home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


7

Прошла неделя. Голосование в Госсовете по вопросу натурализации киносапов назначено на 11 сентября. В запасе были целых две недели до судного дня. Но уже сегодня был ясен расклад сил. Большая часть населения довольно спокойно отнеслась к перспективе разделить общий кров с племенем разумных киноидов. Некоторые заинтересовались сотрудничеством, особенно сотрудники Федеральной спасательной службы.

Патриарх Владимир после визита в институт выступил по видео сети с обращением к согражданам. Будучи великолепным мастером проповеди, Владимир призвал людей принять в свою большую и дружную семью новых членов. Протестантские церкви и ислам заняли осторожную выжидательную позицию. Тогда как католики приняли киносапов в штыки, объявив их «исчадием ада». Из экстремистских движений только «Гринпис» и «Союз белых людей» заняли нейтральную позицию. В то же время всевозможные правозащитные движения поднялись на дыбы, проповедуя конец света и вымирание человеческого вида. Разумеется, не без участия «искусственных химер и монстров». У института образовался стихийный лагерь митингующих противников эксперимента.

В восемь часов вечера Никонов еще был на работе. Сегодня звонила Марина, хотела встретиться. Она никак не могла понять, что далеко не все работают по семь часов в сутки и проводят свободное время в веселой компании или на музыкальных вечеринках. Разговор не получился. После короткого обмена мнениями Марина, поняв, что в ближайшее время Сергей будет занят, с раздражением оборвала связь.

От мрачных раздумий Сергея оторвал Святослав Игоревич, заглянувший в рабочий модуль.

— Работаем? Весь в делах? А я вот только прилетел из института.

— Есть новости?

— Как сказать. Ничего не изменилось. Примерно 700–800 человек демонстрантов.

— Было 3 тысячи.

— Остались самые идейные. Те же лозунги. Мирно стояли в пикетах. Попыток штурма больше не было.

— Сегодня в 13:30 были митинги у здания Госсовета.

— В курсе. Ничего серьезного. Гуманисты пытаются за счет маневра компенсировать свою малочисленность.

— По моим подсчетам, за прошедшую неделю по стране в митингах, пикетах и шествиях приняло участие около 800 тысяч человек.

— Это из 400 миллионов.

— Да, причем с учетом, что многие участвовали не в одном мероприятии. Число активистов около 300–350 тысяч.

— Какова общая статистика?

— По данным сегодняшнего опроса: 80 % — реакция положительная или нейтральная, 15 % — осторожно-негативная, и только 5 % — резко-отрицательная.

— А Вы заметили…

— Да, Святослав Игоревич, по предварительным прогнозам до «Младшего брата» предполагалось, что отрицательно отреагирует около 30 % населения и только 10–15 % примут киносапов на ура.

— А сколько сейчас плюсов?

— Около 20–23 %.

— Хорошо. Считаем, что операция идет удачно. Мы уже снизили процент недовольных.

— Да снизили. Но, похоже, до предела. Возможности пропаганды практически исчерпаны.

— Сергей Александрович, скорее всего Вы правы. Время лечит раны, и только время даст киносапам полное включение в социум.

— Может стоит изменить акцент информ-атаки, скажем на поддерживающий?

— Да, надо ослабить нажим, скажем, через три дня. А пока продолжим яростный глобальный штурм. Как там док. сериал?

— «Звездные дали»? О контактах с инопланетянами? После завтра выходит в сеть.

— Прекрасная работа — Дылдин повернулся к выходу и у самой двери, будто что-то забыв, обернулся к Сергею — Между делом, если будете и дальше злостно нарушать КЗОТ, получите выговор.

— Какое нарушение?

— У нас законодательно рабочий день семь часов, а Вы, я вижу, значительно перерабатываете. Сергей, Вы же молодой человек, прогуляйтесь на концерт, посидите с девушкой в баре, нельзя все время работать.

— Вы то, что делаете в управлении в столь поздний час?

— Ладно, я свое отгулял, а тебе надо развеяться, отдохнуть — добавил Дылдин, выходя в коридор.

«Он прав. Сейчас бы заказать столик в «Космополите» на веранде на двоих. Но после сегодняшнего разговора Марина не согласиться на продолжение отношений. Ну и черт с ней! Жаль, конечно».

От размышлений Никонова оторвал звонок вызова, на экране возникло лицо киносапа.

— Добрый вечер, Сергей Александрович.

— Приветствую, Борн. Как дела?

— Превосходно — собачья морда оскалилась в довольной улыбке — у нас тут весело, за оградой машут транспарантами, орут в рупор, целый праздник.

— А охрана?

— Держат периметр, ребята хорошие, эксцессов не допускают.

— Похоже, мы вам кажемся кучкой запуганных истеричных психопатов — усмехнулся Сергей.

— Ерунда, в каждой большой популяции есть дефективные особи. Видимо все кинофобы собрались у стен института. А в целом люди мне нравятся. К примеру, Максим Сухарин — командир батальона охраны и его солдаты производят впечатление приятных доброжелательных людей.

— Приятных! — Сергей присвистнул, вспомнив зверскую физиономию гориллообразного комбата, доброжелательный — да, но приятным его трудно назвать.

— Я хочу тебе сказать, завтра мы с Хельгой Генриховной прилетаем в Новгород. Ты можешь нас встретить?

— Хорошо, во сколько рейс?

— Прибудем в 8:15.

— Значит, встретимся в холле аэропорта. Гостиницу подготовить?

— Спасибо, номера заказаны. В «Волхове».

— Хорошо, я там живу.

— Большое спасибо. До завтра — изображение погасло.

Прилетает Хельга. Сергей потянулся в кресле, на душе резко потеплело. «Завтра мы всем им покажем — Киносап в столице. Превосходно, великолепно, замечательно, гуманисты будут в ярости, это удар по их позициям». Глаза Сергея задорно блеснули, когда он подмигнул дисплею: «Есть одна идейка, чудесная шутка, но сначала дождемся Борна».


предыдущая глава | Собачий вопрос | cледующая глава