home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Будапешт, центр города, ноябрь 2057 года

Тридцатипятилетний Янош Полгар лениво, чуть ли не одним пальцем, крутил баранку потрепанного патрульного «Ситроена», неторопливо выезжая из двора, где прошло все его детство и большая часть юности. После сытного обеда чертовски не хотелось никуда ехать! Хотелось загнать машину в самый дальний уголок этого двора, шурша покрышками по опавшим листьям, приоткрыть окна, откинуть кресло и всхрапнуть часок-другой. Лайош, его напарник, похоже, уже задремал, привалившись лбом к обивке и повиснув на ремнях. Вообще, они оба неплохо устроились. Как он вместе с напарником однажды заехал к своей матушке на обед, так и не смог потом отказаться, а та и рада стараться, лишь бы почаще видеть любимого сынка. А матушка у него еще ого-го! Совсем не старая, энергичная и хлебосольная, и у нее тарелочкой бограча (суп из мяса и овощей — прим. авт.) не отделаешься, накормит так, что хоть на убой отправляй.

Янош виртуозно объехал несколько невпопад припаркованных машин и, поставив руль на упор, круто повернул к домовой арке. Пора уже возвращаться на улицы и кататься себе в свое удовольствие до конца смены. Не то, чтобы работы у полицейских Будапешта совсем не было, ее хватало, но все больше по мелочи. Кражи, драки, грабежи прохожих — по сути, мелочь, по сравнению с тем, что тут творилось не так давно. Впрочем, его матушка до сих пор уверена, что он каждый день ходит под пулями албанских наркоторговцев. Понятное дело, за десять лет он с кем только не сталкивался, о чем теперь напоминает искореженная пуля, висящая у него на шее на тонком шелковом шнурке. Пулю эту из него вытащил прямо на улице оказавшийся поблизости экипаж военного реанимобиля. Яношу повезло дважды. Первое — благодаря чудесам современной медицинской техники военные врачи шунтировали ему поврежденную артерию прежде, чем он истек кровью, как свинья на поминках. (имеется в виду национальный венгерский праздник — прим. авт.) И второе — сама пуля лишь пару сантиметров не дотянулась до позвоночного столба, что гарантировало бы ему если не смерть, то паралич как минимум. Так что, Янош теперь не ожидал для себя повторения подобных приключений, тем более, что на улицах теперь стало намного спокойнее.

Выезжая из арки, он слегка притормозил — осторожность прежде всего! И тут он вспомнил, что до сих пор не включил не только «мигалки» на крыше, но и фары с габаритами. Но его рука, потянувшаяся к переключателю, так и замерла на пол-пути.

У Яноша было исключительно острое зрение. В кого он такой уродился — было совершенно неясно. Его отец уже лет с пятнадцати был слеп, как крот — и как он умудрился матушку-то разглядеть, с таким «минусом»? А матушка и в очках хорошо видела только дома, на улице превращаясь, прости Господи, в деревенскую лошадь… Оба родителя наотрез отказывались от корректирующей операции, и это можно было понять еще полвека назад, но сейчас?.. Однако, сам Янош был мужчиной исключительно глазастым.

Эту девушку, не спеша шагающую по противоположной стороне улицы, он заметил сразу, а его острый глаз только усугубил впечатление. Она была не просто красива. Она была великолепна. Строгий, но изящный жакет, юбка до колен и сапожки на высоченном каблуке подчеркивали ее изумительную фигуру. В руках небольшая сумочка, а взгляд… Аж из машины видно, как глазищи сверкают. Чуть подстроив свой «телескоп», Янош понял, что лет ей около двадцати пяти или чуть больше, но выглядит она так, что многие двадцатилетние осатанели бы от зависти. Само по себе наличие красивых женщин на улицах Будапешта было не слишком удивительно, все-таки бывшая порно-столица всей Европы, как бы это не было несправедливо по отношению к прекрасному городу.

С другой стороны, улицы этого самого города все еще не совсем безопасны, но эта красотка, совершенно не опасаясь, разгуливает в гордом одиночестве. Взгляд у нее настолько уверенный, что аж не по себе становится, а фигурка двигается так, что захватывает дух. Танцовщица, модель, или?.. Ну, это самое…

Вряд ли «это самое», подумал бывалый патрульный. Не местная она, не с этих улиц, да и вообще, похоже, не с улиц. Туристка? Бизнесменша? Тоже не очень похожа…

