как курьер, посредник, коза, так сказать, отпущения. Теперь я поднимаюсь на несколько шагов выше и становлюсь помощницей куда более крутого и богатого человека. Но при всей крутизне и богатстве, полицейские не стали бы так перед ним стелиться, да и он не стал бы фактическим хозяином Кемера и немалой части Анталии, если бы все свои дела проворачивал исключительно честно и строго в рамках закона.

Если я дам понять, что разгадала расклад и в такие игры играть больше не хочу, то слухи о моей смерти мгновенно стали бы абсолютной правдой. Избавиться от меня так, чтобы никаких концов не нашли вообще — для Исмаил-бея проще, чем мне выкурить сигарету. Да и слышала я где-то, что войти в эти структуры довольно легко, а вот выйти из них практически невозможно, только ногами вперед.

Значит, выбор у меня невелик: делать так, как велит Исмаил-бей. В конце концов он уже заплатил мне более, чем щедро, фактически обеспечил меня на всю оставшуюся жизнь. А уж насколько она окажется долгой, одному Богу известно. Ну, может быть, еще и Аллаху.

Да что в самом деле задумываться о том, какое у меня будущее? Лучше уж прожить оставшуюся жизнь так, чтобы не было мучительно потом о ней вспоминать. Сегодня поедем на водопады, а ужинать будем где-то на обратном пути потрясающими, как меня заверили, шашлыками. Потом мне обещали еще одну прогулку на яхте. И чтобы при всем этом, да жить благонамеренной и законопослушной гражданкой… да не бывает такого по определению! Нельзя иметь все сразу, сколько раз повторяю.

Я прикрыла глаза и стала думать о более приятных вещах. Например, о том, какую квартиру купить на свой выигрыш в казино, какой в ней сделать ремонт и какую поставить мебель. Наверное, я задремала, потому что уже как бы оказалась в этой новой квартире, выдержанной в золотисто-коричневых и лиловато-серых тонах…

— Вика, — услышала я откуда-то издалека незнакомый голос. — Виктория!

— М-м-м? — вопросительно протянула я, не открывая глаз.

— Прилетели, сели уже, скоро нужно из самолета выходить. Просыпайтесь же, Виктория!

— Что, уже Москва? — совершенно ошалевшим голосом спросила я, открывая глаза и обнаруживая себя в салоне первого класса самолета.

Рядом сидел смутно знакомый человек, который, собственно, меня и разбудил. Кажется, его зовут Алексеем. Да-да, все правильно, именно так. Но…

— Так вас не убили? — спросила я ошарашено.

Тут уж он вытаращил на меня глаза, а потом расхохотался:

— Все как раз наоборот. Это я думал, что напоил вас до смерти. Наверное, коктейль был все-таки крепковат. Второй же вас просто доконал.

— Мы с вами курили внизу… — не без усилий вспомнила я.

— Потом поднялись обратно наверх, вы выпили второй стакан и отключились совершенно. Два с половиной часа, минута в минуту. Вот, хлебните минералки, а то вы, по-моему, еще спите. А нам нужно еще вашего шофера разыскать.

Минералка ликвидировала сухость во рту, но не более того. Тем не менее, я проследовала за Алексеем на довольно уже твердых ногах, нормально прошла паспортный контроль и вышла на площадь перед зданием аэропорта. Там дожидалось несколько человек, один из которых держал в руках табличку с крупно написанными русскими буквами словами: «Виктория».

— Ну, счастливо добраться, Виктория, — протянул мне руку Алексей. — Может еще увидимся.

— Счастливо, — пробормотала я, мечтая только об одном: добраться до места и лечь спать по-настоящему, в постель.

Шофер кое-как изъяснялся по-русски, я попросила его притормозить где-нибудь и купить банку холодного пива. После этого откинулась на спинку сидения и принялась соображать, на каком я свете. Надо сказать, что пиво в этом процессе очень даже помогало, туман в голове постепенно рассеивался.

Ехали мы примерно час, сначала по гладкому шоссе вдоль моря, потом — по ярко освещенным и заполненным нарядной толпой улицам небольшого городка.

— Кемер, — объяснил шофер, не поворачивая головы.

Слава Богу, скоро можно будет остаться одной и лечь спать!

Машина остановилась у подъезда трехэтажного нового дома с балконами. Шофер помог мне поднять сумку на второй этаж, отдал ключи и откланялся. Я даже не стала осматривать свое новое жилище — утром успеется. Бросила сумку на пол в большой комнате, достав из нее только умывальные принадлежности и ночную рубашку, приняла душ и с блаженным стоном опустилась на широкую, мягкую кровать, занимавшей почти всю спальню. Беспрецедентный случай — я даже не курила на ночь!

Проснулась я, как и следовало ожидать, от шума на стройке, и какое-то время никак не могла сориентироваться во времени и пространстве. Дома у меня всегда тихо: окна выходят в сад. Минут через пять, правда, я более или менее пришла в себя и определилась, после чего вылезла из постели и босиком, в полном неглиже отправилась осматривать помещение.