Почти бесшумный красный электрический скутер вылетел из подворотни настолько стремительно, что никто не успел даже опомниться, а Янош понял, что сделать ничего не успевает и может только наблюдать. Скутер уже был рядом с девушкой, и парень в непроницаемо-черном шлеме лихо вырвал сумочку у нее из рук и помчался к перекрестку, буквально встав на заднее колесо. Он уже, наверное, торжествовал, когда всего за несколько секунд случилось много весьма странных вещей. Девушка, похоже, не испугалась и не растерялась. Она даже не закричала и не позвала на помощь, но Янош четко увидел, как спокойное и немного надменное выражение ее лица сменилось довольно пугающим взрывом ярости. Сделав пару стремительных шагов, она выхватила из ближайшей открытой урны пустую пивную бутылку и резко метнула ее вдогонку вору с такой скоростью, что Янош с трудом уследил за полетом «снаряда». Дистанция уже была никак не меньше сорока метров, но бутылка, кувыркаясь, угодила донышком точно в черный шлем воришки, эффектно выбив того из седла. Дальше случилась еще более удивительная вещь, но Янош видел абсолютно все и мог поклясться, что так оно и было. Так красиво сидевшие на ногах красотки изящные сапожки на высоком каблуке вдруг схлопнулись, сложились и вдруг снова «выросли», превратившись в стремительных очертаний беговые кроссовки. Юбка сложилась между ее бедер и, словно живая, обвилась вокруг ее ног, превратившись в легкие спортивные штаны. Жакет никуда не исчез, но сам по себе сошелся и застегнулся, а ее черные волосы, до сих пор свободно спадавшие почти до пояса, стянулись в компактный «хвост», не стесняющий движения, который, будто живой, сам исчез под жакетом. Едва дождавшись окончания странной метаморфозы, девушка рванула с места с такой мощью и скоростью, что не каждый ямайский спринтер мог бы с ней сравниться.

Воришка, не утративший решимости удрать с добычей, уже успел подняться на ноги и теперь ставил на колеса свой транспорт. Машинка электрическая, заводить не надо — сел и поехал! Янош пытался понять, успеет ли эта странная дама перехватить скутер, или тому удастся уйти. Он настолько увлекся этим небывалым соревнованием, что совершенно забыл, что он сам, вообще-то, полицейский и сидит за рулем патрульной машины!

Однако, все кончилось довольно быстро. Воришка почти успел — словно акробат, вскочил в седло и уже взялся за рукоять тяги — но в этот момент девушка, ни на секунду не снижая скорости, с ходу врезалась плечом во вставший на дыбы скутер…

Янош попытался прикинуть, сколько весит такая машинка. Сотню килограммов, как минимум. И парень в шлеме тянет ну никак не меньше восьмидесяти кило. А сколько весит сама эта красотка? Шестьдесят? Тогда почему скутер от удара развалился на три части, разлетевшиеся метров на десять, а парнишка, уже без шлема, опять кубарем покатился по мостовой? И это при том, что девушка осталась на ногах?

Однако, живучий нынче воришка пошел! Понял, что пешком не уйдет, вскочил на ноги, метнулся к оторванной «сидушке» скутера и вытащил длинный ухватистый ключ. Девушка, перейдя на шаг, молча шла ему навстречу, и ее взгляд не обещал ничего хорошего. Так и вышло — парень попытался ее ударить, но ключ звякнул и улетел куда-то в сторону, а ему в скулу прилетел исключительно профессиональный кросс, от созерцания которого дух Мухаммеда Али долго плясал бы по небесному рингу, воздев руки в потертых перчатках. Воришка хыкнул и рухнул как колода, но, грянувшись о мостовую, снова попытался встать. Однако, какой настырный молодой человек! Присев, девушка не очень сильно, но злобно врезала ему в поддых и сунула под нос крепко сжатый кулак.

— Лежать, сука! Зашибу! — На непонятном языке прошипела она, но внезапно проснувшийся в незадачливом воре лингвист-полиглот мгновенно уловил смысл фразы. Очнувшемуся от ступора Яношу оставалось только с большим опозданием включить свои мигалки и спокойно подрулить к месту происшествия. От взвывшей сирены напарник резко проснулся и теперь сонно хлопал глазами. Янош остановил машину, аккуратно вылез на мостовую и оказался рядом со старательно соблюдающим неподвижность телом. Девушка сняла с лежащего вора свою сумочку и, быстро убедившись, что содержимое не пострадало, как-то по-особому лучезарно улыбнулась патрульному.

— Надеюсь, вас за это наградят, — не без сарказма проворковала она по-английски. — Вы так быстро пришли на помощь…

Янош неплохо знал английский, и к тому же обладал нетипичным для полицейского чувством юмора, поэтому решил поддержать разговор.

— Обычно мы приезжаем еще быстрее, мисс, — не моргнув глазом, парировал он, стараясь выдержать яркий, оценивающий взгляд ее темных глаз, от которого голова шла кругом. — Когда нас вовремя вызывают.

Янош пытался быстро сообразить, как ему быть дальше с точки зрения его служебных обязанностей. Наверно, нужно сначала проверить документы, а дальше видно будет.

— Позвольте взглянуть на ваши документы? — вежливо сказал он девушке.

Она молча протянула ему паспорт с двуглавой птицей на обложке. Русская? Не может быть… Хотя, за последнюю четверть века немало западноевропейцев, спасаясь от гангстерских и обычных войн, перебралось жить и работать поближе к Уралу. Но нет, все-таки она русская. Но что она делает в этих краях? Русских Янош не то, чтобы любил или не любил, скорее, был равнодушен, хотя как к такой красотке оставаться равнодушным… В документах полный порядок, задерживать ее не за что, да и дураков нет, с русским консульством и спецслужбами связываться, а преступник — вот он, бери да вяжи.

— Благодарю, — дипломатично улыбнулся Янош, отдавая документ и получая в ответ еще одну совершенно умопомрачительную улыбку. — Подождите, пожалуйста, еще минуту.

Она кивнула, и Янош вернулся в машину, чтобы проверить, есть ли у него на руках хоть какие-то факты. Первое, что он увидел в салоне — регистратор был выключен. Он залез в компьютер и попытался проверить записи за последние несколько минут, но их не было. Он подсоединился к городской сети и запросил в архиве записи с уличных камер. Ничего, все пусто! Ни одной записи. Что за день такой, со вздохом подумал он, снова вылезая из машины. Он видел, что девушка пристально наблюдала за его манипуляциями, и наверное, даже догадывалась об их сути. Но предъявить ей нечего, она в этом деле потерпевшая…

Что же касается тех удивительных вещей, которые успел заметить его острый глаз, то без видео все это можно было сразу записывать в охотничьи рассказы. Напарник спал и ничего не видел, а прохожие видели погоню, но не момент «трансформации». Как такое вообще возможно? Однако, оставшись без доказательств, Янош теперь и сам начал сомневаться в том, что ему не померещилось…

— Вы сможете написать заявление, чтобы мы вас больше не беспокоили? — осторожно спросил он, стараясь не заглядывать в ее дикие глазищи. — Украденное вы вернули, так что дело раскрыто.

— Я завтра улетаю, — все так же чуть иронично сообщила она, — Поэтому, постарайтесь завершить все формальности прямо сейчас.

Чуть смущаясь под ее взглядом, Янош вытащил планшет и составил протокол, сделав тут же несколько снимков и приложив биометрическую подпись «пострадавшей» и двух свидетелей из числа прохожих. Глядя, как ее пальцы коснулись планшета, чтобы удостоверить цифровую подпись, Янош вдруг вспомнил, как эта же изящная рука недавно провела стремительный кросс, навзничь опрокинувший довольно здорового мужика. Пожалуй, такой удар свалил бы с ног и более тяжелого субъекта, например, такого как его напарник Лайош. Похоже, о спорте эта «гостья» знает не понаслышке, вся ее фигура буквально светится силой и энергией.

— Ваша пуля? — вдруг серьезно спросила девушка, кивнув на шелковый шнурок на его шее.

— Моя, — просто ответил он, завершая процедуру. Напарник защелкнул на воришке наручники и, рывком подняв его с дороги, поволок в машину. Хоть Лайош — парень не очень худой, но зато сильный…

— Болит? — не улыбаясь, совсем тихо спросила девушка.

— Иногда, — неожиданно для себя, честно признался Янош, ничего не понимая. — Редко, но бывает.

— Теперь не будет, — снова улыбнулась она, положив ладошку на его бок, в точности туда, куда когда-то вошла пуля. Его бок словно обдало теплом, а потом она отдернула руку и повторила: — Больше болеть не будет.

Не говоря больше ни слова, она молча отвернулась и не спеша пошла прочь по улице. Рядом, закончив грузить в багажник останки скутера, деликатно кашлянул напарник, и Янош, вздохнув, сел за руль. Очень интересно… Все-таки, кто она? Святая целительница? Нет уж, скорее этакая милая ведьма. С такими-то глазищами… А еще, было в ней что-то такое слегка старомодное, какая-то печальная мудрость, которую он чувствовал, но выразить никак не мог. Настоящая загадка. Почему бы не попытаться ее разгадать?

А еще, у Яноша Полгара было исключительно острое зрение. И он был готов поклясться, что прежде, чем фигурка этой милой ведьмы скрылась за поворотом, ее спортивные штаны опять стали юбкой, ножки снова были обуты в изящные сапожки на высоченном каблуке, а ее волосы свободно развевались черной волнистой гривой почти до самого пояса…


Околоземная орбита, 25 марта 1959 года | Один Из Восьми | КВЦ, Калининград-6, 15 мая 1959 года