Я вышла на лоджию, залитую солнцем, полюбовалась видом на море и гавань, затем отыскала в квартире микроскопическую кухню со всеми, впрочем, необходимыми предметами и продуктами, сделала себе чашку крепкого растворимого кофе и распечатала пакетик с какими-то рогаликами. Завтракать я решила на лоджии, а потом — к морю, купаться.

Быстро собрав все необходимое для полноценного проведения времени на пляже, я отправилась на выход, предвкушая все прелести солнца, моря и цивилизованного пляжа. И тут раздался стук в дверь.

— Кто там? — не без опаски осведомилась я.

— Открывай, малыш, свои.

Олег! Каким же рейсом он прилетел, хотела бы я знать? И почему не вместе со мной, а практически следом?

Я открыла дверь и тут же оказалась в объятиях любимого человека.

— Сюрприз! — объявил он, отдышавшись.

— Когда ты прилетел?

— Да я уже дня три тут. Хотел разобраться с делами, а потом спокойно отдохнуть вместе с тобой. Ты не рада?

— Рада, конечно, что за вопрос. Пойдем на пляж?

— Естественно. Только… чуть позже.

Что ж, мой отпуск в Кемере прошел именно так, как и предполагалось: море, солнце, прогулки на яхте для туристов, неспешные вечерние трапезы в недорогих ресторанчиках, покупка сувениров. Но какое-то шестое или седьмое чувство подсказывало мне, что это — эпилог, что продолжения отношений не будет, что в Москве мы больше уже не увидимся. И удивительнее всего было то, что меня это не слишком огорчало. Кто знает, как повернутся события, когда жизнь войдет в свою привычную колею? Точнее, меня однозначно не устраивало, чтобы все шло по-прежнему: редкие, внезапные встречи, недельные отсутствия и молчание. Я… Я, кажется, разлюбила Олега. И самое время было все закончить, причем красиво и без лишних сцен.

Собственно говоря, так и произошло. Улетала в Москву я снова одна: Олег летел другим рейсом прямо в Санкт-Петербург. Мы очень мило простились и, кажется, оба были рады, что сумели избежать ненужных выяснений отношений. Ведь все когда-нибудь заканчивается, не так ли?

Гораздо более удивительным было то, что я так и не смогла забыть свой необычный сон. В Кемере мне все время казалось, что я вижу знакомые лица, что мы с Олегом бываем там, где я уже была и уже все это видела. Только вот кольцо в пару к моему любимому браслету я так и не смогла купить: ничего подобного в ювелирных лавочках не сыскалось. Что ж, значит, не судьба.

Я вернулась в Москву, и жизнь очень быстро вошла в свою прежнюю колею. Но месяц спустя, под действием какого-то непонятного мне самой импульса, я нашла в Интернете сайт магазинов «Рамстор», зашла в раздел вакансий и выяснила, что требуется старший менеджер по рекламе. Послала резюме — уже из чистого хулиганства, потому что сильно сомневалась в положительном эффекте. Точнее, не ждала вообще никакой ответной реакции.

И ошиблась. Через неделю мне позвонили и пригласили на собеседование. А еще через неделю выяснилось, что меня берут на вышеуказанную должность, причем оклад превосходил мой теперешний ровно в три раза. Я бы сказала: сон в руку, но тут скорее уместно было бы сказать «в полруки». Или даже в треть.

И все-таки просто так ничего в жизни не происходит. Я проработала в новой должности почти месяц, довольно удачно вписалась в коллектив и была довольна абсолютно всем, включая то, что в моей личной жизни произошла некоторая пауза, весьма в данной ситуации уместная. А в одно прекрасное утро меня вызвали в кабинет управляющего.

Признаюсь, некоторую дрожь в коленках я испытывала: оказываться «на ковре» у начальства люблю не больше, чем все нормальные люди. А когда вошла в кабинет, то совсем струхнула: управляющий был не один, в кресле возле чайного столика сидел седовласый, поджарый мужчина вполне европейского вида, одетый в дорогой светлый костюм. Лицо его показалось мне смутно знакомым.

— Исмаил-бей, — сказал управляющий по-английски, — вот наша новая сотрудница, с которой вы хотели познакомиться. Должен сказать, что Виктория прекрасно справляется со своими обязанностями, мы приобрели ценного сотрудника.

— Вы также получили в штат красивую женщину, — заметил Исмаил-бей, вставая с кресла и делая шаг мне навстречу. — Очень рад познакомиться, мадам. Вы не сочтете меня навязчивым, если я предложу вам сегодня поужинать со мной?

Догадайтесь с трех раз, что я ему ответила. Но это — начало уже совсем другой истории.


Глава девятая Редкая профессия — киллер | Крем-брюле с бриллиантами |